Коллеги

5 декабря 2018 года.

Ночью спали плохо. Эпизодическое обострение тревожности преследовало Гарри всю жизнь начиная с подростковых лет. Может, потому что эта история не сказка, написанная романтичной натурой одержимой идеальным финалом, который излечит каждую трещинку прошлого, а всего лишь одна из возможных реальностей со всеми ее шероховатостями. Увы, стабильность в жизни и нужный человек рядом не исключали и уж тем более не лечили травмы, нанесенные неокрепшей психике. Поттеру пришлось не сладко. Тяжелые отрочество и юность - это лишь малая часть того, что сформировало внутри него тяжелый комок воспоминаний, временами изрядно мешающий ему существовать. Удавалось купировать приступы бессонницы медикаментами, отварами и сессиями с психотерапевтами и это работало. Почти три года абсолютного спокойствия. И только несколько месяцев назад соответствующий врач отменил курс препаратов, а сессии прекратились, достигнув желанной стабильной ремиссии… Но белая полоса имеет особенность прерываться. Специалисты-волшебники предпочитали называть эти кошмары «видениями», хотя этот термин не имел под собой достаточно твердой почвы, чтобы считаться верным в полной мере. Даже несмотря на это, Драко придерживался его, потому что уже давно заметил, что каждая бессонная ночь Гарри наутро сопровождается неприятностями. Это могли быть маленькие бытовые проблемы из разряда – затопленный подвал или нападение шайки енотов, перевернувших мусорный бак на заднем дворе или внезапно заговоривший чайник голосом почившего профессора Снегга. Или что-то посерьёзнее, например, громкое расставание Огюста и Блейза. И угадать, что их ждет на этот раз, было невозможно. Сам Поттер предпочитал не показывать своего беспокойства при муже, умалчивая подробности сновидений, но скрыть полуночный бред и жар было не в его силах. Как правило, мужчина молча возобновлял все необходимые курсы и продолжал борьбу, чтобы облегчить симптомы, пока любимый готовился, судя по всему, к новой войне, не меньше. Иначе зачем он тащил прототипы оружия из штаб-квартиры Лиги Сопротивления – загадка. Очевидно, что блондин боялся нового восстания. Там, в Альянсе, он увидел слишком много разложившихся до крайней степени ненависти людей, озлобленных и жаждущих крови. Одна мысль о том, что с чем-то подобным может столкнуться их сын убивала часть него. Было бы глупо со стороны Гарри кричать об излишней драматичности супруга, ведь он опасался того же, именно поэтому мужчина выбирал наиболее ментально безопасный путь решения, чтобы не усугублять ситуацию для обоих излишним вниманием к проблеме, которая могла кончиться просто маленьким незначительным пожаром на кухне. Приступ случился в два часа ночи. Спустя несколько часов после того, как пара уснула. Мгновенно подскочила температура, на лбу мужчины выступила испарина. Он лежал, полностью накрывая своим телом партнера так, что только блондинистая голова выглядывала из-за его плеча, а бледное лицо пряталось в подушке. Первые минуты открытое окно и морозный ветер, наполняющий спальню, маскировали тревожные признаки, но, когда лежать под Гарри стало невыносимо жарко, Драко невольно открыл глаза и повернул голову к мужу. Тонкими губами он коснулся его мокрого лба. Мужчину колотило в лихорадке. Температура тела близилась к отметке 104 по Фаренгейту. Потянувшись вверх, блондин растер слипшиеся после сна глаза и кое-как высвободился из объятий супруга. Пальцы нежно запутались в копне влажных кудрей. Массируя кожу головы у самых корней, Драко мягко позвал любимого и в свободной ладони стиснул его руку. Поттер промычал в ответ. Голос был похож на рычание. Его ресницы дрогнули, но глаза так и не открылись. — Гарри… — позвал он шепотом, зевая, — Гарри… — волшебник принялся покрывать поцелуями его лицо до тех пор, пока мужчина не заскулил, морщась и отворачиваясь. — Ты закрыл окно? — сквозь сон бурчал Поттер, переворачиваясь на спину и откидывая в сторону одеяло, — Душно… — У тебя жар. — Поглаживая грудь мужчины прохладной