The stupidity of bias.

На стол посыпались кислотно яркие полоски каучука, словно конфетти после неудачного праздника. Они резали глаза своей неестественной пестротой, нарушая строгий порядок кабинета. Единственным утешением было то, что они хотя бы сохраняли минимализм формы — будь там еще и игривые узоры, это стало бы настоящим фиаско для Аято, и без того раздосадованного. В голове смешалось «Черт бы побрал этого Аратаки Итто, который ничего нормально сделать не может» и «Как я опустился до того, что мне приходится разделять идеи Аратаки Итто, который ничего нормально сделать не может». Весомых обьяснений почему взрослый мужчина таскает с собой это, он не нашел. Швырнув в сторону упаковку дурацких и детских, по мнению Камисато, наклеек, он оформил заказ на доставку новых пластырей базового цвета. Его не радовали такие покупки, ведь ранее не приходилось извиваться с маскировкой, но их отсутствие, казалось, могло принести еще больше ненужных вопросов и неудобств. Рассевшись поближе к столу, и припустив удушливый галстук, Аято набрал кнопку ассистирования, потребовав донести вчерашний каталог деталей. Ему нужно было окончательно утвердить выбор сотруднической компании, и более сложных дел на день не предстояло, что не могло не потешать его заблудшую вчерашним вечером, душу. Ассистентка, конечно, посмотрела косо, что было весьма в ее стиле, но даже не осмелилась озвучить засевшую в голове догадку. — Кирара, скоро прибудет доставщик, впусти. — предупредил он, ожидая с минуты на минуту. Его самого смущало красоваться уликой страстных услад перед подчиненными. Не успела девушка скрыться за дверью, как раздался звонок внутренней связи. Камисато даже бровью не повел, пока та не озвучила, что в стенах компании объявился ее самый главный добродетель. — Председатель? — глаза Аято сжались от напряжения. Само появление отца не волновало его, но появление отца на следующий день после не самой скромной ночи и вполне жалкого утра, да и самого внешнего вида, потрясало сознание. Мысли пронеслись вихрем, пока он отсчитывал секунды до появления отца. Рука инстинктивно потянулась к злополучной упаковке, лежащей подле бумаг, и пальцы схватили первую попавшуюся полоску — ярко-розовую, кричащую. Она плотно легла на шею, скрывая следы романтического заражения. По неспешным шагам, направленным в сторону его двери, Камисато узнал прародителя «Судзуки», покрепче подтягивая свой галстук и поправляя манжеты. Обычно он очень опрятен, но сегодняшнее утро выдалось не самым располагающим к официозу. Помимо нахмуренных бровей, поднялись и жилы на шее. Красовать перед отцом в непотребном виде ощущалось слишком чужеродно. — Отец. — Аято встал первым, демонстрируя почтительность. Председатель слегка кивнул, проходя мимо, и усаживаясь в кресло напротив. — Пусть твоя девочка сделает мне кофе. Но Кирара знала председателя. Да, порой она допускала нелепые ошибки, зато была внимательна в мелочах. Председатель всегда заказывал обычный эспрессо, поэтому лишь завидев его, девушка тут же нажимала кнопку кофемашины. Это не могло не тронуть председателя, который всегда уважал женщин и с почтением относился к ним, находясь в одном рабочем пространстве. Мужчина чопорно улыбнулся, взмахом руки призывая присесть и Аято. — Вы решили не предупреждать. — Это незапланированное посещение. Аято скрестил руки. Он был готов к тому, что собственный отец начнет его отчитывать по самым разным причинам. Начиная от недостойного поведения на вечере и заканчивая его полным исчезновением с нее. Однако следующие слова председателя успокоили. — У меня есть для тебя сюрприз. — на этот раз председатель улыбнулся куда шире и искреннее. В голову Аято ничего не приходило. Да и такой резкий переход состояний явно не действовал на пользу мозговому процессу. Ранее он был готов к устной порке, а теперь все сменилось контрастом дружелюбия. Председатель не любил хитрить, поэтому подвоха в его тоне точно не было. — Всегда умели заинтриговать, но сейчас мне любопытнее всего. — Аято был водной гладью, ожидающей с двух сторон и бурного потока, и мягкого прилива. Председатель повернул панель связи в свою сторону, нажимая кнопку. — Пусть мой подарок зайдет. — на том проводе ассистентка что-то тихо промямлила, но скорее, это был не ответ председателю, а ее забывчивость в отключении звонков. Аято невольно откинулся на спинку