Двойной аксель к принятию

Какая же плохая идея была позволить Харрису принять совместный душ после секса, сам и Ло понимал, чем это закончится, особенно зная натуру американца, в котором словно второе дыхание открылось. Длинные костлявые пальцы касаются всего мокрого тела Лололошки, пока теплые капли обволакивают уставшее тело корейца, а сам Дейви сзади стоит, не упускает ни единый дюйм бледноватой кожи прикосновениями. От подобных действий словно пробегают электрические волны, заставляя голубоглазого спину прогнуть навстречу возлюбленному, а руки крепятся на кафельной стене, слыша и ощущая, как по левой ягодице разносится громкий удар, отдавая на месте лёгкой болью с наслаждением, вырывая из искусанных губ короткий, но довольно громкий стон. Карие очи не могут налюбоваться такой картиной: упругие и круглые ягодицы, на которых виднеются отпечатки его ручонок, на задней части шеи засосы вместе с укусами, но как же Ким прогибается грациозно, в очередной раз возбуждаясь от одного сексуального вида тела Лололошки, утончённая фигура, уж слишком соблазнительно выглядит Ло в руках Харриса. Американец не верил самому себе, какая прелесть в его владениях, что именно его возлюбленный так невероятен, так и хотелось вновь заняться тем, что происходило несколько минут в кровати, да и сильное возбуждение никуда не девалось. Джон медленно склоняется над ухом Кима, чуть за мочку кусает, а руки оставляет на бёдрах спортсмена, хихикает и притирается ближе, касаясь головкой члена промежности ягодиц.

