Непостижимая музыка

      Если в первом сезоне авторы не стали делать акцент на квинтете Шуберта, из-за чего добрая половина зрителей, скорее всего, больше заинтересовалась внутренним убранством книжного, нежели какой-то классической музыкой, звучавшей на фоне, то во втором сезоне ситуация в корне меняется. Во-первых, находясь в музыкальной лавке и разговаривая с ее владелицей Мэгги, Азирафель несколько раз упоминает имя Шостаковича, во-вторых, фанатам предоставляется возможность детально рассмотреть конверт с названием приобретенной ангелом пластинки вышеупомянутого композитора. Складывается ощущение, что мистер Гейман умышленно обращает наше внимание на название, недвусмысленно намекая на то, что данное произведение, а именно Симфония № 5, содержит в себе нечто важное, что поможет не только лучше понять, но и, возможно, даже предугадать дальнейшее развитие событий.       Для начала стоит сказать пару слов о самом Дмитрии Шостаковиче – известном пианисте и композиторе, покорившем в свое время сердца не только советских людей, но и европейцев, и американцев. Он является автором большого количества произведений самых разных жанров, среди которых – балеты, оперы, фортепианная музыка и т.д. Из всего многообразия сочинений великого композитора особенно выделяются написанные им симфонии, названные современниками «великой эпохой русской и мировой музыки». В таком случае, перейдем непосредственно к разбору Симфонии №5 d-moll.       Вновь обратившись к «Идеям к эстетике музыкального искусства», находим, что Шубарт сравнивал звучание ре минора – главной тональности интересующего нас произведения – с образом «меланхоличной женственности».       Используя термин «женственность» по отношению исключительно к женским персонажам, разумеется, сразу же возникает связь с Ниной и Мэгги – новыми героинями сериала, вокруг чьих отношений складывается одна из центральных сюжетных линей второго сезона. На ум также приходят Шакс, выбранная адом на должность искусителя, ранее занимаемую Кроули, наивная Мюриэль, которой поручают наблюдать за главными предателями по версии Небес и Преисподней, а также моя любимая Вельзевул. Однако, при более детальном разборе слова, выясняется, что под женственностью стоит понимать целый набор качеств, таких как чувственность, нежность, мягкость, а также сила духа, самоотверженность и милосердие. Нежность и мягкость невооруженным глазом считываются в образе хозяйки музыкального магазина, однако на этом описание характера Мэгги не заканчивается, ведь во время осады книжного низшими демонами она предстает перед зрителями сильной и смелой девушкой, готовой подвергнуть свою жизнь опасности ради спасения ближнего. Владелица кофейни с интересным названием «Give me coffee or give me death» хоть и показана в самом начале достаточно холодной и закрытой, к концу действия раскрывается с новой стороны, и мы узнаем, что Нина, как и Мэгги, чувственная, нежная, ранимая, но вместе с тем отважная и милосердная. Ко всему прочему, мне кажется, что приведенными выше качествами наделены и главные герои созданной Гейманом и Пратчеттом вселенной.       Что же касается меланхолии, то здесь тоже все понятно: данный термин в психологии используется для описания довольно длительного состояния тоски и грусти, зачастую не имеющего под собой очевидных причин. Даже опуская концовку сезона, где печаль и пронизывающая сердце боль достигают своей кульминации, я все равно нахожу, что общая атмосфера сезона достаточно меланхоличная. В открывающей сцене «Before the beginning» мы видим знакомство Азирафеля и Кроули, и, помня, с какой нежностью ангел смотрел на создателя туманности и звезд, становится грустно от осознания, что наш всепрощающий страж, во-первых, тоскует по тому времени, когда его друг мог искренне улыбаться, не пряча за солнцезащитными очками свои истинные чувства, во-вторых, возможно, до сих пор испытывает вину за то, что проболтался об уничтожении всего сущего, так как именно это по итогу и привело к падению Кроули. Что касается демона, то после не случившегося Конца Света он мало того, что лишился крова и вынужден жить в собственной машине, так ещё и вновь рискует потерять своего лучшего друга из-за нависшей над ними двумя опасности в лице пропавшего Архангела Гавриила. Мэгги, кроме неразделенных чувств, испытывает еще и финансовые трудности, а у Нины серьезные проблемы в отношениях.       Однако для того, чтобы лучше понять истинную причину появления симфонии Шостаковича в данном сезоне, необходимо ознакомиться с историей ее создания.       Используя в отношении какой-либо исторической личности слова «известный», «всенародно любимый», мы забываем, что подавляющему большинству деятелей культуры приходилось добиваться уважения и признания публикой их таланта на протяжении долгих лет упорной работы. Дмитрию Шостаковичу, ставшему в свои двадцать лет известным на весь мир композитором, как и многим его современникам, не посчастливилось столкнуться с непониманием. В конце 30-х годов XX века в прессе развернулась необыкновенная по своей масштабности травля музыканта, которого обвиняли в формализме – концепции, отвергавшей важность идейного содержания произведения, а также в отрыве его творчества от народных масс. Давление со стороны государства на людей искусства, репрессии и боязнь за собственную жизнь побудили Шостаковича к написанию Симфонии №5, близкой по содержанию к идеям социального реализма. На вопросы о сущности своей музыки композитор отвечал, что хотел показать, «как через ряд трагических конфликтов, большой внутренней борьбы утверждается оптимизм как мировоззрение».