ладонью, Драко включил светильник, теплый свет которого разлился по кровати, вынуждая Гарри проснуться. — Не засыпай. Я дам тебе лекарство. С трудом разлепив густые ресницы, мужчина провел двумя руками по лицу, стирая с него холодный пот. Пробуждение принесло за собой прохладу. Гарри передернуло от мурашек. Каждый сантиметр его кожи будто одновременно пронизывали горячими и холодными иглами. Дыхание становилось медленным, тяжелым. Пока супруг заботливо искал в ванной комнате необходимое средство, Поттер всеми силами боролся со сном и почти принял свое поражение. Любимый поспел раньше. — Посмотри на меня. — Он опустился на кровать рядом, придержал левой ладонью затылок благоверного, а правой влил содержимое зеленого флакончика в его рот, невольно пачкая губы. — Вот так… — прошептал Драко, успокаивающе убирая с лица Гарри налипшие пряди волос, зачесывая их назад, — сейчас полегчает… Пульс пришел в относительную норму. Сердце перестало колотиться как обезумевшее, возвращаясь к привычному темпу. Жар постепенно сошел на нет. Все это время Драко находился рядом. То и дело потирая покрасневшие глаза, зевая в руку и шмыгая носом, он старался держаться. — Как ты? — Спросил он спустя минут пятнадцать, кутаясь в рубашку от чужого пижамного комплекта, которая была на несколько размеров больше него. — Хочешь я принесу молока? — Мне уже лучше. — Гарри сел на кровати, прижавшись спиной к горке подушек у изголовья кровати, — Я приму душ и вернусь. — Тебе нужна помощь? — Драко не заигрывал, это было не к месту. Сейчас его действительно беспокоило состояние супруга. — Если нет, то я просто сменю постельное белье, пока ты будешь в ванной. — Да, это было бы кстати. Спасибо. — Мужчина оставил поцелуй на бледной щеке партнера и скрылся за дверью ванной комнаты. Он ушел, шурша штанами от того же пижамного комплекта. Вскоре, за дверью ванной раздался шум воды. Пока один был занят попытками привести себя в порядок, второй лениво поднялся с кровати и на скорую руку поменял постельное белье. Палочка лежала у кровати, но он сделал это вручную. Влажную от лихорадочного пота простынь он бросил в плетеный бак с грязной одеждой. Контейнер цвета выгоревшего сена, покрытого темным лаком, стоял в ванной, так что у Драко было несколько секунд, проведать Гарри. Тот пребывал в относительном порядке, почти засыпая под струями горячей воды. Вернувшись, мужчина застал мужа в кровати. Свет давно погас. Комната погрузилась в привычный ночной полумрак, столь приятный раздраженным от недосыпа глазам. Взгляд Гарри скользнул по свежему постельному белью вверх и задержался на силуэте, уютно устроившемся среди подушек. Пижамный верх развязно болтался на стройной фигуре. Шелковая, красная ткань сползла с острого плеча цвета сахара. Пальцы Поттера смяли махровое белое полотенце на голове, вытирая охладевшие капли воды. Несколькими движениями он избавил себя от лишней влаги, затем повесил полотенце на батарею под окном, вернулся к мужу и, залезая к нему на кровать, словно кот, расположился в его ногах. Голова пристроилась у впадинки между бедренной косточкой и впалым животом блондина. Его бледную ногу декан закинул на свое плечо. Теплая ладонь скользнула вверх по ягодицам, прошлась по спине и замерла на тонкой линии талии. Драко щелкнул пальцами, прикрывая окно. Комната наполнилась комфортным теплом. — Все хорошо, — прозвучало у изголовья кровати, — все хорошо… — Драко щекотно пробежался пальцами по шее мужа вверх, почесывая его за ушком. — Драко, — Гарри провел кончиком носа по косой линии пресса возлюбленного, пытаясь привлечь внимание. — Мм? — уже в полудреме отозвался супруг. — Люблю тебя. — Ценнее этих слов были лишь поступки, которые совершали они ради друг друга все эти годы. — И я тебя, — прошептал блондин, прикрывая серые глаза пеленой светлых ресниц. Светловолосая голова утонула в мягкости пухлой подушки. Тишина спальне сменило тихое дыхание и еле слышный храп, который больше походил на мурчание огромного перекормленного питомца.

