Twist

💍💍💍

My eyes are gettin' too loose

Мои глаза теряют фокус

Can't repeat tying up with this strain

Не могу остановиться, связанный этим напряжением

Instead of runnin'

Вместо того, чтобы бежать

I'm gon' mess it all up this second

Я собираюсь разрушить все прямо сейчас

이순간을간직해나아가고있기에

Я храню этот момент

💍💍💍

Было так холодно… Страшно сильнее, чем в детстве в темной комнате одному… Одиноко… противно… Было тоскливо… так чертовски больно… печально… тревожно… что сердце болело от бездумных, бездумных мыслей. Слез, слез, слез… Но вот сожаления не было… Феликс сидел на продавленном диване в тёмной, почти пустой комнате. Стены, будто облезшие от старости, уныло глядели на него. Едва заметный свет пробивался сквозь грязное, маленькое окно, но он только подчеркивал убогость обстановки с помощью дополнительного света. Комнату заполняла тишина, лишь изредка прерываемая глухим стуком явно буйных соседей за стеной. Феликс сидел неподвижно, склонив голову, с закрытыми глазами, и не зная, куда себя вообще деть. Он был в отчаянии, душа была в смятении. Мыслей уже не было, он просто не знал, что делать, если не сидеть так. Денег не осталось. Абсолютно. Последняя мелочь ушла на коробку лапши быстрого приготовления и дешёвый черный чай в пакетиках четыре дня назад. И… если еще вначале вся эта история, план и вообще сам побег казались некой романтической, приключенческой авантюрой, то теперь они стали тягостной реальностью. Феликс и сам не знал, что надеялся найти в этом городе, полном чужих лиц и равнодушных взглядов. Одиночество росло внутри него, как ком, большой снежный ком, и с каждым днем он становился все больше и больше… не позволяя вдохнуть полной грудью, расслабиться или же просто поспать нормально, без кошмаров. Родители не знали, где он. Да и не могли знать. Он сам решил исчезнуть, не оставив им ни записки, ни намёка. Так было нужно. Их лица, растерянные и, возможно, гневные, вставали перед глазами по ночам, но вину он гнал прочь, ведь его не было. Ему казалось, что это был его выбор, его свобода. Единственная вариация свободы… Он так и говорил случайным знакомым, которые удивлённо спрашивали, как же он оказался в городе один, без поддержки... в столь молодом возрасте, будучи омегой. – Я… я просто ищу лучшую жизнь для себя, строю будущее, — отвечал Феликс с горькой усмешкой на красивом лице. Звучало красиво… почти героически. На деле всё было не так. Ох, далеко не так все было на самом деле… Скелеты в шкафу — именно так он про себя называл свои тайны, как и все другие. У всех есть скелеты в шкафу, но вот у Феликса целая коллекция этих дурацких скелетов. Никому он не рассказывал, почему на самом деле сбежал. Не хотел возвращаться к тому разговору с отцом, который выжигал его изнутри, к тому яростному взгляду матери, полному разочарования. Было больно. Даже сейчас, вдали от дома, его пальцы все равно дрожали, когда он вспоминал те слова, сказанные в порыве гнева. – Ты нам больше не сын, Енбок, убирайся с глаз моих, дрянь! Как ты вообще мог? Чем думал, скажи мне? – кричал отец гневно, стуча кулаком по столу. Мать была рядом, но не с ним. Она стояла рядом с мужем, успокаивала его, а на сына даже не смотрела. Впрочем, ничего удивительного. Феликс так бы не смог. Он уже знал это, ведь носил под сердцем малыша. И хотя Феликс знал, что это был только всплеск эмоций со стороны родителей, что эти слова ничего не значат, внутри у него всё оборвалось. На следующий день его уже не было дома… У него не было дома… Ему совсем недавно исполнилось восемнадцать. Казалось бы, возраст свободы и новых возможностей, но реальность оказалась не такой, как в книгах или фильмах, которые Феликс читал взахлеб после уроков. Он даже не чувствовал себя взрослым, скорее, наоборот… просто потерянным мальчишкой, который слишком поспешно сделал шаг в неизвестность и остался в одиночестве. Окружающие, те немногие, кто вообще обращал на него свое драгоценное внимание, говорили