Двойной аксель к принятию

Джон наблюдал за покидающим Ло раздевалку, парень успел переобуться, зашнуровать свои коньки и выйти на лёд самым первым, чтобы его не трогали. Банально голубоглазому не хотелось слышать глупые слухи и какие-то бессмысленные разговоры, тренировки всегда помогали, позволяя тому по-своему расслабиться, но с наушниками пришлось расстаться на оставшееся время на льду, хотя, радовало то, что ему не смогли бы помешать, все мысли фигуристов заняты своими прокатами, прыжками, находясь в предвкушении вечера. Джон же не сводил карих очей с Кима, который всем видом показывал, что к нему лучше не подходить и не разговаривать, сумели же испортить настроение Лололошке, от чего самому Харрису не по себе было, толком не представляя, что творилось в голове парня, но, мог лишь догадываться о том, как переживает парень о встречи с отцом, но не представляя, что может устроить мужчина на самом деле, бывая с ним знаком лишь со слов Ло. Дейви наблюдает за скользящей фигурой вдалеке ледовой арены, замечая, как парнишка на четверной лутц заходит, да падает неудачно на приземлении вставая, аж сам жмурясь и понимая, как неприятно такое почувствовать спустя тридцать минут на льду.

Как говорится: да какой ты фигурист, если не падаешь, всё идеально быть не может. У каждого на замёрзшем поле были падения, но чаще всего страдал Эграссель, как будто парень пытался превзойти сегодня Джона, не боялся выходить на четверной аксель, прыгал, но падал неудачно, да, кажись, так неприятно свалился, аж вновь почувствовал боль, позабыв толком о том, что ему не рекомендовано придавать телу больше нагрузок, после падения на короткой программе, и переходить на сложные прыжки, которые ему не даны. Это поведение француза очень смешило Дейви, получалась какая-то немая война с беловолосым, вспоминая прошедшее с Ло, хотя, там была совсем иная почва необоснованной ненависти, здесь же проглядывались нотки зависти и какое-то перетягивания Лололошки на себя, словно пытаясь показать всем своим видом, что он лучше Джона, для чего вообще Ким с кареглазым общается, когда есть более понимающий и иной человек, характер которого мягче и лучше, нежели грубый и эгоистичный Харрис. Всё выглядит очень нелепо в глазах Джона, зная, что этот зелёноглазый не вывезет тех умений, которыми обладает американец, уже желая подстебать словами, подъехать к тому, и назло коньки показать, где на лезвиях виднелась гравировка его инициалов "JDH", а на самих черных коньках сокращённая надпись "Quad God", мол показать, что до самого Харриса французу ещё далеко. Дейви же посмеивается в последний раз, облокачиваясь спиной на бортик, который разделял лёд и небольшой проход рядом с трибунами, стараясь отдышаться, как и некоторые парни, что точно так же взяли небольшой перерыв от длительных прыжков. А вот Лололошке будто не хватало музыки, как обычно его тело передаёт невероятную грацию, а лицо серьёзное, парень толком не улыбается, просто отрабатывает своё, уже желая поскорее прыгнуть в новый, невероятный костюм и откатать новую произвольную программу, и в среду улететь в другую страну. На парочку секунд в голове голубоглазого пробегает воспоминание о том, что во вторник ему придётся ехать в университет и подписывать нужные бумажки, документы о том, что ему разрешено отправиться на соревнования и не посещать учебное заведение до определённого времени. Ким толком не волновался за сессию, экзамены, сдаст в другой период обучения, всегда же получалось, и в этот раз сойдет, да вот высказывания Брай слушать придётся в очередной раз, как жизнь несправедлива, почему её друг катается по странам, а она с Клео и Диланом мучаются на учёбе, а после попросит какой-нибудь сувенир. Парень ненавидел в какой-то части свои мысли, что сбивали, отчего фигурист на прыжке падает вновь, уже проклиная четверной лутц за сегодня раза три, настраивая себя на хороший результат и скидывая падения на то, что он банально не выспался и к вечеру все будет отлично. Голубоглазый время от времени смотрит на Джона, желая сейчас подойти и обнять парня, дабы так почувствовать расслабление и некое спокойствие, чувствуя себя и правда неким ручным котом, которого надо почесать за ушком, напоить молоком и позволить уснуть на груди или в ногах, уткнуться мокрым носом куда-нибудь в участок тела и поджать уши, хихикнув с этих мыслей, Ло улыбается и замечает лёгкую улыбку Джона, который моментально откатился от бортика и покинул лёд, дабы попить воды и побыстрее закончить разминку, поехать домой и набраться сил, внешний вид в порядок привести. За прошедший час, который показался секундами, парни уже без сил находились, особенно Джон, чувствуя невероятную тяжесть в ногах, даже переживая на этот счёт, он такое не испытывал на собственных тренировках позже, надеясь, что боль пройдёт после приезда домой и приятного душа, но не увлекаться им, который плюсом поможет расслабиться и набраться сил одновременно. За утро Харрис и сам свалился пару раз на холодное покрытие, аж чувствуя, как на заднице скоро появится синяк, как и на голени, впрочем, Дейви на это внимания не обращал, столько синяков пережил