dude

— И я ему говорю: «Слушай меня сюда, мудила», но он даже не обернулся. И, конечно, мне пришлось ударить его в затылок, — Чонин резво жестикулировал руками и рассказывал очередную историю о своём обычном походе в клуб. — Когда-нибудь ты нарвешься и получишь ответно в лоб, — хмыкнул Сынмин и осторожно взглянул на Джисона. — А ты чего молчишь? — Думаю, — Джисон надавливал на виски пальцами и посматривал на своих друзей, сидя в полутемном баре. — Мне для самостоятельного задания надо написать песню, но ничего не идёт в голову. — Отдохни, — предложил Чонин. — И отдыхал, и искал вдохновение, но тщетно. Не знаю, сдам ли я что-нибудь к концу семестра, — Джисон пригубил пива из своего стакана и вздохнул. — А дальше что было, Чонин? — он решил перевести тему, лишь бы перестать думать о том, как бы не завалить учёбу и не заруинить все к чертям. — Да он сразу лёг. Пришлось убежать, чтобы ещё копы не забрали. Ты же знаешь, если я снова окажусь в полицейском участке, отец меня убьёт, — Чонин грустно посмотрел на свое пиво. — Ого, смотрите, какие люди, — чуть тише проговорил Сынмин, будто бы его кто-то мог здесь услышать. Джисон проследил за его взглядом и осторожно повернул голову к барной стойке, за которой находился… Хван Хенджин. Видел он его не так много, но был довольно-таки наслышан, так как о нем вечно слагались легенды, а популярность среди студентов их колледжа не угасала. — Пф-ф, — Джисон закатил глаза и обернулся. Хенджин бесил его. Очень сильно. Наверное, потому что он был достаточно популярным, но при этом не делал для этого ничего. Он мог появиться в каком-нибудь месте и сразить всех наповал своей красотой, но не более. Джисон даже не уверен, занимался ли чем-нибудь этот парень в колледже, кроме как устраивал показ мод для девушек, что были от него без ума. Однажды Джисон случайно (специально) врезался в него в столовой, чтобы замарать его рубашку и пустить смешки среди студентов, как неожиданно увидел на себе темные, испепеляющие его глаза и услышал змеиное «Отойди». Тогда смешков не последовало. Все напротив чуть ли не подорвались со своих мест, чтобы помочь великому принцу с холодным сердцем Хван Хенджину протереть рубашку салфетками, а кто-то вообще был готов отдать ему свою. И как это могло не бесить? Прозвище «Принц» появилось ровно в тот момент, когда Хенджин пересёк колледж на первом курсе. Выглядел он, словно вышел из сказки. Изящные манеры, великолепное лицо, отросшие черные волосы и модная люксовая одежда. Он отличался от здешних не только тем, что выставлял как будто бы свое богатство напоказ, но и своей аурой. Джисон мог почувствовать её за версту. Но в этом и была проблема: Джисон не хотел его видеть, не хотел о нем лишний раз думать и не хотел его чувствовать. И его раздражало, что глаза всякий раз искали эту модельную походку и красивое кукольное лицо. Он не хотел становиться похожим на всех обезумевших в своём колледже. Джисон просто хотел сохранить лицо и остаться собой. — Интересно, почему такие люди и без охраны, — Чонин сделал ещё один глоток. — Не боится, что его красивое личико в этом месте могут подправить? — Думаю, это сделать можешь только ты, судя по тому, как ты вечно раскидываешься своими кулаками, — Сынмин слегка усмехнулся. — Иди, поздоровайся с ним, Джисон. Я думаю, он будет очень рад тебя видеть. — Иди в зад, — Джисон фыркнул и сделал ещё глоток, прикрывая глаза. — Сто лет бы его не видел. — А мне кажется, видел бы. Джисон открыл глаза и посмотрел на Сынмина, недовольно сморщив нос. Его друг уже давно заподозрил, что за чувствами неприязни скрывается нечто ещё, что ныло под ложечкой, но Джисон это не то, что игнорировал, а убивал в самом себе, лишь бы это никогда не вылезло наружу. И ненавидеть Хенджина было куда проще, чем что-либо ещё. И это помогало. — Знаешь, ты никогда не задумывался, почему у такого красавчика никогда не было ни девушки, ни парня? Он всегда был один, — Сынмин посмотрел Джисону за спину, куда-то по направлению Хенджина и сложил руки на столе. — Мне все равно, — неохотно отозвался Джисон. Хотя, да, это странно. Будто бы Хенджин мог позволить себе все, но не любовь. Либо же он просто не умеет любить, но хочет, чтобы любили только его. Кретин. — Да плевать как-то. — А мне интересно, — Чонин ярко улыбнулся. — Может, он ни с кем не встречается, потому что у него микропенис? — ФУ! — в унисон взвыли Сынмин и Джисон. — А что я не так сказал? — Чонин закатил глаза и насупился. — Кажется, из моих ушей пошла кровь, — Джисон протёр уши и вздрогнул. — Никогда больше не произноси слово «пенис». — А мне нравится. Так дебильно звучит, — он хихикнул и сделал серьёзное лицо, стоило Джисону и Сынмину на него посмотреть. — Ладно-ладно. Член. Пойдёт? У него маленький член. И поэтому он ни с кем не встречается и не спит, потому что это его главный недостаток. Узнал бы кто, так сдохли бы со смеху. — А это мысль, — Сынмин рассмеялся. — Я так не думаю, — Джисон снова ответил неохотно, понимая, что сейчас его друзья уставятся на него. Так и произошло. — И почему же? Есть доказательства? — Сынмин изогнул бровь в вопросе. — Да, он просто сосал его член, — Чонин снова разразился смехом, на этот раз вместе с Сынмином. — Два дебила, — Джисон покачал головой, едва сдерживая улыбку. — Нет, он просто иногда приходит на физкультуру. Думаю, если бы там ничего не было, ничего бы и не выпирало из его шорт, — он отвёл взгляд. — Подкладка? — предположил Сынмин. — А почему ты смотришь… — Завались, — перебил Чонина Джисон. — Смотрю куда угодно, лишь бы не на его противное лицо. — А члены, что, лучше? — Чонин допил пиво и расслабленно разлегся на стуле. — Почему мы вообще говорим про члены? — возмутился Джисон. — Потому что ты хочешь член, — удивительно синхронно проговорили Чонин и Сынмин. Они уставились друг на друга на пару секунд, затем отбили пять и рассмеялись. — Может быть, но не его. — Ну-ну. — Да. И вообще, если бы я оказался в одной постели с… с ним, — Джисон вложил в это слово все свое пренебрежение и даже скривился, — то это я бы его, а не он меня. Да и он не выглядит как тот, кто хорошо управляет своим членом. Сынмин и Чонин переглянулись. — А это идея, — Сынмин улыбнулся. — Переспи с ним. Джисон подавился пивом и в ужасе уставился на друга. Видимо, он совсем много выпил, раз начал допускать подобную мысль. — Ага, а ещё что сделать? — Нет, я правда тебе говорю. Переспи с ним. Завали, узнай, какой у него член, это будет очень даже интересно. — Ты, наверное, не о Хенджине говоришь. Он не тот, кто спокойно приглашает тебя в свою постель. С ним работать нужно. — Вот именно, что это уже звучит, как вызов, — Сынмин заиграл бровями. — Или… для тебя это непосильная задача? Я думал, ты в прошлом был тем ещё ловеласом, нет? — Ха… ты думаешь, я не смогу с ним переспать? Да если бы я этого хотел, он давно бы лежал подо мной, — Джисон закатил глаза и откинулся на спинку стула. — А я думаю, ты не сможешь это сделать, — бросил Чонин. — Хенджин всё-таки парень с холодным сердцем, забыл? Это будет тяжело, Джисон. Думаю, он все же тебе не по зубам. Джисон разозлился. Хенджин просто о себе много думает, но ничего из себя толкового не представляет. И переспать с ним кажется проблемой, но таковой на деле не является. Особенно для Джисона, который на первом и втором курсе кадрил даже гетеросексуальных парней. — Да для меня это сделать проще простого, — надменно ответил Джисон и обернулся, глядя на то, как Хенджин все ещё сидел за барной стойкой. — Даже сейчас могу подойти и закадрить его. — Ну, это спорное заявление, — все ещё с насмешкой говорил Сынмин. — Хочешь поспорить? — А может, и хочу, — друг облизал губу и протянул руку. — Если ты переспишь с Хенджином, будучи топом, то с меня… три тысячи баксов, — с вызовом бросил Сынмин. — Э, ты же копил на машину, — ахнул Чонин. — Да не парься, у Джисона ничего не выйдет, — рассмеялся он. — А когда у него ничего не выйдет, — Сынмин перевёл взгляд обратно на Джисона, — ты должен будешь прийти на спектакль и выйти на сцену перед всеми абсолютно голым и кричать всем, что ты хочешь Хенджина. Джисон сглотнул. Выходить голым перед всем колледжем, да ещё и выкрикивать эту ересь… звучит сомнительно. Но три тысячи долларов на дороге тоже не валялись. А зная, что Сынмин отчаянно копил на машину, чтобы не ездить на своём велосипеде, подначивало Джисона положить свою руку в руку Сынмина и сжать её. — Тебе даётся три месяца. Ровно до спектакля. — Я сделаю это за неделю, если не за сегодняшний вечер, — самоуверенно объявил Джисон. — Посмотрим, — Сынмин посмотрел на Чонина. — Разбей. — Я бы вам рожи разбил, — Чонин вздохнул и несильно ударил по их рукам. — Ну все, спор в деле, — Сынмин не переставал улыбаться, а идея Чонина разбить кому-нибудь рожу передалась и Джисону. — Я надеюсь, ты уже готовишься снять свои трусы и пройтись по сцене, глядя зрителям прямо в глаза. Чувствую, это превзойдет весь спектакль и оставит сладкое послевкусие. — Не знаю, я бы не очень хотел смотреть на член Джисона после «Ромео и Джульетты», — покосился Чонин. — А я вам его и не покажу. Потому что Хенджин будет подо мной. Возможно, несколько раз. Возможно, Сынмин, ты сможешь прийти и посмотреть на это зрелище лично, — Джисон допил пиво и поставил стакан на стол. — Знаешь, ты напоминаешь мне Хенджина своей безрассудной самоуверенностью, — отметил Сынмин. — А сейчас я продемонстрирую её на деле, — Джисон подмигнул и поднялся со стула. Внутри зародилось странное ощущение провала. Он посмотрел на затылок Хенджина и наконец понял, на кого только что спорил. Не то чтобы Джисон сейчас давал заднюю, но одна его трезвая часть понимала, что переспать с Хенджином звучит, как миссия невыполнима. Но с другой стороны, а разве Хенджин не захочет этого? — Эй, чувак, как жизнь? — Джисон присел рядом и пальцем попросил бармена повторить ему пиво. Хенджин сидел над коньяком и плескал его по стакану. Он медленно повернулся в сторону Джисона и отвернулся обратно. Ну мудак. — Хочешь снова испортить мне рубашку? — бесцветным голосом проговорил Хенджин и сделал глоток. Его мягкие плюшевые губы обволокли край стакана, кадык на шее дернулся от глотка, и он прикрыл глаза. Отставив стакан, Хенджин провел языком вдоль губ, слизывая капли коньяка, и Джисон тяжело вздохнул, отворачиваясь к своему только что налитому пиву. — Я случайно. Не думал, что ты запомнишь, — Джисон сделал несколько глотков и думал, что Хенджин что-нибудь ответит, но он просто молчал. И почему он молчит? Придурок, поговори со мной! — Так… почему сидишь тут один? Хенджин снова сделал глоток, промолчав. — Я с тобой говорю, — нахмурился Джисон. — Зачем? — Хенджин посмотрел на него. — Зачем ты со мной говоришь? Чтобы тебя трахнуть, кретин ты отбитый. — А что, нельзя? — с вызовом бросил Джисон. — Ты какой-то типа неприкосновенный? — он усмехнулся и положил свою руку на плечо Хенджина. — Видишь? Я тебя трогаю. — Убери руку. — Нет. — Я повторять не буду. Убери руку, — Хенджин поставил стакан на барную стойку. — Но ты ведь только что повторил это, — Джисон захлопал глазами, как неожиданно в него плеснули его же пивом в лицо. — Остынь и держи себя в руках, — Хенджин допил коньяк и поднялся с места, вальяжной походкой пробираясь к выходу из бара. Джисон хлопал глазами, чувствуя, как хмельное пиво скатывалось по его лицу и как его футболка неприятно прилипала к телу. В голове была загрузка. Этот придурок… Облил меня?! Услышав смех Сынмина, Джисон понял, что ему нужно идти по головам. Нужно сделать все возможное, чтобы за эти три месяца Хван Хенджин был под ним. Дело уже не в споре. Это уже дело принципа. — Я просто так не сдаюсь, Хван Хенджин, — прошипел он, стряхивая с себя пиво.

🎭🎭🎭

— Профессор, не могли бы вы поставить меня в пару с Хван Хенджином? Я просто не совсем понял тему проекта, а он смог бы мне её объяснить, — Джисон сжал руки в мольбе. — Джисон, — удивился мужчина, — вы наконец-то хотите взяться за ум? Похвально. Хорошо, я поставлю вас в пару. — Спасибо большое. Джисон развернулся и вместо радостной улыбки на его лице появилась хищная. Он начал действовать. Переспав с этой мыслью и проснувшись трезвым, Джисон понял, что вляпался в дерьмо. Но деваться было некуда, он не хотел выходить голым и кричать о том, что он хочет Хенджина. Но и находиться часто с ним тоже было такой себе перспективой. Наверное, потому что Хенджин его бесит. И бесит ещё сильнее, чем было до, после пивного напитка на его лице. Это же надо было додуматься! Джисон сел на свое место и вздохнул. Единственным совместным уроком с Хенджином оказалась история. Раньше Джисон был просто счастлив, что из всех уроков у него совместный был только один. Сейчас он понимал, что ему придётся постараться, чтобы подобраться к Хенджину ближе. Понять, что он вошёл в кабинет, можно было лишь по восторженным вздохам. Джисон приподнял глаза и увидел Хенджина. Он присел на рядом стоящую парту и даже не посмотрел в его сторону. Как это так? Только вчера облил его пивом, а сегодня делает вид, как будто бы этого не было. — Так, вы ведь все помните про итоговый проект? Я говорил, что разделю вас на пары, — профессор вошёл обратно в кабинет и присел за свой стол. — Я раздам вам список, вы с ним ознакомитесь. И к концу этого месяца будете вместе защищать проект. Все поняли? — Да. — Отлично. Джисон получил список и совместное вместе с Хенджином задание. Он улыбнулся и посмотрел на рядом сидящего Хенджина в ожидании, когда до него дойдёт эта новость. Его лицо казалось непроницаемым, он несколько раз прикусил губу и отложил листок, медленно поворачивая голову в сторону Джисона. — Профессор, я же говорил, что буду работать без пары, — Хенджин сел прямо, обращаясь к мужчине. — Да, но у Джисона как раз не хватило партнёра. К тому же, он решил взяться за ум, ему пригодится ваша помощь, — улыбнулся профессор. Хенджин фыркнул, но ничего не ответил. Похоже, для него это нормальная практика оставлять что-то недосказанным или проигнорированным. Кто ты такой и с чем тебя едят, Хван Хенджин? Я бы не хотел этого знать. Урок по истории прошёл как всегда скучно. Джисон разрисовал тетрадь, успел поспать на руке и попялиться на Хенджина. Его новая тактика — это уже не пренебрежение, которое было Джисону свойственно, когда он видел самодовольного, наглого и красивого Хван Хенджина. Теперь, раз он хотел выиграть спор, ему нужно быть… таким же наглым? Или притвориться влюбленным? Тогда нужно не пересечь эту тонкую грань в сторону обезумленных от него студентов. Джисон ему… улыбнулся и даже подмигнул, когда Хенджин неоднозначно покосился в его сторону. На его лице ничего не отразилось. Ни удивления, ни любопытства. Он просто был красивым камнем, что поблескивал на свету, но не проявлял никаких эмоций. И это тоже бесило! И как мне с ним переспать? Этот вопрос так и остался без ответа. Когда урок закончился, Джисон решил поговорить с Хенджином на тему их новой совместной работы. Они ведь должны где-то видеться, чтобы сделать все правильно и нормально защитить свой проект, верно? Однако, стоило Джисону покинуть кабинет, он заметил, что Хенджин был почти в конце коридора. — Хван Хенджин! — прокричал он, заставляя любопытные глаза посмотреть на него и проследить за тем, что дальше будет делать Джисон. Хенджин, на удивление, остановился. Но не обернулся, продолжая прямо стоять к нему спиной. Был бы тут Чонин, он бы тебе уже в затылок дал, придурок. — Чувак, — Джисон подбежал к нему ближе и потянул его за локоть. — Что тебе надо? — он втянул носом воздух и наконец посмотрел на Джисона. — Во-первых, извинись за то, что ты облил меня пивом. Во-вторых, у нас с тобой совместный проект, если твой мозг этого не понял. И нам нужно его подготовить. А значит… нам нужно где-то видеться больше, чем пару секунд в день, — Джисон неуклюже зацепился о ногу и полетел носом Хенджину прямо в грудь. — Ой, пардон, — Джисон встал ровно и мысленно ударил себя по лицу. Глаза Хенджина сверкнули, пусть лицо все так и оставалось непробиваемым. Зато Джисон для себя уловил, что пах он вкусно. Какой-то дорогой парфюм. Все как и нужно для принца. — Не думал, что ты такой притягательный, — свел все в шутку Джисон, стараясь не обращать внимания на перешептывания студентов. — Ты наступил мне на ботинок, — Хенджин моргнул. — Извини, чувак, ладно? Это вышло случайно. Надеюсь, ты не начнёшь ходить по моим ногам за это, — Джисон не мог сдержать себя от того, чтобы не съязвить в ответ. Выходило как-то не очень дружелюбно, что портило его изначальный план. Но как ещё? Хенджин просто невозможный… Придурок. — Так где извинения? — Там же, где и моя рубашка. В мусорке, — Хенджин снова моргнул, не показывая эмоций. — Зачем тебе это? — Извинения? Ну, наверное, потому что ты… — Я про проект. Тебя становится слишком много за эти два дня, странно, не находишь? — А что странного? В баре я подошёл к тебе сам, потому что ты сидел один, и я подумал, что тебе скучно. Сейчас же нас вместе поставил профессор, — Джисон пожал плечами. — Может, судьба начала нас сводить, ты так не думаешь? — Ну да, — Хенджин оглядел его с ног до головы. — Как хорошо, что я в судьбу не верю. Вот мудак. — Может, поэтому у тебя никого до сих пор и нет, — промычал Джисон. — Что ты сказал? — наконец на лице Хенджина задвигались брови. — Говорю, где заниматься будем? У меня или у тебя? Или лучше в библиотеке? — Я могу сделать проект один, а ты можешь сделать вид, что… — Я тоже хочу сделать проект, — прервал его Джисон. — Разве певичкам не нужно готовиться к своим профильным предметам? А разве придуркам вроде тебя не следует закрыть свой рот? — Не переживай, эта, как ты выразился, певичка, первый в рейтинге, — Джисон сощурил глаза. — А ты там… кто, прости? Даже не знаю, чем ты здесь занимаешься, — фыркнул он. — Да, я слышал, певцам знания особо и не нужны. Так что можешь не нагружать свой скудный мозг, все равно не познаешь истину, — Хенджин засунул руки в карманы и слегка улыбнулся. Джисон хотел увидеть хоть что-то на каменном лице, но не думал, что увидит самую раздражающую и паскудную улыбку из всех, что он когда-либо видел. — Встречаемся у меня в особняке сегодня в пять, — он развернулся на пятках и направился прочь. — Но я же не знаю, где ты живёшь. — Тебе передадут. — Замечательно, — Джисон тяжело вздохнул и косо посмотрел на студентов, что откровенно пялились на него. Да, это дело будет не из лёгких.

