Empty hopes of your palms

Неделя близилась к концу, а на улице холодало все стремительней, также, как и состояние Джисона. Бытие не имело смысла. В библиотеку с настаиванием холодов заходило все меньше людей, апатия заострялась, а вестей от Минхо не было и подавно. Со дня их последнего разговора прошла неделя. Но ни звонка, ни сообщения — Джисон не получал. Даже гуляя в школе коридорами, знакомая ухмылка на глаза не попадалась. Беспокойство сжирало изнутри, но писать Джисон не отваживался. Зачем? Минхо занят парнем. Картинки с тем, как Анн окольцовывает талию и оставляет трепетные поцелуи в шею не выходили с головы. Вдохновение исчезло, а держать в себе бездну мыслей становилось лишь тяжелее. В привычки Джисона не входило лепетать с друзьями за банкой пива о влюбленностях, что уж там, если ни Феликс, ни Сынмин знать о себе не давали. Но больше он так не мог, прекрасно осознавая, что не в силах держать накопленные месяцами эмоции, не в силах сдерживать слезы и отчаянные мысли. Поэтому, закрывая смену раньше обычного, подался к Феликсу, укутываясь в кашемировый шарф. Джисон топчется у входной двери, вслушиваясь в шорохи за ней. Звонок давно не работал, чему однажды поспособствовал пьяный Сынмин, нажав на него так сильно, что тот бессильно отпал, оставляя в стене торчащие провода. За дверью наконец послышалось долгожданное копошение и прокручивающейся дверной замок. — Джисон, мать твою! — хватая испуганного Джисона за подол куртки, прошипел Феликс. — Ты почему не сказал, что придешь? — Это срочно и… Ты… Оденься хотя бы. Почему ты в одних трусах? На улице минус, а отопление еле работает? — снимая куртку, буркнул Джисон. — Я думал, что это мама пришла! — натягивая на себя халат, вздохнул Феликс. — Предупреждай в следующий раз. — А то чт- — Привет! — Какого хрена?! — подпрыгнул от неожиданности Джисон. Высунувшаяся голова Хенджина из-за двери шкафа, заставила Джисона визгнуть, широко раскрыв рот. — Блять? Объясните? — крикнул Джисон, бегая глазами по красному лицу Феликса и нервно улыбающемуся Хенджину, что стоял, прижавшись к стене, в одних трусах. — У вас вечеринка из разряда: «Вход только в трусах»? Что за нахуй? — Почему же, — пожал плечами Феликс. — Марсик и вовсе без трусов. Нервно улыбнувшись, Хенджин лишь махнул головой. — Один кот здесь адекватный, иди сюда, шерстяной, — поднимая недовольного кота на руки, вздохнул Джисон. — А ты не ахуел? Приперся хер знает когда, так ещё и указывает, — охнул Феликс, уходя на кухню. — Идите в гостиную, я чай заварю. — Провести? — неровно улыбнулся Хенджин. — Чувак, мы в этой хате сосались, когда были в восьмом кла… — Джисон, заткни пасть! — закричал Феликс с кухни. — Так у него звоночки ещё с детства? — хохотнул Хенджин, приглашая Джисона сесть на диван. — Какие ещё звоночки? — отпуская на пол раздраженного кота, сел около Хенджина Джисон. — Да так… — пожал плечами Хенджин. — Я думал между вами была только дружба. — Не понял, — фыркнул Джисон. — Дружба конечно. Да, лапаю я его за жопу, но ведь он тоже меня лапа- — Это потому что ты начал! — ставя чай на стол, перебил послднего Феликс. — И зачем ты об этом говоришь сейчас? — Верно, — кивнул Джисон. — Сейчас мы поговорим о том, что здесь блять происходит? — А что здесь происходит? — отхлебывая чай, встревает Хенджин. — Не с тобой говорю, — бросает Джисон. — А с Минхо ты не такой борзый, — ухмыляется Хенджин. — А штраф за езду на мотоцикле без прав — большой, — ядовито улыбнулся Джисон. — У тебя прав нет? — запищал Феликс, бросая подушку в Хенджина. — Принцесса, он шутит, — уворачиваясь от броска, отрицательно кивает Хенджин, после чего, ойкает, от удара со стороны Джисона. — Какая ещё нахуй принцесса? — толкает в плечо Джисон, замирающего Хенджина. — Нет, подожди, у него прав нет?! — перекрикивает Джисона Феликс. — Шучу, шучу я, — отсаживаясь от разъяренного Хенджина, пробормотал Джисон. — Так вот, мы не закончили. Феликс, отпив чай, бросай недовольный взгляд на Джисона. — Ты хочешь поговорить о… о чем? — начинает Феликс, откидываясь на диван спиной. — То, зачем я пришел — подождет, меня больше интересуете вы. — Мы? — в унисон ойкают парни. — Какие вы доходчивые. — Нам и рассказывать не о чем, да и… — Феликс, — закидывая ногу на ногу, кладет подбородок на сложенные руки Джисон. — Я сказал, что слушаю.

