Empty hopes of your palms

— Привет. Глаза напротив отливают устрашающе красивой черной мглой. Ресницы, пышные и густые, хлопают по-особенному очаровательно. Нежная, будто созданная для прикосновений, глянцевая кожа сверкает, отражая месяц. Легкая улыбка и затуманенный взгляд направлены на Джисона. Парень взглядом проходится по его фигуре: черное пальто, на талии которого висит не завязанный пояс, темные брюки, шарф, неплотно обмотанный вокруг шеи, но прикрывающий часть острого подбородка. «Красивый…» - проносится в голове отрезвляющим эхом. — Долго ждешь? — спустя минуту спрашивает Джисон, замечая прищуренный взгляд почти черных глаз. — Пару минут, — спокойным голосом отвечает Минхо, подходя к парню. — Пошли? — Пошли, — подтверждает тот, отводя взгляд, направляясь в сторону магазина. — К чему срочность? — Да день херня, хотел выпить, но, — немного осекшись, цедит парень. — Нет возможности достать алкоголь. «Хреновый день? По нему и не скажешь.» — Чего-нибудь покрепче?  — Пива будет достаточно, — отзывается Минхо, ровняя шаг с младшим. — Выпьем вместе? — Да-а, — вопросительно произносит Джисон, мысленно извиняясь перед матерью за внезапный уход. — Я за. Темные улицы ведут парней, а желтые не опавшие листья шуршат под головами. Свет, исходящий от таблички круглосуточного небольшого магазинчика, оповещает об их приближении к будущей выпивке. Достигнув магазина, Джисон попытался узнать причину его грёз, на что получил лишь невнятное бурчание и встречные вопросы друга. «Друзья ли мы? Либо мы ещё на стадии знакомства? Спросить? Глупо… Промолчать? Сынмин убьет меня.» Колокольчики на двери подзывают продавщицу к стойке, отстраняя её от распаковки товаров. — Добрый вечер, — начинает чуть нервным голосом парень. — Пиво. То, что четыре тысячи, — робко произносит Джисон, все ещё чувствуя себя неуверенно при покупке алкоголя. — Четы… пять банок. Кассирша устало улыбается, называя цену: — Двадцать тысяч, — говорит женщина, ожидая оплаты. Джисон оборачивается на Минхо, замечая, что тот рассматривает товары в задней части магазина. Немного дольше принятого задерживает взгляд, оборачивается, из кармана кожанки достает названную сумму продавщицей, протягивая купюры. — Заходите ещё, — напоследок бросает та, уходя в подсобку. — Спасибо, — кланяясь, вякает парень, идя к выходу. — Минхо, пошли. Парень резко оборачивается, произнося губами немое: «О», и следует за ним. — Чёрт, — оказываясь на улице, нервно сглатывает парень. — Чёрт, прости. — Ммм? — мычит Джисон, передавая Минхо банки с алкоголем. — Прости, я задумался и совсем забыл про оплату, — сказал Минхо, забирая жестянку. — Ничего, — с шумным цокотом открывая крышку, спокойно ответил Джисон. — Сколько там вышло? Давай я сейчас… — Минхо, не стоит отдавать. Минхо, отпивая содержимое банки, вопросительно мычит, чуть отставая от шага Хана. — По дружбе, — спустя время, тихо говорит Джисон, будто надеясь, что его слова окажутся не услышанными. Рука старшего ложится на плечо Джисона, заставляя остановиться. Минхо немного зажмуривает глаза, улыбаясь, поддается вперед, протягивая пиво к груди парня. — За дружбу, — произносит Минхо, улыбаясь краешками глаз. — За дружбу, — вторит Джисон, с шумом «чокаясь» о банку друга. Их тени не отстают, медленно изучая землю. Идя плечо о плечо, Джисон не замечает, как хрипнет голос от постоянного смеха, как натирает старая заношенная обувь, как мерзнут кончики пальцев, как устрашающе выглядят заполненные темнотой угрюмые улицы. Не замечает и то, как звезды жаднее и хищнее завоевывают свободные участки неба, оповещая о глубокой ночи. Не чувствует и вибрацию телефона в кармане от пропущенных звонков, не слышит музыку с одиноких окон, доносящихся прямиком из серых зданий. Казалось бы, все страхи Джисона собраны воедино: царящая угрюмая