🎭🎭🎭

Когда какой-то парень передал Джисону бумажку с адресом Хенджина, он не поверил своим глазам. Его дом находился в элитном районе, закрытом от простолюдинов. Можно сказать, Хенджин жил по соседству с Деми Мур. Она жила в паре домов от него в роскошном особняке. Джисон не сомневался: Хенджин жил в таких же условиях. И это тоже злило. Вымораживало. Хенджин словно выставлял свое богатство, позволял всем рассмотреть его, а затем прятал, будто бы ничего не было. Богатенький сынок своих родителей, не иначе. От мыслей, что Джисону придётся проводить там с ним время, сводило живот из-за тошнотворных спазмов. Но он успокаивал себя тем, что на кону три тысячи долларов. Ему такие деньги не помешают. Жаль, конечно, он не спорил о чем-то с Хенджином, тот бы предложил сумму побольше. Джисон скитался в спальном районе богатеньких людишек и пытался понять, к какому именно особняку ему нужно подойти. На него уже смотрели косо и с высока проходившие мимо жильцы. Да, Джисон не был одет с иголочки в брендовые вещи за несколько тысяч долларов, на нем всего лишь потертые чёрные джинсы, футболка в стиле «хэви-метал» и кеды, чьи носы были убиты в ноль. Такой себе из него богач, если честно. — Мне сюда? — Джисон захлопал глазами и перепроверил ещё раз адрес. Перед ним открылся двухэтажный особняк белого цвета. По центру второго этажа был размещен балкон. Наверное, Хенджин выходил сюда каждое утро с кружкой кофе в руках и смотрел на свой красиво постриженный сад. Или же на вид Лос-Анджелеса, так как перед ним не было противоположного дома, а сам особняк находился на возвышенности. — И как мне туда попасть? — Джисон посмотрел на ворота и попытался их открыть, но тщетно. — Черт бы тебя побрал, Хван Хенджин. На глаза попалась кнопка с глазком камеры. Джисон помедлил и аккуратно нажал на неё, слыша тихое пиликанье. Через секунду послышался мужской голос: — Да? — А-а… здравствуйте? Я к Хван Хенджину, — он сглотнул и облизнул губу. — Секунду. Послышалось очередное пиликанье, и ворота перед ним разъехались по сторонам. Джисон удивлённо на них посмотрел, но затем быстро сделал непроницаемое лицо, заходя внутрь. Дверь особняка открылась, и перед ним появился Хенджин. — Не думал, что ты найдёшь мой дом, — вот так поприветствовал он Джисона. — Все-таки непривычная для тебя местность. — Каждый день здесь гуляю, — огрызнулся Джисон. Хенджин осмотрел его и вздернул бровью вверх, деловито хмыкая. — Оно и видно. Пойдём. Джисон ступил за порог особняка и обомлел. Повсюду сверкал белый мрамор. В середине гостиной стояла статуя ангелов, а по двум сторонам от них находились лестницы, ведущие на второй этаж. Джисон сдержал удивлённый вздох и посмотрел на Хенджина, что все это время смотрел на него и как будто бы хотел увидеть его реакцию. — Руками ничего не трогать. В туалет без меня не ходить. Мы будем заниматься на кухне, пока никого нет. И помни, тут везде камеры. Что-нибудь сопрешь — тебя сразу же найдут, — предупредил он и без слов направился в сторону предполагаемой кухни. — Я не собирался ничего у тебя красть. Делать мне нечего, — это показалось Джисону даже обидным. — Моё дело предупредить. Тем более ты странно ошиваешься возле меня, я все ещё бдителен, — он сел за стол и указал рукой на стул рядом. — Садись. Быстро начнём — быстро закончим. — Хочешь отделаться от меня? Вот так ты с гостями? — Джисон сел рядом и достал из рюкзака несколько книг. — Ты мне не гость, — Хенджин что-то бегло напечатал на своём ноутбуке и взял тетрадь с конспектами. — Итак, начнём с… — Откуда у тебя такой дом? — Джисон начал рассматривать интерьер кухни. Она была по величине такой же, как его дом, в котором он жил. Бедно, скудно, но хоть так. — Начнем, — Хенджин словно его не слышал. — У нас парный проект. Можем приготовить что-то из истории США. — США будут готовить абсолютно… — Например, можем подготовить про экономику, как она развивалась. Джисон поджал губы. Как же меня НАХУЙ бесит этот КРЕТИН. Чтоб тебе этот проект в очко засунули, да перекрутили все к херам собачьим. — Я думаю взять Испанию. Там история значительно разнится с… — США, так США, — Хенджин принялся что-то быстро печатать. Я ему сейчас башку проломлю. — Я не буду брать США, — Джисон ударил по столу, и Хенджин замер, медленно поворачивая голову. — Мы можем писать проект по отдельности на разные темы. Ах, вот в чем дело. Нет, так дело не пойдёт. И каким блять образом я влюблю его в себя, не говоря о том, чтобы переспать? Он же ошметок ослиного дерьма. — А ты привык думать только о себе, да? — Джисон откинулся на спинку стула. — У нас совместный проект, чувак. — Я знаю. Поэтому и говорю, что будем брать США. И прекрати называть меня чуваком. Ещё чего. — Ты хочешь взять США, — исправил его Джисон. — Это изначально та тема, по которой я и думал делать свой проект. И менять её из-за тебя я не собираюсь. Хочешь делать проект со мной, подстраивайся, — сухо ответил Хенджин. После такого ответа мне следовало бы уйти. Но я не могу этого сделать из-за СЫНМИНА. И трех штук. — Ладно, берём США, чувак, — сдался Джисон. Хенджин вздохнул. — Отлично. Сегодня подготовим план проекта и найдём нужную литературу. Если найдёшь дома что-нибудь стоящее, можешь добавить в свой план. А завтра уже посмотрим, как будем его делать, — Хенджин принялся за работу, в то время как Джисон просто листал дополнительные учебники и искоса посматривал на серьёзное лицо парня. Хенджин был не плох. Вернее, даже очень красив. Не будь он таким придурком, Джисон бы за ним приударил. Но сейчас его просто хотелось ударить. — Я понимаю, что красив, и ты не можешь оторвать от меня взгляд, но сейчас у нас проект, — Хенджин даже не шелохнулся. — Кто тебе это сказал? — фыркнул Джисон. — И красивей видал, — закатив глаза, он уткнулся в книгу. — Но пялишься ты почему-то на меня. — Не пялился я. Просто смотрел на одного зазнавшегося кретина, вот и все. — Мило, — Хенджин продолжил бегать глазами по экрану. Очень мило.

🎭🎭🎭

— Я не знаю! Я просто… Агх! — Джисон ходил из угла в угол под насмешливый взгляд Чонина и жаловался на жизнь. — Все совсем плохо, да? — Чонин поедал чипсы, сидя в кресле. — Хенджин полный придурок, я не знаю, как затащить его в постель! Я не понимаю, что мне делать! Я хочу избить его к чёртовой матери. Или задушить… не знаю, все вместе, — Джисон плюхнулся на кровать и начал бить подушку, елозя всем телом по постельному белью. Прошла уже неделя, а он так и не сдвинулся с места. Хенджин старательно не подпускал его к себе, и это было просто невыносимо! — А говорил, что справишься. Видимо, придётся всё-таки снимать трусы, — хихикнул Чонин. — Ненавижу! Ненавижу! Ненавижу! — Джисон продолжал биться головой о подушку, подпрыгивая всем телом на пружинистом матрасе. Он даже не заметил, как в его комнату вошла мать и с ужасом уставилась на него. — Что это с ним? — недоуменно спросила она. Чонин вздохнул. — Пубертат. — Боже, — она вышла из комнаты и закрыла дверь. — Чони-и-ин, — проныл Джисон. — Я не хочу снимать свои трусы. Помоги мне, Чони-и-ин. — Направить твой член в зад Хенджина? — прыснул он. — Нет… с этим я и сам справлюсь, — Джисон лёг на спину и посмотрел в потолок. — Как к нему подступить? Он вызывает сложности, поэтому я хочу его придушить. Как к нему подкатить, если он такой… тупой кусок говна! — Не думал, что буду помогать тебе кого-то закадрить, — Чонин отложил чипсы. — С тебя пятьсот баксов. Джисон привстал. — Ты охренел? — Часики тикают, времени все меньше и меньше, — напомнил Чонин. — Ладно. Выиграю три штуки, тебе с них отдам. — Заметано. Итак. Тебе придётся быть с ним милым и дружелюбным, как бы ты ни хотел его убить. Джисон подавил в себе рвотный рефлекс. — Ты должен быть постоянно в его поле зрения, постоянно должен разговаривать с ним, расспрашивать о нем. Такие парни любят поговорить о себе. Ещё… у него много денег, и это проблема. — Почему? — У него явно все плохо с доверием. Он будет подозревать тебя в каждой мелочи, вдруг ты просто хочешь его денег? — Чонин почесал лоб. — Я хочу деньги Сынмина, на Хенджина мне все равно, — фыркнул Джисон. — А должно быть не все равно, Джисон. Ты должен проявлять интерес. Ты должен хотеть его. Смотреть на него так, словно он единственный мужчина на земле. Это будет не сложно, учитывая, что это Хенджин — самый красивый парень колледжа. — И самый паскудный мудак. — Опустим, — рассмеялся Чонин. — Ты должен подавить свое эго. Должен… стать его личной подстилкой. Обычно ты брал на вооружение всех, кого видел, но тут позволь Хенджину это сделать. Может, так прокатит. — Я не смогу это сделать, — Джисон прикрыл глаза. — Он красивый, но он меня бесит. И если он будет меня называть постоянно тупым, я проломлю ему череп и… — Покажи ему свои эмоции, Джисон, — Чонин поднялся с кресла и лёг рядом. — Не злость, которую он так ищет, потому что сам привык отвечать холодом. Покажи ему обиду. Покажи ему боль. Что тебе неприятно, что его слова тебя ранят. Может, так что-то екнет в его сердце. — Боже, ты хочешь превратить меня в слюнтяя? — Джисон удрученно простонал. — Именно. Будь добрым, милым и влюбленным в него по уши. Старайся узнать его получше, может, где-то вы даже соприкоснётесь характерами или вкусами, от этого и отталкивайся дальше. То, что ты вечно хочешь с ним поругаться или избить его, ни к чему не приведёт. Нужно быть хитрее, Джисон, тебе ли этого не знать? — Я ещё никогда так долго не колбасился над каким-то парнем. — А это не какой-то там парень, Джисон, — Чонин улыбнулся. — Это сам Хван Хенджин. Подумай над этим.

🎭🎭🎭

— Как продвижение? — Сынмин присел рядом. — Пока работаю, — неохотно отозвался Джисон. — Ну и работенку я тебе подкинул, да? Не так-то просто охомутать Хенджина, — рассмеялся он. — Вообще-то, я почти у цели, — Джисон улыбнулся. — Мы делаем вместе проект, я каждый вечер провожу у него в особняке. Там такая кровать… укачаешься. — Ого, — удивился Сынмин. — Неужели ты ещё не потерял сноровку. Похвально, — он выпятил нижнюю губу. — Но я все ещё верю, что у тебя ничего не выйдет. Потому что это Хенджин, ничего личного. Бесишь. — Хенджин такой же, как и все. Просто немного упертый, — Джисон увидел его в дверях и вздохнул. — А вот и он. Мне пора, — он поднялся и последовал за ним. Тот сел за свое место, за которым больше никто, кроме него, не сидел, хотя, конечно, хотели, и взял банку с соком. Джисон присел напротив него и улыбнулся. Будь милым и дружелюбным. — Чего тебе? — Хенджин отставил банку и уставился на него. — Во-первых, доброе утро. Во-вторых, я вчера добавил в наш план несколько пунктов, а ещё нашёл несколько схематических таблиц, как развивалась экономика США за последние сто лет, — Джисон достал телефон и показал Хенджину фотографии. — Ага. Это все? — без энтузиазма ответил он, беря вилку. — Как дела, чувак? — Джисон отложил телефон и захлопал глазами. — Было лучше, пока не увидел тебя. Ну сука… Будь милым и дружелюбным. И как будто бы ТУПЫМ. — Ой, ха-ха, ты такой смешной, — Джисон потрепал его по голове. — Слыш… — Тебе, кстати, очень идёт эта рубашка. Не беспокойся, я её не испорчу, мне просто нечем, — Джисон улыбнулся. — Так сегодня у тебя снова в пять? Все обернулись, глядя на них двоих. Хенджин тяжело вздохнул и прикрыл глаза, будто бы сдерживал себя от чего-то. — Ты можешь так не орать? — выдохнул он. — Ещё подумают, что мы… — Хенджин запнулся. — Что мы вместе, — дополнил Джисон, слыша, как кто-то давится за спиной. — Да ладно тебе, чувак. Кому какое дело, что о нас подумают? Важно, что мы знаем правду. Хенджин странно на него посмотрел. На его нечитаемом лице наконец-то появилось недоумение. Он схватил Джисона за подбородок и приблизился к нему через стол, смотря ему прямо в глаза. Джисон никогда не видел Хенджина так близко. Это пугало. Почему он потянулся к нему? Он хочет поцеловать его прямо тут, перед всеми?! — Ты что-то употреблял, да? Пытаюсь понять по зрачкам. — Нет, я не употреблял, — Джисон улыбнулся. — Тогда уйди отсюда, — Хенджин убрал руку и снова взял вилку. — А за этим столом можно сидеть только наркоманам? — Что? — Что? — Джисон захлопал глазами. — Ты свалишь? — А что, я тебя смущаю? Хенджин отложил вилку, так и не притронувшись к салату. Он сощурил глаза и выдохнул, сжимая руки в кулаки. Так вот, как его вывести из себя. Просто быть милым и дружелюбным. Чонин гений. — Нужно быть максимально тупым, чтобы не понять, что я хочу посидеть и поесть один. — Так ты ешь, я ведь тебе не мешаю. Сделай вид, что меня нет. Хотя, ты всегда так делаешь. — Вали к своим друзьям. По-хорошему говорю. — А как по-плохому? — Джисон заиграл бровями. — Накажешь меня? — Что тебе надо? Джисон проигнорировал его вопрос и взял вилку, накалывая на неё листья салата. — Просто хочу подружиться и узнать тебя получше, чувак. — Интересное у тебя желание. И возникло оно тогда, когда ты увидел мой особняк, чувак, — Хенджин открыл рот и спокойно принял вилку из рук Джисона, заставив обалдеть не только часть столовой, но и самого Джисона. — Только знай, я таких, как ты, насквозь вижу. Можешь не стараться. Джисон улыбнулся. — Мне не нужны твои деньги, сладкий. Мне нужен ты, — подмигнув, он поднялся из-за стола и взял банку недопитого сока Хенджина. — Мультифруктовый. Я такой люблю, — Джисон поместил кончик трубочки в рот, сделал насколько глотков и поставил обратно Хенджину. — Вкусно. Ну, я пошёл. Приятного аппетита. Джисон вышел из столовой и выдохнул. Быть милым и дружелюбным оказалось чрезвычайно сложно, видя вечно недовольное и надменное лицо Хенджина. — Этот придурок подумал, что я что-то употреблял, — буркнул Джисон. — А ты что думал, что он сразу упадёт перед тобой на колени и отсосет? — Чонин рассмеялся. — Ему нужно время, чтобы понять, что за ним ухаживает парень. Особенно, если этот парень раньше вставлял ему палки в колеса. — Не делал я этого! — На первом курсе ты поцарапал его машину. — Это вышло случайно! Я просто въехал на велосипеде на палку и упал. Кто же знал, что рядом со мной будет находиться машина Хенджина, — бубнил Джисон, идя по коридору в кабинет. — И ведь он до сих пор об этом не знает, — хихикнул Чонин. — Да он уже и забыл, если учесть, сколько тачек он сменил за это время, — Джисон остановился возле своего кабинета и посмотрел на друга. — План быть милым и дружелюбным пока мне нравится. Это обескураживает Хенджина, что не может не радовать. — Я рад. Дальше действуй по ситуации. Глядишь, сам тебя потащит в постель. А там и дело с концом. Хотелось бы в это верить.

