Fake and Real — Fictober 2024

Съемки музыкального видео и фотоматериалов проходили в Калифорнии, почти в пустыне, в окружении песков и кактусов. Компания серьезно подошла к выпуску первого после возвращения из армии альбома Тэмина. Место было выбрано очень атмосферное — одноэтажный деревянный дом 60-70х годов с мебелью того времени и незамысловатой утварью. Утром отработали в помещении, а после обеда группа переместилась к бассейну. В этот день предстояло еще сделать несколько кадров на закате и данный этап можно будет считать законченным. Послеобеденный перерыв был свободным и Тэмин расположился на плетеном ротанговом диване у бассейна. Его влажная после съемок в воде белая майка уже почти высохла и переодеваться не хотелось. Члены команды сновали по территории, переставляя освещение и меняя декорации. — Тэмин-оппа, я приготовила для вас ягодный смузи! — раздался звонкий голос симпатичной помощницы режиссера. Она весь день пыталась кокетничать с ним, не переходя, однако, границ приличия. Тэмин протянул руку и взял стакан с освежающим напитком. — Спасибо, Хёри, я обязательно попробую! — он сделал пару больших глотков через трубочку и поставил стакан на стол. Было вкусно. Самое то, чтобы восстановить силы и получить удовольствие. Тэмин растянулся на диване и закрыл глаза. Солнце было настолько ярким, что светило даже сквозь сомкнутые веки. Он опустил руку в стоявшую рядом коробку с реквизитом и вытащил оттуда первый попавшийся кусок ткани. Это оказалась широкая лента. Положив ее на глаза, он стал прислушиваться к окружавшим его звукам. Восприятие обострилось. Время от времени раздавались распоряжения оператора, кто-то куда-то шел, у всех были какие-то дела. Тэмин стал угадывать по шагам и шуму, кто проходил мимо него, где что-то пролили или опрокинули. За этой игрой он не заметил, как задремал. Ateez регулярно приезжали в Америку для участия в танцевальных мастер-классах. Занятия проходили в одной из студий, расположенной за городом. После практики Уёну захотелось пройтись и пофотографировать, однако Сан отказался составить ему компанию, сославшись на необходимость еще потренироваться. Уён фыркнул и, обидевшись, отправился гулять один, рассчитывая, что вероятность встретить фанатов в этой безлюдной местности совсем невелика. Он довольно долго брел по дороге снимая все подряд, пока не вышел к участку с жилыми постройками, где было расставлено сценическое оборудование и бегали люди. Ведомый любопытством он подобрался поближе. Говорили по-корейски, и парень догадался, что это, скорее всего, его соотечественники, которые, как и их команда, приехали для съемок. Вскоре пространство у бассейна опустело — все ушли в дом, и Уён решил проникнуть за заграждение. Здесь, как он подумал, можно будет сделать серию красивых кадров. Он не ошибся — предзакатное солнце живописно отражалось в воде, причудливые тени пальм падали на слегка обветшалую кафельную плитку. Уён успел несколько раз щелкнуть затвором камеры, когда взгляд его упал на фигуру, мирно дремлющую рядом с бассейном. Он остановился и залюбовался. Молодой мужчина в майке и свободных брюках лежал на диване, закинув руку за голову. Вся верхняя часть его лица была скрыта лентой, рот был слегка приоткрыт, а на нижней губе застыла маленькая фиолетовая капелька. На столе рядом стоял стакан с напитком, след от которого, вероятно, и украшал спящего. Если бы Уёна потом спросили, почему он сделал то, что произошло дальше, он бы затруднился с ответом. Он просто почувствовал вдруг, что лишь это будет правильным. Он подошел к незнакомцу, склонился над ним и слизнул сладкую капельку с его губ. Этого ему показалось мало, и он поцеловал отдыхавшего мужчину. Тот зашевелился, видимо, что-то почувствовав. Уен отскочил в сторону и затаился. Любитель ягодных коктейлей, однако, ничего не сделал, лишь насмешливо спросил: — Это снова ты, Хёри? Твой смузи прекрасен, но я не думаю, что захочу еще. Можешь унести. — Да, сонбэним, — ответил Уён. — Мужчина на диване нахмурился, быстро снял ленту с глаз и сел, однако Уен уже успел вылезти через решетку ограждения и быстро бежал по дороге в сторону тренировочного зала. Тэмин проводил взглядом стремительно удалявшуюся фигуру и в недоумении уставился на стакан. — Похоже, я не угадал, — усмехнулся он. На губах еще оставалось призрачное ощущение поцелуя. О произошедшем Уён никому ничего не сказал и весь вечер просидел у себя в комнате в гостинице, дрожа от страха. Через неделю группа возвратилась обратно в Корею, и история практически забылась. На Кей-коне собралась масса народу — девушки и парни, новички и известные группы, айдолы, ведущие. Выступающие непрерывно сменяли друг друга, смеясь и толкаясь в фестивальной суете. Покидая сцену после выступления Ateez Уён почти не заметил, как слегка зацепил плечом одного из участников Shinee, поднимавшихся в тот момент по лестнице. В смущении раскланявшись со старшим, он пробормотал: — Простите, сонбэним, — однако был остановлен вопросом: — Так это был ты? — Я? — Уён поднял глаза и столкнулся взглядом с обладателем самых прекрасных в мире губ. Он застыл на месте. В памяти возникла картина знойного калифорнийского вечера… Хонджун как ответственный капитан тут же среагировал на заминку и, с подозрением глядя на Уёна, спросил у Тэмина: — Сонбэним, что-то случилось? — Нет, все в порядке. Мне показалось! Весело подмигнув Уёну, Тэмин прошел на сцену за одногруппниками.