Колыбель мироздания

Очередная неконтролируемая потеря Лололошки ударила по мне новым потоком злости, досады и непонимания. Этот невозможный мироходец, вечно ускользал от меня, словно вода, собранная в ладонях. Даже сыпучие пески Мисра можно было удержать, но не Ло. Будто само понятие спокойствия было ему чуждо, и он вечно рвался куда-то вперед, в незримое для меня будущее. А вместе с ним умыкнул и Харис. Я готов сделать ставку на то – что он инициатор очередного приключения. Неприятной болью в голове пульсировала мысль о том, что это изначально все это был один большой план этого невыносимого, нарциссичного ушлепка. Все это время он водил нас за нос и уповал в своей гениальности, пока на него никто не смотрит. Стоило появиться ей на подкорке мозга, как демоны тут же подхватывали ее, вторили ей пытаясь вывести меня на эмоции очередным потоком ядовитых фразочек о моей никчемности и несостоятельности как божества, следящего за порядком во вселенной. Джон наверняка пользовался собственным положением. Он играл роль, только для того что бы обдурить нас, ослабить бдительность, уверить, что мы управляем ситуацией, а в конце, столь незамысловатым образом, дать смачную пощечину, возвращая в реальность. Этим мыслям вторили и голоса в моей собственной голове. Эта ветвь размышления будоражила меня сильнее всего, переводя гнев в удручение и бессилие. Сама мысль о том, что меня, нет, всех нас, так легко использовали, а после еще и оставили ни с чем – вводила в безнадегу. Хотелось бросить все. Но ни я, ни кто-либо другой не мог себе позволить подобного. Мы должны вызволить Ло, где бы он сейчас ни был. А кто еще если не мы? Он окажется такой же марионеткой Джона, как и мы в свое время, его могут запросто так же бросить на произвол судьбы, и сам он не покинет нового мира, это уже доказано на практике десятилетия нашего с ним знакомства. От всего что взвалилось на мои плечи с новой силой пухла голова, ведь это был нескончаемый процесс. Стоило мне остаться наедине с самим собой, как эти размышления возвращались и ни что от них не спасало. Как бы я не пытался выгнать их, как сейчас, осматривая записи сделанные нашей парочкой ученых, что бы продолжить их размышления и помочь с расчетами, но по итогу я все равно возвращался в этот цикл. Даже тюрьма времени не была так жестока, как мои собственные мысли. Лампочка над зеленой поверхостью недоверчиво моргнула, чему я не придал значения, для меня это стль же незначительный сигнал как и ее потрескивание. –Я не думаю, что сверля взглядом стену ты чем то нам поможешь, Джодах. – Хрипловатый голос донесся откуда то из-за спины, а комната заполнилась ароматом дешевого кофе из запасов Джона. Его голос прорезал эту тишину, заставив меня встрепенуться. Крылья недовольно распушились, поддавшись внезапному всплеску злости, а я поддавшись эффекту поднялся со стула на котором сидел посередине комнаты и обернулся на фигуру в белом. Губы ученого расплылись в противной для меня надменной ухмылке, а очки нарочно прикрывали глаза, как в прочем то и обычно. –Ах ты!... – Не успел я закончить фразу как меня тут же прервали на полуслове, не дав начаться моему потоку недовольства вовремя. – Я что? – Он непринужденно отпил кофе и тут же был вынужден отодвинуть руку в сторону, ведь я не стал ждать дозволения с его стороны и, в пару шагов, преодолев расстояние между нами, взял его за грудки его не то пальто, не то халата, подняв над землей. Ярость застучала в висках и собственных ушах учащенным пульсом, а кисти, кажется еще чуть-чуть, захрустят от того, как сильно я их сжимаю на одежде Хариса. –Где Лололошка. Почему ты здесь без него!? – прорычал ему в лицо я, скаля собственные клыки, пока внутри закипала жажда его крови, проявляющаяся во мне неконтролируемыми желаниями демонов. А тот лишь пожал плечами и снова отпил кофе словно игнорируя все обстоятельства ситуации. – В смысле ты не знаешь, говори где ты его бросил! – А мне откуда знать, пернатик? Я всего лишь часть твоего сна и не более. Я не могу сказать того чего не знаешь ты сам, так что… Не думаю что твои угрозы сейчас имеют хоть какой то вес. Я всего лишь бесплотный образ, который сгенерировал твой мозг под воздействием твоих же мыслей. – Он снова пожал плечами и словно рассыпался в моих руках, тут же материализуясь за моей же спиной. Отходя дальше от меня в направлении доски с надписями, которые размазались и стали совершенно не читаемы для нас обоих. – Лучше вместо этого подумай о том как ты можешь нас найти. –Мне