🎭🎭🎭

Прошло ещё две недели, а Джисон не то чтобы продвинулся. Хенджин все ещё держал дистанцию и разговаривал дома сугубо по теме США, как бы Джисон ни старался перевести тему и расспросить у Хенджина про него самого. В голову подкрались мысли, что проще уже снять трусы, чем затащить этого придурка в свою постель. И стоил ли он того, чтобы с ним спать? Джисон не хотел уже даже проверять. — Все, надоел, не буду я ему жопу лизать, — Джисон выдохнул и снова нажал на кнопку, дожидаясь, когда ворота откроются. — О, это ты, — послышалось за спиной. Джисон дернулся. — Еб твою мать, — вспыхнул он и обернулся, мгновенно застывая. Хенджин снял наушники, тяжело дыша. Его футболка была мокрой от пота, по лицу скатывались капли, а часть длинных волос прилипла ко лбу. По всей видимости, он бегал вокруг спального района и, похоже, опомнился, что ровно в пять Джисон уже стоял возле его особняка. — Решил размяться, чуть не забыл, что ты должен был прийти, — выдохнул он, но Джисон не в силах был ответить. Если бы не его ужасный характер, я бы определено мог сказать, что да. Он мой типаж. — Ты завис? — Хенджин щелкнул пальцами. — А… да… тут я, тут, — Джисон отвёл взгляд, чтобы лишний раз не пялиться на этого парня. Будь милым и дружелюбным. — Я приму душ. — Ого, ты оставишь меня одного на кухне? А вдруг я… украду вилку? Или нож? Или подъем твои мюсли? — Джисон ухмыльнулся. — Откуда ты знаешь, что у меня есть мюсли? — А может быть, я их уже съел, — хмыкнул он. Хенджин сощурил глаза, но ничего не сказал. — Пойдём, — он начал подниматься по лестнице, и Джисон застопорился. — Чувак, ты хочешь принять душ вместе со мной? — Мечтай. Ты просто подождёшь меня в моей комнате. Будем заниматься там. — Почему? — Джисон пошёл следом за ним. — Отец сегодня рано приходит. Так что будем у меня. — Ладно. Джисон вошёл в его комнату и удивился. Он ожидал увидеть роскошь, золото на полу, алмазы и бриллианты на потолке, но… все на деле оказалось иначе. Комната Хенджина была похожа больше на мастерскую, где художник рисовал свои картины. Все стены были увешаны ими. На полу стояло ещё множество мольбертов с холстами, и Джисон наконец вспомнил, что Хенджин находился как раз-таки на факультете живописи и дизайна. — Ничего не трогать, — напомнил Хенджин и скрылся за дверью собственной ванной комнаты. Ещё и ванная своя, ну охренеть можно. А мне по утрам очередь выстоять надо. Джисон подошёл к мольбертам и начал рассматривать изображённое на них нечто. Он мало что смыслил в данной отрасли, но его мать любила ходить на всякие выставки, поэтому часто брала его с собой. Палец аккуратно коснулся холста, краска уже высохла, но шероховатость оставила. Видимо, Хенджин несколько раз проводил по ней кистью. Он подошёл к захламлённому столу, где разглядел ещё несколько набросков. Джисон взял некоторые из них и принялся рассматривать. На одном был цветок, чем-то напоминал розу, несколько красных лепестков летело вниз. На другом — женщина в обнимку с мужчиной, их лица едва были различимы, но даже так Джисон заметил, как они улыбались. Он положил их обратно на стол и заприметил приоткрытый расписанный ежедневник. Джисон пробежался по нему взглядом и выцепил несколько лирических строк. Хенджин пишет стихи? Ого, они о… Любви?! Он знает, что такое любовь?! — Ого, — прошептал Джисон. — Что ты делаешь? Голос Хенджина прозвучал так громко, что Джисон взвизгнул и дернулся, резко оборачиваясь. Второй раз за сегодняшний день Хенджин в прямом смысле убивал его своим видом. Он вышел в одном полотенце на бёдрах, вытирая мокрые волосы. Там точно не микро, Чонин… — Я-я… просто смотрел. — Не смей трогать мои вещи, — прошипел он и подошёл к комоду, беря чистую одежду. — Я не трогал, только смотрел, — буркнул Джисон. — Не знал, что ты… пишешь стихи. — Ты трогал мой ежедневник? — брови на лице парня надломились. — Тебе руки сломать? — Но… он лежал открытым, я ничего не трогал, — в свою защиту выпалил Джисон. — И вообще… в чем проблема, чувак? Стихи красивые, я думаю, даже идеально легли бы под музыку. Так зачем ты их пишешь? — Не твоё дело, — Хенджин подошёл к нему и забрал ежедневник, спрятав его быстро в ящик стола. — Сядь на кровать и жди меня. — Тоже нашёлся мне тут командир, — фыркнул Джисон и сел на кровать. Хенджин вернулся в домашней одежде и сел напротив, беря ноутбук в руки. — Ты сам рисуешь? Вот это все? — Джисон указал на стены. — Что-то моё, что-то купил отец, — неохотно ответил Хенджин. — Я и не знал, что ты красиво рисуешь. Мне понравилась пара, которая лежит на столе. — Это… мои родители, — желваки на лице Хенджина заходили то ли от злости, то ли от чего-то ещё. — О… ну, очень красиво, — Джисону не верилось, что говорил он это от чистого сердца. Ему нравились люди, которые прилагали все усилия, чтобы чего-то добиться в искусстве. И Хенджин, несмотря на его скверный характер, был одним из них. — Наверное, твоя мама гордится тобой. Моя бы гордилась, если бы я умел рисовать. Она любит всю эту живопись. Хенджин поднял на него глаза, и Джисон готов поклясться, увидел, как что-то в них блеснуло. Что-то нездоровое и больное. — Моя мама умерла. Джисон открыл рот и сразу же его закрыл. — Черт… прости, чувак, я не знал. — Вот поэтому лучше помалкивай, — вздохнул он. — Так… тебе нравится живопись, да? Не думал потом открыть свою выставку? — Джисон решил быстро перевести тему. — Мне нравится просто рисовать. Я никогда не хотел зарабатывать этим на жизнь или заниматься серьёзно, — Хенджин что-то бегло напечатал. — Просто отец решил за меня, что мне лучше. Поэтому я учусь там, где учусь. — О… то есть… если бы не отец, ты бы учился в другом месте? — Тот же колледж, но другое направление. — И какое же? Хенджин снова поднял на него глаза. — Не твоё дело. Ну да, раскатал ты губу, Джисон. — Займёмся экономикой США. — Ладно, — согласился он, понимая, что Хенджин за сегодня для него и так достаточно открылся. Джисон внимал все, что говорил Хенджин, и добавлял что-то из того, что приготовил сам. На самом деле он особо никогда не делал упор на другие предметы и уж тем более не готовился к ним так, как делал это сейчас с Хенджином. Для него проект лишь предлог, чтобы позволить себе быть с ним рядом. Ранее он думал, что Хенджин просто платит кому надо, те делают все задания, а он ни о чем не переживает. Но, как оказалось, Хенджин действительно был хорош в учёбе. — Ты все понял? — вдруг спросил он, стоило Джисону отвлечься. — Ну… да, вроде бы. — Мы будем защищать этот проект вместе. Я рассчитываю на хорошую оценку. — Да, я понял, — Джисон поджал губы. — Я тоже хочу получить хорошую оценку. — Надеюсь на это. Ладно, на сегодня закончим, — Хенджин закрыл ноутбук. — Хорошо… тогда я пойду, — Джисон собрал учебники в рюкзак и поднялся с кровати. — Увидимся завтра? — Ага. Хенджин вышел за ним следом, чтобы проводить до дверей или вывести Джисона из собственного дома — тут как посмотреть. — Пока, — Джисон думал, что Хенджин в привычной манере захлопнет перед его носом дверь, но он этого не сделал. — Ты правда так думаешь? — М? — Джисон нахмурился. — Что мои стихи подойдут под музыку? — Хенджин опустил взгляд и облизал губы, неловко почесывая затылок. — Да, я так думаю, — Джисон слегка улыбнулся. — Говорю тебе, как певичка. Хенджин улыбнулся в ответ. — Что ж… ладно, пока. И тогда Джисон впервые почувствовал, что его сердце пропустило свой первый удар.

🎭🎭🎭

— Я решил показать тебе картины, которые моя мама купила раньше на выставках, — Джисон не знал, будет ли Хенджину это интересно, но очень хотел верить, что снова сможет зацепить его и вывести на разговор. После того вечера прошло ещё четыре дня, и он вёл себя уже не как обычно — не как придурок, если быть точнее — что-то в нем явно изменилось: Хенджин больше шёл на контакт, больше отвечал и рассказывал, но все ещё был закрытой книгой и иногда отдавал холодом. — Картины? — Хенджин отвлёкся от последнего пункта их проекта и поджал губы. — Ну, покажи. — Вот, смотри, — Джисон присел рядом и принялся листать фотографии. Ему пришлось сфотографировать их всех, оббегав небольшой дом. Быть может, Хенджин найдёт здесь что-то стоящее и наконец заведёт хоть какой-нибудь диалог. — Откуда у вас это? — Хенджин нахмурился и пальцем вернул фотографию обратно. — А… мама как-то купила лет… десять назад? Не помню, — Джисон пожал плечами. — Что-то не так? — Это… кажется, это картина моей мамы, — Хенджин проговорил это едва слышным шепотом, приближая фотку ещё больше. — Ты уверен? — Да… наверное… ты не мог бы… — Хенджин запнулся и прикусил губу. Джисон перевёл на него взгляд и слабо улыбнулся, ожидая, что тот скажет. — Принести её тебе? — дополнил Джисон. — Хотя бы посмотреть, подписана она с другой стороны или нет, — выдохнул он. — Да, конечно, я могу это сделать. Тут ещё есть картины, смотри. Джисон пролистал все фотографии до последнего, стараясь скрыть удивление вперемешку с волнением, что, возможно, картина матери Хенджина все это время висела на стене его коридора. Если это действительно так, то совпадение просто нереальное. Хотя, если брать во внимание, что в Лос-Анджелесе не так много выставок новых и молодых художников, то это имело место. Их семья не была богатой, чтобы скупать картины за бешеные деньги. — У тебя есть гитара дома? — казалось, Хенджин смотрел уже не на картины, а на интерьер комнаты. — Ага. Я же, вроде как, пою, — напомнил Джисон и отложил телефон. — И гитара — мой основной инструмент. Ещё я играю на пианино, но так себе. На гитаре мне нравится больше. — И как долго ты учился на ней играть? Сложно, наверное, — Хенджин отложил учебники дальше на кровать и сел в позу лотоса. — Да нет… наверное, за пару часов я уже мог сыграть простую песню, — Джисон попытался вспомнить, как это произошло, но было это давно. — Сейчас, вот, задали задание написать ещё одну песню, чтобы закрыть семестр, но пока в голову ничего не пришло. А время идёт. — Сложно писать самому? Джисон замер, смотря на Хенджина. Он разговаривал сейчас не со своим другом, не с приятелем. С Хенджином. И тот расспрашивал все это с таким нескрываемым интересом, отчего на душе становилось тепло и совестно одновременно. Он сглотнул и слегка смутился, не понимая, почему у этого парня вдруг появились к нему вопросы и такой интерес. — Когда как, на самом деле. Иногда чувства переполняют тебя, ты и не замечаешь, как все эмоции выходят в музыку. — О… — Хенджин покачал головой, будто бы что-то понял. — А ты умеешь играть? — осторожно спросил он, чтобы не спугнуть. — Нет, но я бы очень хотел. — Так ты же можешь нанять себе репетитора, купить себе крутую гитару последней модели и… — Не могу, — Хенджин вздохнул и отвёл взгляд. — Если бы я мог, то поступил бы на… на твой факультет. Джисон практически перестал дышать. Он… искренен со мной? — Все дело в отце. Когда матери не стало, он решил, что я стану достойной заменой. Да, я люблю рисовать, мне нравилось рисовать вместе с мамой. Но я никогда не думал связывать свою жизнь с этим так, как сделала это она в свое время. В каждой картине отец видит её стиль, видит её лицо и… ему становится легче. Он просит меня рисовать ещё и ещё, но я… я не хочу этого делать. Не в таком объёме и не так. Не для этого. Хенджин говорит со мной? Он правда это делает? — О, черт, — Хенджин рассмеялся. — Тебе, наверное, все равно. Ладно, не важно. Продолжим заниматься историей США. — Нет, постой, — Джисон взял его за руку и вздрогнул, встретившись с Хенджином взглядом. — Я… я этого не знал. — Никто не знал и не знает. А будешь трепаться, я тебе… — Нет, не буду, честно, — Джисон тяжело вдохнул воздух. — Я мог бы научить тебя играть на гитаре, если хочешь. Хенджин сощурил глаза, слегка опустил их и посмотрел на руку Джисона, что все ещё лежала на его руке. — Это шутка? — Нет, — Джисон говорил определенно серьёзно. — Я правда могу тебя научить. — У меня нет гитары. — Зато у меня есть, если ты забыл, — на его лице появилась улыбка. — Да, не крутая. Всего лишь досталась мне от отца. Он, кстати, играл в рок-группе, — похвастался Джисон. — Поэтому… думаю, да, я бы мог это сделать. — Ладно, — наконец согласился Хенджин. — Выходит, теперь я твой учитель, чувак? — хохотнул Джисон, и Хенджин закатил глаза, убирая свою руку. — Лучше бы тебе заткнуться. На следующий день Джисон пришёл к нему с гитарой, как и обещал. Хенджин предупреждал его, что лучше с этим не попадаться его отцу, но мужчины не будет дома ровно до восьми вечера. За это время они точно успеют все перевыполнить. Они доделали совместный проект по истории и подготовились к его защите. Когда Хенджин был полностью удовлетворён полным ответом Джисона, только тогда он закрыл ноутбук и позволил сумеречному полумраку накрыть их с головой. Но сидели в темноте они не долго: Хенджин включил свет и внимательно посмотрел на гитару Джисона, что покоилась уже в его руках. — Сыграть тебе что-нибудь? — предложил он и слегка коснулся струн. — Давай. Джисон принялся перебирать струны пальцами, выдавая лёгкую мелодию. Он запел совсем тихо, чтобы было слышно только ему и Хенджину в этой комнате, и даже не заметил, как парень смотрел на него. Хенджин изучал не технику игры, он изучал Джисона. — Как-то так, — закончил он. — Теперь твоя очередь. Я покажу тебе несколько аккордов и как зажимать их, а дальше научу нужному бою. В некоторых песнях он разный. Где-то нужно ритмично, а где-то и вовсе нужно отдельно перебирать каждую струну. — Звучит сложно, — Хенджин взял гитару и провел по ней рукой. — Начнём с простой песни на пару аккордов. Думаю, за сегодня ты как раз её выучишь, — Джисон поставил его пальцы в правильное положение и зажал ими нужные струны. — Запоминай. Это «Em». Попробуй провести рукой. Хенджин зажал пальцами струны сильнее и другой рукой провел по ним с другой стороны, выпуская наружу чистый звук. — Отлично. Теперь «Am». Вот так, — Джисон переставил его пальцы. Хенджин снова выпустил наружу мелодичный, но уже другой звук. На его лице появилась улыбка, и Джисон завис. Хенджин был красивым, это все и без Джисона знали. Но никто, наверное, не знал, каким же красивым он был, когда позволял себе улыбаться. Его лицо с пасмурной погоды превращалось в солнечную. Становилось таким тёплым, необъятным и завораживающим, что Джисон не сразу заметил, как Хенджин перевёл на него взгляд. — Ты чего пялишься, чувак? — Хенджин прочистил горло. — Ничего, просто… никогда не видел, чтобы ты так ярко улыбался. Тебе идёт, чувак, — Джисон опустил глаза на гитару, не заметив розоватый оттенок на щеках Хенджина и его растерянный взгляд. — Дальше попробуем «Dm» и будем их чередовать друг за другом, чтобы пальцы привыкли к перестановке на струнах. — Ладно. Хенджин делал это слегка неумело и неуклюже, из-за чего не сразу выходило то, что он явно хотел услышать. Пальцы путались в струнах, он сбивался и начинал вновь. Джисон же терпеливо ждал, хоть и хотел помочь, но думал, что вдруг парень воспримет это в штыки. — Ничего не получается, — спустя пять минут усердных попыток Хенджин сдался. — Не переживай, — Джисон взобрался на кровать и сел позади него. — Ты что дела… — Тихо, смотри, — он обвил своими руками Хенджина, кладя их на чужие ладони. — Я буду помогать тебе зажимать нужные струны, чтобы ты не сбивался, — проговорил он у самого уха, заглядывая на гитару через плечо Хенджина. — Кхм… ладно, — Хенджин втянул носом воздух. — Расслабься, — прошептал Джисон. — Вот так. Пальцы Хенджина были больше, чем Джисона, из-за этого ему было намного проще добираться до всех нужных струн и зажимать их, но тем не менее Джисон кое-как надавил на каждый из них, удерживая нужные им аккорды. — Не переставай играть. — Хорошо, — также тихо ответил Хенджин. — Слышишь? Получается, — Джисон улыбнулся и неожиданно столкнулся с лицом Хенджина, когда тот повернулся к нему. Они замерли. Музыка перестала играть, но Джисон все ещё держал его за руку и смотрел прямо ему в глаза. Внутри поселилось непонятное чувство, которое Джисон до этого пытался в себе похоронить. Не получилось. Хенджин был настолько близко, что их носы практически столкнулись друг с другом. Почему он так на меня смотрит? Я сделал что-то не так? — Спасибо, — прошептал Хенджин и, поджав свои пухлые губы, отвернулся обратно. Кончики его ушей покраснели. Джисон слабо улыбнулся, подумав, что это было очень мило. Мило. Я думаю, что Хенджин милый. Я сошёл с ума?! — Я думаю, тебе пора. Джисон опустил его руку и прочистил горло. Да, ему уже действительно пора. Скоро придёт его отец и, скорее всего, он не обрадуется, если узнает, что Джисон учил Хенджина играть на гитаре. — Да, точно, — Джисон аккуратно встал с постели и забрал протянутую гитару. — Если вдруг захочешь… я могу… завтра прийти ещё раз. — Завтра защита проекта, — напомнил Хенджин. — Да, я знаю. Я имею в виду, что… ну, я могу дальше учить тебя играть, если хочешь. Там ещё несколько аккордов и… я думаю, ты мог бы написать свою песню, — Джисон прикусил губу. — О… кхм… если тебе не будет сложно, то, конечно, можем. — Мне не сложно, мне только в радость, — улыбнулся он, выходя вместе с Хенджином из его комнаты. — Я могу подготовить несколько простых песен или показать тебе свои наброски, чтобы ты понял построение и смог написать свою, — остановившись у порога, Джисон обернулся и посмотрел на него. Хенджин казался каким-то растерянным. Неужели он снова закрылся? — Сколько я тебе за это буду должен? — вдруг проговорил он. — Что? — Денег. Сколько я тебе за это буду должен денег? За занятие и прочее. Эти слова ударили прямо под дых, потому что Джисон не думал о деньгах. По крайней мере о деньгах Хенджина уж точно. — Нисколько, — Джисон заметно помрачнел. — Не все измеряется деньгами, Хенджин. И не все в этом мире можно купить, — он открыл дверь. — Пока. Он ушёл, держа гитару в руках, так и не услышав тихого «Прости», брошенного в спину.