на теле, особенно на ногах, хоть и терпеть не мог, что его идеальное тело могут украшать сине-фиолетовые отпечатки, но с этим ничего не поделать, сам знает, в каком спорте находиться и что он несёт за собой. Самое неприятное его падение было прямо на колени, от такого чуть не вылетела коленная чашечка, да и в таком состоянии парень продолжил выступление, хромая после инцидента на протяжении недели, когда того заставляли отправиться к врачу и взять перерыв на целый сезон, но насколько же это взбесило парня, да чтобы он и пропустил сезон? Никогда в жизни, с лёгкими болями и вышел, забрав третье место, аж проклиная себя за то, что мог лучше, а не стоять на пьедестале с бронзой в руках. Юноши уже лёд покидают, как и сам Харрис, выходя последним номером, держась за собственную задницу одной рукой и поглаживая место удара, стараясь унять боль, аж жмурясь на такое и шипя, а по лицу, что было красным и уставшим, стекали капли пота, мечтая уже прыгнуть под тёплые струи душа и не чувствовать себя неким инвалидом, плюс и потным. У фигуристов даже сил не было разговаривать, мужские фигуры плелись в раздевалку, кто-то идентично Джону трогал свои участки тела после падений, стараясь забыть о них. В толпе Дейви не замечал Ло, высокого парнишки не было видно, надеясь, что тот уже зашёл в раздевалку, что и оказалось правдой. Фигуристы, которые постепенно заполняли помещение, направлялись к своим вещам, а на одной лавочке в конце сидел Лололошка, расшнуровывая коньки и снимая их, сопровождая это довольным стоном, разминая пальцы на ногах и откидывая голову назад от наслаждения, переждав парочку минут и переобуваясь в привычные кроссовки, выдыхая на это и тяжело дыша, пока большинство спортсменов переодевались, скидывая с торса обтягивающие вещи, кто-то и не церемонился, хватая вещи и просто убегая из раздевалки, а Харрис по привычке снял верх, стоя спиной к Ло и накидывая чистую белую футболку, садясь рядом с голубоглазым и точно также снимая коньки, кладя их в спортивную сумку. Ло даже почувствовал, что к нему кто-то подсел, молясь, чтобы это был не Эграссель, держа глаза закрытыми, а голову к потолку, пока всё тело гудело. — Эграссель, я не хочу разговаривать сейчас. - Тяжело говорит Лололошка, на что Харрис перевёл взгляд на того моментально, хмуря брови, и застывая в лице. — Я не твой фанат багетов и Эйфелевой башни, и разговариваю на корейском. - Цокнул языком спортсмен, вновь чувствуя в сердце неприятный удар, чего это Лололошка думает в первую очередь о Грассе, хотя, зная, какая сегодня произошла ситуация, он мог додуматься. — А.. Джон, извини. Совсем голова плывёт. - Отговорился Ло, аж дёрнувшись от голоса Харриса, который встал с места на лавочке накидывал на своё тело вещи, пока голубоглазый отдыхал. Всё тело Кима было ватным, сил не было даже встать, хотелось обратно лечь в кровать и уснуть, но голову старался держать настроенной на сегодняшний прокат, и так чуть не облажался вчера. - Спать хочу ужасно, толком не думаю, что говорю. - Жалуется парнишка, потягиваясь и зевая, слыша вокруг себя голоса других фигуристов, пока Дейви кружился рядом и собирал свои вещи. — Ло, если ты вновь уснёшь перед программой, я лично к тебе приеду, надаю по заднице, закину на плечо и поедем вместе. - Шутит Харрис, наблюдая, как парнишка встаёт с лавочки и в очередной раз потягивается, глаза потирает, скидывая с себя верх одежды, на что Дейви засмотрелся на его телосложение, вспоминая ночь и хихикая, разглядывая дальше парнишку, который переодевался, и тоже посмеялся тихо. — Не усну, клянусь, и вообще, ты меня не поднимешь. - Отвечает юноша, поправляя свои волосы пальцами, складывая вещи в другую сумку и натягивая штаны поверх лосин, потянувшись за пальто. — Я? Тебя не подниму? Какого ты плохого мнения обо мне. - Закатывает глаза Дейви и цокает, накидывая на себя пальто и обматывая шарфик вокруг шеи. Лололошка не был и рабочим весом Харриса в спортзале, да и плюсом тот схуднул за последнее время. — Нет, не поднимешь, ты просто слишком уверен в себе, я тяжелый. - Смеётся парень, точно так же одеваясь в теплую одежду и стоя лицом к лицу к Джону, чувствуя моментально на своём теле руки и пугаясь на это, как только его ноги оторвались от пола, юноша аж запаниковал, оказываясь на руках парня, который закинул его на плечо как принцессу, одной рукой придерживая тело парнишки, а второй забирая вещи, как свои, так и Лололошки. - Джон!!! Отпусти меня!!! - Рыпается парень, пока на тех смотрели не покинувшие территорию фигуристы, смеясь и улыбаясь тому, с какой лёгкостью Дейви на себе своего же конкурента нёс, пока тот ногами дрыгал и руками по спине Харриса постукивал.

— Успокойся, принцесса, пошли, до улицы донесу тебя. - Со смехом говорит Харрис, держа крепко Кима, который и сам вцепился в него, даже чувствуя себя неловко с такой ситуации, не понимая, как кареглазому было не тяжело нести его тушку на одном плече, да ещё так гордо вышел из раздевалки, проходя мимо катка и красуясь будто своей добычей перед фигуристками, у которых началось время разминки на льду. Девушки точно так же усмехнулись, понимая, кто эти двоя.