Золотая птица

В кабинете собрались в том же составе, на этот раз включив в собрание нынешнего и бывшего глав ордена. После объяснения ситуации среди присутствующих повисла густая мрачная тишина. — Нет ядра, значит. Боги, — прошептал Цзян Фэнмянь закрыл лицо ладонью. — Это… Это все из-за меня. Все обернулись на Цзян Чэна. Он стоял поодаль, сжимая и разжимая кулаки и зажмурившись. Из под закрытых век вдоль носа потекли слезы. — Если бы мы тогда не отстали от Сэняо, если бы увел всех… — Глупый ребенок, с чего ты взял, — Вдруг ровно сказала госпожа Юй. Цзян Чэн вскинулся. — Матушка? — Сэняо рассказала мне, что там было. Может, ты не помнишь, но кроме того отряда там были младший Вэнь и Чжао Чжулю. И вы могли попасться им втроем. Сэняо кивнула. — Ты правда мог забыть, пропажа Вэй Ина была серьезным ударом. Но мы чудом разминулись. Не уверена, что я смогла бы вас защитить от всех сразу. Я бы конечно посопротивлялась для приличия, но Сжигающий ядра страшный противник. Ещё в пристани… Она поджала губы, не желая продолжать. Тогда она на одной злобе и чистом желании сберечь и спасти смогла отбиться и отбить остальных. Но он тогда был измотан и уже ранен госпожой. В момент же, когда они схватили Усяня, Чжулю наверняка отдохнул и набрался сил, пока сама Сэняо двигалась на пределе возможностей из-за многодневного недосыпа и усталости. — Не вини себя. Мы все ответственны, но чувством вины ничего не исправим. Все снова замолкли, погрузившись в размышления. Вдруг тишину нарушил тихий голос Яньли. — Цзысюань рассказал мне, что его отец забрал в исправительный лагерь последних живых Вэней из побочной ветви. Они целители, и их госпожа — легендарная Вэнь Цин Золотые руки. Если кто-то и сможет помочь, то это она. Цзян Чэн уставился на сестру так, будто она предложила им всем прилюдно попить испражнений. — Вэни? Ты в своем уме, цзецзе?! Как тебе это в голову пришло! Мы никогда не обратимся к Вэням! — он огляделся, ожидая поддержки своего гнева, но увидел спокойную мрачную решимость даже на лице собственной матери. — Матушка! Пусть они! Но ты?! Как ты можешь?! — Этот никчемыш Вэй Усянь принёс себя в жертву, чтобы спасти тебя. Наш долг перед ним огромен. А я не привыкла оставаться в долгу. — Но!.. — А-Чэн, это ведь для а-Сяня. Нашего а-Сяня, — Яньли подошла ближе и положила свою руку на сжатый добела кулак брата, заглянула в растерянные злые глаза. — Неужели ради него ты не сможешь отбросить обиды и жажду мести? Цзян Чэн упрямо скрипнул зубами. — Но это же Вэни. Яньли кивнула. — Да. Побочная ветвь. Те из них, кто не умеет даже держать оружие. Они лекари, а не воины, и сдались без боя, чтобы не множить раненых. Давай просто попытаемся? Ради нашего брата? Цзян Чэн выдохнул сквозь зубы. Бросил быстрый взгляд на понурого отца, на мать, что раздраженно крутила на пальце Цзыдянь. На замершего, как ледяное изваяние, Лань Ванцзи. На Сэняо, беспокойно перебирающую ниточки кисти на рукояти меча. На сестру, что с надеждой глядела ему в глаза. Прикрыл веки. — А ты, — он вдруг повернулся к Лань Ванцзи. — неужели даже ты согласен на это, второй молодой господин Лань? Вэни ведь сожгли твой дом. Тот кивнул, не задумываясь. — Мгм. Ради Вэй Ина. Сэняо почему-то стало неловко от его ответа, будто она увидела что-то очень личное. — Хорошо. Но отправляется пусть кто угодно, кроме меня, чтобы я не переубивал их всех, — Цзян Чэн фыркнул и отвернулся, сдаваясь. Яньли нежно улыбнулась ему, Лань Ванцзи — вдруг поклонился: — Спасибо. Цзян Чэн залился краской и раздраженно махнул рукой. — Ты-то за что благодаришь? Это мой брат, конечно я должен ему помочь. Позади него устало и мягко рассмеялся Цзян Фэнмянь. Юй Цзыюань закатила глаза.