🎭🎭🎭

— Не ожидал, что вы так хорошо подготовитесь к проекту, — профессор покачал головой, вытянув лицо в удивлении. — Вы молодцы. Джисон стоял рядом с Хенджином, видя на его лице маску. Именно маску. Хенджин не такой холодный принц, каким казался раньше. Теперь, когда Джисон заглянул внутрь его души, понял, как ошибался. И понял, что настоящий Хенджин ему нравится больше. Несмотря на каменное лицо, Хенджин одаривал его тёплым взглядом, пусть и делал он это так, чтобы другие не могли увидеть. Даже Джисон едва разглядел это тепло и мелкие мимические морщинки возле глаз. Они появлялись лишь тогда, когда он улыбался. На самом деле улыбался, а не вытягивал губы дугой. — Сегодня все в силе? — Джисон шёл следом за Хенджином в столовую, поглядывая, нет ли здесь его друзей. — М-м… сегодня отец будет дома. Давай в другой раз, — Хенджин взял поднос с едой и направился к своему столу. Джисон снова пошёл за ним. — Могу я сесть? — он посмотрел на Хенджина и прикусил язык, ожидая отказ. — Я думал, ты не спрашиваешь о таком, — хмыкнул он. — Садись. Джисон сел напротив него и поставил поднос. Он обернулся, видя Чонина и Сынмина, и сразу внутри образовалась пустота. А что, если Джисон зайдет слишком далеко? Если уже не зашёл. — Ты хорошо отвечал, — вдруг проговорил Хенджин, и Джисон повернулся. — Правда? — Не ожидал, что ты запомнишь все даты. — Я старался, чтобы… не испортить тебе оценку, — признался он, но не говорил о том, что учил это все до трех ночи, как только пришёл домой. Он никогда этого ещё ни для кого не делал. — Не для себя? — Хенджин вздернул бровью. — На самом деле… мне все равно, какие у меня оценки по истории, но раз уж у нас был совместный проект, а для тебя важны оценки, я подготовился лучше, — Джисон откусил яблоко. — Мило. Джисон смотрел, как Хенджин ел свой салат и думал, что раньше он бы себе такого не позволил. Не позволил бы себе сидеть вот так рядом с Хенджином, о чем-то разговаривать без пререканий и неотрывно рассматривать его со всех сторон. Хенджин казался полным кретином, хотя, Джисон, наверное, для него был явно не лучше. Но теперь они здесь. Чонин говорил выбрать тактику быть милым и дружелюбным, но он оказался не прав. Нужно быть настоящим. — Ты почему не ешь? — Ем, — Джисон взял вилку и принялся уплетать лазанью. — Так, значит, сегодня без гитары? — Ага. — Тогда… может… прогуляемся где-нибудь? По городу там… может быть кино или парк? — Джисон поймал на себе темные глаза и перестал дышать. Давай. Откажи мне. Пошли куда подальше, чтобы мне было легче. Сделай это. — Ладно, — согласился он, и по земле пошла трещина. — Ты согласен? — усомнился Джисон. — Ага. — Пойти со мной? — Ага. Сам удивлён, — Хенджин хмыкнул. — Но ты, вроде как, кажешься мне неплохим человеком… — Спасибо, чувак, — улыбнулся он. —… когда не называешь меня чуваком, — Хенджин закатил глаза и продолжил есть. — Я не перестану это делать. Радуйся, что ещё не в каждое предложение его впихиваю, — рассмеялся Джисон. Хенджин пристально смотрел на него, как неожиданно выдал: — У тебя красивый смех. Все нутро от таких слов сжалось. — С-спасибо, — Джисон опустил глаза на свой обед, чувствуя, как мурашки забегали по коже. Чёртов Хван Хенджин. Какого хрена я так реагирую?! — Так… куда пойдём? — он решил быстро перевести тему, пока его красное лицо не выдало его с потрохами. — Ты хотел сказать поедем? — О, ты на машине? — На байке. Джисон расширил глаза. Он катался на байке один раз и тот раз был провальным, потому что Сынмин неожиданно подумал, что ездить он умеет, поэтому, взяв байк своего отца, он решил покатать на нем Джисона. Они проехали всего лишь сто метров, прежде чем врезаться в мусорные баки. У Чонина с того дня до сих пор где-то хранилось видео на память. — О… круто. — Пойдём, — Хенджин резко поднялся из-за стола. — Уже? — Только не говори, что ты хочешь досиживать ещё одну пару. Я в это не поверю. — И правильно сделаешь, — улыбнулся Джисон и поднялся вслед за ним. — Завтра ещё и выходные, так что тем более можно не париться. — Ага. Джисон почувствовал вибрацию в кармане и достал телефон, выходя из колледжа. Сынмин: Осталось ровно два месяца х) Чонин: Я думаю, у него уже началось тотальное сближение. Джисон остановился. Первую неделю он действительно думал только о споре и его деньгах, но сейчас, когда Хенджин показался ему с другой стороны и открылся, Джисон забыл про три тысячи долларов и про этот дебильный спор, появившийся из ниоткуда. И напоминания о нем терзали ему душу, потому что… каким бы придурком он ни был, понимал, что обманывает Хенджина. Не того Хенджина, которому хотел пересчитать все кости. А другого Хенджина. Хенджина, питающего страсть к музыке, к лирическим стихам и живописи. — Ты передумал? — бросил Хенджин, садясь на байк. — Нет, я в деле, — Джисон спрятал телефон и подошёл к нему, залезая за его спину. — Итак, куда поедем? — он положил свои руки на его плечи. — Можем сходить в кино. Давно там не был, — Хенджин собрал волосы и завязал небольшой хвост на голове, а затем, взяв руки Джисона, обвил ими свою талию и притянул его ближе, заставив ойкнуть. — Держись крепче. — Заметано, чувак, — Джисон положил подбородок на его плечо. — А нет, лучше не держись и вывались где-нибудь по дороге. Джисон прикрыл глаза, когда ветер начал спутывать его волосы. Хенджин ехал умеренно, не делая резких движений, и остановился спустя десять минут езды у самого ближайшего кинотеатра. — Учти, это не свидание, — проговорил Хенджин. — А я и не говорил, что зову тебя на свидание. Это прогулка, — напомнил Джисон и улыбнулся. — А ты бы хотел, чтобы я… — Ещё чего. Даже как-то обидно. Я тут задницу рву, между прочим! — Я бы пошёл на ужасы, — Джисон посмотрел на афишу, прикидывая, какие новые фильмы появились в кино. — Я хочу романтическую комедию. Джисон уставился на него. — Что? — буркнул Хенджин и отвёл взгляд. — Не знал, что ты такой романтик. — А я это и не показываю. — Ну, тогда выходит, мы действительно пришли на свидание, — улыбнулся Джисон. Заметив, что Хенджин уже открыл рот, чтобы что-то ответить (скорее всего, возразить), Джисон выпалил: — Пойду оплачу нам билеты. — Нет, я куплю себе билет сам! — Хенджин потянул его за руку, но Джисон вырвался и побежал к кассе. — Нет! Я все оплачу! — Не смей, сказал же, я сам! — Хенджин, конечно же, был быстрее, но Джисон оказался проворнее. Швырнув смятые купюры девушке на кассу, он развернулся и закрыл её своим телом, мешая Хенджину расплатиться за фильм. — Нам на «Теорию любви» два билета, пожалуйста, — не глядя проговорил Джисон, отталкивая от себя Хенджина. — Задний ряд. — Джисон, отойди, — чуть строже проговорил Хенджин. — Нет, чувак. Ты привёз меня на этой штуке, так что я просто обязан купить тебе билет. — Ты мне ничего не… — Держите, — девушка пробила два билета. — Хе-хе-хе, — Джисон забрал их и покрутил перед носом Хенджина. — Пойдём, скоро начнётся. — Ты противный, знаешь? — вздохнул он, идя следом за Джисоном. — Ещё и места выбрал на последнем ряду. — Ты же хотел, чтобы это было свиданием? — Я не хотел, — фыркнул Хенджин, но сел в кресло. — Не ври, — Джисон сел и резко опомнился. — Черт, я не купил попкорн. Сейчас при… — Сиди, я куплю, — Хенджин осадил его и пошел сам. Ровно к началу фильма он принёс огромное ведро карамельного попкорна и сел с ним рядом, ставя его ровно посередине меж их креслами. Джисон сказал тихое «Спасибо» и начал смотреть фильм. Не то чтобы он был фанатом романтики, но иногда позволял себе смотреть нечто подобное. Главное, чтобы не с грустным концом, потому что потом он мог плакать ночами, вспоминая этот момент из фильма. Он иногда посматривал на Хенджина, что неотрывно смотрел фильм, и думал, что весь этот спор нужно прекратить. Нужно сказать Сынмину, что это была самая тупая затея в его жизни. Самая бредовая, пьяная и отвратительная. Потому что Джисон больше не играл, он был с Хенджином по-настоящему искренен. И видя, как этот парень начинал доверять ему и впускать больше в свой, как оказалось, интересный и даже печальный мир, будоражило его кровь. Это было больно. — Они так любят друг друга, — прошептал Хенджин. — Да, — Джисон сглотнул и повернулся к экрану. Когда фильм закончился на хорошей ноте, Джисон наконец вылез из кресла и размял ноги. Хенджин нёс пустое ведро попкорна, которое Джисон успешно опустошил, видя, какая драма развивалась на экране, и выкинул его в ближайшую урну. — Потемнело, — отметил Джисон и вышел из кинотеатра. Шёл дождь. Нет, Джисон бы сказал, настоящий ливень. Он насупился, не зная, как на байке они доберутся по своим домам, как неожиданно Хенджин встал посреди пустой дороги и поднял голову вверх, прикрывая глаза. — Ты что делаешь? — Дождь освежает и делает нашу душу свободной, ты так не думаешь? — он опустил голову и посмотрел на Джисона. — Я думаю, что ты отхватишь себе простуду таким образом, — фыркнул он. — С каких пор ты стал таким серьёзным? — Хенджин потянул его к себе за руку. — Освежись. — Ты хочешь, чтобы мы бегали под дождём, как придурки? — Да… как придурки, — Хенджин резко побежал по дороге, расправив руки, как крылья, по сторонам. — Ну и чудила, — Джисон улыбнулся и покачал головой. — Эй, подожди меня! Кто бы мог подумать, что Джисон будет бегать под дождём вместе с Хенджином без мордобоя? Никто. Но, как показывала эта жизнь, она умеет удивлять, как никто другой. И вот Джисон уже прыгал по появившимся лужам вместе с Хенджином и смеялся во весь голос. Когда сердце начало отдаваться пульсацией в горле, а силы покинули их, они решили встать под навес небольшого магазинчика и перевести дух. — Никогда ещё не бегал под дождём, — вдруг признался Хенджин. — Я тоже. — Но мне нравится такая погода больше, чем солнце, — он вытянул ладонь, смотря на падающие на неё капли. Я заметил это по твоему настроению. — Да, заставляет подумать, — дополнил Джисон, засунув руки в карманы джинсов. — Я люблю читать или смотреть фильмы, когда за окном идёт дождь. Ну, или писать песни. — О… понимаю, — Хенджин спрятал руку. — Из-за фильмов, которые я смотрел раньше, у меня появилось весьма наивное желание когда-нибудь поцеловать кого-нибудь под дождём. Наверное, звучит слишком ванильно, но, я думаю, в этом есть определенно свой стиль. Джисон замер. Он посмотрел на профиль Хенджина и плавно перевел взгляд на губы. А каково это… целовать Хван Хенджина? Если после этого он даст мне в глаз, то я буду знать, что полностью это заслужил. Джисон подошёл ближе и потянул Хенджина под дождь. Тот недоуменно посмотрел на него и замер, как только Джисон привстал на носки и коснулся его губ под дождём. — Ты… ты что делаешь? — отпрянул он и приоткрыл рот, чтобы втянуть воздух. — Я… черт, прости, я не должен был, — Джисон развернулся и быстро пошёл в противоположную сторону, чтобы убраться отсюда как можно скорее. Стыдобище. Он явно хотел сделать это не с тобой, придурок! — Джисон! Джисон не остановился. Не тогда, когда больше не сможет посмотреть этому парню в глаза. Дебильный спор. Дебильный ты, Хан Джисон. Как ты позволил этому парню понравиться тебе? — Стой же, — Хенджин потянул его за рукав, заставив повернуться. — Прости, я… — Я же сказал, что я хочу поцеловать, а не чтобы меня поцеловали. Он не дал ни понять, ни ответить Джисону, как резко прильнул к его губам, удерживая голову двумя руками. Джисона мгновенно бросило в дрожь. Чужие губы накрыли его полностью, и тёплый язык медленно проник в его рот, заставив задохнуться. Внутри что-то взорвалось, и Джисон обвил руками его шею, снова привстав на носки, чувствуя, как мелкие капли дождя скатывались по их лицам.