Flashback

— Придурок, — шипит Феликс, держа бордовые пряди Хенджина в руках. — Я больше никогда… никогда не буду пить, — отстраняясь от унитаза, крехтит Хенджин, сидя на коленях. — Прости. Мне стыдно. — Забей, — фыркает Феликс, встречаясь взглядом с Хенджином. — Тебе полегчало? — Да, — кивает парень, направляясь к раковине. — А есть зубная щетка? — Это твой дом, — усмехается Феликс. — По идеи должна быть. — Ох блять, точно. Пока Хенджин, нагнувшись над раковиной, корит себя за сегодняшний позор, что взял свое начало с очередной тусовки, на которую последний потянул Феликса, сам же Феликс задумчиво гулял взглядом по профилю Хенджина. В принципе, не все так плохо: очередная поездка на байке, новые знакомства, смех, танцы с Хенджином, в перемешку с алкоголем и немалым количеством газировок. Феликс улыбается своим мыслям, опуская взгляд на пол. — О… На полу, под умывающем лицо Хенджином, лежит фиолетовая коробочка. Поднимая её, Феликс пытается вспомнить, не видел ли он ее раньше, но на ум не приходит ничего похожего. Чужая рука, резко вырывающая предмет из рук, заставляет дернуться. — Ты чего? — удивленно спрашивает Феликс, глядя на напряженные плечи Хенджина. — Прости, я не знал, что это твое. — Это… это не мое, просто… — Хенджин вздыхает, закусывая губу изнутри. — Просто блять почему сейчас? — Что сейчас? — Я… блять… Феликс подходит ближе, укладывая ладонь на чужое плечо. Хенджин поднимает взгляд и встречается с глазами Феликса. — Я знаю, что веду себя как придурок, — начинает Хенджин. — Бывает конечно, но я этого не говорил. Слова Феликса заставляют Хенджина пропустить смешок. — Знаешь, я не силен в словах, но пытаюсь возместить это поступками, — чуть тихо говорит Хенджин. — Честно, хочется нести полный бред, но ты заслуживаешь чего-то стоящего. — Эй, я не понимаю к чему эт- — Дослушай, ладно? — получая положительный кивок, Хенджин кривит губы, из чего получается что-то на подобии улыбки. — Помнишь, я говорил, что меня понравилось твое худи с Ланой? Помнишь, я говорил что я кошатник, а еще то, что мне нравятся блондинестые волосы? — Да, — кивает Феликс. — Но я душе не ебал, кто такая Лана, пока ты не прожужжал мне про нее все уши. Котов я никогда не любил, из-за того, что в детстве один пушистик мне чуть глаз не вырвал. А блондинистые волосы я всегда недолюбливал, без причины. — Это ты меня сейчас оскорбить пытаешься? — улыбается Феликс. — Я… я не любил все это до твоего… до тебя… и кошка… ну, кошек не любил и это… как их там… — Эй, все в порядке, — поглаживая парня по плечу шептал Феликс. — Помнишь, я отвез тебя смотреть звездное небо, так как у меня оказались два билета? — Да, это еще было на следующий день после того, как я сказал, что люблю звезды. — Только вот, за эти билеты мне пришлось отпиздить пидоро… долбое… не отзывчивых людей, которые не хотели мне их продавать, — неловко хмыкает Хенджин. — Так это из-за этого у тебя бровь была разбита? Какие… Хенджин? Я… боже… — Но тебе ведь понравилось? — Еще