***

На прикроватной тумбе справа, где в идеальном порядке стопкой лежали три книги по психологии, футляр с очками в тонкой оправе и телефон на беспроводной зарядке, загудел доисторический – прошу прощения, ретро-будильник: с двумя чашками и молоточком между. Бледная рука вытянулась навстречу звуку, шумно выбираясь из-под одеяла. Драко нащупал пальцами кнопку, отключающую механизм и спальня снова погрузилась в тишину. Тяжесть в висках отдавала в лоб, расползалась по переносице, не позволяя глазам открыться сразу. Длинные пальцы еще держались за холодный металлический корпус часов. Тело справа тоже зашевелилось, пробудившись. Сперва раздался глубокий, глухой кашель, а затем и голос – хриплый после сна: — Может притворимся, что мы заболели и перенесем встречу? — Гарри прижался носом к ключицам мужа, провел по ним к плечу, коснулся его губами, затем легонько укусил, срывая ленивый вздох с любимых губ. — Это не серьезно, — ответил Драко, отпуская будильник. — К тому же это отличный повод завершить их союз. — Он накрыл переносицу рукой, вздыхая от мигрени. — Да, это звучит серьезнее, — прыснул мужчина, потягиваясь чуть выше и жадно целуя блондина в его острые скулы, словно нарочно втягивая кожу, чтобы оставить красное пятнышко. — Сам знаешь, я тоже не в восторге… — чуть серьезнее начал блондин, но, ощутив руки мужа под одеялом, стремительно гуляющие по бедрам, не сдержался от смеха, — ну и как с тобой можно о чем-то серьезно разговаривать? — прозвучало почти капризно, — Гарри… У нас много дел сегодня. — Одно маленькое короткое приключение и я отстану. Звонкий смех светловолосого волшебника потерялся в складках теплого одеяла и сменился сначала томным вздохом, а затем и приглушенными стонами в губы благоверного. Так начиналось не каждое субботнее утро. Временами Драко удавалось сбежать в объятия домашних дел раньше, чем в супруге пробуждался ненасытный любовник. Но этим утром он и сам нуждался в разрядке. Близость снимала тревогу. Не они были изобретателями этой терапии, но пользовались ею активно и при любой возможности.