стула, уставший от непредсказуемостей. Его взгляд сфокусировался только на двери, потеряв фокус всего остального. Спустя недолгие пару секунд, которые, казалось, длились вечность, томя Камисато, в комнате появилась она. Издав добродушный смешок, Аято поднялся с кресла и рывком направился к хрупкому, намного более низкому, чем он сам, телу. Сложив девушку в своих объятиях, он поцеловал ее в лоб. —Брат, ты похудел? — это были первые слова Аяки, нащупавшей уменьшение массы тела у прижимающегося к ней мужчины. Она слегка оттолкнула его, как бы в отместку. — Разве ты не обещал, что будешь следить за собой, пока меня нет рядом? —Кусок в горло не лезет без любимой сестры. Да и никто в мире так вкусно не готовит, как она. — Аято виновато улыбнулся. — Ты сдала все свои экзамены? —Досрочно. Чтобы провести с тобой больше времени. — Аяка вновь уткнулась в грудь мужчины. Она училась на втором курсе университета в Штатах. Отец предложил ей выбрать одно из лучших учреждений и девушка, не раздумывая, согласилась. Аяка, в целом, всегда отличалась послушанием и воспринимала наставления отца как постулат. Ей казалось, что и он, и брат, всегда знают как поступить лучше, поэтому зачастую именно они решали за нее, а девушка лишь покорно следовала инструкции. Но она ни о чем не жалела, ее устраивала такая жизнь и ее правила. Аято потрепал ее по голове и усадил за свою часть стола. — Как ты планируешь проводить свои каникулы? — Я надеялся, что ты пристроишь ее к себе. — та не успела и рта приоткрыть, как председатель ответил вместо нее. — Разве это будет честно по отношению к сестре? Она училась круглый год, зачем мне взваливать на ее плечи обязанности нашей компании. — Брат! — Аяка вмешалась, дабы не вызывать раздражение отца. Она знала, что тот не любит, когда Аято не соглашается с его предложениями. Но это было частью их взаимоотношений, к которой она никак не могла привыкнуть. — Я не против, и сама хотела помочь тебе с делами компании. — Аяка, ты уверена? — брови Аято нахмурились и мужчина посмотрел в ее глаза, пытаясь нащупать ее честное мнение. Он ненавидел позицию сестры. Потворствовать отцу и идти против своих желаний было ее извечным уделом, что не могло не выводить из себя. Камисато всю жизнь пытался воспитать ее более твердой и уверенной в себе, но отец умело ломал эту волю. — Помогать своей семье дело первостепенной важности. — заверил обоих отец. После этого они сменили тему. Прошло еще пару дней и несколько человек столпилось в зале авто мастерской. Ризли по какой-то причине был измазан моторным маслом, но это не помешало ему восторгаться проделанной работой. Перед тем, как снять с машины накидку, он поводил Итто с собой, показывая особые детали и слегка приоткрывая на них обзор. Когда оба закивали друг другу, Ризли вновь прибился к своим. Они проделали большую работу, несмотря на сжатые сроки, и были горды собой. — Ну что, товарищи, вы готовы узреть совершенную красоту? — его улыбка достигла всех присутствующих. На данном этапе по причине недоверия к новому подчиненному, Аято вызвал на обзор только двоих старших автопромышленной стязи, Аяку, и Тому, который больше всех хотел лицезреть результат. — Открывай уже. — вместе с ними была еще и Куки, которая слишком уж беспокоилась за своего подопечного. Услышав ее напряженный тон, Аратаки решил не кошмарить других ожиданием и одним резким движением руки сдернул покрывало, которое полностью скрывало автомобиль. Все замолчали на несколько минут. Главные механики, конечно, уже знали как выглядит данное творение, они своими руками создавали эту махину. Однако те, чьих глаз она постигла впервые, долго рассматривали, желая захватить каждый угол. Автомобиль, скрывавшийся под покрывалом, теперь предстал во всей красе — массивный, брутальный, но с неожиданно элегантными линиями. — Это довольно смело. — впервые за это время послышался чей-то отклик. Тома выглядел достаточно озадаченно, но ничего в его взгляде не выдавало разочарования. — Японцы не сильно фанатеют по большим машинам. Это будет либо полный провал, либо сильный фурор. Другие два механика согласились с ним, добавив, что при одобрении такого варианта у Судзуки практически не будет конкурентов. — Брат? — Аяка дернула мужчину за рукав его рубашки. — Что ты думаешь? — в ее взгляде читалось волнение. Аяка была девочкой и ничего не смыслила в