Бесконечность

Движения получались сухие и не пластичные. Будто не человек, а дерево. В Пусане, Чонин тренировался раз в неделю и то, не учил ничего нового, всего лишь повторял старые заученные практики. Свою страницу в инсте закрыл и удалил подписчиков, но удалять посты палец не поднялся. Ему предстояло заново вспомнить это приятное чувство ожидания и счастья, когда все тело ноет от усталости, но усталость эта от движений и любимого дела. Заново овладеть своим телом. Сынмин пытался помочь. Они оставались после основной тренировкой и прорабатывали движения. Иногда, ради прикола, учили что-то для дуэта. Забавы ради. Мин наблюдал за ним через зеркало и видел разницу. Прошлый Чонин не был зажат, с гордо поднятой головой смотрел прямо и повторял одно и тоже снова и снова. Нынешний Чонин, когда у него проскальзывали ошибки, зажимался, останавливался и гипнотизировал одну точку, точно ругая себя. — Чонин, — окликнул Ким. — А? — остановившись, устало глянул на парня. — Отдохни, пожалуйста, — протянул воду. Пока Чонин жадно пил воду, Сынмин изучающим взглядом рассматривал друга и думал как же вернуть ту старую страсть и желание танцевать. Чонин точно не забыл любовь к танцам. Его глаза горели, даже если этот огонек стал совершенно слабый и почти не различить. Если он вернулся, значит, хотел дать себе шанс, так? Однако, что-то сдерживало. Но что? — Привет, ребята! Вы такие усердные. Спасибо за вашу работу, — вошел Чан и поклонился им в знак благодарности. Чонин отвернулся. Видеть его сил нет. И, вообще, Ян заметил, что Чан стал более вежливым и добрее и вспышек гнева от него давно не видно. Он слушал каждого, подходил и помогал. — Сынмин, можешь идти домой. Дальше я с ним сам, — чуть тише сказал Чан, умоляюще смотря на Кима. Сынмин призадумался, но медленно кивнул, прощаясь с Ином. Взгляд Чонина так и вторил предатель! Блядство! Когда Сынмин ушел, в зале повисла тишина. Один пытался спрятаться, но было некуда, другой делал вид, что разминался, хотя, на самом деле, размышлял с чего начать диалог. Так они провели десять минут, пока Чонин (снова, ага) не взорвался. — И почему ты снова здесь? — глубоко вздохнул. — В смысле? — Я снова дал шанс танцам, потому что меня уговорили и дали понять, что я больше не увижу тебя, но вернувшись, узнаю, что ты до сих пор здесь и снова мой лидер! — Так не рад, что встретил меня? — Ты… ты… — глядел на него с болью в глазах, — Ты не представляешь как сломал мое желание идти дальше. Ты был для меня примером! Я хотел быть таким же, как ты, — Чонин не хотел заводить этот разговор, но мысли, которые крутились все четыре года вырвались наружу, — Но а я получил в ответ, что обуза и что ты ошибся во мне. Хен, мы подружились с тобой! Конечно, я убежал и решил забыть обо всем, однако, если выбирать, то я вновь поддался сердцу и решил попробовать вернуться. Чан молчал. — И на этот раз, я не убегу. Я стану лучше тебя и добьюсь успеха! — А вот это лучше, — улыбнулся Чан. — Что? — Получается, я снова стал твоей мотивацией только по другому. — Видимо, так и есть. — А насчет нашей ссоры… Чан почесал затылок, опустив глаза на пол. Ему действительно было стыдно. К Чонину, в первую очередь, он относился как к младшему брату, а потом уже как танцор его команды. — Признаю, поступил ужасно по отношению к тебе. Надеюсь, когда-нибудь, ты простишь меня. — Если нет? — Ну и ладно. Главное… обязательно стань лучше меня, — подмигнул Чан. Он вел себя зрело. Говорил спокойно, не переходил на крик и не обвинял, как делал Чонин. Эти слова, что Ян хотел стать лучше Чана пришли только сейчас. Сам в это он не очень-то верил. — Давай повторим первую часть, а потом по домам? Чонин кивнул. Они вернулись в начало.