***

Со двора доносился задорный лай неугомонного пса, который с азартом гонялся за снежками, слепленными Скорпиусом. Пока мальчишка выгуливал пушистый ураган, родители приводили в порядок дом к визиту гостей. Гарри готовился к ужину, на скорую руку стряпая простые, но сытные блюда по рецептам из популярного британского кулинарного шоу, которое мужчина смотрел по выходным лежа в кровати, пока Драко принимал душ. Он мариновал мясо и строил планы позже закинуть его на гриль и забыть на время, пока короче не станет хрустящей. В духовке, тем временем, заполняя своим ароматом весь первый этаж дома, томился пирог с вишней. Пока чудный запах разносился по дому, перебивая амбре от декоративных свечей в столовой, Драко, там же, с мрачной сосредоточенностью занимался украшением стола. На фоне тихо шуршали диалоги из популярного сериала о Шерлоке Холмсе. Блондин скептически отнесся к первым сериям. Супругу даже пришлось выслушивать часовую тираду о том, почему Драко считал это насмешкой над классикой, но спустя два сезона молодой человек успел пройти через все стадии от ненависти до обожания. Теперь, откровенно переживая за «не отношения» Ватсона и Холмса, волшебник раскладывал по столу рождественские салфеточки, к ним идеально подобранные столовые приборы, бокалы и остальные предметы нетронутой роскоши, с отчаянной щедростью скупленной в маггловской икеи за месяц до Рождества. Дверь с заднего двора жалобно заскрипела, предвещая катастрофу. В дом влетала мокрая от снега собака, тяжело дыша, громко топая по паркету и искренне радуясь собственному безобразию. Грязные отпечатки лап остались на кухне и продолжились хаотичным маршрутом до самой лестницы на второй этаж, пока Скорпиус не нагнал питомца, схватив того за ошейник. Бледные пальцы вцепились в кожаный ремешок. Металлическая подвеска с именем звонко зазвенела. Юноша стиснул зубы и заговорщически прижал указательный палец к губам. Пес отозвался невиновным воем. Выпрямляя спину, подросток двинулся в сторону ванной комнаты, едва касаясь подошвой деревянного пола, что сейчас казался полем для игры в сапера и любое неверное движение могло привести ко взрыву родительского терпения. – Беда-беда. – Неожиданно донеслось сзади, с таким интонационным спокойствием, что спина невольно обливалась холодным потом. Низкий, отцовский баритон досадно, но с ленцой завибрировал. Гарри остановился в дверях кухни. Вафельное полотенце смялось в сильных руках, вытирая излишки воды. Высокий, широкоплечий силуэт вальяжно прижался к дверному косяку. Само спокойствие. Глаза темно-зеленого цвета скользнули по тропинке из отпечатков собачьих лап. Его пухлые губы растянулись в снисходительной улыбке. Скорпиус развернулся на пятках, отмирая из положения застывшего пластикового солдатика. – Как это произошло? – Густые брови с преувеличенным театральным удивлением взмыли вверх. – Я не успел предотвратить его исследовательский интерес, а теплица Мадам Пикксли оказалась открыта. – Скорпиус медленно опустил виноватые глаза вниз и, по-детски ковыряя носком своих черных мартинсов пол, зачем-то добавил, – Мне жаль. – Кошмар… И что же удалось открыть этому мохнатому Джеймсу Куку в теплице Мадам Пикксли? – Мужчина опустил взгляд на неприлично довольного собой пса и прижался виском к дверному проему, как вдруг из столовой раздался звон посуды и Гарри по инерции повернул голову назад. – Думаю, стоит убрать следы преступления, пока их не обнаружил твой папа. Он сегодня особенно придирчив. – Судя по тону, мужчина не относился к этой встрече серьезно и пока муж и сын искрили от напряжения, он воспринимал все происходящее как дешевый спектакль, – Искупай пса, а я помою пол. Подросток устало опустил плечи, прижавшись спиной к стенке с бежевыми обоями в мелкий, уютный цветочек. Пес сам открыл дверь в ванную комнату и радостно зашуршал занавеской душа, вероятно, стараясь забраться внутрь. Поттер задержал взгляд на сыне. Совсем мальчишка. Своим стремлением казаться взрослым он еще сильнее закреплял образ того капризного сорванца, который едва ли осознавал происходящее вокруг себя и слепо двигался за партнером, который, пользовался его доверием и юностью. Мысль об этом кольнула в груди, но Гарри ее отогнал, не желая терять боевой настрой перед. Тяжело вздыхая и пряча тоску по очередной заплутавшей душе в отеческой улыбке, он подошел к подростку, легонько встряхнул его за плечо и, опрокинув к себе на грудь, коснулся рукой платиновых волос. Он взъерошил идеально уложенную макушку. – Вперед, – закончив трепать светлые пряди, он поцеловал подростка в лоб, развернул к себе спиной и подтолкнул в ванную комнату. Скорпиус не сопротивлялся. Он послушно скрылся за дверь, где сразу залаял игривый пес, который был только рад поплескаться в теплой воду после прогулки и неважно, что после него ванной предстоит уборка. Занавеска в душевой громко взвизгнула. Послышался лязг душевой лейки и наконец зашумела вода. Гарри оторвался от стены. Он вытащил из рукава волшебную палочку. Ее наконечник мягко рассеял воздух, очищая грязь с пола кротким, почти ласковым «Экскуро». Полы вновь заблестели, как в день покупки дома. Волшебная палочка была еще теплой. Мужчина сдул с нее остатки магии и деревянный артефакт исчез в рукаве его рубашки. В доме пахло пирогом, маринадом и немного декоративными свечами. И лишь напряжение не давало пространству задохнуться в уютом умиротворении.