о юношеском максимализме. Многие говорили, что это временно, что он одумается и все же вернётся к родителям. Но они ничего не знали. Не знали, как внутри него бушует буря из обиды, страха и желания доказать себе и всем, что он чего-то стоит. Что он не глупый, наивный мальчишка с красивым личиком, с которым можно поиграть и бросить на следующий день. Внутри него кипело противоречие. Омега уже запутался сам в себе, думал ненавидеть родителей за их холодность, за ту ночь, которая перевернула всю его жизнь. Но одновременно он так чертовски сильно скучал по дому, по родным запахам кухни, по тому, как мать варила его любимые блюда, по милым шуткам отца, которыми тот так гордился и всеми силами пытался рассмешить членов своей семьи. Он ведь был единственным ребенком… Иногда эти воспоминания вытесняли всё остальное, и тогда Феликс, лёжа в темноте, закрывал глаза и представлял, будто он снова дома, будто ничего этого не случилось. Он тихо плакал, пока руки, безударные и слабые, с нежностью гладили живот. Но реальность была своеобразной, совершенно другой. Денег не осталось уже вообще. Работа? Кто вообще, какой сумасшедший возьмёт его на работу, если он не может похвастаться ни опытом, ни образованием, ни связями? Да и уличная жизнь оказалась совсем не той, что описывали в книгах. Здесь не было ни неожиданных встреч, ни спасительных поворотов судьбы. Только холодные ночи, дешёвые комнаты и постоянная борьба за выживание. Он был один, сам за себя. Хорошо хоть на накопленные деньги Феликс смог снять квартиру на три месяца, еще два месяца было впереди, а вот потом… все было в тумане. И всё же, несмотря на всю эту боль, он продолжал сидеть на своём диване, просто раздумывая. Грусть и злость сменяли друг друга, не давая ему покоя. Феликс знал точно, что не мог вернуться назад, но и идти вперёд не знал как. Что же делать дальше? Этот вопрос застрял в голове, как назойливая мелодия, которая повторяется снова и снова. Было страшно… уже не только за себя… Но где-то в глубине души у юноши все равно теплилась искра… либо он был слишком наивен, либо… сам не знает уже… Вопреки всему, он ещё верил, что сможет найти свой путь. И если он сумеет заглушить внутренний голос, шепчущий о том, что он проиграл, возможно, он и начнёт сражаться, бороться уже не только за свою жизнь… В маленькой комнате, где пахло сыростью и пылью, Феликс чувствовал себя словно в ловушке. Он натягивал капюшон, выходя на улицу, стараясь не встречаться глазами с людьми, которые могли задать лишние вопросы. В карманах шуршали лишь остатки мелочи, а вот в голове шуршали мысли о том, как бы прожить ещё один день. Его друзья, с которыми он когда-то делил школьную скамью, уже давно забыли о нём. Еще бы… Никто не звонил, не писал. Может, они и слышали, что он сбежал, но, вероятно, считали, что он сам выбрал свой путь и сам должен справляться с последствиями. Каждый сам за себя, как говорится. Феликс, лёжа ночью на кровати и глядя в потолок, много думал. Эта свобода оказалась куда тяжелее, чем он ожидал. Ему было всего восемнадцать, но он чувствовал себя старше на десяток лет. Он вспоминал, как однажды родители пытались поговорить с ним. Они не понимали, что с ним вообще происходит. Он угасал на глазах. Феликс замкнулся в себе, стал пропадать вечерами, отказывался от помощи. Когда мать плакала, он отводил взгляд, будто её слёзы не касались его. А теперь эти слёзы возвращались к нему эхом в тишине. Он сам плакал, скучал. Страх давил на него. Его самые ужасные секреты были с ним даже здесь. Они не отпустили его, даже когда он уехал далеко. Он чувствовал их вес на своих и так хрупких, слабых плечах, в своих мыслях. Всё это стало частью его, его тенью, от которой невозможно сбежать. Иногда, проходя мимо витрин, Феликс видел своё отражение и пытался убедить себя, что это всё временно. Когда-нибудь он найдет выход, но… как? Этот выход казался ему слишком узким…тёмным… как тоннель, конца которого не было видно.