🎭🎭🎭

— Ты сделал что? — Чонин захлопал глазами. — Я… я поцеловал его, — Джисон закрыл лицо руками и выдохнул. — А он тебя даже не послал в задницу? — Он… потом он поцеловал меня сам, — Джисон убрал руки с лица и посмотрел на друга. — А сейчас… мы уже неделю избегаем друг друга. — Делаете вид, что ничего не было? — Чонин удручённо покачал головой. — Я не делаю. Хенджин, возможно, да, но не я. Джисон засыпал и просыпался с ощущением чужих губ на своих. Казалось, что хватило лишь одного поцелуя, чтобы сойти с ума и позволить себе почувствовать то, что до этого даже и не казалось реальным. — И как поцелуй? — Это было великолепно, — как на духу выпалил Джисон, и услышал смех. — Я серьёзно! У него такие мягкие губы… а ещё крепкие руки. Он прижал меня к себе, и я чуть не задохнулся от жара его тела, но, на минуточку, шёл противный ливень! — Джисон, ты что, втюрился? — Чонин сощурил глаза. — В холодного принца? — Я… нет, с чего ты взял? — Джисон отвел взгляд на свои потёртые кеды. — Смею предположить, что ты точно что-то к нему чувствуешь, — он поджег сигарету и преподнёс её к губам, глядя на спортивную площадку их колледжа. — И он, может, к тебе тоже, раз потом поцеловал тебя сам. Учитывая, что это Хенджин, я удивлён, что он это сделал. — Я тоже, — выдохнул Джисон. — Значит, у тебя получилось. — М? — не понял он. — Получилось попасть к нему под кожу. Но вот незадача, он снова пытается закрыться, потому что, по всей видимости, не привык, что кто-то находится к нему так близко. — Думаешь? — Ага. — Наверное, нужно с ним поговорить об этом, — Джисон сжал свои руки в замок. — Осталось немного, — Чонин выдохнул дым, — до окончания спора. Точно. Спор. — Я хочу поговорить с Сынмином на эту тему, — Джисон поднялся с лавки. — Я больше не хочу следовать спору. — О, как, — Чонин улыбнулся. — Выходит, тебе Хенджин реально нравится. Джисон поджал губы. — Я просто узнал его лучше. Он больше не тот мудак, на которого я бы хотел спорить. — Тебе придётся снять трусы, ты в курсе? — напомнил друг. — Я… Джисон точно не хотел этого делать. Он хотел бы просто покончить с этим глупым спором, обнулить его без всяких обязательств, но, зная Сынмина, это будет просто невозможно. — Я ещё подумаю, — прошептал он и пошёл обратно в колледж, оставляя Чонина одного на лавке. Джисон чувствовал себя странно, понимая, что Хенджин мог избегать его, чтобы не дать возможности подобраться к нему ближе. Он мог сделать это ещё тогда, когда Джисон поцеловал его сам, а не целовать его при этом в ответ. Сердце опять екнуло, и Джисон остановился, чтобы отдышаться. В голове расцветали, словно бутоны, одни и те же картинки того поцелуя. Хенджин держал его за голову, будто бы боялся, что Джисон убежит, а затем обвил своими руками его талию и углубил поцелуй, проталкивая язык дальше в рот. Джисон тогда впервые почувствовал головокружение из-за чужих губ. На первом и втором курсе он позволял себе встречи на одну ночь, которые заканчивались на рассвете абсолютно ничем. Иногда позволял себе отношения больше, чем на месяц, но ни один поцелуй не был таким, каким был с Хенджином. Это выбивало из привычной колеи, что заставляло Джисона пересмотреть свои планы. Он украдкой поглядывал на Хенджина в коридоре, на уроке истории или в столовой, где уже не сидел с ним за одним столом. Они встречались глазами и тотчас отводили их в стороны. Джисон бы смотрел на него ещё дольше и больше, но не хотел показаться странным. Однако, разве сейчас они оба не были странными? Джисон приходил домой практически разбитым после каждого такого дня. Его привычные вечерние посиделки с Хенджином оборвались, так и не успев начаться. Зато у него наконец-то появилось вдохновение. Джисон написал песню, вложив туда все скопившиеся эмоции, и был готов закончить семестр на отлично, когда придёт время. Но не был готов к тому, что сердце будет болезненно сжиматься от мыслей о Хенджине. Это ведь ненормально, верно? Джисон не знал, как это произошло. Как Хенджин посеял в нем это зерно и оно успешно проросло, но он теперь не может не просыпаться с мыслями о нем. Джисон обливался холодной водой, шёл завтракать, практически никак не разговаривая с матерью, а затем шёл в колледж. И такая цикличность начинала его медленно убивать, хотя так, до Хенджина, практически было всегда. — Хенджин, — Джисон столкнулся с ним в уборной и застыл. Хенджин поднял голову и посмотрел на него через зеркало. Затем, обернувшись, он поджал губы и сглотнул. — Привет, — тихо произнёс он. — Что происходит? — Джисон прикусил губу, не желая слышать негативный ответ. — Ничего. Ты врешь. — Тогда… почему ты избегаешь меня? Это все из-за того поцелуя, верно? — Джисон, — Хенджин тяжело выдохнул, — это сложно объяснить. Я не хочу избегать тебя, но мне как будто бы нужно это делать. — Почему? — Не знаю, — он пожал плечами. — Может… лучше забудем это? — Забудем поцелуй? — Джисон почувствовал горечь от этих слов. — Я думаю, так будет лучше. Если ты не против, конечно. Джисон засыпал и просыпался с мыслями о его губах. Конечно, он будет против. Он не хотел этого забыть. Он хотел высечь это воспоминание на своей коже, чтобы запомнить надолго, если не навсегда. — Конечно. Давай забудем, — он улыбнулся, чувствуя, как тело трещит по швам. — Так, значит, теперь все как прежде? — М-м, — Хенджин поджал губы. — Тогда… пойдём сегодня гулять? К игровым автоматам, например, — предложил Джисон. — Давно там не был.

🎭🎭🎭

— Хван Хенджин, быстро отпусти меня! — визжал Джисон. Он всего лишь ранее облил его водой из фонтана, как неожиданно Хенджин погнался за ним, догнал, закинул себе на плечо и потащил обратно к фонтану. — Не надо этого делать! Умоляю, нет, не смей кидать меня туда. Я тебя убью! — орал он во все горло, прижимаясь теперь ближе к Хенджину. — Ты облил меня. — Но не выкинул же в фонтан! Имей совесть! — Джисон обвил его талию своими ногами, чтобы уж наверняка. — Отпусти! Я больше так не буду. — Ты уверен? — Точно тебе говорю! — Ла-адно, — Хенджин неохотно отошёл от фонтана, и Джисон смог встать на ноги. — Но в следующий раз ты так легко не отделаешься, — он дал ему щелбан в нос и рассмеялся. Надо же, все вернулось на круги своя спустя пару дней. Сперва было неловко после случившегося, но сейчас… будто бы и не было того поцелуя. Джисон все ещё ловил себя на мысли, что подолгу может пялиться на губы Хенджина, когда тот говорит, и вспоминать их вкус. Он отдергивал себя, но безуспешно. — Кстати, нам нужно возобновить уроки гитары, ты так не думаешь? — Как раз хотел тебе это предложить, — улыбнулся Хенджин. — Я смотрел видеоуроки на досуге, но все равно ни черта не понял. — Конечно, умник, потому что их нужно смотреть с гитарой в руках, — фыркнул Джисон. — Я знаю, умник, поэтому буду ждать тебя завтра у меня дома в пять. — Проснусь ли я завтра утром, — Джисон хохотнул. — Ну я же как-то просыпаюсь, хотя колледж в последнее время выкачивает из меня все соки. — Что-то случилось? — Для спектакля, что будет почти через месяц, нужно сделать несколько декораций. — О, как хорошо, что я в этом не участвую, — фыркнул Джисон. — Тебе нравится «Ромео и Джульетта»? — Нет, — честно ответил Джисон. — Может, для того времени это действительно сильная пьеса, но если смотреть теперешним взглядом, то смерть героев была очень… тупой. Хенджин испустил смешок. — Высшее искусство не всем дано понять. — То есть, ты бы выпил яд или зарезал бы себя кинжалом? — Конечно, нет! — Вот видишь… — Я бы причинил боль тем, кто причинял её до этого моей любви, — дополнил Хенджин. — О… не бей меня, пожалуйста, если я в следующий раз опять съем твои любимые мюсли. — Так это всё-таки был ты?! — Упс… Джисон ринулся прочь из парка под выкрики Хенджина за спиной, что снова побежал за ним. — Я был голоден и хотел есть! Они были очень вкусные, кто же знал, что я съем их все! — в свое оправдание кричал Джисон. — Я думал, что сошёл с ума, не найдя целую коробку мюслей в своём же доме! — Не переживай, они были во мне! Им там тоже очень понравилось, — Джисон выдохся и остановился, вытягивая руки в сторону Хенджина. — Не бей меня, я ещё хочу жить! — Я закрою все ящики на замок перед твоим приходом, — Хенджин тоже тяжело задышал. — Ты такой гостеприимный, — он улыбнулся и резко почувствовал вибрацию в кармане. Чонин: Сегодня вечеринка у Пьера. Он тебя тоже ждёт, подтягивайся. — Хенджин, не хочешь на вечеринку? — Джисон оторвал взгляд от телефона и заметил, что парень все это время смотрел на него. — Ну… только если ненадолго. — Отлично, — взяв его под локоть, Джисон потащил его в другое направление. Джисон раньше часто посещал вечеринки Пьера вместе с Сынмином и Чонином. Правда, сейчас, несмотря на то, что Джисон пытался выкроить время и пообщаться с друзьями, он их в колледже практически не находил. Да и все мысли, каким-то образом, стали забиты Хенджином. — Вынужден признаться, я не заядлый тусовщик, — Хенджин шёл за ним, позволяя Джисону держать его за локоть. — Я знаю. — Откуда? — По тебе видно, — хмыкнул он, подходя к шумному дому. — Держись рядом. — Ладно. Внутри было все, как и всегда: шумная музыка, множество безликих тел и море алкоголя. Джисон заметил, что Хенджину пришлось сперва прикрыть уши руками, но как только они привыкли к долбящей музыке, он убрал их и встряхнул головой. — И ты такое любишь? — прокричал он, чтобы Джисон его услышал. — Иногда люблю приходить сюда, — Джисон пожал плечами. — Пойдём к напиткам. Джисон взял привычный ему алкогольный пунш и протянул второй стаканчик Хенджину. — Типичная американская вечеринка, — выдохнул он и попробовал напиток. — Ну как? — Джисон улыбнулся. — Вкусно, правда? — Я думал, будет ху… — Джисон, наконец-то ты пришёл. Джисон дернулся, когда чужая рука коснулась его плеча. Он обернулся и заметил там своего давнего приятеля, с которым не общался, может, месяцев пять, если не больше. — О, Лу, давно не виделись. Лу улыбнулся, затем перевёл взгляд и внимательно посмотрел на Хенджина. — А это твой парень? — поинтересовался он. — Печально, я думал, у меня будет шанс. — А… нет, он… — Мы немного заняты, — Хенджин убрал руку Лу с плеча Джисона и положил свою. — Воу… — Лу хохотнул. — Ладно-ладно, растворяюсь. Увидимся ещё, Джисон. Джисон повернул голову к Хенджину, слегка смутившись от того, что только что произошло. Он не сказал «нет». Почему ты не сказал «нет», Хенджин? Почему ты положил на меня свою руку? — Странные у тебя друзья какие-то, — прочистив горло, Хенджин убрал руку и выпил пунш. — Есть что-нибудь покрепче? — Боюсь, что тебя унесет, — улыбнулся Джисон. — Пойдём, покажу. Наверное, это была плохая идея. Наверное, не стоило приводить сюда Хенджина и показывать ему крепкий алкоголь. Джисон не сразу догадался, что парень не умеет пить. Может, единственные места с алкоголем, которые он посещал, были лишь бары, где он просто сидел, делал два глотка и уходил обратно? Потому что сейчас Хенджин тянул его на танцпол, что-то щебетал и смеялся. — Я нихера не понимаю, что ты говоришь, — Джисон вздохнул, но пошёл с ним. — Ты хочешь танцевать? — Ага, — Хенджин уместил руки Джисона на своих плечах, а затем прижал его к себе и уткнулся носом в волосы. Джисон вздохнул, чувствуя мурашки по всему телу. Как мне дотащить его до дома? — Ты так вкусно… пахнешь. — Ага, — Джисон сглотнул. Он очень близко. — Этот придурок продолжает смотреть в нашу сторону. Что ему надо? — недовольно буркнул Хенджин. — Как… — Не смей оборачиваться, — он взял Джисона за подбородок. — Ты про Лу? — Ему что-то от тебя надо, — Хенджин закатил глаза. — Я хочу выпить. — Ты только что пил. — Я хочу еще, — он принялся протискиваться через толпу обратно к напиткам. Пора сваливать, пока не поздно. — Эй, Джисон, — перед ним резко возник Лу. — Когда это ты успел обзавестись новыми отношениями? Я думал, ты с парнями больше одного дня не спишь. Джисон вздохнул. — Лу, давай позже поговорим? Мне нужно найти Хенджина. — О, так это тот парень из колледжа? Слышал о нем. Высокомерный мудак. — Что сказал? — Джисон перестал искать в толпе Хенджина. В ушах запульсировала кровь. — Мне повторить? Джисон не дал ему этого сделать, замахнувшись кулаком прямо в нос. Лу издал вскрик и упал на пол кому-то на ноги. Люди неожиданно расступились, и среди них Джисон заметил Хенджина. — Вот как значит, — Лу усмехнулся, размазывая кровь. — Пойдём, — Хенджин переступил через валяющегося парня и взял Джисона за руку. Джисон шёл за ним и просто молчал. Он особо не втягивался в драки, потому что это удел пьяного Чонина. Но слова, которые вылетели изо рта Лу, казались такими неправильными, что кулак полетел в его нос сам. Джисон даже опомниться не успел, как его старый приятель уже валялся у его ног. И все почему? Потому что он оскорбил Хенджина. — Ты как? — тихо спросил Хенджин, неся в другой руке бутылку виски. — Порядок. А ты? — Джисон втягивал носом свежий воздух, чувствуя лёгкое опьянение. — Странно. — Не нужно пить так много. — Я не поэтому себя странно чувствую, — фыркнул он и обернулся, продолжая идти. — Я слышал, что сказал этот придурок. — О… — Джисон опустил взгляд. — Так думают все в колледже. Я хорошо об этом осведомлён. И я уверен, даже ты так думал. — Да, — прошептал он. — Но ты… заступился за меня, — Хенджин сделал глоток и поморщился, выдыхая. — За меня ещё никогда никто не заступался. Наверное, это хороший показатель. — Показатель чего? — Наших отношений. Что я могу тебе доверять. Могу ведь? — его темные глаза снова посмотрели на Джисона, пробивая тело током. — Конечно. — Ты тоже казался мне придурком раньше, если честно. Но, узнав тебя получше, понял, как был неправ. — Спасибо, — Джисон слабо улыбнулся, смотря на их сплетенные руки. О, черт, мы все время шли, державшись за руки? — Ты далеко живёшь? Я тебя провожу. — О, нет, Хенджин, я дойду сам. Ты пьян. — Нет, я провожу… — Даже не спорь, я дойду сам. — Отлично, будешь ночевать у меня, — хмыкнул Хенджин, и Джисон сглотнул. И как с этим бараном можно спорить? — А твой отец? — Он в командировке. Я снова один, — Хенджин сделал ещё глоток и протянул бутылку Джисону. — Будешь? — Давай, — Джисон допил оставшееся и покачал головой, стараясь идти ровно и не подавать виду того, что он пьян. — Иногда стены моего дома меня убивают. Заставляют думать о всяком, — разоткровенничался Хенджин. — И о чем ты думаешь в последнее время? — Джисон сжал его руку, чувствуя, как большой палец Хенджина поглаживал его кожу. — О тебе. Джисон приподнял на него глаза. Пустая бутылка виски упала и укатилась по дороге куда-то к траве. — Тебя так много, что я теряюсь. Это странно ощущать. Обычно я никого не подпускаю. — Почему? — Когда мамы не стало, я понял, что теперь могу полагаться только на себя. Так проще. — Но больнее. — Боль делает нас сильнее, разве нет? — Хенджин улыбнулся. — Ура, мы наконец-то пришли домой, — мгновенно перевёл он тему. Ночью его дом внутри выглядел иначе. Хенджина в прямом смысле пришлось тащить по лестнице, потому что его ноги плелись, а сам он уже не разбирал, куда идти. — Ты ведь не уйдёшь? — прошептал он, как только Джисон затащил его в комнату. — Было бы куда. Мать мне голову отрежет, если узнает, что я снова пил. Хенджин плюхнулся на кровать и рассмеялся. — Спи. Завтра будет плохо, но ты сам виноват, — фыркнул Джисон. — Я посплю в крес… — Ляг рядом, — Хенджин похлопал по кровати. — С тобой? — усомнился Джисон. — Я думаю, это плохая идея. — Почему? — Хенджин приподнял голову. — Утром ты увидишь меня и впадешь в истерику, — усмехнулся Джисон, но все же лёг рядом. — На самом деле, — Хенджин положил свою руку на его талию и притянул ближе к себе, заставив Джисона замереть, — я бы хотел, чтобы это был ты. Джисон почувствовал на своих губах палец Хенджина, что обвел их по контуру, затем несильно сжал и разжал. Послышался вздох. — Поцелуй меня, — попросил Хенджин. Нет. Не проси. — Джисон, — Хенджин оказался ещё ближе, — поцелуй меня, пожалуйста. — Ты правда этого хочешь? — Очень. Я сделаю это только потому, что ты сам этого просишь. И только потому, что ты наутро об этом не вспомнишь. Джисон коснулся его губ, не думая, что будет завтра. Он позволил проворным рукам залезть под его футболку, а юркому языку проникнуть в его рот. Послышалось утробное мычание. Хенджин навис над ним сверху и целовал так, будто бы больше у него такой возможности не будет. По комнате разнеслись звуки поцелуев и едва слышного мычания. Джисон позволял ему все, потому что знал, что такого потом не будет. Ничего из этого не будет.

