Он кот

— Будешь свободен, если сделаешь меня счастливым, — говорит Кот, вытянувшись на своей огромной постели.

КАК ПРИРУЧИТЬ КОТА ПРИЗРАКА

Эдвин хмурится, разглядывая пушистое пузо. Оно гораздо светлее, чем спина Кота, так и манит запустить руку, погладить, подарить немного ласки им обоим... Вот только Эдвин знает, что это ловушка. Видит по хитрющим золотым глазам. Стоит лишь протянуть ладонь, коснуться шелковистой шерсти, как на руке сомкнутся ядовитые когти, Кот свернётся калачиком, вцепится намертво, раздирая кожу точными ударами задних лап. Для надёжности ещё и укусит. Нервно сжав запястье, успокаивая несуществующие царапины, Эдвин подозрительно прищуривается: — И что же сделает тебя счастливым? Кот выгибается ещё сильнее, бодает головой матрац, метёт хвостом по простыням. — Не знаю, мы можем что-то придумать, — мурлычет он, то и дело сжимая и разжимая лапы, будто пытается месить воздух. Острые когти прячутся в глубине нежных подушечек. Кот играет с ним. Развлекается в своей смертельной игре, обволакивает мнимой безопасностью, соблазняет красотой лоснящейся шерсти. А когда ему надоест, Эдвина постигнет судьба тех, кто оставил перья на деревянном полу старого склада. Король кошек без сожалений перебьёт ему хребет. Сглотнув, Эдвин делает шаг назад. Кот продолжает валяться на кровати, мурлыча и выгибаясь всем телом, но когда он замечает беспокойство Эдвина, то быстро переворачивается на живот и садится прямо, обнимая передние лапы рыжим хвостом. — Ладно, я вижу что оскорбляю твои призрачные предрассудки, поэтому дам тебе выбор. Он грациозно спрыгивает на пол, шагает к Эдвину, распушив свой огромный хвост, пока сам Эдвин позорно отступает, опасаясь непонятно чего. Ну, не убьет ведь его Король кошек, в самом деле! Правда ведь? — Посчитай всех котов в Порт-Таундсенде и будешь свободен. Эдвин возмущённо дёргает кошачий ошейник на шее. Маленький колокольчик тихонько звенит, раздражая ещё больше. — Ты предлагаешь мне ходить по городу вот так?! Но Кот не отвечает. Царственно склонив голову, он взмахивает хвостом, а в следующую секунду Эдвин оказывается перед главными воротами консервного завода. Обеспокоенные Чарльз и Кристалл бегут ему навстречу, пока не замечают сияющий в рассветных лучах золотой колокольчик на его шее. — Что это такое, приятель? — удивлённо спрашивает Чарльз. Ох, им предстоит сложный разговор. Эдвин ненавидит кошек от всей души.

***

— Как это вообще произошло? — интересуется Чарльз, сидя на корточках на столе рядом с Эдвином, ковыряясь тонкой отмычкой в крохотном золотом замочке. — В смысле, это ведь кот, как он умудрился достать до твоей шеи, чтобы сотворить это заклятие? Эдвин на секунду проваливается в прошлое, в воспоминания, где он падает на большую круглую кровать, когда Король кошек переносит их обоих подальше от Чарльза, Кристалл и армии своих подданных. вот только вместо того, чтобы сразу же вскочить на ноги, Эдвин почему-то продолжает сидеть, завороженно разглядывая лоснящуюся шерсть. Кот ходит вокруг, мурлыча, отвлекая комплиментами, заколдовывая своей магией. пушистый хвост касается то тут, то там, скользит по груди, поднимается выше, нежно касаясь горла... Эдвина грубо вырывает из наваждения звон колокольчика и оглушительное «Мяу». Вернувшись в реальность, он выгибает шею, стараясь дать Чарльзу больше места и не пересекаться с ним взглядами. — Не имею ни малейшего понятия. Король кошек — особенный кот. Он колдун, практически божество. Я не стал бы недооценивать его только из-за того, что у него четыре лапы и хвост. — Но ты всё равно попался в его ловушку, — фыркает Чарльз, склоняясь ещё ближе, почти уткнувшись носом в шею Эдвина. — Это не связано, — Эдвин заносчиво вздёргивает подбородок. — Я прекрасно осознавал опасность, которая могла мне угрожать. С резким «Дзынь!» отмычка внезапно ломается, и Чарльз раздражённо отбрасывает её на стол к остальным. — Это уже пятая. Прости, приятель, мне кажется, я не смогу взломать этот замок. Эдвин морщится, потирая шею. Стоило попытаться. — В любом случае, спасибо, Чарльз, — примирительно говорит он. В ответ Чарльз шутливо бьёт кулаком в его плечо. — Ты должен мне набор отмычек. — Как только мы вернёмся в Лондон. Чарльз несчастно стонет и спрыгивает со стола.

***

— По-моему, это очень мило, — улыбается Нико, разглядывая колокольчик, который виднеется из-под бабочки и сопровождает мелодичным звоном каждый шаг. Хорошо хоть улица пуста. — Мило? — Эдвин уже почти не злится (на Нико вообще невозможно злиться), но всё равно не упускает возможность пожаловаться.— Это унизительно, Нико. Он посадил меня на поводок, как животное, притом что он сам кот! — Но ты ведь первый поймал одного из его подданных. — Это разные вещи, — Эдвин упрямо складывает руки на груди, разглядывая осеннюю улицу. — К тому же, тот кот сидел на поводке всего пару минут, пока он не рассказал мне всё, что нужно было знать. А я хожу с этим проклятым колокольчиком уже несколько дней! — Может быть, для кота это был травмирующий опыт? — дипломатично предполагает Нико, умудряясь поспевать за широким, сердитым шагом Эдвина. — Пф-ф! Он всего лишь кот, — закатывает глаза Эдвин, немного сбавляя скорость, чтобы колокольчик не звенел на всю округу. Нико не отвечает. Может быть, потому что ей и нечего сказать, а может быть, потому что они уже пришли к мясной лавке и настало время продолжить расследование трагедии дома Девлинов.