💍💍💍

Феликс и спустя месяц все также сидел, но уже на обшарпанной кровати в его крохотной комнате, где единственным источником света была старая лампа с потрескавшимся абажуром. Он не знал, чем себя занять после тяжелого рабочего дня, его тошнило, он похудел вместо того, чтобы, наоборот, набрать вес… ну и по-хорошему, вообще ему надо было бы сходить к врачу. Феликс все прекрасно понимал, но пока затягивал. Комната больше напоминала временное убежище, чем место для жизни, но омеге было так все равно. Голые, обшарпанные стены с плесенью и просто убитые окна, старый, затёртый линолеум и пара коробок вместо обычного шкафа. Феликс не обращал внимания, или всеми силами старался не обращать, а то бы свихнулся. Он и так был на грани. Омега нервно теребил края своей футболки, глядя в окно, за которым тянулись безликие, одинаковые дома. Мир казался таким большим, но в то же время замкнутым, словно этот город сжался до размеров его комнаты. Надо было хоть каким-то образом перебраться в Сеул и найти любую работу. Феликс хотел в столицу. Эта идея как раз и была дорогой к спасению, последней надеждой молодого, сбежавшего из родительского дома омеги. Деньги закончились. Карманы были пусты, а в голове не было ни одного разумного плана, который помог бы выбраться из этой трясины. Только Сеул или же… еще одна мысль крутилась в его сознании, но он постоянно отгонял эту мысль… мысль вернуться домой. Ли прекрасно знал, понимал и осознавал, что этого сделать попросту не сможет. Он ведь сам выбрал этот путь. Он самолично сбежал от родителей, даже не оставив записку на кухонном столе, как планировал в самом начале… Письмо, где он написал все так открыто, честно… Он надеялся, что эти слова хоть немного смягчат их боль, но ему ведь было больнее… Феликс просто смыл записку в унитаз, вышел из ванной и со слезами на глазах убежал навсегда. Он убегал от себя, от прошлого, от своих тайн. Ему было всего восемнадцать, но… Он влюбился, отдался, поверил… а в конце оказался брошенным так, словно ничего и не было, словно он был никем, просто очередной игрушкой. Глупый? Возможно… Феликс просто был чистым, не имея абсолютно никакого опыта в отношениях, он просто верил без тени сомнения, сам ведь таким был… не думал, что люди на такие вещи способны. Он строил планы, мечтал, хихикал по ночам. Но эти мечты, увы, оказались для Феликса слишком далекими и призрачными. Им не суждено было сбыться, стать реальностью, частью его жизни, истории… Невозможными просто… Он тяжело поднялся с кровати и подошёл к зеркалу, висящему на стене. Его отражение смотрело на него с лёгким презрением и так, словно он сам над собой насмехался. Лицо бледное, глаза потухшие, отросшие волосы растрёпаны. Это не было лицо человека, который полон сил и надежды. Он сам себе казался чужим… В углу комнаты лежал уже старый рюкзак, который сопровождал его с самого начала пути. Там в то время были все необходимые вещи вроде документов, накопленных денег и нужных лекарств. В нём осталось немного одежды, несколько фотографий, которые он не решился оставить дома. Омега в последний раз погладил свой живот, пока слезы катились по щекам. – Мой малыш… прости меня… Эти слова отозвались в его душе болезненной правдой. Он просто не смог бы по-другому. Не сейчас и не в таком состоянии. Феликс долго стоял у зеркала в комнате и смотрел на себя, просто пытался понять, что именно заставило его сорваться с места, но ответа всё равно не находил. Может, это была его вина, именно его ошибки, которые он не хотел никому показывать. Может, страх осуждения или что-то ещё, более глубокое и тёмное, о чём он боялся даже думать. Он собирался в больницу, но не на прием. Феликс знал одно: сейчас он был один. Без денег, без поддержки, без уверенности в завтрашнем дне, а ребенок… Да, в этом одиночестве была и капля свободы. Пусть его свобода походила на зыбкий песок, на котором он пытался устоять, но она была его. Но кому вообще нужна эта свобода, когда приходится убивать своего малыша? Феликс не знал, что делать, как поступить. Он снова сорвался с места и посмотрел в окно. За стеклом мерцали огни большого города, они были далеко-далеко... Где-то там, среди этих огней, была его надежда, он не собирался отпускать руки. Маленькая, едва заметная, но она была. Феликс глубоко вдохнул и впервые за долгое время почувствовал, что готов сделать шаг вперёд, даже если этот шаг приведёт его к очередному краю. Назад пути не было. Такова цена свободы.

