Оказывается, это было специально.
Начало октября в Сеуле на удивление было прохладным, отчего Джон уже в свой любимый шарфик укутывается, да пальто черное развивается на теле парня, давая тому немного согреться. Довольно пасмурно на улице, казалось, что вот-вот и пойдет мерзкий дождь, который так не мог терпеть кареглазый. За пять лет проживания в Азии спортсмен все никак не мог свыкнуться с таким мокрым и влажным климатом, вечно ругаясь на погоду и говоря самому себе: «В Америке получше было, и голова не болела от такой влажности». Но что уже сделаешь, страна ему всегда нравилась, язык давался спокойно, карьера спортсмена успешная, нашел на что жаловаться. Парень из квартиры выходит, на плече того висит сумка с коньками, да портфель на спине, а в ушах наушники с музыкой, что помогает парню отвлечься, понимая, что не дай бог пересечется с Лололошкой, хотелось погрузиться в тренировку и свои успехи. Харрис по лестнице спускается, наблюдает в экран мобильного телефона, дабы понять, где его такси едет. Пробегая в подъезде с шестого этажа и распахивая дверь на улицу, в по телу Дейви моментально пролетает осенний холодок, заставляя того вдохнуть полной грудью, будто начало этого дня.
Харрис успевает сесть в нужный автомобиль, что везет спортсмена в другой конец города на тренировку. Парень голову роняет на боковое стекло авто, прикрывая глаза, и не сводит свой слегка усталый взгляд с экрана мобильного телефона, не нравились ему тренировки в одиннадцать часов утра, зная, что Райя задержит того на дополнительный разговор, всё как всегда, а уж эта женщина любитель поговорить о чём-то. Джон уже который раз прожигает карими очами расписание занятий, с одиннадцати до трёх, считая разминку в зале, а позже время Лололошки, отчего хмурится, почему вечно под него все подстраиваются, может именно Дейви хотел с четырех начинать тренировку, чтобы потом уже приходили детишки после него. Ну нет, как согласовала Абер, значит так и будет, не ему возмущаться, и так стал нервный в последнее время, отчего мог сорваться на неодушевленный предмет, хоть и выглядело это глупо, как взрослый парень на тумбочку ругается со словами: «Почему ты тут стоишь, мать твою?!» Пока белый автомобиль едет по трассе, Джон в мыслях собственных утонул, прикрывая глаза и будто зависнув на одном месте. Отчего такая ненависть к конкуренту настолько, что он даже лёд с ним делать не хочет? Парни же толком не общались, оба ничего лично друг о друге не знают, может, это просто зависть? Что голубоглазому давалось всё легко, да только по его мнению, не зная всех тонкостей. В душе просто неприязнь с того, что восхищаются не самим Джоном Дейви Харрисом, а его копиркой, которая добилась большего. Да и ещё то, что их тренера знакомы и раньше работали вместе, как-то напрягало оранжевую искорку. Парень чутка на месте ёрзает, поудобнее садясь и прикрывая половину лица излюбленным шарфом, что насквозь пропитан дорогим парфюмом, который расслаблял Харриса, отчего зевает легко, приходя в сознание и потирая немного сонные глаза, частенько спортсмен в такси погружался в некую легкую дрёму, а сейчас приходилось выходить из машины, благодаря таксиста и расплачиваясь за долгую поездку, на удивление, приехал даже немного раньше. Фигурист сумку поправляет на плече, медленными шагами направляясь к ледовой арене «Мокдон», давненько он тут не был, не тренировался и не выступал, когда закрыли на реставрацию здание, от чего спортсмены были крайне недовольны, ведь это не единственный вариант с хорошим льдом. Харрис всё еще глаза слипшиеся потирает, заходя внутрь здания и осматривая по сторонам, спрашивая у охраны, где раздевалка, залы, и при получении ответа направляясь туда. Джон руки в карманах пальто прячет, добираясь до места и слыша два ну очень уж знакомых голоса в одном из залов для тренировок, вытаскивая наушники из ушей с тихой музыкой, решая остановиться и прислушаться, понимая, что это не особо красиво, но интерес брал своё.— Райя, столько времени прошло между нашими негодованиями, мне что, напомнить, какой скандал был в Канаде между нами после соревнований в две тысячи пятом? Неужели ты и правда хочешь, чтобы между этими двумя была такая же ссора буквально с ничего, потому что, видите ли, твоему Джону всё не нравится, что есть кто-то лучше него? - на повышенных тонах произносит Окетра, прикладывая пальцы ко лбу и выдыхая тяжело. Харрис же на цыпочках подходит чутка ближе, стараясь прислушаться.
