Тайна Дракона

      Гарри едва не опоздал на Защиту от Тёмных искусств. Ворвавшись в кабинет и найдя взглядом рыжую макушку друга, нырнул за парту рядом с ним.       — Чего так долго? — несколько возмущённо спросил Рон.       Тем временем гриффиндорец пытался отдышаться и доставал всё необходимое едва заметно трясущимися руками.       — Да не уж то?! — все в кабинете подпрыгнули и обернулись на профессора, который появился на пороге. — Вы наконец удосужились появиться на моём занятии, Поттер!       Гарри несколько испуганно посмотрел на Грюма. От взгляда его искусственного глаза у него по спине пробежал табун мурашек.       — Много нагонять придётся. За те два урока, что вы пропустили, мы завершили изучение более сложных блокирующих заклятий и сегодня переходим к практике атакующих. — говорил профессор, подходя к доске. Написав название темы, он повернулся и посмотрел на сжавшегося в комочек подростка. — Так что потруди́тесь сегодня на славу.       Вышел гриффиндорец с занятия уставшим, слегка потрёпанным, но очень довольным. Грюм поставил их практиковать заклинания в парах. Гарри думал, что он специально дал ему в оппоненты Малфоя. В итоге белобрысый растянулся на полу, вопя что-то про ужасную боль в ноге.       Профессор даже начислил пять баллов Гриффиндору за маленькую победу Поттера.       — Что у нас дальше? — спросил Гарри у друзей.       — Зельеварение, — мгновенно ответила Гермиона.       Поттер ощутил лёгкий холод волнения в животе. Будет ли Снейп вести себя как обычно? Расскажет ли он сегодня что-нибудь о маме?       В подземельях было как всегда темно и, как показалось всем троим, холоднее обычного. Им ничего не оставалось, кроме как плотнее кутаться в мантии.       Они зашли в кабинет и стали готовиться к уроку. Сегодня была практика, поэтому трио принялось готовить котлы и рабочие места.       Пока Гарри с Роном раскладывали инструменты, перед ними Гермиона быстро шептала Невиллу, как лучше нарезать ингредиенты.       Потихоньку подтягивались остальные студенты. Среди них Поттер заметил Малфоя и позволил себе лёгкую ухмылку. Слизеринец был явно в подавленном настроении и злобно зыркал в сторону гриффиндорцев.       Но когда в кабинет залетел Снейп, у Гарри рухнуло сердце. Мастер зелий был не в настроении от слова совсем. Это ощущалось почти физически.       Он обвёл студентов, почувствовавших приближавшуюся бурю, ледяными чёрными глазами.       — Приступайте. — бросил он и, вопреки своему обычаю ходить между рядами, сел за свой стол и стал перебирать листы пергамента.       Гарри глянул на Рона. Тот посмотрел в ответ. Краска сползла с лица друга, и он дрожащими руками открыл учебник. Поттер тем временем наполнил котелок водой и разжёг под ним слабое пламя...       В целом, занятие проходило спокойно. И, когда почти все приступили к добавлению ингредиентов, Снейп стал грозной тучей нависать то над одной парой учеников, то над другой, иногда отвлекаясь на чтение записей в своей тетради.       — Режьте мельче корень, мистер Финниган, если не хотите взлететь на воздух. — второй раз повторять не пришлось.       На протяжении ещё нескольких минут тишина прерывалась только редкими замечаниями Ужаса подземелий.       Гарри похолодел и краем глаза заметил, как сжался Рон, когда Снейп навис над ними. Поттер мог поклясться, что за ними зельевар наблюдал намного дольше, чем за другими.       Добавлять корень златоцветника нужно было очень осторожно и медленно, иначе зелье приобрело бы неправильную консистенцию.       Когда Гарри аккуратно с помощью ножа сбрасывал ингредиент в котелок, всё шло довольно хорошо. Он уже был готов выдохнуть, когда от волнения рука соскочила, и остатки корня плюхнулись вниз. Жидкость забурлила.       Звук предмета, рассекающего воздух, который последовал за этим Поттер знал слишком хорошо.       Мгновенно он отбросил нож с доской и пригнулся, вернее, почти лёг на стол, прикрывая затылок руками.       