тьма, неизвестные районы, бледный месяц, кричащий об отсутствия сна в столь поздний час, но нет, на душе вместо шторма — утренний штиль, вместо тревоги — спокойствие, словно принятые успокоительные в прошлом месяце решили напомнить о своем действии. Инициатива Минхо воодушевляет: начало и идеи диалогов, жизненные истории, анекдоты, ответы на реплики и случайные касания рук. Возможно, думает Джисон, слова матери о его необщительности и скованности с малознакомыми людьми — ложь. Знала бы она, как ему легко, как хочется остаться в моменте подольше, как беспокойство отступает, в мыслях оставляя лишь: «Как я рад, что у меня появился такой приятель…». — Присядем! — невнятно обращается к другу Джисон, подбегая к скамье. — Мы вроде выпили всего ничего, а ты уже болванчиком шатаешься, — укутываясь в шарф, присаживается рядом Минхо. — Главное качество, а не количество! — вскрикивает Джисон, делая очередной глоток уже почти не жгущей жидкости. — Холодина на улице, но даже она тебя не отрезвляет, — бурчит Минхо, переводя взгляд на деревья. Поджав ноги, Джисон поглядывает на друга, сидящего рядом. Вокруг лишь неизвестные дома, освещенная впереди блеклым светом детская площадка и Минхо, на реплику которого хочется колко ответить с двусмысленным посылом, дабы вызвать усмешки и узреть вскинутые брови. «Зато отрезвит твоя задница», - проносится в голове фраза, вылетавшая из уст Джисона если не тысячи, то сотни раз в ответ на слова друзей. — Я не пьян, — твердо отвечает Джисон спустя секунды молчания. — Зато язык заплетается, мелкий, — оглядываясь на друга, смеется Минхо, отпивая алкоголь. Язык приходится закусить во избежание чего-то лишнего, что может невзначай вылететь изо рта. «И когда меня начало заботить это? Похоже, я перепил, раз думаю о такой херне.» Взгляд снова направляется на профиль парня, что-то осматривающего впереди их с Джисоном. «Макияж?» Джисон придвигает голову чуть ближе к неярко освященной коже, на которой виднеются золотистые блестки в зоне глаз и на скулах. На губах почти незаметным оттенком переливаются оттенки бордового, а на щеках небрежного размазанны румяна. — Красиво? Тихий голос заставляет вздрогнуть, отскочив назад, глаза неловко утыкаются в пол, а ладони сжимаются в кулаки, находя место в карманах. — Это… это макияж? Минхо пропускает смешок, кивая. — Ты красишься? — Похоже на то, — проговаривает Минхо, разбавляя тишину, после слов Хана. — А чего в школу не красишься? — сжимая кулаки, обращается к нему Джисон, прикусывая щеку изнутри. — Ты думаешь, что это останется незамеченным? — выдыхает тот. — На меня повесят клеймо ученики, а учителя будут твердить о том, что я крашеный пидр и беру в рот у каждого, — отрезает Минхо. Джисон лишь молча качает головой, обдумывая слова. — И почему людям не все равно? — обращаясь к самому себе, тихонько бубнит Джисон. — Все равно? Я думал, ты отреагируешь иначе, — хмыкает Минхо, громко сжимая пустую банку в руке. — Ты смахиваешь на гомофоба и тех ребят, кто за все «натуральное», — добавляет спустя несколько секунд парень, глядя на ошарашенного собеседника. — Что?! — возмущенно вскрикивает Джисон, чуть выравниваясь. — Смотри! Джисон задирает шапку, обнажая мочку уха, на которой почти незаметно висит одинокое черное колечко. — О! — наигранно берясь за сердце, визгнул парень. Смех разрастается волной, окуная парней в широкие улыбки и хватки за болящий от смеха живот. — Серьга на мочке - это значит «Я толерантный! Мужики, красьтесь!»