***

Царапины болезненно горят на ноге, пока Эдвин, стараясь не хромать, торопливо следует за кошкой по тропинке вдоль берега. Колокольчик весело звенит на каждом шагу, присоединяясь к шуму волн. Ожидаемо, кошка приводит его к своему Королю, после чего исчезает в кустах. — Здравствуй, Эдвин, ты замечал, что на открытках к Хэллоуину призраки нарисованы вместе с кошками? Возможно, из нас получилась бы прекрасная пара, — мурлычет Кот, совершенно по-царски улёгшись на парапете, сложив одну переднюю лапу на другую. Возможно, Нико нашла бы эту картину безумно милой. Эдвин же совершенно не подвержен влиянию сиюминутных чувств. — В Порт-Таундсенде сто сорок две кошки, — говорит он деловым тоном, выпрямив спину, по привычке сложив пальцы треугольником. — В Порт-Таундсенде совершенно точно не что сорок две кошки, — закатив глаза, Кот взмахивает хвостом, прежде чем подняться на лапы. Эдвин разочарованно вздыхает. — Почему тебя вообще это радует? — спрашивает он. — Потому что я могу провести с тобой больше времени, — мурлычет Кот, улыбаясь во всю свою кошачью морду. — Иди сюда, сядь ко мне, я не кусаюсь. Честно. Несколько минут Эдвин подозрительно оглядывает его от кончиков мягких лап, до рыжих ушей с кисточками, но в конце концов сдаётся и подходит ближе. — Между прочим, у меня в разгаре дело. Кот проворно запрыгивает к нему на колени, стоит лишь присесть. — Почему тебя так беспокоят проблемы абсолютных незнакомцев? — спрашивает он, заглядывая Эдвину в глаза. Мягкие лапы приятно мнут ноги, успокаивая жалящую боль. — Навряд ли ты поймёшь, но я помогаю призракам ради справедливости, — педантично отвечает Эдвин, неосознанно придерживая Кота за спину, чтобы он не упал. Всё-таки Король достаточно крупный кот для тощих коленей Эдвина. — Ох, вау, это прекрасно. Твой пиарщик придумал? — фыркает Кот, дёрнув хвостом. А затем он вдруг встаёт на задние лапы, опираясь на плечи Эдвина, оказываясь неожиданно близко, нос к носу. — Нет, дело не в этом. Правда кроется где-то в глубине этих зелёных глаз. Скажи мне. Мягкая подушечка со спрятанными когтями внезапно трогает губы Эдвина, и... Он не может сдержать слов: — Я стараюсь делать добрые дела, чтобы попросить о снисхождении, если я вернусь в Ад. Кот сочувственно, по-человечески, кивает на это внезапное откровение. Ещё одним прикосновением он снимает заклинание, а затем устраивается в руках Эдвина, положив голову ему на плечо, согревая мёртвую грудь своим живым теплом. — Видишь? От правды всегда становится легче, — мурлычет он в самое ухо. — Тебе не нужно притворяться рядом со мной. Мне нравятся твои тайны. — Мне стыдно, — признаётся Эдвин, поглаживая Кота по спине. — Это эгоистично. Острые когти лениво впиваются в плечо, играючи пронзая пальто. Они не касаются кожи просто потому, что Кот не хочет навредить, лишь предупреждает. Но Эдвину этого достаточно, чтобы вспомнить, КТО так доверчиво сидит у него на коленях. — А теперь, если у тебя нет других заклинаний, мне пора, — он неловко пытается вывернуться из лап Кота, стараясь сохранить при себе все свои призрачные части тела. — Нужно раскрыть дело. Кот не царапает его, но совершенно не помогает вытащить свои когти из пальто. Когда Эдвин наконец отсаживает его на парапет и встаёт, тот выглядит таким несчастным, что Эдвин не может сдержаться: стянув с руки перчатку, он осторожно касается большой головы, почёсывая Кота между ушами. Мягкая шерсть странно щекочет ладонь, будто сквозь толщу воды. Но это приятно. Приятно чувствовать хоть что-то, кроме боли от железа и ядовитых кошачьих царапин. — Не скучай, — говорит Эдвин, после чего разворачивается, чтобы уйти, но Кот неожиданно снова зовёт его, вынуждая повернуться обратно. — Продолжай считать кошек, — счастливым тоном напоминает он. — Сто сорок два? Да ладно. Его смех летит в спину Эдвина, впиваясь в лопатки репейником.

***

— Эдвин, почему ты весь в шерсти? — удивлённо спрашивает Чарльз, когда они направляются в лавку Трагика Мика за оружием для морского монстра. — Это шерсть Короля кошек? — почти восторженно пищит Нико. — Он дал тебе себя погладить? — Удачи теперь очистить пальто, — насмешливо припечатывает Кристалл. Пальто, рубашка, бриджи и даже бабочка... Вся одежда в вездесущих рыжих волосках. Нет, правда, Эдвин ненавидит кошек.