***

— Почему в Сеуле так дорого снимать студию? Комната пропахла мятным чаем, кровать прогнулась под весом Чонина. Листая ленту предлагаемого жилья, все было дорого! То, что он накопил за три года работы не хватит. Если только на продукты и на собственные траты. — Инни, ужин готов! — прокричала с первого этажа мать. Внезапный крик немного напугал и телефон свалился прямо на нос. Чонин завыл из-за внезапной боли и закрутился на кровати. Ну уж нет, надо срочно съезжать. Мамина гиперопека выводила. Чонин чувствовал себя некомфортно. Она до сих пор относилась к нему как к маленькому ребенку, хотя он выше нее на пол головы! Отцу было все равно, а вот мама… будто десять лет его не видела. Женщина пыталась раскормить своего сына, проверяла, чем он занимался и постоянно спрашивала про учебу в университете. Чонин слушал, отвечал, но мысленно закатывал глаза. Не думайте, он любил маму и был благодарен ей за многое, но… иногда она перегибала палку. — Слушай, ты не знаешь где можно найти дешевую студию? Даже если будет не пройти не проехать для меня сойдет. — Зачем? — Сам знаешь. Перед тренировкой, когда Сынмин и Чонин разминались, Ян решил попросить совета у старого друга. — Мама? — Ага… — Ну, в Сеуле довольно дорого снимать жилье, как и обычную квартиру, так и студию. Я сам хочу сьехать, но понимаю, что один не потяну. — А если найти соседа? — Тогда, думаю, легче. В голову пришла безумная идея, но Чонин не торопился озвучивать ее вслух. Однако, кое-кому пришла точно такая же мысль. — Я тут думаю… совсем скоро я заканчиваю университет и планировал сьехать от мамы и жить отдельно. Возможно… — нахмурился, — Мы могли бы стать соседями? — Ты серьезно? — Почему бы и нет? Если, конечно, тебе комфортно. Чонин относился к Сынмину хорошо. Парни никогда сильно не ругались. Когда Ян сбежал, Сынмин не обвинял его и не был зол. Он сам пришел за ним, чтобы Ин вернулся. В детстве, Чонин считал, что они соулмейты, которым повезло встретить друг друга. И дать шанс Сынмину вернуть то общение было не так уж и плохо. Чонин просто не мог делать вид, что Мина не существует. — Хорошо, попробуем, — улыбнулся Ян. У Сынмина аж лицо засияло.