? — спустя минуты, успокоившись, спрашивает Минхо, рукой придерживая хохотавшего Джисона, дабы тот не упал со скамьи. — Ну бли-ин! — тянет парень. — Почему ты подумал, что я буду против? Тебе идет, оче-ень! — высоким голосом произносит парень, в шутку обидчиво пихая друга в плечо. — Спасибо, Хан-щи, могу и тебя так накрасить. — Меня? Джисон переводит взгляд, одобрительно кивая, ловя хитрую ухмылку на лице друга. Его глаза чуть покраснели, а на щеках появился легкий румянец. То ли действие алкоголя, то ли красота Минхо, но мысли Джисона уверенно крутятся вокруг пухлых потрескавшихся губ. «Алкоголь явно плохо на меня действует», - пролетают мысли, в моменте заставляя тело вздрогнуть. — А на вечеринку, — начинает Джисон. — Накрасишь? — Ого, — тянет Минхо. — Ты собрался кого-то цеплять? Джисон лишь пожимает плечами, хмыкая. — Пойдешь со мной на вечеринку? — на одном выдохе произносит парень, доставая пачку сигарет, избегая темного взгляда напротив. — Пойду. «И все? Так легко? Зачем я парился?» — Она будет там, где ты был до этого, — прокашливается. — Ну… там где ты был, ты ещё рассказывал. — О. «О.» — Когда? — 3 ноября. Минхо поднимает палец вверх и улыбается. — Сколько вход стоит? «Блять.» — Забей, за мой счет, — пафосно отрезает Джисон, прикуривая сигарету. — Звучит как флирт. «Блять.» Вместе с глухим кашлем, дым выходит с губ, оставляя на них резкий никотиновый привкус. На щеках расползается колющий жар, а уши, кажется, заливает бордовым цветом. — Не-ет! — отнекивается Джисон, жестикулируя руками где-то на уровне груди. — Я не об этом… я типа… — Забей, я просто пошутил, —спокойно разъясняет Минхо, в моменте положив ладонь на плечо парня. — расслабься. «Это ведь просто шутка, идиот!» — Да-да, я просто… ээ… с нами… ну с моим другом должен был идти ещё один друг, но он… ээ… уехал, да. Уехал, а билет остался, — выдыхает. — Думаю, раз уж ты там был, может захочешь. — Хочу. Джисон переводит взгляд в сторону брюнета, подмечая пьяную улыбку, направленную на него. — Тогда, — делает затяжку. — Напишу. — Напишешь? — вопросительно хмыкает Минхо. — О? А, ну... напишу тебе точно… в плане, где встретимся и все дела. — Супер. — Супер, — вторит Джисон, чувствуя вибрацию на скамье. Легкий смешок пробирает тело, а движение руки на плече заставляет вздрогнуть, напоминая о себе. Приятные прикосновения немного расслабляют после нескольких минут, а тишину перебивает голос Минхо, который решил поведать очередную историю из жизни, которые, по мнению Джисона, не закончатся никогда. Жизнь Минхо насыщенная. Это можно понять, глядя только на его соц-сети и количество рукопожатий в школе. Под спокойный голос собеседника и под затяжки вишневых сигарет Джисон не замечает, как звезды постепенно отступают, а свет в окнах домов медленно прибавляется. Давно забытый мобильник в кармане напоминает о себе вибрацией. Откинувшись на спинку деревянной скамьи, тело расслабляется, а на лице непослушно выглядывает улыбка, не сходившая с самого начала. Тревога полностью отступила, не нужна даже музыка — голоса на фоне достаточно. Хочется прижаться к телу, сидящему рядом, но голос, твердящий , что это все алкоголь и слишком долгое отсутствие прикосновений, отчаянно бьют по пьяному мозгу. Желание оказаться в объятиях приходит так редко, как если бы в Корее выпадал снег летом. Но сегодня оно догнало Джисона. В этом ведь нет ничего такого, сколько раз он, хоть и недовольно, но сидел в крепких объятиях Феликса? А сколько раз, фыркая, находил свою ладонь в ладони Сынмина, когда тот волновался перед уходом домой? Десятки, если не сотни раз. Но сейчас это кажется слишком неправильным, двусмысленным и чересчур навязчивым. «Это точно чёртова алкашка.» Вибрация в телефоне раздается снова, вынуждая Джисона с раздраженным вздохом достать мобильник. Сынмом: Эуу Ты где шляешься??? Твоя мама мне трезвонит!!! Я сказал, что ты у меня Что за нахер Ты где?????? — Блять. На своем профиле Джисон ощущает заинтересованный взгляд, а хватака на плече ослабевает. — Мм? Минхо рассеяно мычит, прерывая рассказ на полуслове. Глаза немного округлились, а губы поджались в трубочку. «Он