Времена года

«Если наступит зима, может ли весна остаться далеко позади?»

Конец марта выдался на редкость дождливым и холодным. Уже переобувший машину, поверивший теплому началу весны Ривай недоверчиво косился на своих лучших друзей. Фарлан, спокойный и уверенный в себе, и Изабель, полная его противоположность, отчаянно пытались его уговорить. — Я тебя умоляю, — вторил Фарлан, — лучше тебя водителя на нашем курсе нет! Ну что может случиться, подумаешь, небольшой гололед! — На машине куда быстрее, чем на поезде! — поддакнула Изабель. — Ривай, ну серьезно! Ты иногда такой перестраховщик! Тебе точно двадцать лет, а не сто двадцать? И она звонко рассмеялась своей шутке. Вечно несерьезная, его подруга еще со школы, зеленоглазая и рыжая — настоящая ирландская ведьма. Фарлан же, высокий блондин, учившийся с Риваем на одном курсе, словно уравновешивал своим спокойным нравом буйный характер Изабель. Ривай сам по себе по характеру был всё же ближе к Фарлану, а активные и шумные люди навроде Изабель его скорее восхищали. Он вздохнул и, понимая, что друзья уже победили, всё же постарался возразить: — Ни за что! — Ну Рива-ай! — сказали Фарлан с Изабель хором. — Ты же осторожен будешь! Черт с вами, решил Ривай, будь по-вашему. Он, так уж и быть, отвезет их на совместный отдых на природе на машине, хотя идея ехать по гололеду на летней резине ему совсем не нравилась. С другой стороны, он ведь действительно будет осторожен. Что может случиться? — Мы так редко видимся, — продолжала Изабель. — Так что мы просто обязаны провести эти выходные вместе! Вы с Фарланом же умники, потом начнете вовсю к экзаменам готовиться! — Я раздолбай, если что, — хохотнул Фарлан, — так что в будущем записывайся на приемы только к нашему Риваю! Ко мне не записывайся. И Фарлан с Изабель добродушно рассмеялись, а вот Ривая всё ещё беспокоил предстоящий путь. Беспокойство не проходило ни весь вечер сборов, ни всё следующее утро. А когда он сел наконец за руль и крепко его обхватил, словно ища поддержки, легкая тревога переросла в настоящий страх. Радио в магнитоле словно решило подпитать его, выплевывая одно за одним предупреждения о сложной дорожной обстановке и необходимости соблюдать осторожность. Сцепление с дорогой было плохое, и Ривай ехал медленно и осторожно. Изабель попробовала было повозмущаться, но Фарлан велел неугомонной девушке помолчать. Кажется, беспокойство Ривая начало передаваться и ему. А ведь студенту второго курса медицинского университета следовало быть умнее. Кому, как не медику, знать о том, как глупо порой люди получают травмы, не ценят себя. Стоило быть умнее и помнить, что они не одни такие умные решили полетать на летней резине по гололеду. Раз — и вылетевшая обгонять по встречке машина не справилась с управлением, и ее занесло. Два — и она цепляет машину Ривая, не успевшую уйти от столкновения, за собой. Три — обе потерявшие управление машины уносит в кювет, и они переворачиваются. Четыре — краем глаза Ривай замечает, как Изабель рядом зажало между крышей и лобовым стеклом. Пять — Изабель начала дико кричать. Шесть, семь, восемь, девять, десять. Сто. Миллион. Изабель все кричит и кричит, но давно уже не в реальности. А у Ривая в голове. И не замолчит никогда.