Унося печали со стопкой сакэ

      — Следующий вопрос вряд ли тебе понравится… Но бежать всë равно некуда, верно? — своë волнение владелица бара решила скрыть за глотком чистого сакэ, которое уже давно еë не берëт.       Оме же, грубо говоря, до фонаря все предостережения. Пока не нарушены определëнные рамки, он способен говорить хоть до рассве…       — Поведай Аматэрасу-о-миками об этом… Какой самый ужасный поступок, который ты совершал?       …Или нет.       На мгновение Анджи подумала, что сейчас на месте друга вторая личность — когда Накаджима был «у руля», то точно также прожигал пустым взглядом. Однако на лицо лидера быстро вернулась привычная всем улыбка, и тот спокойно спросил:       — Те какой именно назвать? У меня там це-е-е-елый список совершëнного пиздеца, ток год уточни! — смех у Кокичи вышел совсем уж натянутым, что не мог понять лишь недалëкий дурень вроде Гонты. — Чë, не получится отмазаться?       Йонага покачала головой.       — Можешь прошептать мне на ушко, если так стыдно признаться, — приблизившись, с ноткой ехидства предложила девушка и оглянулась на остальных посетителей бара. Благодаря алкоголю им было плевать на сладкую парочку в углу, что… Не могло не радовать.       — Уверена, что хошь знать? Я за упоминание этого кому угодно ебучку набью, — внезапно абсолютно серьëзно прошипел Ома, сбросив маску беззаботности. Анджи чуть подумала и кивнула. — Ну, слушай… Помнишь, вы задавались вопросом, мол, чë я так нариков не люблю? Это потому что мать моя такой же была… А я убил еë в виде мутанта. В пять лет, типа. Конец.       …М-да. Не такого, конечно, она ожидала от простой игры на выпивку.