***

Солнце скрылось за горизонтом так рано, как бывает в декабрьские вечера. Драко стоял у накрытого с излишком стола, прижавшись к нему бедром. Тонкие пальцы с комком хлопковой ткани с остервенением натирали и без того чистые вилки. Телевизор давно выключили. с каждым часом он лишь подпитывал напряжение. Из всех звуков, мелькающего с хаотичной периодичностью, оставался только Гарри. Он, казалось, бесконечно из кухни в столовую, что-то поправляя и переставляя, скорее от скуки, чем от желания что-то исправить. На контрасте с умиротворенным мужем, Драко был подобен игольнице, чьи иглы угрожающе торчали наружу. Еще вчера он вообразить не мог, что банальное волнение перед встречей обернется перманентным раздражением. В последний раз подобное случалось, когда ему пришлось заново знакомить мать с будущим супругом. – Который час? – отстраненно спросил блондин, не сводя серого взгляда с кусочка светлых обоев в отражении стеклянного шкафа. – Шесть двадцать. – Гарри скользнул взглядом по часам, облегавшим его запястье. – Пора вживаться в роль. Улыбнись и хотя-бы изобрази гостеприимство. – Мужчина открутил крышку стеклянного бутылька с виски и налил его в стакан ровно на два пальца. Малфой опасно прищурился, с томящей медлительностью поворачивая голову. Подбородок чуть приподнялся вверх. Руки замерли с натертой до блеска вилкой. Он неторопливо прошелся взглядом по беззаботному лицу Гарри и поджал губы. Резко выдохнув через нос, Драко наконец цокнул языком и уставился на чужой стакан. – Это уже не первый или почему ты такой спокойный? – язвительно шепнул блондин, но тихо, чтобы их разговор не выходил за пределы столовой. – О чем мне переживать? Ты ведь сам сказал, что мы должны «подыграть». Эта встреча не стоит такой активной эмоциональной вовлеченности, уж поверь. – Мужчина лениво взял стакан в руки, подошел к мужу и, сделав глоток, обхватил его талию рукой, еще теплой после горячей посуды. С дивана в гостиной тяжело спрыгнула, спящая до этого мирно спавшая черная кошка. Она по-хозяйски вошла в столовую и уставилась на людей. Как всегда надменно. Будто нарочно, подошла ближе, потерлась о ноги мужчин и прошла между ними. Гарри посмотрел вниз, провожая питомицу взглядом. Драко сделал то же самое, наконец откладывая вилку. Столовый прибор занял отведенное для него место. – Ты меня сейчас так бесишь, – после затянувшейся паузы искренне признался Драко, глядя прямо в глаза благоверного. – Драко... – притворно возмутился Гарри, коснувшись холодным стаканом его руки и аккуратно вручив напиток, – Любовь моя, я все понимаю, но если ты хочешь, чтобы мы оба тряслись перед этой встречей, а потом три часа изображали семейку Ван Де Камп, да так, чтобы у гостей свело зубы от нашей идеальности, я не против. – Он опустил руки на бедра партнера, наклонился ближе и, коснувшись губами бледной шеи, громко поцеловал прохладную кожу, – Но кому и зачем мы будем что-то доказывать? – Потому что… – Драко задумался, опуская взгляд на книжную полку и поднося бокал с виски к губам, – Долфин не ровня Скорпиусу. Я хочу, чтобы его отец сам понял это. Мы воспитывали сына в идеальных условиях и сдували с него пылинки не для того, чтобы он связался с каким-то проблемным