бы! — резко вскрикнул Феликс, вспоминая освещенную ночь звездами, горячий чай в термосе и веранду, где объятия Хенджина грели его целую ночь. — Мне тоже понравился… Ты. — Я? Дрожащими руками, Хенджин открыл шкатулочку, где среди фиолетово шелка, виднелось золотое кольцо с двумя звездами. Вынимая кольцо их коробки, он переплыл пальцы с пальцами Феликса, слегка их сжимая. — В ту звездную ночь, я захотел, чтобы отныне, мне светила лишь одна звезда. Самая яркая, самая теплая и самая желанная. Ты будешь моей звездочкой, Ликси? — шепча, на выходе произнес Хенджин. — Я думал Дэймон Сальваторе предложит мне раньше. — Я по- Ладони Феликса легли на щеки удивленного Хенджина, пока руки последнего, не медля, прижали парня за талию. Глаза блаженно прикрылись, а губы мягко сминались, в унисон с тихими вздохами. Талию Феликса чуть ощутимо сжимали чужие пальцы, водя узоры по ткани кофты, пока язык Хенджина блуждал во рту Феликса, ведя по ряду зубов. Первым отстранился Феликс, прижимаясь своим лбом к чужому. — Так ты знал, что я тебе… ты мне… мы и ты… я, — тяжело дышал, бубнил несвязно Хенджин. — Знал, что я тебе, а ты мне, и мы, и ты, и я, — хихикнул Феликс. — Почему не намекал? — жалостливо выпятив губу, обижено буркнул Хенджин. — Я буквально рассказывал тебе о моем дне, не исключая даже самых мелкий деталий. Высшая степень доверия, — подмигнул Феликс, оставляя поцелуй на кончике носа. — Моя звездочка, — утыкаясь носом в плечо Феликса, хихикнул Хенджин. — Почти, — просмеялся Феликс. — А? — Колечко надевай, принц.

END OF FLАSHBACH

— Нихуя, — роняя конфету на пол, только и сказал Джисон. — И мы типа… любим друг друга, — отбивая ногой беззвучный такт, чуть тише добавил Феликс. — Как долго? — Любим? — Как долго в отношениях? — Две недели, — кивнул Феликс. — И два дня, — спустя секунду, кинул Хенджин. — Что ты так смотришь? Ну считаю я, и что? — Ничего, романтик хренов, — положив голову на плечо парня, хмыкнул Феликс. — Так, Джи, ты собственно зачем пришел? — Это ты меня выгоняешь? — Дурень чтоли? Уже поздно выгонять. Ай! — закрывая плечо от летящих тапок со стороны Джисона, ойкнул Феликс. — Ну все-все, прекрати! — Сначала прекрати, а потом… Блять… — У меня после танцев колено болит, что пиздец просто! Да ещё… Эй, Джи… Джисон! Феликс вскочил с дивана подбегая к Джисону. — Джисон! Мать твою, что он пил?! — кричит Феликс, встряхивая повалившегося на пол Джисона. — С какой чашки он пил? — подбегая к аптечке спрашивает Хенджин. — С синей, а что? — Блять я не знаю, просто варианты перебираю. Что он кушал? Может подавился? — перечисляет Хенджин, ища в аптечке нашатырь и ватные диски. — Блять, — шепчет Феликс, судорожно выдыхая, переводя взгляд на фантики, которые одиноко колыхались от сквозняка по столу. Осознал. Но Джисон не слышит ни криков Феликса, ни запах нашатыря у своего носа. Зрение будто растворилось в густом темном тумане, словно растягивая предметы в пространстве . Хочется кричать, настолько, что из глаз начинают идти слезы, но