🎭🎭🎭

— Ты кинул в меня попкорн? — Хенджин сощурил глаза. — Тебе показалось, — хихикнул Джисон. — Я так не думаю. Они собрались у Хенджина, чтобы посмотреть фильм, но спустя полчаса выяснилось, что фильм они не смотрели. Джисон то и дело поглядывал на парня и много думал. С той вечеринки прошло три недели. Как он и думал, Хенджин даже не вспомнил того, что было ночью. Он и про перепалку узнал только тогда, когда увидел на руке Джисона небольшой синяк. А про поцелуй и подавно не знал. Зато Джисон отдалённо помнил, как они целовались, как Хенджин прижимал его к себе и шептал нечто непонятное, пока и вовсе не вырубился у него на груди. — Чувак, — Джисон улыбнулся и кинул в Хенджина попкорн, попадая ему прямо в нос. — Я пытаюсь смотреть фильм. — Он скучный. — А что не скучно? — он изогнул бровь в вопросе. — Кидать в тебя попкорн, — Джисон кинул ещё несколько штук. — Ты сам напросился. Джисон только успел расширить глаза, как оказался прижатым к полу, на котором они все это время сидели. Он взвизгнул, почувствовав руки Хенджина под его футболкой. Парень принялся его щекотать, отчего Джисон подавился слюной и начал захлебываться смехом, пытаясь отбиться от проворных рук. — Умоляю, Хенджин, стой! Я все! Я больше не буду! — Точно? — Хенджин сощурил глаза. — Конечно… — Ладно. —… нет, — Джисон резко оттолкнул Хенджина и навис над ним сверху. — Ну и что ты собрался делать? — он развалился на полу. — Мстить, — Джисон пролез под его рубашку и нащупал кубики пресса. Очуметь можно. — Я не боюсь щекотки, — заранее предупредил Хенджин. — Наглая ложь, — он начал его щекотать, но реакции не последовало. — Правда, что ли? — насупился он. — Ага. Так что твоя месть крайне неудачна. — Тогда, — Джисон переместил руки под его поясницу, — я ущипну тебя за задницу. — Ты чт… Блять, Хан Джисон! — взвизгнул Хенджин и задергался под ним на полу. — А ну прекрати трогать мой зад! Убери руки! — Не могу, чувак, она такая притягательная. Кажется, мои руки приклеились, — смеялся он, продолжая сжимать её и разжимать, заставляя щеки Хенджина густо покраснеть. — Я тоже так умею, — руки Хенджина оказались уже на его заднице. — И если я её ущипну, от неё ничего не останется. — Немедленно убери руки, — фыркнул Джисон. — Сначала ты. — Нет, ты. — И не подумаю, — Хенджин сжал его зад. — Даже не знал, что там что-то есть. — Ты просто не видел, но там есть все. — Да ну? — Да, — Джисон медленно убрал руки, Хенджин повторил за ним следом. Они смотрели друг другу в глаза и просто молчали. Джисон по-прежнему нависал над ним сверху и старался не смотреть на губы, которые так хотел поцеловать. А если бы я это сделал, он бы меня оттолкнул? — Кхм… так, — Хенджин слегка приподнялся, и Джисон с него слез. — Я хотел тебе показать кое-что. — Да? — Я нарисовал на днях картину. Вернее, я… я нарисовал тебя, — он подошёл к столу, покопался немного, затем развернул то, над чем работал. — Ого… это я, — Джисон удивлённо поднялся с пола, рассматривая картину. — Меня ещё никогда никто не рисовал. — Ты просто красиво сидел в кафе. Я сфотографировал, чтобы потом нарисовать тебя, — Хенджин почесал затылок. — Это безумие, — Джисон взял картину в руки. — Очень красиво. — Тебе правда нравится? Можешь забрать себе, если хочешь. — Не будет ли это самовлюбленно вешать самого себя на стенку? — улыбнулся Джисон. — Повесь её в своей комнате и каждый раз просыпайся с мыслями обо мне, чувак. — Господи, — Хенджин рассмеялся и покачал головой. — Ты такой придурок. — Не угостишь ли ты этого придурка мюсли? — Джисон выпятил губу. — Они вкусные. — Пойдём, — Хенджин закатил глаза и положил картину обратно на стол. — Тебе повезло, что их, кроме меня, никто больше не ест в этом доме. — Твой отец вообще редкий гость, я смотрю, — Джисон спустился с ним на кухню и радостно взял мюсли в руки. — Да, он такой, — Хенджин сел за стол. — На самом деле, я даже рад. Он полон запретов, с ним спокойно не вздохнешь. — Оу… наверное, ты не любитель находиться дома, пока он тут, да? — догадался Джисон. — Ага. Люблю закрыться в комнате и не выходить. Обычно он меня не трогает. — Ты можешь тусоваться у меня дома, чувак, — Джисон заиграл бровями. — Да, у меня, конечно, не такая мягкая кровать, но тоже ничего. — Боже, — он рассмеялся. — Спасибо за предложение. Буду знать. — Ну, если что, я серьёзно. Можешь приходить ко мне. Не могу сказать, что в моем доме есть все, что есть в твоём, но мне вполне хватает для жизни. — У тебя есть кровать, что ещё нужно для жизни? — рассмеялся Хенджин. — Ты, — Джисон посмотрел на Хенджина и улыбнулся, заметив розоватые пятна на щеках. — Очень смешно. — Я серьёзно. — Кхм… так… — Ты милый, — Джисон присел рядом, — когда смущаешься. — Я не смущался, ясно тебе? — фыркнул он. — Ты просто говоришь странные вещи. — Я говорю правду. Ты кажешься мне милым. И с тобой приятно проводить время. Давно у меня такого не было. Даже с друзьями, — дополнил он. — У меня тоже, — Хенджин прикусил губу. — Ты съел мюсли? — Ага. — Тогда… — Возвращаемся в твою комнату, — Джисон потянул его за руку обратно, не собираясь так просто уходить из этого дома. — Ты наглеешь с каждым днем все больше и больше, — хохотнул Хенджин, как только они вошли в комнату. — Может быть, — Джисон посмотрел на лежавшую гитару и прикусил губу. — Я, кстати, закончил с песней для семестровой работы. Я много её поправлял, но сейчас думаю, она звучит хорошо. Хочешь послушать? — Давай. Джисон правил песню несколько раз. Особенно после второго поцелуя с Хенджином. На него накатила волна вдохновения, и он не знал, куда ее направить. Он написал ещё несколько песен, но все они пока казались ему сырыми. Сев на кровать, Джисон взял гитару в руки и принялся играть. Его голос был тихим, почти интимным, потому что он не хотел, чтобы эту песню услышал кто-то ещё, кроме Хенджина, пусть никого в этом большом доме и не было. Хенджин присел рядом и вслушивался в каждую строчку, качая головой в такт. Джисон иногда посматривал на него и слегка улыбался, перебирая струны пальцами. — Очень… красиво, — выдохнул Хенджин, когда музыка стихла. — Ты сам это написал? — Естественно, — деловито проговорил Джисон. — И что же тебя вдохновило на такую романтику? Ты. — Жизнь, — улыбнулся он. — Теперь твоя очередь. Сыграй мне что-нибудь. — Я… я подумал, что раз уж я уже неплохо играю, то смогу сыграть свою песню. Я набросал тут немного аккордов к лирике. Хочу попробовать, — неуверенно проговорил Хенджин. — Давай. Хенджин подошёл к столу, достал свой ежедневник и вернулся обратно. Он открыл нужную страницу и взял гитару из рук Джисона, начиная медленно играть. Сперва, как обычно у него это бывало, он путался в аккордах. Но, взяв себя в руки, он принялся играть более уверенно, используя написанные им стихи. Джисон замер, стоило услышать мелодичный и сладкий, как мед, голос Хенджина, и лирику. Это был уже другой стих, и пел Хенджин тоже про любовь. Казалось, даже время остановилось, а он все играл и играл, мило путаясь в струнах. Джисон присел рядом и иногда помогал ему, касаясь его руки, а когда лирика подошла к концу и из гитары больше не доносились звуки, Хенджин посмотрел на Джисона. — Я больше так не могу. — Что ты имеешь в виду? — прошептал Джисон, не понимая, почему Хенджин ставит гитару у комода и закрывает свой ежедневник. — У тебя все прекрасно получилось. — Я не про это. — Тогда… в чем дело? — Я не могу смотреть на тебя, Джисон. И не могу находиться с тобой рядом. — О… — Джисон почесал затылок, чувствуя по телу неприятные спазмы. — Я… наверное, я тогда пой… Хенджин притянул его к себе за футболку и резко поцеловал. Джисон ахнул ему в губы и пару секунд пытался понять, что происходит, как наконец до него дошло. Хенджин поцеловал его. Он сделал это. Джисон осторожно положил свою руку на его затылок и зарылся в темные отросшие волосы, ответно толкая язык в его рот. Хенджин укусил его нижнюю губу, втянул её в свой рот и промычал, проскальзывая через футболку Джисона прямо к его животу пальцами. На секунду подумалось, что все это очередной сон. Это казалось нереальным, отчего Джисон прижался к парню, полизывая то верхнюю, то нижнюю губу. Их языки толкались друг в друга, смешивая слюну. Губы издавали мокрые звуки, а дыхание совсем сбилось. Джисон завалился на спину, стоило Хенджину плавно уместить его на своей кровати. По телу прошла мелкая дрожь. Внутри завязался тугой узел. Джисон простонал, чувствуя чужие руки на своей груди. Хенджин сжал его соски меж пальцев и слабо хохотнул в поцелуй, медленно его разрывая. — Нужно ли нам остановиться? — прошептал он, заглядывая Джисону в глаза. Нет. Пожалуйста, только не сейчас. — Джисон, — Хенджин провел кончиком носа вдоль его шеи. — Останови меня. Иначе я сделаю это. — Сделаешь что? — прошептал он, едва сдерживая себя от очередного глухого стона. — Что хотел сделать ещё с момента нашего первого поцелуя, — Хенджин слегка укусил его в шею и втянул кожу в рот, полизывая её языком. — Завладею тобой. Джисон улыбнулся, столкнувшись снова с ним взглядом. — Так чего же ты ждёшь? Хенджин взял его лицо руками, продолжая смотреть тёмными глазами на Джисона. — Мне важно знать, что я для тебя что-то значу, Джисон. Что я не из тех, кто просто с тобой на одну ночь. Джисон моргнул. — Я давно таким не занимаюсь, но, если ты хочешь понять всю важность, то песню, которую я спел тебе только что… она о тебе. Ты вдохновил меня на неё, и это сумасшествие. Хенджин слабо улыбнулся, поглаживая его пухлые щеки. — Выходит, я тебе нравлюсь? — Выходит, — выдохнул Джисон. — Я не верю, что говорю это, но ты мне тоже нравишься, — он припал к его губам, прижимая Джисона в кровать своим телом. Хенджин начал плавно избавляться от его и своей одежды, попутно выцеловывая каждый участок кожи Джисона. Он млел от чужих прикосновений и позволял Хенджину плавно спускаться языком по его груди к прессу. Член давно стал твердым и бесстыдно тёк в чёрные боксеры, находясь в неком ожидании. Блять. Как я здесь оказался? Джисон сглотнул, глядя на выпирающий из боксеров Хенджина член. Он знал, что там будет, но никогда не думал, что это достанется ему. Ведь Хенджин был просто… нереален? — Хенджин, — протянул Джисон, чувствуя укусы на своей уже пятнистой от засосов груди. — М? — Хочу твой член, — вот так просто выпалил он, заставил Хенджина привстать и вздрогнуть. —… как ты его хочешь? — прохрипел он, следом прочистив горло. — Я могу показать, — Джисон перевернул Хенджина на подушки и оказался на нем, целуя его в губы. Рука нашла выпуклый член и осторожно пролезла через резинку внутрь, обхватывая его пальцами. Хенджин шикнул и разорвал поцелуй, кусая собственные губы зубами. — Ты… ты правда хочешь?.. — Хенджин прикрыл рукой рот, как только Джисон стянул с него боксеры и оказался лицом возле его члена. — А почему нет? — он улыбнулся и, взяв руку Хенджина, уместил её на своём затылке. Джисон провел языком по головке и выдохнул на неё тёплый воздух, заставив бедра Хенджина непроизвольно сжаться. Язык начал плавно ласкать член, обводя каждую набухшую венку, и слегка подразнивал покрасневшую головку. Джисон ещё не знал, как член парня поместится полностью во рту, но он постарается сделать все, чтобы Хенджину понравилось. Он водил рукой вдоль основания, дополнительно создавая трение там, до куда рот ещё не доходил. Хенджин стонал и сжимал волосы Джисона на затылке, проталкивая член глубже в горло. От этих действий Джисон закатил глаза, качая головой вверх-вниз до самого мокрого хлюпанья, которое могла издать вытекающая из его рта слюна. — Джисон, — Хенджин испустил вздох. — Так хорошо… Хлюпанье заполнило комнату, смешиваясь с еле сдерживаемыми стонами Хенджина. Джисон втягивал щеки, создавая все больше трения, и чувствовал, как становился тяжелее член в его рту. Он едва поспевал дышать, не говоря уже о том, чтобы проглотить часть слюны, что все ещё стекала по члену и мошонке Хенджина, поблескивая на свету. С краёв глаз поступили первые бусины слез. Джисон прикрыл глаза и со стоном продолжил быстрее качать головой, вылавливая ушами каждый громкий стон Хенджина. — Боже… стой, очень быстро. Джисон, я-я… стой, — Хенджин схватил его за волосы, заставив оторваться от члена с грязным чмоком. — Я-я хочу… хочу быть в тебе. Во мне? — Ты хочешь?.. — Джисон облизал опухшие губы. — Да, — тихо проговорил Хенджин. — Что ж, — стянув с себя боксеры и откинув их куда-то на пол, Джисон провел рукой по своему члену и прикусил губу. — Меня нужно растянуть, так что… Хенджин резко поднялся и подошёл к комоду, порылся пару секунд в ящике и достал новую банку лубриканта и целую пачку презервативов. — Я могу это сделать, — Хенджин слегка порозовел в щеках. — О, — Джисон лёг на спину и развёл ноги по сторонам. — Ну, действуй. — Господи, — прошептал Хенджин, разглядывая его. — Никогда бы не подумал, что ты будешь лежать в моей кровати в таком виде. — Тебе нравится? — улыбнулся Джисон. — Очень. Если ты будешь не против, я бы хотел когда-нибудь нарисовать тебя… таким, — Хенджин поглаживал его бедра руками и несильно сжимал. — Ты красивый. — Ты тоже ничего, — улыбнулся он и ахнул, как только первый смазанный палец вошёл в него. — Как думаешь, твоя задница примет мой член? — вторую руку Хенджин уместил на его члене, проводя ей вверх-вниз. — Д-да… должна, — Джисон прикусил губу, поглядывая то на его руку, то на него. Хенджин протолкнул второй палец, активно двигая ими назад-вперёд, размазывая обильно смазку. Джисон ахнул, прикусил губу и убрал руку парня от собственного члена, потому что такими темпами он быстро кончит, а делать он этого ещё не хотел. — У тебя… очень длинные пальцы, — Джисон выдохнул, подрагивая в ногах, чувствуя, как Хенджин снова толкнулся пальцами прямо в простату. — Да? — он слегка улыбнулся и поцеловал его в бедро. — Буду знать. — Я уже… очень хочу… — Джисон сглотнул слюну, бессвязно что-то бормоча. — Что ты хочешь? — Хенджин протолкнул третий палец, и послышался громкий стон. — Хочу член. — Такой плаксивый и грязный, — фыркнул Хенджин и шлепнул его по бедру. — Перевернись. Почувствовав пустоту, Джисон лёг на живот и выпятил задницу, покачивая ей из стороны в сторону. За спиной раздался смешок. Хенджин несколько раз шлепнул его по ягодицам и провел головкой члена вдоль них. — Ты уверен, что сможешь принять меня? — Пожалуйста? Я могу его принять, — Джисон нетерпеливо заерзал на кровати. — Ладно. Услышав треск фольги, Джисон прилёг на подушку и слегка развёл ноги. Хенджин навис над ним сверху и приставил член ко входу, поливая задницу ещё раз обильно смазкой. Джисон простонал. Хенджин сделал первый толчок, и ощущение быстро растворилось в новом, всепоглощающем ощущении растянутости. Член входил медленно, растягивая собой узкие стенки, отчего Джисон сжал подушку руками и задрожал. — Блять, ты узкий, — Хенджин лёг на его спину, упираясь руками о кровать по сторонам, и принялся медленно толкаться бёдрами, проникая как можно дальше внутрь. — Не сжимайся. — Я-я не… ох, блять, Хенджин, — Джисон уткнулся носом в подушку, услышав шлепок от их тел. Смазка хлюпала по всей комнате, шлепки вперемешку со стонами отбивались от стен. Хенджин глухо постанывал Джисону на ухо и кусал его в шею, плавно скользя меж ягодиц внутрь. Его член ощущался так хорошо, так правильно, что Джисон готов был раствориться в этом экстазе, лишь бы он никогда не заканчивался. — Хенджин, — проскулил он, тихо пыхтя и ритмично подергивая бёдрами вверх в ответ. — Я хочу тебя видеть. — Ладно, но только потому, — Хенджин вышел из него и перевернул на спину, — что ты такой хороший, — он снова проник внутрь, находясь меж ног Джисона. — О боже… — Джисон прикусил губу до крови, елозя по кровати вверх-вниз вслед за толчками. Его ноющий член безвольно подергивался, хотелось притронуться к нему, но в то же время не хотелось быстро кончать. — Тебе хорошо? — прошептал Хенджин, целуя мокро в щеку. — Очень… очень хорошо, — Джисон схватил его за плечи и откинул голову на подушку, громко постанывая от очередных толчков. — Блять, как хорошо… — Такой хорошенький, — послышался смешок. — Твоя задница была создана для меня, понимаешь? — Определённо, — Джисон нашёл его губы и впился в них, грязно проталкивая язык в его рот. Он обвил ногами талию Хенджина, позволяя увеличить темп. Мошонка ударялась о ягодицы и приятно хлюпала смазкой. Член врезался в простату, заставляя Джисона практически срывать собственный голос и царапать спину Хенджина, оставляя на ней красные полосы. — Боже… как же… хорошо… — Ты все ещё узкий, — Хенджин тяжело вздохнул. — Но так хорошо принимаешь меня… — Хенджин, — всхлипнул Джисон. — Я близко… — Давай, сладкий. Джисон закатил глаза, когда толчки стали ещё быстрее. Перед глазами на мгновение появились звезды, а тело прошибло током — Хенджин взял его член и сжал его, помогая Джисону скорее кончить. — Боже! Белесая жидкость обильной струёй выстрелила из уретры, попадая на его живот и грудь. Джисон простонал и задрожал сильнее, сжимая член Хенджина своей задницей. — Блять, — ахнул он и уткнулся в плечо Джисона, приходя следом. По комнате разносилось их сбившееся дыхание. Хенджин лежал на Джисоне, пока он поглаживал его по спине, все ещё чувствуя пульсирующий член в своей заднице. — Чувак, твой член — это нечто, — прыснул Джисон и услышал рядом с собой смешок. — Придурок. — Мы должны это повторить, — Джисон сжал его задницу. — Обязательно. В любое время. — Я запомнил.