мальчишкой. – Вот оно что. Значит, человек из абсолютно благополучной семьи с любящими родителями и хорошим достатком не должен вступать в отношения с человеком иной среды? – Брюнет выпрямился, опустил голову и глянул на супруга поверх очков. – Даже не думай об этом, Гарри. Ты прекрасно понимаешь, что я имею ввиду. Сравнивать нас и их неуместно. Дело не в финансовом положении семьи и их благополучии. Дело в Долфине. – Он принял закрытую позу, снова коснулся губами стакана и осушил его, тут же поморщившись от жгучего спирта, – У меня от него мурашки. – Голос стал сиплым от алкоголя. Блондин нахмурился, отставил стакан и прикрыл рот кончиками пальцев. – Твоими стараниями, мы оказались заложниками этой ситуации, – спокойно подметил Гарри, поглаживая большими пальцами бедра мужа, успокаивающе, чтобы смягчить удар. – О, так это еще и моя вина? – Драко невольно повысил голос от возмущения, снова метнув ледяной взгляд на мужа. – Совсем страх потерял? Поттер беззвучно фыркнул. Поддавшись вперед, он коснулся ладонью чужого подбородка, притянул супруга к себе и накрыл тонкие губы поцелуем. Медленным, немного влажным, но усмиряющим. Сдавшись значительно легче чем в пылкие двадцать лет, Драко покорно расслабил плечи и прижал стакан к своей груди. Серые глаза закрылись. Он ответил на поцелуй, позволяя себе эту слабость и выдохнул прямо в чужие губы. – Так легче? – Мужчина спустил руку вниз от бедра к ягодице и слабо хлопнул по ней, снимая напряжение в теле партнера. Пока они обсуждали насущное, время летело неумолимо, а следить за ним, оказавшись в плену сильных объятий, и вовсе не хотелось. Потому звонок в дверь, раздавшийся слишком вовремя, показался внезапным. Драко раскрыл веки, закатив взгляд к потолку в утомленном жесте. Поцелуй разорвался шумным вздохом. – Я встречу. – Драко смахнул с губ влагу ребром большого пальца, шагнул в сторону, а потом исчез в прихожей. Пока Гарри остался в столовой, еще раз окидывая взором накрытый стол, Малфой взял из блюдца в прихожей связку ключей. Металл зазвенел в тонких пальцах. Блондин вставил ключ в замочную скважину, повернул его три раза и распахнул дверь. Сперва гостя встретила светловолосая макушка, затем волшебник выпрямил спину и их взгляды пересеклись. На пороге стоял мужчина выше среднего роста. В черных волосах, волнистых и стянутых в тугой хвост на затылке, угадывались отблески серебряной седины. Темно-карие глаза в лунном свете первые две секунды отвлекали внимание от шрама. Рана, нанесенная острым предметом, начиналась от лба, пресекала веко и заканчивалась на щеке. Зрелище не безобразное, скорее запоминающиеся. Нижнюю часть лица и очевидно широкую челюсть прятала густая борода треугольной формы. Незнакомец был одет в меховую шубу с теплым воротником. Руки скрывали перчатки из ткани. А под верхней одеждой угадывались обычные рубашка и брюки из классического отдела. – Мы… наверное, ошиблись дверью? – Пауза затянулась, и гость первым подал голос, стараясь разрядить атмосферу. Серые глаза заморгали. Смысл сказанного дошел на пару секунд позже, чем сама речь. Драко неловко качнул головой. Его губы сомкнулись, и он начал было говорить, но осекся и вместо приветствия вырвалась лишь