Ревность Се Ляня

Се Лянь очень любил своего ласкового и нежного мужа, но в последнее время его частые отлучки стали настораживать и беспокоить. Когда он возвращался домой то сразу шел в купальню. Без принуждения занимался каллиграфией, с таким рвением и усердием, что Се Лянь только диву давался. Их совместные постельные игры становились все реже и не такие страстные, как раньше. Се Ляня обуревала ревность. Принц поделился своими подозрениями со своим лучшим другом Цинсюанем, что его любимый муж возможно ему изменяет. Ши младший очень эмоциональный, сразу предложил проследить за ним превратившись в кошек или собак, они посовещались и решили в кошек. — Дянься — обратился к супругу в очередной раз Хуа Чэн, у меня неотложные дела, я могу задержаться на денек. Се Лянь кивнул головой и по духовной связи дал знак Цинсюаню. И только Хуа Чэн вышел за порог, они за ним отправились в виде двух кошечек, одна беленькая, а другая пепельно-голубая. Хуа Чэн шел неспеша, иногда оглядываясь не обращая внимания на кошек, которые бежали за ним шифруясь, то по крышам, то по деревьям скрываясь за всем тем, что попадалось у них на пути. За воротами Призрачного города Хуа Чэн шмыгнул в лес и стал кидать кости, чтобы переместиться. Кошки впрыгнули в самый последний момент позади него и вместе переместились. Они оказались в большом городе и так же скрытно шли за ним постепенно рассматривая, куда они попали. Се Ляня мучила совесть, что он не доверяет мужу и следит за ним, но когда они подошли к дому с красными фонарями, сразу передумал и разозлился. Последовав за ним в прихожую публичного дома кошечки уселись под скамью в ожидании. К Хуа Чэну подошла сводница и улыбаясь спросила: — Господин, вам — показывая на свою грудь, — или? — Или, — показав два пальца, ответил Хуа Чэн и положив ногу на ногу развалившись в кресле. Через некоторое время она предложила ему пройти и вежливо поклонилась, а когда он ушел по направлению указанную ей, Ветерок быстро превратился в клиента и подошел к хозяйке, которая заулыбалась во все зубы: — Что желает господин? — Мой знакомый только что зашел к вам, что он здесь делает? — и положил перед ней несколько золотых. — Ах, этот… — Она молчала некоторое время, затем ломаясь посмотрела вопросительно и Ши младший положил еще пару золотых. — Он заказал пару молодых людей, вы понимаете меня, — скривилась она. — И давно он у вас бывает? — Ну, — задумалась она, — всех сразу не упомнишь — ответила неуверенно. — Хочешь заработать? — и на ухо он ей назвал цифру. Глаза у сводницы загорелись, она закивала головой: — Ветерок нашептывал женщине свои идеи, а она продолжала кивать головой как болванчик. — Сейчас я ухожу, а если завтра все сделаешь как договорились, то получишь еще золота, — сказал Ши младший направляясь к выходу. Он вышел за порог, превращаясь в кошку. — Ты хочешь туда зайти? — спросил он Се Ляня. Се Лянь кивнул и они проскользнули в сторону куда направился Хуа Чэн. — Только не выдай себя, а то весь наш план рухнет — предупредил Цинсюань. Они подошли к двери откуда доносились стоны и характерные звуки чмоканья. Се Лянь застыл, но вдохнул и вошел в комнату. Цинсюань тоже стал заглядывать из любопытства. Они оба уселись и уставились. У Се Ляня постепенно округлились глаза от такого. На ковре лежал молодой мужчина делая Хуа Чэну минет, который над его головой выгнулся стоя на четвереньках, а другой то-ли вылизывал князю зад, то-ли разрабатывал ему вход в заднице языком. Се Лянь выскочил и упал в обморок прямо на пороге, а Цинсюань еще остался понаблюдал, что дальше происходило. Затем они вернулись в свои тела и медленно пошли прочь молча. — Ненасытный демон — чуть не плача ругался Се Лянь. — Что ему еще не хватает, я ему в сексе не отказываю, наверное я ему уже надоел и он решил развлекаться на стороне. — Успокойся, мы ему завтра устроим. Я такое придумал, только извини, мне тоже придется поучаствовать — скромно сказал Ветерок. — Ох, — вздохнул Ши младший, — что не сделаешь для любимого друга. Се Лянь и так был расстроенным, а тут еще Цинсюань что-то придумал. — Все, я побежал, до завтра, — сказал Ветерок, чмокнул Ляня в щечку и ушел. Оставив друга с тяжелым сердцем и комом у горла. Поздно ночью явился муженек. Се Лянь притворился спящим, ему было неприятно принимать ласки после того, что увидел. Хуа Чэн сходил в купальню и улегся рядом, прижимая к себе своего супруга: — гэгэ — позвал он его, но Се Лянь вовсю сопел притворяясь. Хуа Чэн приблизился к нему прижал и примостился рядом сладко зевая, целуя Се Ляня в затылок стал ласкать руками его тело. Но Се Лянь сильно кусал щеку с внутренней стороны, чтобы не возбудиться. — Чтоб у тебя рот порвался — злился молча Се Лянь, — Чтоб у тебя член сморщился — продолжал желать мужу. — Чтоб у тебя яйца отвалились и укатились. Так и заснули вдвоем, один злой, другой довольный прижимаясь к своему гэгэ. Наутро Се Лянь засобирался по своим делам и Хуа Чэн с удовольствием его отпустил. — А куда ты идешь? — вдруг поинтересовался князь. — Мы с Ветерком идем на задание — ехидно ответил Се Лянь — Гэгэ, только не задерживайся я совсем один, скучать буду — жалостливо мурлыкал Чэн. — Я постараюсь — отвечал Се Лянь. А про себя внутри ликовал, что они устроят ему веселье и уходил с загадочной улыбкой на лице.