💍💍💍

Город шумел вокруг него, но этот шум казался чужим. Феликс чувствовал себя никем, просто мизерной песчинкой, затерянной в бесконечной пустыне. Но даже песчинка способна изменить ход ветра, думал он. Ему просто нужно было найти ту точку, с которой всё начнёт меняться, и не сломаться. Он верил в хорошее будущее, но с каждым днем все становилось только хуже. Он был вынужден уже через некоторое время быть в больнице и ждать свою очередь. Врач позвал его минут через пятнадцать, все произошло под анестезией, но болело сердце… Он не плакал там, в кабинете. Но дома устроил настоящую истерику, ведь не мог поверить в это все. Он понимал, что не сделал ничего плохого, но… все равно возненавидел себя с новой силой. Свобода… И это называется свободой… Спустя две недели он на свой страх и риск переехал в Сеул и уже через четыре дня сидел на краю кровати в новом съемном доме, сжимая в руках небольшую визитку, на которой были адрес и номер телефона. Визитка была сделана из плотной бумаги, золотые буквы на чёрном фоне сверкали в тусклом свете лампы. Эта маленькая карточка казалась таким ничтожным предметом, но её вес будто давил на него всем грузом его решений и ошибок. Он нашёл её пару дней назад, в самый обыкновенный день, который ничем не обещал перемен. Тогда он шел домой из круглосуточного магазина. – Извините, – мужчина в дорогом пальто, проходивший мимо, неожиданно обратился к нему. Его слова прозвучали неожиданно мягко, но в них таилась какая-то двусмысленность. Стало не по себе. – Это вы мне? – Феликс не с первого раза понял, что это к нему обращаются. – Да, тебе, – альфа подошел поближе. Он словно рассматривал омегу, оценивал. Феликс был милым, крохотным блондином с веснушками и большими, кукольными глазами. – Что вам нужно? – не выдержал Феликс. – Перейду сразу к делу, так даже лучше будет. Я увидел тебя еще у подъезда. Ты будешь зарабатывать бешеные деньги, если… – Отстаньте от меня! – омега все понял сразу. – Ты просто ангел по внешности, альфы в очереди будут становиться лишь для того, чтобы просто посмотреть на тебя, милый мальчик. – Я же уже сказал, что нет, отстаньте от меня. – Ты выглядишь... необычно. У нас есть работа для таких, как ты, – сказал незнакомец, протягивая визитку. Он просто игнорировал Феликса, его слова. – Я не шлюха, не идите за мной! – Все так говорят, милый мальчик. – Что тут происходит? – из-за спины Феликс услышал совершенно незнакомый голос и дернулся, когда почувствовал, как кто-то положил руку ему на плечо. Феликс не успел ничего сделать, как мужчина уже скрылся за углом. – Вы… – Спас тебя, да, тут таких много. Я Джисон. Приятно познакомиться. – Спасибо большое, Джисон. – А ты? – Феликс. Никто за ним и не пошел. После недолгой беседы с новым знакомым он сорвался с места, как ошпаренный. Было как-то страшно из-за того, что тот альфа знал, откуда он выходил. Нужно было менять жилье или же быть более осторожным. А он еле как нашел более-менее хорошую работу швеи в местном ателье… Сейчас же все было в разы хуже. Ведь он и в самом деле переехал еще раз из-за паранойи. С этим ему помог Джисон, с которым он как-то быстро подружился. Но вот работа… с этим было туго. Он и забыл со временем о том, что ему в карман все же впихнули карточку… нашел ее совершенно случайно. Хорошо, что тогда Джисон подыграл ему тем, что он якобы его друг, с которым тот шел на встречу. Джисон был хорошим, с первого дня общения поднял Феликсу настроение и так ворвался в его жизнь, что все было как в сказке. Феликс боялся доверить, но Джисону невозможно было не верить. Теперь эта карточка снова оказалась в его руках, и он смотрел на неё, как на странный ключ. На ключ к жизни, которую он ненавидел бы, но которая могла дать ему всё то, чего он так отчаянно сейчас не имел: деньги, еду, крышу над головой. И это все взамен на полный доступ к его телу… На визитке был только номер телефона и название NXDE. Слишком лаконично, слишком подозрительно, слишком откровенно. Но сейчас Феликсу было всё равно, что за этим могло скрываться. Критическая ситуация стирала границы морали и здравого смысла. Его рука дрожала. Он пытался представить, как это будет — набрать номер, услышать голос на другом конце. Что ему вообще предложат? Какая работа ждёт его там? Он не был дураком, и так все знал. Вся ситуация вызывала у него отвращение, но в то же время что-то внутри шептало… Просило… Подталкивало… Феликс бросил визитку на кровать и вскочил на ноги. Он начал мерить комнату шагами, как будто это могло помочь ему принять решение. Ему стало нестерпимо душно, будто воздух стал гуще и тяжелее. – Чёрт, – прошептал он, обхватив голову руками. Может, лучше просто взять и выбросить эту визитку? Забыть о ней, как о дурной шутке судьбы. Но в мусорной корзине уже лежали другие обрывки его надежд… Феликс ломал себе сердце, когда смотрел в мусорную корзину и видел там порванные листы с неудавшимися планами, помятые письма, которые он так и не решился отправить родителям. Он подошёл к окну и посмотрел на ночной город. Только так мог успокаиваться. Светящиеся окна домов напоминали ему, что у кого-то есть тепло и уют, пока он сам балансирует на краю пропасти. Другим все достается с самого рождения. Власть, деньги, возможности… а такие, как он, просто страдают всю жизнь. Он представил, как его жизнь могла бы сложиться иначе. Если бы он… остался дома… родил бы ребенка…если бы он не сбежал… Никчемный, никому ненужный… сейчас. Но сейчас он ведь был здесь, в этой комнате, и у него не осталось другого оружия, кроме его собственной красоты. Красоты, которая привлекала чужие взгляды, но никогда не приносила ничего хорошего. Он снова взял карточку и долго смотрел на неё. Не смог выбросить, да. Его мысли метались между отчаянием и последними остатками гордости. Феликс глубоко вдохнул и, дрожащими пальцами, сунул визитку в карман. Не сегодня. Он пока не готов. Может, завтра. А может, и никогда. Но в глубине души он знал: если ситуация станет ещё хуже, у него не останется выбора. Хотя сам себе на протяжении всей жизни твердил о том, что выбор есть всегда.