***

Переезд был назначен на январь. Весь декабрь, Чонин терпел свою мать и нятягивал фальшивую улыбку. Конечно же, он не валялся дома просто без дела. Чонин уделял время танцам и поискам работы. Ян собирался жить с Сынмином, но деньги нужны по любому. Работать в кафе желания нет, в супермаркете тоже одно хамло. Ян долго искал подходящую вакансию для себя и, в итоге, остановился на доставщике. Для работы нужны права на мопед, быть отзывчивым и доброжелательным. То что надо! Но у него нет прав и нет мопеда. Следующее, чем парень занялся, записался на курсы по вождению и собирался купить недорогой мопед старой модели. Эта работа подходила из-за расписания и, к тому же, чаевые от покупателей. С утра до пяти идеально, а потом ехать на тренировку в шесть на собственном мопеде. Ох, какая продуктивность! Жизнь заиграла новыми красками. И в ней не было места только для танцев. Всегда должен был быть другой вариант, если этот не получится. Ведь у Сынмина тоже есть подушка безопасности. — С чего вдруг ты решил пойти на препода по английскому? Как-то, в середине декабря, когда тренировка подошла к концу и все собрались домой, Сынмин и Чонин пошли вдвоем. Снег покрыл улицы. Деревья и елки украшены разноцветными гирляндами. Совсем чуть-чуть осталось до Рождества. — Не знаю. Когда закончил школу, не долго размышляя, пошел обучаться языку. — Вроде бы твоя душа никогда не лежала к английскому, а наоборот, к точным наукам. — Не сказал бы. В старшей школе меня заинтересовал этот язык из-за любимого сериала. — Какого? — Знаешь, — остановился Ким, — Мы разговариваем, будто и никогда не были знакомы. — Наверное в то время я был занят тренировками и... мы мало проводили время вместе. — Возможно, — тоже погрустнел, но понял, чем был увлечен Чонин. — Так... что за сериал? — Друзья. — Первый раз слышу... Ким был до такой степени возмущен, что остановился. — Ты сейчас шутишь, да? — Неа. — Ян Чонин! Когда сьедимся, то мы обязаны посмотреть все сезоны. Он такой легкий и классный. Много где можно посмеяться и расслабиться вечером. Для Чонина до сих пор непривычно слышать «когда мы съедемся». И жизнь Чонина закрутилась. Утром на курсы, днем домой, быстрый перекус, следующее шла тренировка и потом после десяти тело Чонина соприкасалось с кроватью и он моментально засыпал. В таком расписании Ян жил до конца декабря, пока не получил права, и купил, получается, подарок себе на Новый год - мопед. — Меня взяли на работу! — с радостью забежал в танцевальную студию парень. Остальные ребята глянули в его сторону. Феликс подбежал первым и крепко обнял Яна, Хван словесно поздравил, Минхо и Джисон так же разделили его радость. — Ты у нас теперь взрослый малый, — подколол Хан. — Вообще-то, до этого я работал. — Но ты же ушел оттуда. Не факт, что ты мог бы найти новую работу. Но то, что ты реально старался для этого, а мы это видели, очень классно. Как Чонин узнал от самого Бан Чана, Джисон был бывшим боксером, собственно как и Минхо. Возлюбленные познакомились на боксе. Ненавидели друг друга, чуть не убили друг друга, а в конечном итоге, влюбились. Вместе уже как четыре года. Единственное, что он знал на данный момент. Эти двое были самые странные и загадочные в их группе. — Поздравляю, соседушка, — высунул язык Мин. — Пф. Этим вечером тренировка была жесткой. Оставалось два месяца. Команда отрабатывала и чистила движения раз двадцать если не больше. Придумывали номер, что-то переделывали, придурялись, когда было на это время. Чонин не выдержал такой нагрузки после сумасшедших дней до этого и поскользнулся. Чан быстро оказался рядом и подхватил его. Оглядев ногу, все оказалось в порядке. — Посиди. Ты молодец. Взгляд Яна, устремленный на Чана, был одновременно удивленным и благодарным. Теперь он сидел на диване и наблюдал со стороны. У Хенджина та самая грация, которую Чонин видел с самого начала, однако, сейчас, парень еще лучше отточил свое мастерство. Феликс привлекал мимикой и силой в ногах. Джисон был артистичным на сцене, будто не танцевал, а играл. От Минхо шла четкая и серьезная аура. Из всех, ему больше всего нравилось как двигался старший Ли. Чанбин был резким и, благодаря своему телу, движения были широкие. Но ему никогда не доводилось смотреть как танцует Сынмин. Когда ты наблюдаешь за своей командой через зеркало это ощущалось по другому, и сидя на диване, было видно чуть иначе. Техника Сынмина отточена. Видно, что он много практиковался. Ким совершал небольшие ошибки, но выполнял движения до конца. Не то что Чонин. Его проблема крылась в этом. Ян слишком торопился и не доделывал до конца. И все прекрасно это видели, но молчали. Даже Чан. Как бы не справедливо. К слову, о Чане. Чонин сложил руки на крест и хмуро уставился на лидера. Чан истекал потом, из-за его белоснежной кожи появились красные пятна. Сегодня на нем безрукавка и короткие шорты. Чан вообще не любил закрытую одежду и поэтому на глаза попадались его открытые участки тела. К примеру, острые ключицы, или же тонкие бицепсы, на которых видно вены до ладоней. Когда он подпрыгивал, майка открывала красивый торс, а приземлившись, его ноги напрягались. Чонин хорошо изучал его, медленно проходясь по каждой части. Чан остановился, чтобы передохнуть и оперся ладонями о колени, с трудом переводя дыхание. Пот стекал вниз, начиная с виска и следуя по линии шеи. Язык инстинктивно облизнул собственные губы. Интересно… какой он на вкус? Мысли ударили в голову и Ян ощутил давление внизу. — Блять, — шикнул на себя же и скрестил ноги вместе. Этого еще не хватало. — Ай, ай, пожалуйста, аккуратнее с моей полкой! — контролировал рабочих Сынмин. В январе, Чонин и Мин нашли идеальную студию для них. Небольшая комната, где стоял один диван, одна кровать, место для полок и одного высокого шкафа. Маленькая, но уютная кухня и ванна. Студия была светлой, со стороны солнца. Стены молочного оттенка, а рядом с кроватью от бывшего владельца остались звезды, которые светились в темноте. Переезд оказался тяжелым. Во-первых, мама Чонина долго не хотел отпускать сына. — Я очень долго ждала тебя с Пусана, чтобы вновь отпустить? Тогда, я пошла на уступки, потому что видела, что тебе было плохо, но зачем сейчас? — Мама, я буквально буду жить через пару улиц от тебя. Не в другом же городе. Тем более, со мной Сынмин. Мне двадцать один, дай мне самому принимать решения. У меня есть работа и я буду не с чужим человеком. — Ты уверен? Вы точно справитесь вдвоем? — Что может пойти не так, — успокаивал ее Чонин.