автомобилях. Даже если она пыталась разобраться в этой теме, постоянно посещая с отцом выставки, это не дало никаких плодов. Именно поэтому она боялась, что весь труд компании старшего брата ушел в пустоту. Аято вовсе не был в смятении. Он находился в странном, пространственном чувстве, но это не мешало ему рассматривать каждую деталь образца. Обойдя авто вдоль и поперек, Камисато нащупал каждый угол, не имея ни одного вопроса в своем сознании. Работа была выполнена идеально и каждая мелочь была учтена. Он еще раз молча обошел машину, пальцы скользили по металлу, будто проверяя реальность. — Мы отправим эту модель на производство. — это было первое, что он сказал вслух. Затем обратился к главному причастному лицу: — Аратаки, ваше мнение, в каких цветах мы выпустим первые партии? Итто вдумчиво прижал пальцы губам. — Я думал об этом и выделил три наиболее подходящих цвета. — на этот раз он улыбнулся. — Черный, серый и розовый. — Что? — один из приглашенных работников нахмурил брови. — Массивная и высокая модель авто, водители которого, предположительно, такие же брутальные, как и сама модель, мужчины, какого черта? Розовый цвет? — он выругался, даже несмотря на присутствие начальника. Эти эмоции объяснялись его полным непониманием такого выбора. — Разве вы хотите декларировать политику компании, как дискриминативную и стереотипную? — Итто сложил руки на груди, но это продлилось недолго. Проявляя неспешность выражений, он то и дело, использовал всевозможные жесты. — В нашей стране миллионы женщин, и они все еще водят, занимают высокопоставленные места, имеют власть. Женщины тоже могут захотеть эту машину. Она же нереально классная. — он облокотился на нее, слегка погладив. — Вы только представьте, как обрадовалась бы ваша жена, купи вы ей такое. ... — Мужчина ничего ему не ответил. — Аяка, что ты на это скажешь? — директор Судзуки был приятно удивлен услышанным, но захотел узнать мнение девушки, чей нрав был скромен с самого детства. — Я думаю это будет выглядеть очень мило. — она чувствовала неуверенность из-за того, что ее слова могли повлиять на дальнейшее решение производства, но врать не могла, ей действительно показалось это потрясающей задумкой. — Когда авто выйдет в продажу, я буду первым покупателем розовой модели. — Куки говорила серьезно. Ей действительно подходил такой образец машины. Эта девушка была довольно статной и серьезной. После ее слов все молча согласились, а на следующий день машину увидела вся компания. — Брат, я посчитала статистику мнений. — Аяка подошла к директору Судзуки, показывая свой блокнот. — Розовый одобрило 93% работников. Это уверенный показатель, так что мы можем попробовать. — Хорошо. Спасибо, Аяка. — в это время Аято просматривал все документы, изучая каждый нюанс производства, ведь в скором времени начнется работа над первой партией. — Не могла бы ты пригласить ко мне Аратаки? Если он, конечно, в компании. Надеюсь, он не считает, что на этом его работа закончена. Аяка кивнула. Когда она привела Аратаки, он выглядел слишком возбужденно и эмоционально. Найти его не составило труда, достаточно было услышать нервный голос отчитывающей его, Куки. Разбираться девушка в этом не стала, и покинув кабинет брата, ушла заниматься другими делами. Только Аратаки присел за стол, как в его сторону полетела небольшая коробочка. — Директору не пригодилось? — он засунул ее в карман. На вопрос Аято не ответил, но вместо этого произнес более теплым, чем обычно тоном: — Спасибо за работу. Аратаки лишь засмеялся. — Директор, вы бы купили такую машину? — Нет. — уверенно ответил Камисато. — Но ее точно купят другие. — Дело индивидуального характера, да? Я рад, что вы понимаете. — Я был очень не уверен в твоем профессионализме, но ты выполнил достойную работу. Ты бы мог отдохнуть какое-то время. Итто недовольно покачал головой: — Я хочу набраться большего опыта и поработать над новыми моделями. Аято оставался предвзятым. Манеры Итто оставляли желать лучшего, да и его внешний вид до сих пор не отражал всей серьезности. Длинные белокуро выкрашенные волосы тряслись, когда он смеялся. А смеялся он постоянно. Обсудив дальнейший план работы еще немного, Аято отпустил мужчину и до позднего вечера сверял все финальные детали разработки. Возвращался домой он в кромешной тьме, но даже через нее пробивалась легкая улыбка его удовлетворения.