милы…» — Эм, кажется, домой нужно, — вытягивая затекшую ногу, произносит Джисон. — Извини, что перебил. Расскажешь по пути? — Да-а, — растягивая слово, отвечает Минхо. — Извини, если много болтаю. — Что? — удивляется Джисон, вставая с места. — Мне нравится тебя слушать, правда. — Но ты говори, если я перестараюсь, — неловко выдает тот, следом поднимаясь со скамьи. — В этом нет нужды, — пряча ладони в карманы, уверенно отрицает Джисон. — Всё же, пообещай, — не отставая, требует тот. Джисон соглашается, одобрительно кивая. — Тебе в какую сторону? — начинает парень, наблюдая за старшим. Минхо с шумом выкидывает жестяные банки, выравниваясь, сгибает шею, чуть разминая её. — В ту, — палец указывает в противоположную от дома Хана сторону, невольно разочаровывая парня. — А я хотел дослушать историю, — с грустью озвучивает Джисон, ногой отбивая мелкий камушек по асфальту. — В следующий раз, договорились? — обещает тот. И почему-то одна сторона Джисона ожидала от Минхо чуть более другой ответ, на подобии: «Давай я тебя провожу и расскажу по пути», но перспектива ещё одной прогулки обнадеживает не меньше. — Тогда встретимся? — Встретимся, Джисон, — закутываясь в шарф, тихонько кивает тот. — Спасибо тебе за вечер. — Скорее за ночь и немного утро, — давит смешок тот, замечая морщинки в уголках глаз Ли. — И тебе спасибо. — До встречи. Джисон ойкает, ощущая подбородком чужое плечо. На спине оказываются ладони, и Джисон готов поклялся, что чувствует тепло, исходящее от них, даже через многословность одежды. Сам нерешительно окольцует талию друга, почти невесомо сжимая пальто и машинально вдыхает запах. «Никотин, ночь, перегар и парфюмы. Комбо» Спустя мгновение чужое тело отстраняется, и Джисону хочется завопить от столь быстрого прощального объятия. — Пока, — машет ладонью, чуть улыбаясь, и, разворачиваясь к Джисону спиной, начинает уходить. — Пока, — шепча себе под нос, отвечает в ночное небо Хан, ещё немного исследуя походку парня. Когда силуэт скрывается за углом, Джисон мигом разворачивается, шаг срывается на бег, а обувь отбивает землю слишком громко для такой ночной тишины. И парень не знает, сколько времени прошло: час, может, два, минута, сутки, но холод от железной ручки парадной двери резким ударом заставляет прийти в себя. Поднимаясь по ступеням, за окнами просачивается тусклый свет восходящего солнца. Джисон чуть замедляется, вглядываясь в поцарапанные годами окна. Сон неторопливо пробивает сознание, дофамин перестает хлыстать былым напором и адреналин постепенно отступает. — Да я прямо подросток американских сериалов, — улыбается Джисон, гордо задирая голову. — Я надеюсь, в них нет сцен с избиением от мамы. Парень преодолевает последние ступени. Подойдя к двери, нащупывает ключи и нетронутые наушники. — Впервые выйдя на улицу, не надел их, — удивляется самому себе Джисон. Аккуратно вставляя ключ в замочную скважину, парень хмурится и закусывает губу, боясь воссоздать лишних звуков. А дальше, как в тумане: забегает в квартиру, перед этим с особой осторожностью закрывает дверь, пробегает между стен коридора, в темноте врезаясь в шкаф. — Бля-я, — шипит тот, ладонью потирая лоб. Одежда с обувью летит на пол, а он прыгает в кровать, звездочкой занимая территорию. — Боже, малышка, я скучал по тебе, — ладонями проходясь по одеялу, шепчет парень. — И по вам тоже, не обижайтесь, — обнимая подушки, озвучивает Джисон. Последним, что помнит его пьяная сонная голова — вибрацию на мобильнике и звонкий смех Минхо, эхом бьющий по ушам. Слишком эмоциональная бессонная ночь, казалось, должна была пробудить в нём нескончаемую энергию, но алкоголь и не выходящий из головы расслабляющий голос Ли убаюкивает. Улыбка застывает на лице, а парень проваливается в сон, распластавшись на мягкой кровати в ожидании нового дня.