Гарри замер, закрыв глаза. Его била едва заметная дрожь, но ожидаемого удара так и не последовало.       Он почувствовал, как Снейп быстро отошёл от них с Роном, услышал, как он кинул на стол свою тетрадь, но всё ещё боялся пошевелиться. Лишь когда друг дотронулся до его плеча, Поттер отнял руки от головы и принялся делать вид, что внимательно изучает рецепт. Мучительно хотелось поскорее покинуть проклятый кабинет.       — Сдавайте образцы и выметайтесь. — зельевар остаток урока просидел за своим столом. Дождавшись, когда Уизли наконец соизволит принести пузырёк, он проводил взглядом двух гриффиндорцев, отметив, что Поттер всё ещё дрожит. Он признавал всю жестокость своего поступка, но другого столь же эффективного метода не видел...       Снейп ворвался в учительскую, с силой распохнув дверь, да так, что та с грохотом ударилась о стену, и поспешил занять свой излюбленный тёмный угол. Все находившееся в кабинете вздрогнули. К счастью мастера зелий, Макгонагалл была здесь, как и ещё несколько профессоров, включая Стебель и Грюма.       Немного успокоившись он ледяным тоном произнёс:       — Не желаете ли навестить сегодня директора по поводу Поттера, Минерва?

***

      Когда в дверь кабинета постучали, открывая её Дамблдор явно не ожидал увидеть компанию из профессоров трансфигурации, травологии, ЗоТИ, чар и зельеварения у себя на пороге.       Однако вместо удивления на его лице отразилась фирменная улыбка и он вежливо пропустил всех внутрь.       — И так, чем я обязан такому замечательному визиту в этот вечер?—Остальные не были настроены не столь позитивно, и директор почувствовал неладное. — Что-то случилось? Прошу, не томите.       — Дело в том... — начала профессор Стебель.       — Поттер больше не вернётся к Дурслям. — перебила её решительным тоном Макгонагалл.       Дамблдор застыл. Блеск его глаз за очками-половинками потускнел.       — Могу я узнать, что же заставило вас прийти к такому... решению?       — В этой семье, — Минерва произнесла последнее слово с отвращением, — мальчика морили голодом, избивали и всячески издевались!       — Как вы пришли к такому выводу? — спросил директор с лёгким удивлением.       — Мы не глупцы Альбус! — прокряхтел Грюм, — Поведение Поттера явно подтверждает то, что вы сейчас услышали. И я удивляюсь, почему этот вопрос подняли только сейчас. В первые годы обучения он, должно быть, вообще забитым был!       Некоторые профессора стыдливо опустили головы.       — Почему, Альбус? — Макгонагалл говорила уже тише. — Я же говорила вам, что они ужасные люди.       — Они его единственные родственники. — Дамблдор оставался совершенно спокойным.       — Но это неправильно! — возмутилась Стебель.       — При всём уважении, — поддержал её Флитвик, — даже детей магглов изымают из семей с неподходящими условиями для жизни. Неужели магическое сообщество не может предложить мистеру Поттеру ничего получше?       Директор вздохнул и опустил взгляд.       — Вообще-то, я хотел держать эти сведения в тайне, но раз уж ситуация приняла такой оборот... — он снова поднял глаза на коллег. — Я надеюсь, то, что вы сейчас услышите, не покинет стен этого кабинета, ради безопасности Гарри.       Все внимательно прислушались. Ну, почти все. Снейп стоял в отдалении у стены, скрестив руки на груди, и сверлил взглядом вид из окна.       — Дело в том, что когда Лили Поттер поставила себя между Волдемортом и своим сыном, она, сама того не сознавая, наделила мальчика кровной защитой. Пока Гарри находится у родственников, Волдеморт не сможет причинить ему вреда. В любом другом месте мальчик не был бы так защищён. Потому я и принял это нелёгкое решение. Впрочем, я надеялся, что Дурсли обойдутся с мальчиком намного лучше.       Повисло молчание.       — Но неужели нет другого способа? — не теряла надежды Макгонагалл.       — Кровная магия весьма могущественна и спасла немало народу в прошлом. — заявил Грюм, — Придётся наложить тысячу защитных чар, чтобы добиться хотя бы приблизительного эффекта.       — Так мы и наложим! В конце концов, дорогие мои коллеги, я думаю, что у преподавателей Хогвартса должно быть достаточно сил для создания подобной защиты.       Снова сгустилось молчание. На этот раз оно длилось куда дольше.       — Даже если у нас и получиться, мальчику необходимо сперва подобрать подходящий дом. — нерешительно сказала профессор Стебель. — Семья Уизли готова принять Поттера с распростёртыми объятьями, но, учитывая их материальное положение, ещё один ребёнок стал бы для них непосильной ношей. В то же время Грейнджеры всё-таки магглы. Отправляя мальчика к ним, мы слишком рискуем жизнями каждого из них. К тому же никто из нас не знает эту семью достаточно близко, чтобы утверждать, что они готовы взять его. Можно было бы подыскать другую семью волшебников, но навряд ли Поттер согласится на жизнь с едва знакомыми людьми, хоть тех, кто готов его принять, я уверена, будет предостаточно.       Макгонагалл посмотрела на свою коллегу как на предателя. Бедной Стебель пришлось опустить взгляд.       — Ваши рассуждения весьма логичны, Помона. — Дамблдор перевёл взгляд на Минерву, ожидая её реакции.       — Пусть так, но кто-то из профессоров может взять Поттера к себе. И, если это необходимо, то это могу быть я.       — И всё же, — Флитвик, который до этого тщательно всё обдумывал, подал голос. — наших даже столь мощных заклинаний может быть недостаточно... — он осёкся, наткнувшись на острый взгляд Макгонагалл.       Та раздражённо вздохнула, понимая, что остаётся единственной, кто всё ещё находится в открытом противостоянии с директором.       — Минерва, я думаю, что вопрос исчерпан. Мы не можем переселить Гарри, в силу сложившихся обстоятельств, и вопреки моему желанию...       — Которого у вас нет. — все резко повернулись в сторону смотрящего в окно зельевара. Факт его присутствия выпал у каждого из головы.       Тем временем Снейп едва заметно вздохнул и продолжил.       — Прежде, чем я начну, хочу напомнить, что я не питаю никакой любви к Поттеру. Однако, по моему мнению, оставлять всё как есть категорически нельзя. Что касается вашего желания помочь, точнее его отсутствия, директор, — он повернулся, опустил руки и посмотрел прямо в глаза Дамблдору, — на протяжении многих лет вы были единственным, кто знал о настоящем положении дел, и тщательно скрывали это от всех...       — Северус, прошу, не будем кидаться обвинениями. — Альбус поднял руку в примирительном жесте, что не дало никакого результата.       — ...Вы запретили появляться рядом с этим домом кому бы то ни было. Если вы не хотели переселять мальчишку, и действительно переживали из-за этой ситуации, то могли хотя бы поговорить с его опекунами.       Тишина заполнила комнату.       — И так, — Снейп подошёл ближе и встал почти вплотную к директорскому столу, прямо напротив Дамблдора — полагаю это то, что было действительно в ваших силах, директор.       Они долго сверлили друг друга тяжёлыми взглядами. Самого могущественного волшебника всех времён загнала в угол пара школьных профессоров.       — Почему бы это не сделать вам, Северус? Насколько я знаю, вы знакомы с Петуньей Дурсль. Вероятно, будет лучше, если их дом посетит пусть и слабо, но знакомый волшебник.       Снейп нехорошо усмехнулся.       — Чтобы ни случилось, вы продолжаете разыгрывать свою партию с помощью других людей. Боитесь самостоятельно выйти на доску?       — Не стоит продолжать наш личный разговор сейчас. — в голосе директора проскользнули холодные нотки.       — Ну, хорошо. — Снейп направился быстрым шагом к выходу, говоря по дороге, — Если вы не боитесь того, что может случиться с этими магглами после моего визита, — возле самой двери он развернулся, — то хорошо. Однако за последствия расплачиваться всё равно придётся вам. Уж поверьте. А к нашему разговору мы ещё вернёмся. — и он вылетел в коридор, не позаботившись закрыть дверь.