— Может... Второй раунд? — с тихим хохотом спрашивает Джон на самое ухо Лололошки, ухмыляясь и проводя языком по шее партнёра, слыша тихий стон из уст парня, вслушиваясь в удары капель по кафелю под трясущимися ногами и дразня возлюбленного. — Хочешь насовсем лишить меня возможности ходить, извращенец? — на выдохе произносит Лололошка, прикрывая глаза и ощущая, как возлюбленный трётся у его входа, заставляя Кима губу закусить от чувств. Чего-чего, а секса в душе у него не было, а попробовать хотелось. — Давай. — Тихо соглашается кореец, опуская голову вниз и смотря себе под ноги, ощущая через парочку секунд тепло, что пронзает его тело. Только-только Харрис помог своему возлюбленному помыться и очиститься, как в очередной раз входит в анальное отверстие парня, что осталось разработанным и тёплым, не чувствуя какой-либо узкости, лишь наслаждаясь стонами возлюбленного. Одна рука Дейви подхватывает правую ногу Кима, приподнимая её, чтобы принять более удобную позу для проникновения, а вторая ладонь остаётся на бедре голубоглазого, набирая скорость в своих движениях и вырывая сладостные возгласы из уст Кима, наслаждаясь процессом, пока по телам растекается горячая вода, что становилась похожей на маленькие частички электричества, что соприкасаются с разгорячённой кожей фигуристов. Новые ощущения и чувства, полученные за сегодняшний вечер, стали чуть ли не самыми любимыми для Лололошки и Джона, хотя секс всё равно не сравниться с выходом на лёд, это ничего не заменит для фигуристов. Душевая заполнена сладостными стонами двоих, хлюпающими звуками соприкасающихся тел, небольшими шлепками рук американца, что не может насладиться процессом, до конца налюбоваться своим возлюбленным, который на ноге стоять не может, пока вторая трясётся в воздухе, плюсом забавляли саркастичные слова, что пробегали в голове кареглазого: «Как приятно трахать олимпийского чемпиона», отмахиваясь от этого и принимая реальность, в первую очередь перед ним его любимый парень, и за закрытыми дверьми никак иначе быть не может, для публики они всё такие же конкуренты, лишь с хорошим отношением друг к другу, а всех тонкостей их отношений никто знать не должен. Приятные ощущения внутри сопровождались сладостными словами и поцелуями, Харрис старался поймать губы Кима собственными, немного приглушая его стоны, понимая, те и так были громкими этой ночью, хоть и звукоизоляция в номерах была хорошая, но желание насладиться друг другом в свободное время было большим, чего бы не воспользоваться моментом? Кто знает, когда оба возлюбленных смогут выловить вечерок, чтобы насытиться друг дружкой? Если бы у Лололошки была возможность нажать на какую-то кнопку и остановить весь процесс, он бы это сделал, ведь тело становилось ватным, да и не у него одного. Помогая второму достигнуть очередного оргазма после своего, Харрис старается дышать чаще, глубже, но свежего воздуха не хватало конкретно, как и сил, поэтому весь жаркий момент не длился очень уж много, да и корейцу становилось уже больно, хотелось лечь и ничего не делать, провалиться в сон, но ноги отказывались двигаться. Американец помогает своему парню, выключает воду, вымывая того во второй раз, и мягко целует в мокрые волосы на голове, выводит из душевой и обматывает бедра Ло полотенцем, как и свои, подхватывает уставшее тело юноши на руки и относит на мягкую кровать, не забывая взять с собой ещё одно полотенчико, чтобы волосы тому вытереть. Как только голубоглазый фигурист оказывается на мягком одеяле, то оборачивается в него, да вот неприятная боль в заднем проходе дала о себе знать, ойкнув, Ким позицию меняет, садясь на колени и поджимаясь, как какая-то японская девочка, немного посмеявшись со своей позы, пока кареглазый волосы своему возлюбленному вытирал, сидя сзади. — Я уже боюсь того, что ты сзади сидишь. — Посмеивается Лололошка, прикрывая глаза и расслабляясь от приятных прикосновений к себе, чувствуя котом после душа, которого вытирает хозяин. Через парочку секунд голубоглазый слегка потягивается, лениво зевает и потирает глаза рукой, а одеяло медленно упало с плеч корейца. — Не преувеличивай, милый, больше не буду приставать, отдыхать пора. — Сквозь лёгкий смешок молвит Джон, взлохмачивая волосы Ло и убирая полотенце от того, вытирая собственные волосы и откидывая подальше мокрое полотенчико, попадая замахом ровно на пустующее кресло. Сам же Лололошка с протяжным стоном на кровать спиной свалился, скидывая с себя ненужную тряпку под одеялом и оставаясь нагим, оставляя открытым только торс, моментально закрывая глаза и тяжело дыша, стараясь собраться с силами. Слыша странное шуршание с другой стороны большой кровати, Ким глаза приоткрывает, косясь на Харриса, что и сам успел прикрыть ноги белым одеялом. — Ты чего там ищешь? — интересуется Лололошка, перекатываясь на бок и смотря на оголённую спину Дейви, что виднелась в тёмной комнате. — Надо перекурить. — Признаётся Харрис, доставая свою электронную сигарету из рядом лежавшего рюкзака и ложась на мягкую кровать, вытягиваясь в спине и затягиваясь сладким дымом, пропуская малейшие капельки никотина в организм, наблюдая за тем, как белый дым развевался по комнатке, в которой слышались только затяжек и дыхания. — Фу, ну и какой из тебя спортсмен? — стебётся голубоглазый, забирая из рук кареглазого электронную сигарету, вызывая у Джона удивление, смотря, как его возлюбленный и сам решает сделать парочку затяжек. Всё же удивляло американца то, что немного стал воздействовать на Кима не самым лучшим образом, прививая ему свои не лучшие привычки, за которые и сам корил себя. — Сказал Лололошка, делая то же самое, что и я, и вообще, ты давай не увлекайся этим. — Забирает Харрис обратно своё устройство, пряча его под подушку, устраиваясь поудобнее в тёплой кровати, поворачиваясь на бок, находясь лицом к лицу с возлюбленным, замечая его лёгкую улыбку на мордашке. Джон потянулся ладонью к мокрым волосам на голове возлюбленного, мягко поглаживая того и позволяя возлюбленному отдохнуть. — Спать пора уже, время два часа ночи. — Заявляет Дейви тихим голосом, потягиваясь лицом и оставляя лёгкий поцелуй на носу Лололошки, что сам пополз в объятия парня. Ким лениво угукнул в знак согласия, сил не было даже на простые слова, поэтому устроился поудобнее, попадая в любимые руки Джона, немного притираясь носом к груди спортсмена. Уж слишком активный денёк вышел, даже не веря в такое продолжение, но Ло соврал бы самому себе, что ему не понравилось: занял первое место, на отлично провёл ночь с любимым человеком, да только боль в пояснице и ватные ноги не приносили удовольствия. Ленивым движением руки Лололошка положил ладонь на спину Дейви, обнимая устало своего возлюбленного в ответ, чувствуя его дыхание в макушку головы. Сейчас хотелось отдохнуть и выспаться, не важно, до скольки они проспят, до обеда или проснуться рано утром по привычке, подумав, что пора ехать на тренировку, но спортсменам решили устроить вечер некого собрания, созвав всех в последний день нахождения в Японии и отправиться в ресторан абсолютно всеми фигуристами, видимо, не зря оба брали строгие костюмы с собой в поездку, дабы выглядеть презентабельно, ведь подобные встречи проводились частенько, но слишком внезапно о них сообщали, сегодня выступающие получили уведомление только после программ, как только все вернулись в свои номера. Мероприятие только в семь вечера, а уже хочется поскорее собраться со всеми, поговорить по душам, пошутить между своими знакомыми, главное, что без камер, без репортёров, у которых нет возможности пробраться внутрь, донять фигуристов своими вопросами. Пока организм кареглазого постепенно засыпал на пару голубоглазого, голова уже сама стала вырисовывать завтрашний день, образ своего возлюбленного, желание увидеть его не в привычной мешковатой одежде или базовом костюме для тренировки, а в чём-то официальном, раньше и внимания не обращал, мимо проходил и все попадавшиеся фотографии пропускал мимо глаз, но в данный период не мог упустить такой красоты из вида.

— Люблю тебя... — в полудрёме шепчет Лололошка, закидывая по привычке ногу на бедро Харриса, не стесняясь никаких соприкосновений с телом того и начиная по-тихому сопеть, ощущая, как мягкие и медленные движения пальцев Джона останавливаются на его голове, давая понять о том, что американец заснул. Всегда Ким удивлялся тому, как быстро тот погружается в сон.