— Не напоминай даже. - говорит женщина, стоящая рядом. - Это было почти двадцать лет назад. Мне пришлось свою репутацию отмывать для того, чтобы вырваться в лучшие тренера и воспитывать сейчас Джона. В фигурном катании нет друзей, твоя идея суперглупая, я не понимаю, почему согласилась на это. - Раздражённая Абер терпеть не могла, высказывала так, как думает. - Джон был воспитан мною чуть ли не с нуля, и я создала эгоистичного монстра, что живёт льдом, который принесет мне и себе то, чего он желает. - Райя облокачивается у стены, скрещивая свои руки на груди и смотря на бывшую подругу. - И мы с ним заберём золото, а то, что ты хочешь каким-то чудом помирить Ло и Джона, может только всё испортить, и парень окончательно забудется, ведь в Ло он не будет видеть конкурента и расслабится. - прикрывает глаза женщина.
— До сих пор не понимаю твой подход к спортсменам, это же не куклы, а люди. - вторая женщина точно так же руки скрещивает на груди, пряча нос слегка в воротнике олимпийки, прикрывая глаза. - Я не собираюсь делать из них друзей, лишь просто... убрать всю эту неприязнь способом сближения. Лололошка тоже не в восторге от того, что у него существует какой-то недоконфликт, хотя относится ко всем конкурентам с уважением, а тут нашелся. - Их спор с Раей был похож будто на разговор двух мамочек на детской площадке, ведь дети не поделили лопатку в песочнице.
— Вечно в твоей голове так просто, думаешь, Джону есть дело иметь хорошие отношения с Лололошкой? Они конкуренты. Ведешь себя так, будто твоего сыночка обидели, и стоишь отчитываешься тут. - зевает наигранно Абер, оттягивая рукав олимпийки и смотря на наручные часы, понимая, что сейчас должен придти её ученик. - Разговор закрыт. Будь что будет, но ничего хорошего из этого не выйдет. Двоим всё равно друг на друга. - заканчивая разговор Райя.
Харрис подходит к двери ещё ближе, даже немного хмурится от такого разговора, понимая, что всё это было продумано и не так просто они с Ло будут тренироваться чуть ли не вместе. Дейви выдыхает бесшумно, стучась в тяжелую дверь и подавая вид, что он тут. Окетра оборачивается на это, а тренер спортсмена выглядывает, отлипая от стены и приветствуя Джона, надеясь, что он только пришёл и ничего не слышал, слишком наивно. Синеволосая женщина выдыхает, натягивая на лицо улыбку, будто ничего такого не происходило, точно так же здороваясь с фигуристом и направляясь в другой зал, вкидывая напоследок: «Хорошей вам тренировки». Чего уж было скрывать голубоволосой, как только дверь закрывается и Дейви заходит, то сразу начинает. — Ты всё слышал, я даже не буду оправдываться. Но эта мадам решила каким-то чудом помирить вас с Лололошкой. - проговаривает женщина, наблюдая за Харрисом, что помаленьку свои вещи скидывает с себя, кладя сумку со всеми вещами и монотонно вздыхая. — Мирить? Мы с ним и лично не знакомы, что уж о ссоре говорить, он просто мне неприятен. - посмеивается Джон, немного потягиваясь и переодеваясь в привычную форму фигуриста, пока его мускулистое тело очерчивала черная обтягивающая ткань, садясь на лавочку и пока что переобуваясь в кроссовки для разминки. — Не знаю, каким чудом это должно произойти, по её логике «Ну они будут на одном льду тренироваться», как-то поможет вам сблизиться. - Абер скобочки показывает пальцами, немного посмеиваясь, наблюдая за парнем, что кроссовки завязывал. - Да и тебе нет смысла с ним сближаться. - Будто подталкивает Райя, на что Харрис голову поднимает и встаёт с лавки, немного потягиваясь.— На самом деле, я бы подсмотрел за его тренировками. Пойму может, за что его так любят, а то уж слишком госпожа Окетра трясется над ним. Посмеюсь хотя бы, если вновь свалится на льду. - в своей привычной манере отвечает Харрис, поправляя волосы пальцами и зализывает их слегка назад, дабы не прикрывали его лицо, на деле эти слова были сказаны не на серьезё, ему все так же всё равно на голубоглазого, а лично видеться желания никакого нет, тем более общаться.
— Да ладно уж тебе, будто сам не падал. - закатывает глаза женщина. Уж слишком критично относился её ученик к таким вещам. - Так, меньше разговоров о Лололошке, приступаем к растяжке. - переводит тему тренер, времени и так не много, а тренировка должна пройти на «ура» и приступить к важной части на льду.