💍💍💍

Ночь наступила быстро, и город за окном окутался тьмой, прорезаемой редкими личными фонарями и фарами машин. Феликс все также сидел у окна, смотрел на этот чужой, холодный мир и всё ещё ощущал в кармане халата визитку. Её присутствие обжигало его. Руки словно чесались. Было любопытно, интересно. От осознания этого стало еще противнее. Ему казалось, что с каждым часом визитка обретает свою волю. Словно она зовёт его, тихо шепчет на ухо, предлагая простой выход из бед и проблем – простой звонок. Феликс устало потер лицо руками. Он так долго боролся с этим внутренним конфликтом, что чувствовал себя вымотанным, как после многочасовой физической работы. В груди тянуло, внутри всё жгло. А если и позвонит, согласится, что вообще получит? Не было никакой гарантии на то, что его не обманут. Что он не погрязнет в долгах. Ответов не было. Были лишь догадки и страх. Но этот страх смешивался с тягучим ощущением обречённости. Он знал, что сам себя загнал в угол, где нет света, только тени. Феликс был меж двух огней. Он вспомнил лицо того мужчины, который дал ему визитку. Вежливый, почти извиняющийся взгляд, доброжелательный голос. Но глаза… Взгляд… В тот момент он показался Феликсу чуть ли не спасителем, но сейчас это лицо казалось тенью, прикрывающей что-то страшное. Феликс резко поднялся и вытащил визитку из кармана. Он сжал её в кулаке, словно пытаясь избавиться от её влияния, и смял. Его взгляд упал на телефон, лежащий на столе. Старенький кнопочный аппарат, который он купил по дешёвке, чтобы хоть как-то оставаться на связи с этим миром после того, как встретил Джисона. Он снова сел, уже более нервно положил визитку перед собой. Номер телефона будто пульсировал на бумаге. Или это кровь пульсировала в жилах. – Что я творю… Мысль мелькнула в голове, но рука уже потянулась к телефону. Он все же набрал номер, задержав палец над кнопкой вызова. Сердце бешено колотилось в груди. Феликс еще раз посмотрел на телефон и следующим движением отбросил его в сторону. Он вскочил на ноги, взял визитку и резко бросил её в мусорное ведро. Внутри него что-то сломалось, но в то же время появилось странное облегчение. Он знал, что не сможет переступить через себя. Да, он одинок, голоден и потерян. Но продавать себя… Но облегчение длилось недолго. Через несколько минут на него навалилась паника. Феликс бросился к мусорному ведру, вытащил визитку и разгладил её. Его дыхание было сбивчивым, руки дрожали. Он снова посмотрел на телефон. Всё повторялось. Замкнутый круг. Он не мог заставить себя выбросить карточку окончательно, но и не мог решиться позвонить. Он сел на пол и уставился на визитку, лежащую в его ладони. Стук в дверь вырвал его из мыслей. Феликс замер. Кто это мог быть? Он никого не ждал. Стук повторился чуть громче. Феликс поднялся, подошёл к двери, прижавшись к ней ухом. — Кто там? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрдо. Ответа не было. Только тишина. Омега почувствовал, как в нём нарастает тревога. Он медленно отпер замок и приоткрыл дверь, но за ней никого не оказалось.Только на пороге лежал конверт. Маленький, чёрный, с надписью NXDE золотыми буквами, такими же, как на визитке… Блять… Феликс торопливо поднял его, чувствуя, как всё внутри него похолодело. Он запер дверь тут же, прямо там и рухнул на колени, открыл конверт, а внутри был листок с коротким посланием: Милый мальчик, мы все ждём и ждём. Знаем, что ты живешь один и знаем, что ты рано или поздно позвонишь нам. Не тяни слишком долго. Время – деньги. Мы платим хорошо. Тебе будет весело, наши клиенты любят экзотику. Феликс стоял в дверях, сжимая в руках листок бумаги. Его взгляд не отрывался от слов, написанных на нём, и чем дольше он смотрел, тем больше ощущал, как его внутренний мир рушится. Они знали, где он живет, что живет один… Надо было валить. Словно стены его комнаты начали таять, и пространство вокруг сжалось до размеров этого листа. Феликс там и упал в обморок.