🎭🎭🎭

— Боже, ты всегда такой прилипала? — Хенджин усмехнулся, смотря Джисону прямо в глаза. — Нет, только с тобой, — он поцеловал его в губы и прижал к стенке, слыша за спиной чей-то свист. Хенджин изначально не был готов раскрыть отношения перед всеми, но Джисон уверен, что люди должны увидеть того Хенджина, которого они никогда не видели — настоящего. И поэтому он взял все в свои руки, убедив, что если кто-то и захочет сделать что-то плохое в сторону Хенджина, Джисон отпинает их ногами и размажет по стенке битой (на деле он попросит это сделать Чонина). Целовать Хенджина и ощущать его руки на своём теле было таким правильным, таким нереальным, что казалось, Джисон вот-вот проснётся от долгого сна с привкусом разочарования. Ему нравилось покусывать губы Хенджина, толкаться в его язык и тихо урчать, дожидаясь, когда они проведут очередную ночь вместе. — М-м, — Хенджин кое-как рассоединил их губы. — Мне пора на урок, — он провел рукой по щекам Джисона и ещё раз поцеловал его в губы. — Может, не пойдём? — Джисон уткнулся носом в его шею, полизывая выглядывающие засосы языком. — Джисон. — Эх, ладно. Мне следовало попытаться, — он отпрянул от Хенджина и выпятил губу. — Встретимся после урока. — Ага. Не скучай, — поцеловав Джисона в щеку, он ушёл. Джисон смотрел ему вслед и пытался понять, как его вообще сюда занесло. Как из неприязни к этому парню он пришёл к тому, чтобы зажимать его у стенки колледжа и целовать на глазах у всех, показывая, что Хенджин принадлежит ему? Фантастика. Сынмин видел их на днях вместе, держащихся за руку, но ничего не сказал, лишь таинственно улыбнулся. Джисон не был рад этой встрече, так как мгновенно вспомнил про спор. Тогда Сынмин отправил ему короткое сообщение: «Осталось две недели», тем самым навалив на Джисона тяжкий груз. Фактически, он переспал с Хенджином, но сделал это не так, как задумывалось Сынмином. Джисон не был сверху, да и если честно, при виде Хенджина, не очень-то и хотелось. Поэтому спор он и без того проиграл. А значит, через две недели ему придётся снять трусы и начать вести себя на сцене, как полный недоумок. Наверное, Хенджин сгорит со стыда и бросит его после этого. Джисон: Сынмин, могу я с тобой поговорить? Джисон написал быстрое сообщение и просто стоял в коридоре, ожидая ответа. Урок ещё не начался, но поговорить с ним чрезвычайно важно. Может, он войдёт в положение и забьёт на спор? Мне больше не нужны его деньги. Для себя я заимел нечто более важное. Хенджина. Сынмин: Приходи в театральный зал. Джисон направился как раз в сторону зала, предвкушая их разговор. Сынмин не из простых парней, он как раз-таки любил подшучивать над всеми, особенно над своими друзьями. Но также он был из тех, кто мог понять ситуацию и разрешить её без особых конфликтов. — Эй, — Джисон вошёл в зал, заметив нескольких студентов и Сынмина с Чонином прямо на сцене. — Привет. — Давно не виделись, — буркнул Чонин. — Уже забыл, как нас зовут, да? — Не говори ерунды, — фыркнул Джисон. — У него появился парень, Чонин. Так что он точно о нас в скором времени забудет, — Сынмин украшал зал, поглядывая на занавески. — Я хотел поговорить, — Джисон проигнорировал их слова. — О том, как снимешь трусы или о том, что ты всё-таки переспал с Хенджином на спор? — Сынмин наконец перевёл на него взгляд. — Как раз-таки я хотел поговорить об этом. — Он его трахнул. Я по глазам вижу, — Чонин улыбнулся. — О, так ты пришёл за деньгами? Сколько я там тебе должен? Три тысячи? — Сынмин фыркнул. — А доказательства ты хоть принёс? Фотки там или ещё что? Я тебе просто так не поверю, даже если и видел Хенджина всего в засосах. — Да нет же, дайте мне договорить, — Джисон покачал головой. — Да, я действовал изначально нашему спору и хотел затащить Хенджина в постель только ради трех штук, но… — Так вот, почему тебя было так много, — голос заставил вздрогнуть и ужаснуться. Джисон посмотрел вбок, где из-за кулис выглядывал Хенджин. — Ты был со мной все это время из-за спора, — его глаза заблестели, как осколки стекла. — Хенджин, нет, я не… — Ну, у тебя получилось затащить меня в постель, не так ли? Сколько там я стоил? Три тысячи? Так мало, — Хенджин прикусил нижнюю губу. — Я думал, что значу для тебя хотя бы чуточку больше. — Хенджин, послушай, ты неправильно понял, — Джисон шагнул в его сторону, но парень сделал шаг назад. — Не все измеряется деньгами. И не все в этом мире можно купить, да? — улыбнувшись, Хенджин рвано выдохнул и скрылся за кулисами. — Джисон, я не знал, что он будет там, — Сынмин сглотнул. — Хенджин! — Джисон бросился за ним следом. — Хенджин, пожалуйста, выслушай меня! Хенджин не остановился. Он целенаправленно продолжал идти к выходу из колледжа. Джисон не хотел, чтобы это было так. Он не хотел, чтобы все закончилось на этой ноте, так и не успев начаться. Спор не должен был выбраться наружу, Хенджин не должен был об этом узнать. Не вот так. — Хенджин, пожалуйста, прошу, выслушай меня, — Джисон схватил его за руку на парковке и выдохнул. — Пожалуйста. — Отпусти меня, — прошептал Хенджин и выдернул руку. — Ты мне правда нравишься, Хенджин, — Джисон почувствовал влагу на своей щеке, глядя на то, как Хенджин садится в свою машину. — Я был с тобой не из-за спора. Может, только первые две недели, когда нас поставили в пару. Но потом… Хенджин, пожалуйста, поверь мне, потом я понял, что… — Я тебе больше не верю, — Хенджин завёл машину и посмотрел на него таким взглядом, который сложно было описать. Там находилась целая смесь из эмоций. И во всех них отражалась лишь боль. — Я доверился тебе. Я открыл тебе свою душу, хотя подкожно думал, что что-то здесь не так. Видимо, моё шестое чувство пыталось меня спасти. — Хенджин, пожалуйста, не говори так, — Джисон прикоснулся к приоткрытому окну машины. — Я пришёл, чтобы избавиться от спора. Потому что я не хочу спорить. И не хотел. — Но ты переспал со мной. Деньги уже твои. Я подтвердил это. Разве нет? — Хенджин улыбнулся. — Надеюсь, трех тысяч тебе хватит. — Хенджин, — Джисон выдохнул, смотря на отъезжающую машину. — Хенджин, пожалуйста, не бросай меня, — прошептал он одними губами самому себе, но Хенджин бросил, оставив его одного на парковке. Джисон никогда не чувствовал такого болезненного ощущения в сердце, не чувствовал пустоту в душе и разочарование вперемешку с отвращением к самому себе. Он знал, что нужно это закончить. Нужно было это закончить раньше. Но не доводить это все до… вот этого. Джисон плелся домой, смотря на то, как мир терял краски. Он позволил себе влюбиться в того, на кого спорил. Теперь ему тоже больно. Но в этой боли он виноват сам. Хенджин впустил его в свой мир, открылся ему, хотя у него явные проблемы с доверием, а Джисон… все испортил. Он снова все испортил. Всегда. — Джисон, разве ты не должен быть в колледже? — Я спать, — Джисон даже не посмотрел на мать, идя в свою комнату. — Что-то случилось? — обеспокоенно спросила она. — Я просто хочу, чтобы на наш мир упал метеорит, — Джисон захлопнул дверь и упал на кровать, тяжело всхлипывая. Он старался держаться, но слезы то и дело вытекали из его глаз самостоятельно. И Джисон заплакал, сжимая подушку руками. Хенджин его больше не простит, больше не доверится ему и снова закроется, превращаясь в холодного принца. И Джисон виноват в этом сам.

🎭🎭🎭

— Здравствуйте, я к Хенджину, — Джисон наконец-то увидел отца парня. — Вы его друг? — Да. Учимся с ним в одном колледже. — Тоже рисуете? — он пропустил Джисона в дом. — Почти. У нас с ним пара совместных уроков. Хотел бы поговорить на тему истории и отдать часть вещей, — он указал на коробку в своих руках. — Ладно. Он на втором этаже, первая комната слева. — Спасибо, — Джисон сделал вид, что был дезориентирован таким большим домом, и пошагал по лестнице. Прошло пару дней с тех пор, как правда стала явью. Все это время Джисон провел у себя в комнате, где корил себя за этот поступок. Но сейчас понял, что нужно действовать. Нужно извиниться перед Хенджином и прояснить всю ситуацию, даже если после этого Хенджин все равно попросит его уйти. — Хенджин, — Джисон приоткрыл дверь в его комнату, где увидел полный бардак. Мольберты с картинами валялись на полу, сам Хенджин лежал на кровати и смотрел в потолок. Он резко поднял голову и с гневом посмотрел на него. — Какого хрена ты… — Хенджин, — Джисон прикрыл за собой дверь, — пожалуйста, умоляю, просто выслушай все, что я скажу тебе, а потом выгоняй. — Уходи, — Хенджин поднялся с кровати. — Я никуда не уйду, — Джисон сел на пол у стенки. — Выслушай меня. — Я больше не хочу тебя слушать. И видеть не хочу. И ничего к тебе чувствовать, — Хенджин сморгнул блеск в глазах и с разочарованием посмотрел на Джисона. — Хенджин, — Джисон поставил коробку рядом с собой и посмотрел вверх, встречаясь взглядом. — Ударь меня. — Что? — Я заслужил. Ударь. Избей меня. Да хоть убей, но дай мне поговорить с тобой. Хенджин тяжело вздохнул полной грудью и фыркнул, отворачиваясь. — Тебе минута. — Когда я думал, что ты полный мудак, мой друг действительно предложил спор. Меня не интересовал ты, мне были интересны лишь деньги. Я подошёл к тебе тогда в баре, ты облил меня пивом, и я понял, что… мне точно нужны эти деньги, но их будет получить сложно, учитывая, какой ты… придурок, — Джисон посмотрел на свои руки и сжал их в кулаки. — Я попросил профессора быть с тобой в паре, чтобы больше контактировать с тобой. И, возможно, это и было тем, что изменило моё отношение к тебе. Да, сначала у нас были очень натянутые отношения, и я искал пути подобраться к тебе ближе, чтобы… выполнить условия спора. Но даже несмотря на то, что мы спали вместе, хочу отметить, что в споре я должен быть верхним, но когда мы переспали с тобой, верхним был ты, — Джисон заметил на себе тяжёлый взгляд и вздрогнул. — Но сейчас не об этом. Чем больше я узнавал тебя, тем больше мне открывался ты. Тот Хенджин, которого я никогда не знал, и тот, в которого я влюбился, — Джисон прикрыл глаза, стараясь сдержать поток эмоций. — Когда мы пошли в кино, я не смотрел фильм. Я смотрел на тебя. Когда мы дурачились под дождём, я почувствовал себя свободным. Я понял, о чем ты говорил, когда бегал под дождём, но лишь с тобой. И поцеловал я тебя, потому что захотел сам. Тогда я не руководствовался спором, я забыл о нем в тот же месяц, как он начался, потому что начал узнавать тебя. Начал влюбляться в тебя по-настоящему. Я даже сказал Чонину, что хочу положить этому конец. Мне больше не нужны были деньги, потому что у меня был ты. Хенджин без слов сел на кровать и сжал волосы руками, опуская голову вниз. — Я учил играть тебя на гитаре не для того, чтобы стать ближе из-за спора, Хенджин. Я был искренен к тебе. Да, не с самого начала. Но потом — целиком и полностью. Потому что ты мне нравишься. И мне очень жаль, что ты узнал обо всем вот так. Я пришёл тогда к Сынмину, чтобы со всем этим покончить. — И что я должен на это сказать? — прошептал Хенджин. — Ничего, — Джисон шмыгнул носом. — Я просто хотел, чтобы ты знал, что я на самом деле был с тобой искренен. Я не играл с тобой. Не тогда, когда ты впустил меня в свой мир, Хенджин. — В чем заключался спор? В том, чтобы просто со мной переспать? С него деньги, а с тебя, в случае проигрыша? — Хенджин посмотрел на него. — Я буду должен после спектакля снять нижнее белье прямо на сцене и кричать, что хочу тебя, — Джисон посмотрел на него и прикусил щеки с внутренней стороны. — Как видишь, я проиграл. — Отлично. Теперь можешь идти. Такие слова пощечиной отразились на лице Джисона. Он заслужил. — Хенджин, — он тяжело вздохнул. — Прости меня, если сможешь. Пожалуйста, — он поднялся с пола и поставил коробку на его кровать. — Я правда не хотел причинять тебе боль. — Но ты это сделал. — Я знаю, и мне очень жаль. — Мне не нужны от тебя извинительные подарки, — Хенджин скинул коробку на пол. — Проваливай из моей комнаты. — Там не подарок, — Джисон смахнул слезу. — Там твоё, — он ещё раз посмотрел на Хенджина и все же вышел из комнаты, а после и из его дома. Хенджин так и остался сидеть на месте и смотреть на коробку, пока не решился её приоткрыть, чтобы заметить письмо... «Моя мама меня убьёт, если узнает, что я её выкрал из собственного дома. Но она по праву принадлежит тебе. Так что держи это в секрете». … и её. Картину своей матери.

🎭🎭🎭

Джисон сталкивался с Хенджином в коридорах колледжа, но тот проходил мимо, даже не посмотрев в его сторону. Для студентов, что только недавно наблюдали их любовные сцены у стен, это, наверное, казалось очень странным. Но на деле это было очень болезненно: ощущать, что больше не можешь поговорить или хотя бы прикоснуться к человеку, которого так хорошо знал. Джисон сдал свою семестровую песню, однако она больше не была для него идеальной. Он, вместо того, чтобы спать, сидел над другой. Над более личной и чувственной, над той, что открыла бы все его чувства, все, что лежит у него на душе. Сынмин успел извиниться тысячу и один раз, даже сказал, что этот дебильный спор можно забыть и не выполнять его требования. Только вот как теперь Джисону забыть Хенджина? — Джисон, — Чонин выпятил нижнюю губу, — ты меня не радуешь. — Меня тоже уже ничего не радует, — Джисон ковырялся в тарелке и пустым взглядом смотрел в стол. — Ты поговорил с ним, верно? — Ага. — И что он? — Выставил меня за дверь, — Джисон приподнял глаза и посмотрел на друга. — Он больше меня не простит, а если и простит, то сделает это молча. Но мы больше не будем вместе. — Ты реально влюбился, — Чонин вздохнул. — Никогда бы не поверил, что такой, как ты, может влюбиться. — Я тоже бы никогда в это не поверил, но вот я здесь. В полном дерьме, — Джисон прикрыл глаза, чувствуя болезненное давление в области груди. — Завтра спектакль, — Сынмин сел за их стол. — Надеюсь, ты не планируешь снимать трусы, — хихикнул Чонин. — Нет, — Джисон посмотрел на друзей и покачал головой. — Я думаю… я хочу исполнить свою новую песню после спектакля. Надеюсь, Хенджин придёт. — Куда денется! Он же декорации делал, — Сынмин взял булку и откусил её. — О чем песня? — поинтересовался Чонин. — О моих чувствах, — Джисон хотел бы, чтобы Хенджин понял, что все, что было между ними — не спор. Спор был толчком к тому, чтобы стать ближе, но все остальное… Джисон проживал по-настоящему. — Кто бы мог подумать, что Хенджин не такой мудила, каким казался? — фыркнул Сынмин. — Теперь мудилой чувствую себя я. — Не волнуйся. Ты это только чувствуешь, а мы это ещё и видим, — рассмеялся Чонин. Сынмин, не долго думая, запихнул в открытый рот Чонина булку, заставив его подавиться. — Завались, козёл. Чонин выплюнул булку на стол. — Сам козёл. Я правду сказал. Джисон теперь в депрессии. А что, если из-за тебя у него больше никогда не встанет член? — Эй, — Джисон пнул его под столом. — Заткнись. — Что заткнись-заткнись? Я как лучше хочу, а вы меня затыкаете! Вот уйду от вас, потом ещё… —… спасибо скажете, — хохотнул Сынмин. — Я ухожу, — Чонин поднялся из-за стола и направился к выходу. — Чонин, вернись, — Джисон косо посмотрел на Сынмина. — Ну и? — Он первый начал. — Придурки, — взяв поднос, Джисон сдал его и вышел из столовой, сталкиваясь с Хенджином нос к носу. Джисон замер, смотря ему прямо в глаза. Пришлось слегка приподнять голову, так как Хенджин был выше. Аромат лаванды обволакивал нос, стало спокойно, но и нервно одновременно. — Извини, — прошептал Джисон, отходя в сторону. — Мг, — Хенджин засунул руки в карманы и вошёл в столовую. Он, наверное, никогда меня не простит.