***

Во-вторых. — Нам нужно распределить обязанности. — Чего? — Нас двое. Мы скидываемся на сьем каждый месяц. Значит, каждый выполняет свою часть. Ты ж сам сказал, что взрослый, — сложил руки на грудь, — Что у тебя получается лучшего всего? — Ну... — сев на стул, задумался Чонин, — Не знаю даже... — Да мы друзья, однако, поблажек от меня не жди. Я не собираюсь все делать сам, чувак. — Да понял, понял. Убираться буду, стирать мою и твою одежду. — Готовить нифига не умеешь, значит. — Не умею, — надулся, — В Пусане бабушка кормила... — Ох, ладно. Тогда, я напишу список обязанностей и повешу на холодильнк. Кухня маленькая. Вдвоем не поместимся. — Нужно еще какие-нибудь вещи перетащить? — Да вроде самое главное забрал у родителей, — оглядываясь, размышлял Ким, — Заниматься онлайн буду с учениками. — Когда у тебя следующий урок? — В эту субботу. У меня есть два старых ученика. Нужно теперь новых набирать. Им нравилось это место. Оно было просторным. На шестом этаже. Главное, чтобы не убили друг друга от совместного жилья. Этот вечер они проводили вместе. Сынмин приготовил простой ужин (лапша с курицей), налил газировку и оба уселись на пол за стол перед телевизором. Как и Мин обещал, они принялись за просмотр Друзей. — В оригинале? — Буду учить тебя английскому. Бесплатно. — Хах, глянем. Сериал затянул. Обычно, Ян редко смотрел что-то с гетеро отношенями, хотя, даже здесь были намеки на геев. Мысли бегали туда сюда, но парень умудрялся понимать и ржать с некоторых шуток. Иногда, он спрашивал перевод у Кима. Фразы не такие уж и сложные. Посмотрев десять серий, к одиннадцати стало вырубать. — Сегодня сделаю исключение, — начал Сынмин, — Помою посуду, а ты бегом в душ. — За что? — За первый день здесь. Иди, пока не передумал. — Спасибо, Минни! — довольно побежал в ванную. Сынмин посмеялся из-за ребячества друга и встал с пола, направлясь на кухню. Как же ему нравилось, что Ян Чонин вернулся. Без него в жизни было серо. Когда Сынмин гулял в одиночестве, то в голове раздавался знакомый смех. Оборачиваясь, никого нет. Дружба в длинной со средней школы не могла просто испариться. Было тяжело принять тот факт, что Ян бросил его и ничего не сказал. А танцы Сынмин решил попробовать ради Яна. Хотелось оставить в своей жизни хоть какой-то кусочек связанный с ним. И Сынмин представить не мог, что такое хобби затянет. Тогда он и понял, что чувствовал Чонин. Намывая посуду, Ким вспоминал прошлое. Когда на кухне все сияло, Ким прошел мимо двери ванны и она распахнулась. Оттуда с паром вышел Ян. С голым торсом. — Классный душ! Тебе понравится. Сынмин незаинтересованно бросил взгляд в сторону друга. Неожиданно глаза расширились. Тело Чонина подтянулось. Видна линия на животе и, если он продолжит дальше, то возможно получит хорошие и твердые кубики к которым можно прикоснуться... Небольшая линия пушка шла с пупка до низа, закрывая конец боксерами. Капли воды стекали вниз, очерчивая талию. Пахло огуречным гелем для душа с ноктами зеленого чая. Ким сглотнул. — Не стыдно выходить вот так? — А чего? Стесняешься? — радостно заиграл бровями. Сынмин слегка покраснел и ничего не ответил. Резко пролетев мимо парня, он закрылся в ванной. Дверь захлопнулась, а лоб Сынмина прислонился к этой деревяшке. — Вот черт... — глубоко задышал Ким, смотря вниз.

***

— Ты такой медленный, Чонин! Отстаешь от других. Если в начале, ты торопился, то сейчас, я не вижу, чтобы ты старался. Что с тобой происходит?Иди в середину зала и повтори все заново столько, сколько я скажу. Чонин остановился, задыхаясь от боли в ногах. Воздуха катастрофически не хватало. Все остальные отошли в сторону. Даже Сынмин отошел. Далеко. Не дотянуться. — Недостаточно, — грубо крикнули со стороны. Чонин падал, вставал, потом снова падал и вставал, пока кровь на ладонях не появилась. Ян испугался. Вокруг стемнело. Никого не видно. Будто ослеп. Крича в пустоту никого нет, а запах метала приближался. Заорав наяву, Чонин вскочил, тянувшись вперед. Это просто сон. Отвратный кошмар. Ян спал на диване, поэтому одеяло сползло, а он практически ухватился за подлокотник, чтобы не свалиться. Бросив взгляд в сторону Сынмина, тот крепко спал. Чонин истекал холодным потом. Медленно поднявшись, парень пошел умыться и прийти в себя. Он с ума сошел. Чужие глаза открылись в ночи и грустно глянули на закрытую дверь.