💍💍💍

Время стало его врагом. Феликс не мог отмотать назад время, не мог вернуть тот момент, когда у него ещё был выбор. Ли очнулся глубокой ночью, конверт все еще был в его руках как напоминание о том, что все было в реальности. Его уже порядком мутный взгляд снова упал на чертову визитку. Он уже понял, что он зашёл слишком далеко. Его взгляд давным-давно был пустым, и сердце билось где-то в горле, как барабан, заставляя его каждое движение быть тяжелым и нерешительным. Он встал со своего места, кое-как дошел до ванной, умылся. Феликс успокоился и сел за стол. Он разглядывал конверт. Его руки дрожали, как будто он касался чего-то невообразимо важного и опасного. Опасного… Каждая секунда, каждый взгляд, каждый мысленный шаг приближал его к неизбежному. – Что я делаю… что я… что я, черт возьми, творю с собой? – Феликс прошептал, закрыв глаза.– Надо бежать… Просто надо исчезнуть, пропасть так, чтобы его не смогли найти. Он ведь ничего такого не сделал. Никому не позвонил. Сказал нет. Тени прошлого, которые он пытался скрыть, теперь стали слишком явными. Они вылезли наружу, и всё, что он сделал, всё, что он скрывал, становилось его новым путём. Он посмотрел на визитку ещё раз. На текст… Время – деньги… Не тяни время… Эти слова зазвучали в его голове, как приговор. Феликс знал, что если он сделает этот шаг, он никогда не вернётся. Свобода рушилась по швам… За все надо платить. И… он будет платить за неё… за этот выбор он будет платить своей душой. Феликс не хотел этого, надо было просто исчезнуть. Бежать… бежать… бежать… Омега нехотя поднялся со своего места и подошёл к окну, безудержно открыл ее, пытаясь сделать глоток свежего воздуха, чтобы немного успокоиться. Уже и март заканчивался, осталось всего ничего до первых дней апреля. Несмотря на весну, на улице было так же темно и чуждо, холодно и больно. Не было никаких ответов, только ночной город, словно поглощавший его с каждым взглядом, и прохладно свежий ветерок. Феликс снова взял телефон. Он знал, что может сейчас позвонить, но при этом его разум протестовал. Он почувствовал, как его тело сопротивляется, как его ноги хотят убежать, как что-то внутри кричит. Он не мог больше тянуть. Феликс позвонил Джисону в такое время. Каким-то магическим образом уверил в том, что все в порядке и спросил, может ли он завтра прийти к нему. Минхо – муж Джисона – не был в восторге от всего этого. – Феликс, что случилось? – спросил альфа, выхватив из рук мужа телефон. –Я… ничего такого, просто… – Просто? – Ладно, я все расскажу, только я не знаю, смогу ли выйти отсюда. – Адрес диктуй, – потребовал Минхо. – Я не хочу, чтобы у вас были проблемы из-за меня. – Я говорю тебе диктовать адрес и побыстрее, – тон альфы стал еще более грубым. – Ладно… Он выбросил телефон из окна, несмотря на то, что сам хотел прыгнуть. Но... а что ему оставалось? Он снова посмотрел на конверт, на строку, которая не отпускала его. Время… Минхо забрал его. Феликс ничего не стал забирать, только документы и фотографии семьи. Он оставил деньги за аренду в доме и уже утром позвонил хозяйке, объяснил все и рассказал, где и что оставил. Так у него и не стало дома, не было работы. – Хен, – подал голос Феликс, пока Минхо вез его в их с Джисоном дом. – Все хорошо, не переживай, Джисон рассказывал, какой ты, – Минхо отвлекся от дороги всего на секунду для того, чтобы посмотреть на Феликса и слабо ему улыбнуться. – Будут проблемы… у вас есть дети… – Не делай из мухи слона, хорошо? – Минхо не понимал всю серьезность, или просто не осознавал пока что. – Хен… спасибо… – Я еще ничего не сделал, не стоит.