нет никакого дела до «вас», мне нужен только «Ло». Даже если ты умрешь, во мне не проснется и капли сожаления о твоей утере. – Я цедил каждое слово сквозь плотно сжатые челюсти. Я был выше слепого гнева, в этом он был действительно прав. Потому держал себя в приблизительном спокойствии, пока фигура передо мной беззаботно отпила кофе из своей кружки. Он подозрительно усмехнулся, оборачиваясь ко мне. Легким движением руки, приспустил свои очки, открывая взору янтарное золото, скрывающееся ранее под тонированным пластиком. – Я бы с превеликим удовольствием насладился этой картиной. – Что-то в этой хитрой усмешке и интонации было не то. Он будто насмехался над фактом сказанных мной слов, будто это и вовсе было не так. В чем я искренне сомневался. Такое его поведение не только сбивало меня с толку, но и добавляло керосина в костер моих эмоций. Его рука ловко щелкнула по оранжевой оправе, возвращая ее на законное место, лицо снова устремилось к непонятной помеси символов, словно все формулы автоматически изменили свой вид, превратившись в исключительно записи Джона. – Опа, кажется мне уже пора. Чао! – Кружка звонко стукнула по столешнице, а образ исчез во вспышке, стоило этому случиться. Теперь я вновь остался один на один с собственными мыслями. Злость постепенно сходила на нет сменяясь непониманием. В моей голове не укладывалось: почему именно так. К чему был сам факт появления этого человека в моем сне, что значили все его слова и движения. В чем была мораль этого сна? В еще больший ступор меня ввела кружка из сна, которая стояла на столе с холодным недопитым кофе. Видимо та стояла здесь достаточно долго, чтобы покрыться неприятной на вид коркой из-за молока в нем. Это единственное что не давало даже помыслить о реальности присутствия здесь Джона этой ночью. Тот ненавидел молоко в кофе. Предпочитал вываливать в кружку несколько ложек растворимого и добавить туда еще ложку сахара, а порой даже без него мог пить, заедая его любимым печеньем с шоколадной крошкой. А попутно трапезе мог писать очередные расчеты в ноутбуке, на бумаге или на листе. Для него это было не принципиально. Я решил поменять место, скоро в эту Лабораторию вернутся Райя с Ровоамом и не хочется им как то препятствовать. Впрочем, даже смена обстановки не изменила моего состояния. После столь расплывчатых метафор из сна хотелось докопаться до истины, было решено записать этот случай в мой дневник. Который это уже по счету? Да не столь важно который. Я просто открыл его и долистал до последней записи, решив освежить память о случившемся в день ее появления здесь. Я заинтересованно вел по каждой строке вчитываясь в нее. «Этот день не должен был ознаменоваться чем-то грандиозным или пугающим. Впрочем так и есть. День совершенно обычный, если не вдаваться в подробности его наполненности. Джон ведет себя немного странно и мне не ясно в чем его мотивы вовсе. То он работал над поисками способа вытащить Ло из собственной реальности, то пару дней назад решительно заявляет мне о том что вообще то вся эта работа бесполезна и способа «Возвращения» нет от слова совсем. Что на тот момент меня совершенно не волновало…» – В моей голове сразу же всплыло воспоминание этого дня. Словно это произошло буквально вчера, видимо мои эмоции тогда были настолько искренними, что на долго отложились в сознании вместе с диалогом, вызвавшем их. –Пернатик. – Одернул он меня стоило мне просто пройти мимо двери его лаборатории. Я не смог проигнорировать его и вернулся к нужной двери, входя в заполненную шумом белую комнату. Сам Харис, стоял подле своего стола, облакотишись о него бедром, а руки сложил на груди. Рядом лежал набор бумаг исписанных до невозможного, но здесь так было везде так что особого внимания они не заслужили. Он легким движением руки снял свои очки, переводя взгляд на них и совершенно не смотря на меня. – Мне есть что тебе сказать. –Надеюсь, ты хочешь сказать мне о том, что нашел способ как вернуть Лололошку из другой реальности. –Скорее, я хочу сказать совершенно обратное твоим словам. – Он все так же не поднимал на меня взгляда, увлеченно рассматривая аксессуар в своих руках. Что меня вовсе не устраивало и преумножало образовывающееся негодование. –В смысле ты хочешь сказать мне обратное. –Это скорее был не вопрос, а именно претензия к нему. Я не считал это новостью по двум простым причинам. У Джона «не было права» такое говорить мне, после совершенного им, и я совершенно не желал слышать от него каких-либо оправданий