изо рта выходят лишь хриплые полуживые звуки, напоминающие безнадежные журчания. Тело бросило в холодный пот, а температура в квартире по ощущениям поднялась до пиковой. Во рту резко засела суха, а трахея атрофировалась. Джисон судорожно хватал воздух ртом, сжимая, то разжигая воздух в кулаке, будто пытаясь ухватиться за частичку кислорода. Звуки стали расплывчатыми, а лицо Феликса растекалось серой краской. Разум будто прекратил работать, лишь в ушах стоял до ужаса разрывающий писк. — Скорую, Джинни, скорую, пожалуйста, прошу, Хенджин… Пожалуйста, вызови скорую! — вскрикивал Феликс, бья Джисона по щекам. — Хенджин, пожалуйста. — Я уже, я уже вызвал, Ликс, тише… Здравствуйте, здесь у парня… Феликс все сильнее сжимал чужие щеки в ладонях, всхлипывая от дикого зрелища: лицо Джисона покраснело, а на лбу выступил пот, морщинки глаз разгладились, а зрачки будто испугавшись — уменьшились в десятки раз, забирая все присущее глазам человеку. Слезы текли по лицу Феликса, глядя на паникующее выражение лица напротив. Джисон выглядел одновременно отчаянно, болезненно и жутко. Все трое смешались воедино, вызывая дрожь в руках Феликса. — Тише, Ликс, — накрывая чужие плечи, прошептал Хенджин. — Они уже едут, все порядке, хорошо? Успокойся пожалуйста. — Как я… как я могу успокоиться, когда… Когда он, блять… Джисон, пожалуйста! Джисон, эй, Джисон! — неугомонно кричал Феликс. — Ликс, пожалуйста! Тише, мальчик мой, сейчас приедет скорая, с ним все будет хорошо, — гладя по плечам, шептал Хенджин, пытаясь не выдавать собственную панику и недопонимание. — Позвони… Позвони его маме, позвони, — всхлипывал Феликс, ближе прижимая голову Джисона к груди. — У меня нет её номера и… — встречаясь с заплаканными красными глазами, Хенджин запнулся. — Я понял, позвоню Минхо, у него должен быть номер… Слова Хенджина прервал звонок в дверь. Феликс, подскочив, побежал к двери, немедля запуская врачей в комнату, крича параллельно просьбу о помощи и молитвы. — Я просил звонить только если это важ… — У Джисона… У Джисона проблемы, — перебив вальяжно лепетавшего Минхо, быстро проговорил Хенджин. На другой стороне провода послышалось секундное молчание, после чего шумное копошение и громкий вздох. — Где он? Что случилось? — Дай номер его матери, — игнорируя вопросы, продолжил Хенджин. — Я спросил блять, где мать твою, Джисон?! — крик Минхо заставил Хенджина дернуться и обернуться на помогающего врачам Феликса, поднять Джисона. — Я… — начал Хенджин. — Скину адрес, едь. — Если это шутка, я убью тебя, — прошипел Минхо в трубку, после чего послышались тяжелые гудки. Хенджин убрал телефон в карман, разворачиваясь на уходящий врачей и плачущего Феликса. — Джинни… Джинни… — цепляясь за локоть Хенджина, всхлипывал Феликс. — Они сказали, что… что не может… ехать нельзя… там нет места. — Поедем на такси, солнце, — даря спешный поцелуй в лоб, Хенджин переплыл пальцы Феликса со своими, быстро следуя за врачами. — Алло? Такси, пожалуйста. Побыстрее, адрес диктую…