𓅫𓅫𓅫𓅫𓅫

Летели быстро. Юй Цзыюань с сыном остались в пристани, не надеясь на собственное благоразумие — слишком остры ещё были чувства по отношению к Вэням. Цзян Фэнмянь, которому со временем становилось все хуже, на мече стоять не мог. В путь отправились Лань Ванцзи, Цзян Яньли, Сэняо, а ещё, просто на всякий случай, Цзиньчжу. Они с Сэняо по очереди везли Яньли, сменяясь, чтобы не терять в скорости от усталости. Когда внизу показались криво сколоченные маленькие домишки, а поодаль от них крошечные фигурки людей, Сэняо стало не по себе. Ее руки непроизвольно сжались теснее вокруг Яньли, которую она бережно придерживала перед собой во время полета. Та недоуменно обернулась. — А-Няо? — Что-то не так. Цзиньчжу и Лань Ванцзи обменялись с Сэняо одинаково напряженными взглядами, прежде чем начать снижаться. У земли стало понятно: происходит совсем не то, что должно. Разумеется, никто не стал бы излишне заботиться о пленных врагах, но это не значило, что можно их мучить. Мягко опустившись на землю, Сэняо передала испуганную Яньли Цзиньчжу и вместе с Лань Ванцзи бросилась вперед, на крики. — А-Нин! А-Нин!!! Пустите меня к брату! А-Нин!!! В три прыжка Сэняо оказалась рядом с кричащей девушкой, которая отчаянно пыталась пробиться к своему брату, но два смеющихся охранника раз за разом отталкивали её, швыряя на землю. Их явно забавляло, как она встает и снова падает, чтобы опять попытаться пройти. — А-Нин!.. На миг Сэняо вспомнила, как разбойники убивали её родителей, почти так же смеясь и глумясь, яростно рыкнула и снесла охранников волной ци, даже не достав из ножен меч. Вэнь ошарашено взглянула на неё, а после побежала, спотыкаясь, вперед, где Лань Ванцзи уже расшвырял других заклинателей. Она рухнула на колени рядом с тихо стонущим юношей, из чьего живота торчало копье. — Нет-нет-нет-нет, а-Нин, нет, — запачканные в грязи изящные руки запорхали над раной, от пальцев к телу протянулись хрупкие нити золотистой ци. Сэняо остановилась за её спиной, осматриваясь. Несколько охранников лежали в стороне без чувств, но Сэняо уловила их слабое дыхание и поморщилась: самой ей едва хватило выдержки, чтобы просто смести выблядков с пути, не переломав им попутно шеи. Судя по темному тяжелому взгляду Лань Ванцзи, он ее чувства разделял. Неважно, что эти двое, девушка и её раненый брат, были Вэнями. Главное, они были семьей, и убивать одного на глазах другой, насмехаясь, наслаждаясь чужой болью, могли только настоящие чудовища. Сэняо присела рядом с девушкой. Та, несмотря на видимое истощение, продолжала делиться энергией с братом. Бросив вопросительный взгляд на Лань Ванцзи, она заглянула в сосредоточенное лицо девушки и положила руку на её плечо, мягко делясь своей силой. Лань Ванцзи сел с другой стороны. — Госпожа, как вам помочь? Девушка удивлённо вздрогнула, но уже через миг спрятала в себе все лишние эмоции, решив, видимо, оставить вопросы на потом. Она коротко облизнула сухие губы. — Когда я скажу, выньте копье одним ровным движением.

𓅫𓅫𓅫𓅫𓅫

Когда они закончили, оказалось, что бледная от ярости Цзян Яньли уже построила оставшуюся охрану и велела собрать всех пленных — клан безобидных целителей и земледельцев! — и подготовить несколько повозок. Заклинатели Цзинь метались туда сюда, как ужаленные, под гневным взглядом молодой госпожи, пока за её плечом зловеще маячила Цзиньчжу. Лань Ванцзи и Сэняо подошли к ним, попутно потребовав у охраны соорудить для раненого носилки. — Ты хочешь забрать их с собой? Всех? — Сэняо встала рядом с Яньли, наблюдая, как ровный пятачок земли заполняется недоверчиво глядящими на них Вэнями. Лань Ванцзи молча остановился поодаль. Яньли кивнула. — Я не оставлю их здесь. Это… бесчеловечно. — Но как быть с кланом Цзинь? Ведь твой жених… Яньли обернулась на неё, сверкнув глазами. От милой улыбчивой светлой девушки, которая могла осветить собой даже пропахший болью и кровью военный лагерь, в ней сейчас не было ничего. Зато много было от её бескомпромиссной жесткой упрямой матери. — Если он скажет хотя бы слово против… если даже просто окажется, что он знал про… это, нашу помолвку уже ничего не спасет. Сэняо ласково коснулась ее волос, убирая от лица выбившиеся прядки, и ничего не ответила.