подобных этому. – Ты должен найти этот способ Джон! Меня совершенно не интересует есть он или нет. Найди, а на крайний случай сам создай этот способ! – Да что ты прицепился, честное слово. Уже уши вянут! Лололошка, лололошка, как будто помимо него никого во вселенной и не существует, кто мог бы что-то значимое сделать для этой вселенной! –Он недовольно всплеснул руками, закатывая глаза. Но это было совершенно недопустимо для меня, от чего незамедлительно поступила ответная реакция. – Я прицепился, потому что ОН мне нужен! ОН тот кто должен стоять здесь вместо тебя. И мне стоит напомнить, что именно ты во всем этом и виноват. Не отправь ты Ло в другую реальность, ничего бы и не случилось! Я теперь прекращай отмазываться и продолжай поиски способа вернуть все на круги своя! – мы смотрели друг на друга какое-то время и спустя пару мгновений он скрыл свои глаза за рыжей оправой. –Странный ты, пернатик, сначала так заботишься о том что бы со мной было все нормально, а теперь бьешь ножом по сердцу. Ты и правда токсик! –А ты глупец если хотя бы на секунду дал себе подумать что я так ради тебя стараюсь. И хватит лыбиться, вернись уже к исследованиям. – Рыкнул ему в ответ на последок и не ожидая от него никакого ответа и незамедлительно покинул лабораторию хлопнув за собой дверью. «…Теперь же он совершенно игнорирует меня, окунувшись в работу с головой. Единственная с кем он продолжает общение, хотя мне кажется, что их беседы исключительно рабочего характера, так это Райя. Я… Признаться, уже сильно после понял, что возможно где-то перегнул палку, но мне не дали даже шанса на извинения. Оборвали на полуслове коротким: «Если ты хочешь чтобы я вернул твоего Ло, то не мешайся» - и исчезли в другой комнате прихватив с собой несколько книг, которые, видимо, принадлежали Мисру. Возможно здесь странный только я?» А ниже виднелась приписка карандашом. Знакомый нечитаемый подчерк размашисто приписал: «Ты определенно странный, если до сих пор не додумался прятать свой дневник!» - от лицезрения ее в своем дневнике я недовольно нахмурился. Вот жук, а я даже и не знал, что он сюда что-то написал, хотя это уже не новость. Он в стольких записях наоставлял своих следов, что сложно даже подумать о том, что это мой личный, а не наш общий с ним дневник. Впрочем, взяв перо и чернила, которыми мне было сильно удобнее и привычнее писать, чем всем прочим, я начал написание новой записи, которую уж точно теперь никто не тронет своими ручками и карандашами, оставив колкие или шутливые комментарии к моему собственному мнению. Но мое время препровождение здесь не закончилось только на этом. Мое внимание привлекли книги, стоявшие на одинокой полке, и я занялся их прочтением. Часы сами по себе как то незаметно пролетели и вот я и обернутся не успел, как к концу третей книги часы показывали уже девять вечера. Так как Джона сейчас здесь нет и работают над поисками Ло исключительно добросовестные личности, не нуждающиеся в присмотре, как это было с Харисом, то мне было достаточно просто проведать их. Они что-то активно обсуждали, перебирая бумаги, когда я аккуратно заглянул в лабораторию. Было действительно приятно лицезреть их совместную работу над общей целью. Особенно достижения Кэлхуна на пути его исправления. Он определенно нелегок и тернист, но не безнадежен и это самое главное. Все изменения были посильны для него, так еще и было надежное плечо Райи которая не теряла энтузиазма в общении с ним. В принципе Ровоам необычен, стоит отдать должное, меня поразило его решение все же отправиться в тюрьму времени, что бы понести наказание за совершенное им ранее. То что человек сам решился на такой нелегкий шаг при наличии выбора у него – достойно уважения, которое я к нему испытываю. Но здесь стоит выделить и роль Райи. Любой другой на ее месте, вероятно, стал бы избегать связи с подобным человеком, который однажды совершил в ее сторону страшнейший поступок. Но она оказалась сильнее и мудрее этого. Выбрав то, как сама считала нужным поступить – дала ему второй шанс и дождалась освобождения из тюрьмы времени. У них обоих непростая судьба, тянущаяся уже не одно столетие, которая была полна и хорошего и плохого, но они справляются с тем, что им преподносит жизнь сейчас и делают это совместными усилиями. Вероятно, их взаимоотношения окажутся крепче, чем кто-либо мог себе это вообще представить. Я решил не мешать им и отправиться заниматься своими делами. У нас были средства связи на случай необходимости, так что я даже