растерянная полуулыбка. Гость перевел взгляд на своего сына, что стоял по правую руку от него. Малфой повторил попытку и на этот раз она оказалась удачной. – Нет-нет… Прошу простить мое смятение… – Он замотал головой. – Мы прежде… – Все в порядке? – За спиной блондина возник супруг. Привычным жестом обнял со спины, но от неожиданности, Драко схватился за грудь. – О, Мерлин… – Тяжелый вздох сорвался с тонких губ. Драко повернул голову к мужу: – Гарри, да что ж ты будешь делать… – Волшебник нервно засмеялся, снова переводя взгляд на гостя, – Вечно он… сзади подкрадывается… Привычка, да… – Сам того не контролируя, блондин начал механически гладить грудь супруга. – Да… Могу понять. – Незнакомец вежливо улыбнулся. Его слова встретили новой волной неловкого затишья. – В смысле, моя жена. Она тоже не любит, когда я подкрадываюсь. – А, да?.. Надо же, какая прелесть… – Драко засмеялся громче, чем следовало бы. – Милый… – Гарри приподнял брови и натянуто улыбнулся, – Гостей принято впускать в дом. – Да, ты прав, конечно, заходите, да. – Наконец отмирая, светловолосый отступил на полшага назад, прижимаясь к мужу спиной и пропуская гостей в дом. Незнакомец перешагнул порог дома и в помещение сразу стало тесно. Знакомым движением, он небрежно стряхнул со своего плеча хлопья декабрьского снега, оглядел прихожую с вежливым любопытством и протянул руку сначала Гарри, затем Драко: – Я Винсент. Винсент Роули. Рад знакомству, – представился он с незаметной усмешкой. – Мы, кажется, не встречались раньше? Драко пожал его широкую ладонь, невольно отмечая крепкое рукопожатие и прохладу тканевой перчатки. Лицо мужчины казалось ему смутно знакомым. Что-то из далекого прошлого. Может он повторял за кем-то и жест казался столь узнаваемым, что у волшебника зудело в горле. Но мысль так и не смогла сформироваться, растворившись раньше и словно против его воли. – Драко Поттер-Малфой. – ответил он и добавил – Это Гарри Поттер. Мой муж. Вы о нем слышали. – Не было в волшебных кругах человека, который о нем не слышал. Винсент кивнул и в его темных глазах на мгновение промелькнула загадочная искра. Что-то опасное и вместе с тем интригующее. Драко не обратил на внимание. Не заметил, отвлекшись на сына, что спустился вниз по лестнице и поприветствовал Долфина. Зато Гарри явно уловил сомнительный интерес. – Да, я читаю новости иногда. Хогвартс, должно быть платит хорошие премиальные живой легенде вроде вас. – Звучало лестно, но змеиное шипение в голосе казалось Поттеру слишком слащаво очевидным. – Не жалуюсь. Содержать семью в достатке пока в состоянии. – Мужчина смерил задумчивым взглядом высокую фигуру напротив. Роули снял с себя шубу. Под ней была простая белая рубашка из плотной ткани и брюки. Гарри, который все еще держал мужа за талию, легонько подтолкнул его к двери, ведущей в столовую. – Проходите, мясо остывает, – произнес волшебник. Входная дверь закрылась на ключ, запирая морозный воздух, что успел ворваться, в дом. После, толпа, сопровождаемая тихим звяканьем ключей, брошенных в блюдце, и шорохом любопытной кошки, устремившейся за ними, двинулась в сторону столовой, где на столе их ждали вилки, натертые до невозможного блеска вилки и вишневый пирог.