🎭🎭🎭

— Эй, Хван Хенджин! — Чонин перелез через забор и кубарем полетел в траву. — Выходи, мы будем драться! — орал он, размахивая руками. В окне появился свет и наконец вылезла чья-то голова. — Иди сюда, чмырь двухметровый, я тебя… — Чонин икнул и прилёг на лужайку. — Немножко полежу и встану, подожди. — Какого хрена?.. — Хенджин закрыл окно и скрылся в комнате. — Зассал, да, трус? Только не плачь, я не могу бить того, кто слабее меня, — Чонин фыркнул и снова икнул. — Возможно, самбука была лишней. — Ты кто ещё такой? — Хенджин вышел в пижаме и в тапочках, рассматривая Чонина, лежащего на его лужайке. — Друг Джисона? — Не просто друг! Я его защитник, а ты чмырь! Он из-за тебя плачет ночами и вообще! Я тебя сейчас отхуярю, — Чонин кое-как встал, но завалился в кусты. — Ты сломал мой куст. — Я тебе ещё и нос сломаю, мудила, — он попытался вылезти, но завалился ещё дальше. — Что за ядовитые плющи в саду! Помоги мне, что стоишь! — И не подумаю, — фыркнул Хенджин. — Вызову копов. — Нет! Вызовешь их, когда я порву тебе задницу, чмо! А сейчас поговорим по му… как там… по му… как мужики, ты понял меня? — Чонин выкарабкался и пополз на четвереньках к нему. — Боже, я реально вызываю полицию, — Хенджин стоял на месте и смотрел на это представление. — Ты кусок дерьма, Хван Хенджин, — Чонин пнул его в бедро рукой. — Ты чмо. Ты козёл и мудак. — Ага. А ещё кто? — Не знаю. Я вообще не вижу твоего лица, — Чонин слегка приподнял голову и столкнулся с пахом. — А член у тебя большой. — Что за нахер?.. — Я думал, у тебя микропенис… — Чонин рассмеялся. — Эх, Джисону повезло, что не микро, верно? Ах, да, ты же бросил его! — Чонин принялся шлепать его по бедру. — Это Джисон тебя сюда отправил? — вздохнул Хенджин. — Нет. На самом деле он не знает, что я тут. И не узнает, — Чонин сощурил глаза. — Потому что я тоже пришёл молить тебя о его прощении. — Что? Ты же собрался меня бить? — Я тебя изобью, но это потом, — Чонин схватил его за бедра и небрежно поднялся. — Прости его, Хенджин. Он тебя это… как его… правда любит… ну ты понял, — он снова икнул. — Бля, зря я смешал водку с самбукой. — Вижу. — Я не об этом. Джисон, он… он такой козёл, знаешь? — Чонин положил руки на его плечи, слегка пошатываясь. — Знаю. — Но он влюблённый козёл! Это совершенно другое! Ты ему так нравишься, что даже я ему не поверил, когда он об этом сказал, понимаешь? Он не из тех, кто влюбляется… а тут влюбился и даже от денег отказался. Но ему они позарез нужны. А тут… отказался… он дебил, говорю же, — фыркнул Чонин. — Кто от денег отказывается?! — Чонин, верно? — Хенджин кое-как стянул с себя его руки. — Иди домой. Мы сами разберёмся. — Что ты разберёшься, чмырь? Что у тебя, что у этого… язык в жопе! Только я могу спасти этот мир и кого-нибудь отхерачить, — Чонин положил голову ему на грудь и приобнял, заставив Хенджина встать в ступор. — Завтра Джисон должен был снять свои трусы. Я бы на это посмотрел, на самом деле. Хотя я ему сказал, что нет, но только не говори ему. — Ага. А теперь отвали от… — Джисон написал песню для тебя. О тебе. Про тебя. Хер его знает. Короче, песню про то, что он к тебе… тебя… любит, ты понял, мудила, понял, да? — Чонин оторвался от груди. — И он хотел бы, чтобы ты там был. Если тебя там не будет, я снова буду у твоего дома. — Я там буду. Теперь можешь… — Скажи мне честно. Джисон тебе нравится? — Чонин сощурил глаза. — Нравится, — выдохнул Хенджин. — Тогда… да, он козёл, я понимаю, просто придурок. Но… я его тоже люблю. В смысле… э-э… ну, не так как вы там друг друга, понял? Я ещё не настолько чокнулся. Просто пойми, ты мудак, а он придурок. Вы идеальная пара. Что вам ещё надо? — Чтобы ты, очевидно, уш… — Прости его, Хенджин, — Чонин резко заплакал и снова прижался к нему. — Сынмин предложил этот спор, это он во всем виноват! Но Джисон… мой сладкий мальчик, не вешай на него этот грех! Он так хотел быть с тобой, так в тебя влюбился, что даже забыл мой номер телефона, тварь… я знаю, тебе тоже больно, — Чонин шмыгнул носом, — но дай ему шанс. Ты можешь ему доверять хотя бы потому, что я нихера о тебе не знаю и все ещё думаю, что ты мудила. Правда, Джисон говорит обратное, я ему верю, но вмазать тебе по роже хочу не меньше. — Пойдём, — Хенджин взял его под локоть. — Куда ты меня тащишь? — Отвезу тебя домой, недоумок. — О-о… ладно, ты больше не мудак, — улыбнулся Чонин. — Но на пять процентов. На сто процентов будет, когда я буду на вашей свадьбе с Джисоном. — Какой ещё свадьбе? — Хенджин вздохнул и усадил его в своё авто. — На обычной. Какой ещё? — Ага. Мечтай. Учитывая, как ты пьёшь, я ещё подумаю над тем, чтобы тебя на неё звать, — Хенджин завёл машину. — Где ты живёшь? — Где надо. — Мне нужно отвезти тебя домой. — Хм… я подумаю, — Чонин завалился на кресло. — Что ты подумаешь? Мы уже едем к тебе. Алло, приём, как слышно? — Не ори, я не глухой, — Чонин деловито смахнул чёлку. — Ты сам-то… как? — Мы едем домой или… — Сразу расскажи, как ты. Хенджин сжал руль и прикрыл глаза, тяжело вздыхая. — Что ты хочешь услышать? — Тебе все ещё нравится Джисон, но ты боишься, я прав? — Чонин громко икнул и ударил себя по груди. — Чёртова самбука. — Он приходил ко мне домой и объяснил всю ситуацию. И я понял его, но просто… тяжело, — Хенджин сглотнул. — Тяжело поверить, что он начал это всё из-за спора, и тяжело довериться после этого снова. — Понимаю, — Чонин вздохнул. — Джисон не рассказывал нам о том, как обстоят дела. Он мало что говорил, а как подружился с тобой, так вообще с радаров пропал. Просто гнида. Так друзья не поступают, — обиженно буркнул он. — Но если бы Джисону было все равно на тебя и твои чувства, если бы он не был влюблен по-настоящему, он бы давно рассказал нам, что переспал с тобой и потребовал бы деньги. А тебя бы просто бросил. — Но он этого не сделал, — прошептал Хенджин. — Да, потому что дебил. Я бы сразу деньги забрал, чего добру пропадать? — Чонин покачал головой. — Видимо, ты для Джисона стоишь что-то больше, чем три штуки и измученный Сынмин, колесящий до колледжа на своём сраном велике. — Может, — Хенджин разжал руль. — Вам нужно поговорить. Ещё раз. Хотя бы попытаться. Пока я тебя не отпиздил. — И где Джисон только тебя нашёл? — тихо рассмеялся Хенджин. — Там где я был, таких больше нет. — И слава богу. — Эй, следи за языком. Хенджин поджал губы и посмотрел на освещенную фонарными столбами дорогу. — А если Джисон снова сделает мне больно? — прошептал он. — Тогда я ему голову снесу, хочешь? — предложил Чонин. — Я сам это сделаю, если в следующий раз он это сделает. — Так ты… вы… — Чонин щелкнул зубами. — Ты… ты… о… вы… — Я не понимаю, что ты… — Вы снова будете вместе, и Джисон обо мне забудет, — Чонин ударил его в плечо. — Напоминай ему обо мне! — Мы ещё не вместе. Нам нужно поговорить. Возможно, понадобится время. Это не так просто. — Все, завались, я хочу спать, — Чонин отвернулся к окну. — Свою миссию я выполнил. — Эй, ты так и не сказал мне свой адрес, придурок. — Я тебя отхуярю, — прошептал Чонин. — Левой, правой… десятой… — Что ты там бубнишь? — Хенджин обернулся и прикрыл глаза. Чонин уснул в его машине. Он взял телефон и долго смотрел на номер Джисона. Так он проделывал множество раз после того, как парень вышел из его комнаты. Но был ли Хенджин готов к тому, чтобы снова начать с ним встречаться и снова довериться? Он не знал. Было страшно. Но и видеть Джисона, и не иметь возможности хотя бы поговорить из-за боли внутри — убивало не меньше. А теперь ещё спящий в машине Чонин, который пришёл и наговорил весь этот бред, сквозь который прослеживалась правда. — Я мудак, а он придурок, — повторил Хенджин. — Но все это должно остаться в прошлом.

🎭🎭🎭

— Ты завалился пьяным к Хенджину? — Джисон пришёл в ужас. — Я и сам не понял, как это сделал, — Чонин слабо выдохнул, сидя в гримерке. — Слушай, не начинай, ладно? И без тебя тошно. Я и так сейчас умру. — Ромео, скоро твой выход, — проговорила девушка и подмигнула Чонину. — Что ты ему сказал?! — Джисон сжал его плечи, заставив смотреть в глаза. — Да ничего такого. На самом деле… я не помню, что я говорил ему. Я просто проснулся в его машине и вылез. Полицию не вызвал — уже хорошо. А крови я не заметил, значит ему повезло. — Ты ненормальный, — Джисон вышел из гримерной, чтобы посмотреть, сколько людей ещё сидело в зале. Оживленная толпа находилась на своих местах. Они ждали, когда Ромео и Джульетта отыграют свою главную и последнюю сцену, и спектакль подойдёт к концу. Но не их Джисон ожидал увидеть. Джисон ждал лишь одного человека. Хенджина. Но если Чонин наговорил ему какой-нибудь ерунды, то можно о нем забыть. — Его нет, — Джисон опустил глаза. — Может, и нет смысла выходить на сцену. Вряд ли он придёт под конец, — слезы моментально покатились из глаз. Все кончено. Ты сам в этом виноват. Чонин вышел на сцену вместе с девушкой, занавес приоткрылся, показывая зрителям печальный конец. Ведь нет повести печальнее на свете, чем повесть о Ромео и Джульетте, так? Что ж, Джисон готов был поспорить. Он сжимал гитару, находившуюся в чехле, в руке и смотрел на двери. Смотрел до последнего, пока не услышал крики и вопли. Все закончилось. Хенджин так и не пришёл. Все это уже не имело смысла. Джисон взял гитару и вышел из зала, не собираясь там задерживаться ни на минуту. Он прикусил до боли губу и ахнул, почувствовал на себе дождь. Погода лучше всего описывала его настроение. — Вот тебе ещё одна история о Ромео и Джульетте, — вздохнул он, идя под дождём домой. Джисон смотрел на свои кеды, шмыгал носом и позволял слезам падать прямо в лужу, смешиваясь с дождём. Если бы я только отказался от этого сразу, то ничего бы этого не было. Возможно, мы бы даже с Хенджином не познакомились. Но нам хотя бы не было бы так больно потом. Джисон врезался головой в чью-то грудь и ойкнул, вздрогнув. — Извините, — прошептал он, пытаясь обойти человека, но человек не дал ему этого сделать. — Джисон. Голос Хенджина прошёлся током по коже, и Джисон поднял голову, встречаясь с ним взглядом. Его волосы были тоже мокрыми и прилипали к лицу. — Хенджин, — нижняя губа Джисона дернулась. — Может быть, я больше и не мудак, но я определённо дурак, — он взял Джисона за подбородок и поцеловал его в губы. Это ощущалось, как возвращение домой. Когда время наконец замерло, а шум города превратился в тишину. Джисон чувствовал тепло его губ, неприятные холодные капли, скатывающиеся по лицу, и едва не бросил гитару на землю от дрожи. Он всхлипнул и свободной рукой обвил шею Хенджина, ответно двигаясь губами в такт. Хенджин опустил руки и обнял его за талию, прижимая сильнее к себе. Они оба погрузились в момент, забыв о времени и пространстве. — Хенджин, — Джисон медленно разорвал поцелуй, — пожалуйста, не уходи. Прости меня. Я… я идиот. Я правда идиот. Давай начнём все сначала? — он посмотрел на Хенджина и замер, видя лёгкую улыбку на его лице. — Давай. Давай попробуем. — Почему ты вдруг передумал? — Джисон по-прежнему держал на нем свою руку, боясь, что Хенджин может уйти. — Скажем так, друзья у тебя чокнутые. — О боже, Чонин… — Джисон стыдливо прикрыл глаза. — А я… я думал, ты не придёшь на спектакль. Я хотел… — Я знаю, — Хенджин взял его за подбородок. — А ещё я знаю, что ты любишь петь песни в спокойной обстановке у меня дома. Так что… может, споешь мне новую песню там? Джисон улыбнулся. — С удовольствием. Он снова притянул Хенджина для поцелуя, растворяясь в нем окончательно. Полностью промокнув, они наконец оторвались друг от друга. Джисон закинул гитару на спину и на собственное удивление сел на спину Хенджина. Тот взял его под ноги и понёс к себе домой. Джисон слабо улыбнулся, обнимая его за шею и прикрыл глаза, втягивая привычный запах чужого шампуня. — Я скучал, — признался Джисон. — И думал, что ты больше никогда ко мне не подойдёшь. — Ты на испытательном сроке, — фыркнул Хенджин. — И сколько он будет длиться? — Зависит от твоего поведения, — Хенджин поставил его на ноги перед домом и посмотрел в его глаза. — И я надеюсь, что у тебя больше нет секретов от меня. — Больше нет, — Джисон взял его за руку и несильно её сжал. — Отлично. В доме было тепло и тихо. Видимо, отец снова находился на работе или очередной командировке, что Джисону только на руку. Он чмокнул Хенджина в щеку, заходя в его комнату, и заметил, что на полу все прибрали, а мольберты стояли ровно, словно их никто никогда не ронял. — Пойдём в душ, — предложил Хенджин, стягивая с себя мокрые вещи. — Вместе? — Джисон сглотнул. — Ага. Только душ. Даже не думай о чем-то ещё, — Хенджин щелкнул его по носу и зашёл в ванную комнату. Джисон поставил гитару и вошёл следом, полностью раздеваясь. Встав рядом с Хенджином под тёплые струи воды, он приобнял его за спину и прижался к нему, целуя в плечо. — Джисон. — Я ничего такого не делаю, — он развернул Хенджина к себе и обнял, кладя голову ему на грудь. — Просто греюсь. — Я такой горячий? — ухмыльнулся он и приобнял Джисона в ответ. — Очень даже, — он приподнял голову вверх, несмотря на летящие брызги, и привстал на носки, целуя Хенджина вновь. Руки Хенджина с талии опустились на задницу и несильно её сжали, заставив Джисона промурчать в поцелуй. — Все, с тебя хватит, — Хенджин улыбнулся, разорвав поцелуй, и Джисон разочарованно вздохнул. — Мне никогда не хватит. После душа Джисон уместился в кровати Хенджина будучи абсолютно голым. Он прижимался точно к такому же нагому телу и грелся, чувствуя чужое тепло. Хенджин поглаживал его бедро пальцами и смотрел на стену, рассматривая картины. — Давай сходим на свидание? — Джисон уткнулся носом в его шею. — Куда? — Может, в ресторан? Какую кухню ты любишь? — Вкусную, — улыбнулся он. — Отлично, я как раз знаю несколько заведений с вкусной кухней, — хохотнул Джисон в ответ. — Что ж, звучит заманчиво. Джисон лёг на его грудь и провел рукой по кубикам пресса. — Правда, прости меня, Хенджин, — вздохнул он. — Я идиот. Я должен был сказать тебе раньше о споре, но это сложно. Я хотел просто его прекратить и сделать вид, что его никогда не было. И ты на самом деле имел полное право послать меня в задницу и не давать мне шанса. Может, если бы не Чонин… — Я хотел дать тебе шанс ещё тогда, когда ты пришёл ко мне и рассказал все, что было на самом деле, — перебил его Хенджин. — Я просто… боялся. А Чонин всего лишь повторил часть того, что говорил ты. — Правда? — Джисон приподнял голову и посмотрел на Хенджина большими глазами. — Правда. — Спасибо, — он шмыгнул носом и снова уткнулся в грудь Хенджина. — Я написал тебе песню. — И я жду, когда ты мне её споешь. — Не знаю, мне кажется, я заплачу, — Джисон хохотнул и прикусил губу, чувствуя руку Хенджина на своей талии. — Она настолько трогательная? — улыбнулся Хенджин и поцеловал его в лоб. — Ага. Настолько, что ты и сам заревешь, чувак, — хмыкнул Джисон. — Звучит как вызов, чувак. — Тогда я спою тебе её, когда погреюсь, — Джисон обвил ногами его бедра. — Твой член упирается мне в бедро. — Ничего не могу поделать, чувак, он у меня такой большой. Хенджин рассмеялся. — Боже, какой же ты невыносимый. — О, это та картина? — Джисон заметил её на стене. — Да. Спасибо, что принёс её. — Я не мог иначе. Она ведь твоя, — Джисон посмотрел на Хенджина и прикусил губу. — Благо, моя мать ещё не заметила, что её нет. А то она меня убила бы. — Стоп, ты что, серьёзно украл картину у своей матери? — Хенджин удивлённо расширил глаза. — Упс? И комнату разразил переливистый смех.

🎭🎭🎭

— Хм… мне кажется или здесь висела картина? — женщина нахмурилась, глядя в стену. — Вы о чем, Миссис Хан? — Чонин вышел из кухни и посмотрел на стену. — Да картина тут была, не помнишь? Я за неё почти тысячу долларов отдала в свое время. Чонин почесал затылок. Джисон, ты что, придурок?! — Да не было здесь ничего. — Правда? — она снова нахмурилась. — Вам, наверное, приснилось. Это повод купить ещё одну картину и повесить её на это пустое место. — Точно. Нужно будет об этом подумать. — А сейчас пойдемте, Миссис Хан, пирог сам себя не приготовит. — Эх, Чонин, что бы я без тебя делала? И почему ты не мой сын? — она взъерошила его волосы и пошла на кухню. — Я могу стать вашим мужем! — ухмыльнулся он. — Даже не думай об этом, болван.