***

– Феликс! – Джисон был весь на иголках. Он сидел в гостиной, когда услышал, как отворяется дверь. Омега очень волновался, успокоился только тогда, когда увидел светлую макушку Феликса. – Все будет хорошо, Феликс. Ты как? Ничего страшного же не случилось? Чего молчите? Минхо? – Нет, милый, все в порядке, – уверил Минхо. – А что тогда? – Какие-то странные люди хотели сделать из меня шлюху, – Феликс звучал без эмоций, было видно, что ему нелегко говорить об этом. – Боже, Феликс, – Джисон обнял его, Минхо оставил их. Так было надо.

***

Джисон был странным, но хорошим, добрым и хотел помочь Феликсу всем сердцем, без плохих намерений. Он был счастлив, любим… и Феликс в начале их дружбы даже завидовал ему белой завистью. Джисон нашел своего истинного, когда проходил курсы для квалификации. Он работал преподавателем в престижной частной школе. Был специалистом Японского и Английского языков. По его рассказам, это было похоже на сказку. Минхо был одним из преподавателей, они столкнулись в столовой. Когда Ли стал жить с ними, понял, что любит Минхо и вправду, как в сказках. Он светился рядом с мужем и детьми. Сейчас же они вместе уже шесть лет, замужем четыре, у них есть сын – Сынмини, а сейчас они с Минхо ждут второго малыша. Они даже работали в школе вместе. Минхо тоже очень хороший человек. Ох… как же сильно он любит своего мужа, Феликс даже слезу пускал от милоты. С Минхо он тоже подружился быстро. Он не был им нужен. Только портил семейную идиллию своим присутствием и постоянными проблемами. – Я нашел дом, – за ужином начал разговор Феликс. – Ты гостишь у нас всего пять дней, Феликс. Ты точно уверен, что сможешь жить один? После всего… – Минхо прав, Ликс, ты нам не мешаешь, – светло улыбнулся Джисон, поглаживая живот. Феликс не знал, что ответить. Он затих. Наблюдал за тем, как Джисон водит рукой по животу так, словно был под гипнозом. У него был бы примерно такой же срок… – Все будет хорошо, мне уже лучше, – через силу выдавил из себя улыбку Феликс.

***

– Ты всегда можешь вернуться, наши двери открыты для тебя, хорошо? – Джисон обнял Феликса крепко-крепко. – Все будет хорошо, Фел. Позвони мне, как будет удобно. – Спасибо тебе за все, Сони. Еще увидимся. – Пока, дядя Ликси, – Сынмини тоже помахал ручкой. Он вышел попрощаться. – Мини, мой милый мальчик, дядя придет в гости и принесёт тебе много-много сладостей и мягких игрушек, хорошо? – Ура! – обрадовался малыш и полез обниматься. – Ну все, идем, – подал голос Минхо. – Пока, – Джисон помахал другу и его мужу, который как раз и вез его в новую съемную квартиру, которой не существовало.

💍💍💍