«...Тема моей симфо­нии — становление личности. Именно человека со всеми его переживани­ями я видел в центре замысла этого произведения, лирического по своему складу от начала до конца. Финал симфонии разрешает трагедийно-напря­женные моменты первых частей в жизнерадостном, оптимистическом плане…»

      Открывающая симфонию I часть– Сонатное allegro, Moderato – знакомит слушателей с размышляющим над сущностью жизни лирическим героем Шостаковича. В главной партии слышатся настойчивые «вопросы», которые, увы, так и остаются без ответа. Впоследствии они сменяются скорбными, гамлетовскими интонациями, однако конфликт появляется позднее, когда начинает звучать разработка, композитор представляет нам «злые» образы, характеризующиеся жесткими интонациями и звучанием марша в оркестре. Большей тяжестью мелодию наделяет барабанная дробь, и она же рисует образ страшной силы, угнетающей народ. В конце раздела возвращаются начальные мотивы, но финал не предвещает ничего хорошего: «вопросы», ранее звучавшие настойчиво, растеряли былую уверенность, а лишенная всякого спокойствия тема побочной партии вряд ли сможет ободрить героя.       Небольшая передышка от драматических аккордов происходит во II части –Allegretto. По своему содержанию она напоминает скерцо, однако в нем слышится не добродушное веселье, а скорее усмешка, тонкая ирония с неким ощущением механичности в оркестре. Изящная мелодия стремительного танца кажется ненастоящей, притворной.       Вновь в пучину раздумий слушателей погружает III часть – Largo. Лирический герой, глубоко погрузившись в себя, сосредоточен лишь на мысли о собственной жизни, о быстротечности времени, возможно, размышляет даже о целой эпохе, в которой он существует, и о событиях, сменяющих одно другое. В этом отношении данная часть перекликается с первой.       Грандиозным завершением симфонии является IV часть – Allegro non troppo, и именно она звучит в открывающей серии второго сезона. Музыка, динамичная, маршеобразного характера, неустанно движется вперед, словно сама жизнь, оставляя все невзгоды и печали позади. Побочная партия чем-то схожа с песнями-гимнами. Оркестр создает образ неугомонной толпы, порождающей веселый шум в ожидании грядущего торжества, поэтому некоторые критики и исследователи находят музыку оптимистичной и жизнеутверждающей, однако во всём этом ликовании присутствует что-то лихорадочное. Торжественным аккордам недостает подлинного распева и протяжности, эпизод раздумья также не способствует усилению чувства радости. Затем, как бы в отдалении, звучит тревожная барабанная дробь, вносящая в повествование нечто зловещее, из-за чего заключительные фанфары, сопровождаемые ударами литавр, воспринимаются двусмысленно – слушатели то ли становятся свидетелями праздника, то ли участниками траурного шествия.       Образ зла сопровождает всю симфонию, возникает в те моменты, когда мы меньше всего ожидаем его, и, как мне кажется, в контексте «Благих знамений» связан с Метатроном. Глас Божий, подобно зловещим аккордам из финала, внезапно появляется в конце сезона, разлучая наших любимых героев. Он и есть та страшная сила, что угнетает народ и мешает всеобщему благу. Метатрон – олицетворение власти, в борьбу с которой вступил Гавриил – лирический герой симфонии. Ближе сойдясь с без пяти минут главой ада, осознав близость проблем светлой и темной сторон, Бывший Верховный Архангел понимает бессмысленность дальнейшей борьбы, потому выступает против Небес и Божественного замысла, предпочтя слепому повиновению надежных друзей и настоящую любовь. Аналогично поступает и повелительница мух, делая выбор в пользу счастливого будущего в компании понимающего и любящего создания. Однако если Гавриила и Вельзевул ждал счастливый финал, то Азирафель и Кроули его так и не получили: вместо совместной тихой и мирной жизни ангела и демона в загородном коттедже фанаты получили разрывающую сердце на мелкие кусочки сцену их ссоры. Такое неоднозначное завершение сезона объединяет его с финалом IV части.