вернись

её нет. прошло три года — столько же, сколько в день её смерти прошло с их последнего на двоих счастливого дня. её нет. «из-за тебя», шепчет ехидный голос в голове. она не отрицает. ло бинхэ устала. у неё не осталось сил. она сидит у холодного ложа наставницы, держа за руку ту, для кого единственной в её сердце было место. демоница кладёт голову наставнице на колени, совсем как раньше — в детстве, точь-в-точь. только ей уже не четырнадцать, а наставница не прячет улыбку за любимым веером и глаза ло бинхэ не сияют, как два маленьких солнца — не сами по себе, а отражая её свет. нет больше никакого света. ло бинхэ пустым взглядом смотрит в окно, ловя лицом яркие отсветы далёких фейерверков. и комната тоже ловит — окрашивается в разные цвета, играет зайчиками на лице наставницы, совсем как раньше, в прошлой, наверное, жизни. — это для тебя, — хрипло шепчет бинхэ, — всё для тебя сделаю. ты только… ты только вернись, пожалуйста. «я вернусь», шепчет тихий ветер. в её мечтах. ло бинхэ не замечает, как проваливается в сон. шэнь цинцю — кто ещё мог ей сниться — из сна легко улыбается ей одними глазами (а может и не только, не разглядеть, губы ведь ее скрыты веером. а жаль.) наставница из её снов всегда молчит. наверное, это потому, что бинхэ забыла, как звучит… звучал её голос. она лишь улыбается и держит её мягко-мягко за руку, кончиками ногтей оглаживая костяшки пальцев ученицы в только им понятном ритме. цинцю смотрит ей прямо в глаза — и столько этим взглядом говорит, что у ло бинхэ отнимается речь. на их лицах, смягчённых ночью, переливаются блики от фейерверков. я скучаю. шэнь цинцю устремляет взгляд в далёкое небо, залитое красочными огнями. красиво. «не так красиво, как красива ты», хочет сказать ло бинхэ, но с её уст не срывается ни звука. наставница по-девичьи краснеет, вновь переводя взгляд на неё, но лицо веером не прикрывает. почему. ло бинхэ всхлипывает. из всех людей… её обнимают нежные руки, рукавами закрывая от всего мира. им никто больше не нужен. только шэнь цинцю (а-цю, как в слезах и с дрожащими руками называет её ло бинхэ в мыслях) может кончиками пальцев стирать её призрачные слёзы, только ей позволено сцеловывать солёные дорожки с её осунувшегося лица. они сидят на крыше, пусть у ло бинхэ и развилась определённая неприязнь к крышам, на фоне сияющего от непрекращающихся салютов неба. лишь с ней так спокойно. всегда было. ло бинхэ обнимает наставницу, как хрупчайшую драгоценность, и ответное объятие ощущается как вся жизнь. — я… она просыпается, и в кровати никого нет. паника душит её, но… «не ожидала увидеть тебя так рано, — печально шепчет ветер голосом её наставницы, теперь уже взаправду — если она не сошла с ума, конечно, — как же так вышло…» ло бинхэ смотрит на своё солнце, и ей не жаль жизни, только не ради той, чьи губы призрачно-эфемерны и с привкусом слёз. «бинхэ.»