мог покинуть лабораторию в случае чего, но я не видел в этом смысла сейчас. У меня все еще было то, чем я мог бы заняться ради своего же собственного отвлечения. Например, пока здесь был Джон, меня Райя завлекла в готовку и иногда я решаюсь встать за плиту, что бы попрактиковаться. Но явно не сегодня. Я решил посвятить этот вечер размышлениям и чтению. Но все это вернуло меня к странному сну, пришедшему ко мне этим утром. Почему то мои мысли вечно цеплялись за выражение лица Джона, за его слова. Я так и не мог взять в толк, что он имел ввиду, когда говорил: «Я бы с превеликим удовольствием насладился этой картиной.» И если это было моим сном, значит ли это что, это послание самому себе? Определенно да, и факт этого не давал мне покоя. Меня с одной стороны совершенно не устраивал такой гиперфикс на его невыносимой и эксцентричной фигуре. А с другой стороны, я странным образом привязался к этому нарциссичному ученому, который совершенно не умел быть спокойным. Вечно скакал из крайности в крайность и нуждался в наблюдении. Это определенно были странные мысли, которые, тем не менее, посещали меня, как бы я ни хотел от них избавиться, как бы ни шумели голоса в моей голове, принадлежащие поглощенным мной демонам. В то же время я продолжал беспокоиться за судьбу Лололошки. Неизвестность – то что окружает меня стоит упомянуть это имя, даже Смотрящий продолжает игнорировать какие-либо вопросы, касаемо его осведомленности. У них своя игра, в которую, кажется, меня никто не посвятит. И если раньше с помощью Джона можно было хоть как-то поддерживать связь с Ло, отслеживать на каком тот этапе, то сейчас пропали оба. Что с этим делать не знает ни кто из нас. И учитывая, что вся тяжесть упали на Райю и Кэлхуна, даже становится как то неприятно на сердце. Я не смогу помочь им идеей или теорией которая могла бы хоть как то помочь. Впрочем, я столько раз наблюдал за Джоном, что волей, неволей научился читать его подчерк. Возможно, изучив их, я смогу что-то предложить. Это было хоть чем то чем я мог бы попробовать помочь, потому отправился в комнату, куда обычно относил Джона если тот уснет за столом, а там уже и комната приватизировалась под Хариса. Там должны быть какие-то личные записи. Даже не «должны быть». Они там были. Я просидел над расшифровкой пол ночи, но не осилил даже половины. Утром я очнулся среди своих расшифровок на более понятный для себя же подчерк хотя бы. Дурная привычка, образовавшаяся за этот год – сон называется. Теперь совершенно не могу ничего с этим сделать. Было решено пока прерваться на завтрак. По тому, размяв занывшую от неудобного положения спину, я покинул комнату и отправился на кухню. Повстречав там Райю и Ровоама, пришлось прервать их увлекательную беседу за чашкой кофе о какой-то книге. Перекинувшись парой фраз мы все поняли что ничего не нашли. Это удручало, ведь создавалось стойкое ощущение, что поиск этой парочки совершенно неподъемное дело. Обреченное заранее на провал, лишенное смысла. Да можно много синонимов подобрать, но терять надежду не стоило. Это только малая часть пути. Возможно дальше буде лучше. Потому я просто соглашаюсь с их решением. Райя покинула кухню первой, пока я готовил себе кофе и что-то перекусить. Со мной остался Ровоам и, честно говоря, я даже не думал, что тот пожелает говорить со мной с утра. –Ты сам не свой последние месяцы. – Я отвлекся от готовки, повернувшись к нему. Ученый лишь слегка поправил свои очки и допил свою кружку кофе. Я, признаться, был растерян от такого заключения и первые секунды даже не знал что ответить, но для начала решил отвернуться обратно к плите. –Разве это так заметно? – Я чуть пожал плечами не сразу осознав что неумышленно и сам согласился с умозаключением собеседника. Это был один из шагов к провалу, по крайней мере, для меня это было как копание могилы для самого себя. –Учитывая, что ты сам признал это, то вполне себе заметно. Что не так, Джодах? – Я и сам пока не знаю, как тебе ответить на это. Вероятно, просто устал от всего этого. – Мне не последовало ответа, по крайней мере, не сразу. Мужчина поравнялся со мной, отмывая после кофе свой бокал и отставляя его на сушилку для посуды. –Этой усталостью ты очень похож на меня. Если будет нужно поговорить, ты можешь обратиться ко мне, если не хочешь беспокоить этим наших коллег девушек. – Он чуть усмехнулся, оставляя меня одного с собственными мыслями. А я же теперь совершенно не знал, о ком я беспокоюсь больше, встречая новый рассвет в Аллотере