tree house

сережа глаза открывает, когда тепло под боком перестает ощущаться. зрение сонно фокусирует, по комнате пробегается, зевает. дима исчез так же тихо как и появился. о недавнем присутствии напоминали лишь расправленный спальник на полу в окружении листков с рисунками, и футболка оставленная на стуле одиноко свисает. парень телефон ищет, уведомления пальцем скипает мимо, сообщение с пожеланием утреннем набирает. — он ушел утром, — мама завтрак детям по тарелкам раскладывает. — попросил не будить тебя рано. сережа улыбается и вафли на тарелке сиропом сладким поливает. «удивительно, что не через окно» мелькает в голове. парень задумчиво кофе отпивает, на телефон параллельно смотрит, когда мать из мыслей наблюдательно вырывает. — вы с ним подружились хорошо, — замечает она, лучезарно улыбается, за сыном наблюдает. — дима научил меня кататься на скейте, — в голове вчерашние воспоминания всплывают. о первой сигарете в затяжку, проливном дожде, который до последней нитки насквозь пробирает, и о руках. нежных, холодных, которые одним касанием до мурашек доводят. весь день сережа телефон из рук не выпускает, на любой звук в экран пялится. дима в голове прописался и выходить не собирался. время мучительно долго тянуться начинает, минуты считать не хочется, и парень решает занять себя чем-нибудь. сфокусироваться на фильме или рисовании рассеянно получается, месседжеры проверяет. на бумаге лениво карикатурный силуэт выводит в кофте огромной, кричащий во все горло, руками широко размахивающий и со скейтом под ногой. подпись «дебил с сердечком» рядом веселит ненадолго. после ужина бегом в комнату бежит в надежде, что парень как всегда на кровати распластался и его ждет. пусть даже через окно залазит, сережа не будет сердиться. разочарованный вздох, когда пустое пространство перед глазами предстает. в сеть заходил, но сообщение не читал даже. сначала мысли тревожные лезут, после обидеться хочется. брюнет в смешанных чувствах тонет, сообщение еще одно отправляет. «ты в норме?» и снова тишина игнора. парень злиться начинает, надумывая как дима весело в парке трюками перед друзьями понтуется о сереже позабыв совсем. в кровать холодную и пустую ложится и в потолок смотрит. впервые вечерняя рутина такой одинокой и давящей ощущается. тишина слишком громкой кажется, и чувство тоски необъяснимой в груди поселилось. подушка аромат парфюма и табака стойко удерживает; сережа носом утыкается и про футболку оставленную вспоминает. находит на стуле и на себя примеряет. к зеркалу подходит, осматривается. сидит привлекательно, но пахнет приятнее. заснуть получается не сразу, голову мысли сжимают; сон тревожный и поверхностный случился. на следующий день сергей решает поискать диму на скейтплощадке, но там оказывается безлюдно, даже спросить где живет не у кого. парень на подоконнике в наушниках сидит, наброски выходят плохо, листы вырывает и кидает в корзину мусорную как мяч баскетбольный. невольно чувство легкой зависти просыпается, когда брюнет видит за окном влюбленную пару, счастливо идущую за руки. «может быть он просто не испытывает того же?» становится грустно от мыслей, что тебя могут подпустить близко и отвергнуть. трое суток дмитрий не появлялся у сергея, но появлялся в сети. внезапный скрежет за окно в падающих на город закатных лучах заставляет обернуться лежащего на кровати парня. — привет, — дима прыгает рядом, обнять пытается, но резким толчком отшатывается назад. — что с тобой? — старший недоумевает, пристально в лицо всматривается. — что со мной? это что с тобой не так?! сережа голос свой не узнает, на рык срывается. губы предательски подрагивать начинают, а в уголках глаз слезы наворачиваются кристальными каплями. дима напуган, ошарашен. он сгребает парня в объятия, сильно сжимая до хруста в спине. младший уже не отталкивает, жалостливо ответно жмется, от эмоций через край бьющих всхлипывает, нос рукавом обтирая. — мне без тебя не спится, — тихо вздыхает он, отпускать диму не желает. старший обнимает сильно, в шею теплую лицом зарывается. — прости меня, — голос низкий вибрацией по коже проходится. — я хотел сделать для тебя сюрприз. глаза покрасневшие сережа на диму поднимает, недоумевает, хочется по роже проехаться и прижать сильнее тоже хочется. ладони сплетают, и сергей замечает ссадины мелкие свежие и краски пятна засохшие. — обещаю, тебе понравится. впервые они вдвоем через окно перелазят, дима помогает ступить на траву от начинающейся росы скользкую. сумерки медленно опускались на город, окрашивая все вокруг цветами уходящего за горизонт золота, давая холсту новый пурпурный оттенок. загорелись первые звезды, словно сапфиры, уложенные на бархатную ткань неба. парни передвигались в тишине, изредка нарушаемой далеким эхом. — куда мы идем? — младший спрятал руки в карман кофты, послушно шагая рядом. — увидишь. спустя несколько поворотов перед глазами домик небольшой показался, аккуратный, ухоженный. садовые гномы в шляпах треугольных из кустов выглядывают, а на газоне мяч свое место нашел. — мы ко мне домой пришли, — объяснил дима. — но нужно на задний дворик зайти. сергей за ним топает по тропинке выложенной гравием и на месте застывает. на самой вершине стоит он, волшебством окутанный, словно с фотографии старой перенесен. его деревянные стены сколочены с любовью сыну, объятые ветками зелени, обласканные ветром и дождем. среди листьев мелькают светлячки каплями золотистыми. сквозь оконца маленькие тусклый свет течет, теплом манит, уютом, который невозможно стереть из памяти временем. тайны детства трепетно и молчаливо в себе сокрыл, смех внутри запрятал. ветхий домик на дереве, заветный и не забытый. — так это был ты, — тихо так, сергей на месте стоит, в землю вкопанный. — всё это время это был ты. — все эти дни я восстанавливал его как мог, — дима ладошки с ранками от заноз тыльной стороной поворачивает, ближе подходит. — простишь меня? сережа носом шмыгает и в грудь пихает кулаком любя; дима с места срывается, за руку за собой утягивает. лестница скрепит, каждый шаг помнит будто, под весом со стоном старческим прогибается. вокруг вечер с ночной синевой сплетен, а сердце удар пропускает за порог ступить стоит. лампа керосиновая в углу горит, пледы теплые и подушки везде разбросаны, на столике подсвечник воском залитый, книги различные. — я не ответил тебе о чем мечтаю, — старший на царствие мягких подушек приземляется. — я мечтал встретить тебя снова. сережа в объятия падает, стеснение откинув, сверху ложится, рукой волосы со лба димы откидывает. в глазах огоньки ярче звезд мерцают, а дыхание ближе и учащеннее становится, когда пухлыми губами младший припадает цепко, жадно. целует напористо, желанно, руками по щекам гладит; чувства искренние и чистые все пространство заполняют, согревают. сердце громко в груди звучит, колотится, по щекам кровь румянцем разгоняет, когда губы в ответ сильнее целуют, а руки на спине крепче и ближе прижимают. дерево, на котором домик нашел свое место, зашумело листвой от дуновения ветра, поддерживая эту непринужденную откровенность. каждый гвоздик, вколоченный в стену, готов был поклясться, что увидел воссоединение настоящего счастья. нежный покой среди ярких пледов, теплота воспоминаний от первой встречи до осознания начала новой истории царили там под охраной луны и звезд.