Pixelated kisses [The Backrooms]

Глеб бежит по коридору крепости, на резких поворотах впечатывается в стены, отбивая себе плечо, что на третьем таком ударе уже ноет ощутимо от любого движения. Гончая не отстает, все-таки не зря свое имя получила — стремительная, человекоподобная, четырехлапая гуманоидная тварь. С ней сложно справиться, и чаще всего никто не пытается. Намного легче отвлечь — бросить чем-то ярким в подобие лица или держать длительный зрительный контакт, чтобы напугать. А еще лучше не попадаться ей в поле зрения, заслышав шум заранее. Глеб обычно пользуется последним способом. В этот раз не вышло, потому что тварь оказалась удивительно умной и вела себя тихо, пока не подкралась настолько близко и неожиданно, что парень не сумел сориентироваться и бросился в бега. Ошибка выжившего, но он не лыком шит, вшивой гончей не проиграет. Не зря столько лет тут выживал и из каких только передряг не выбирался. Вот и бежит, зная, что псевдопсина уже близко, но и спасение — тоже. Усилившийся запах сырости только подтверждает это. После очередного поворота, на этот раз более удачного и безопасного для убитого плеча, он видит деревянную дверь, от которой сильно тянет сыростью. Едва не вписавшись в нее носом, рывком открывает и прыгает через порог, сгруппировавшись по привычке. Уровень 283 и чертова гончая пропадают за спиной. Уровень 0 встречает его самыми традиционными желтыми обоями и гулом люминесцентных ламп. Сырой ковер принимает его быстрые ноги, как родные, обувь специальная, чтобы не шуметь — из жидкой тишины, собираемой с пожирателей криков, сбалансированная по тяжести, чтобы стремительно бежать, но при необходимости способная помочь отбиться от сущностей пинками. Едкая сырость забивается в ноздри, успевшие отвыкнуть уже, давно тут не был все-таки. Если судить по часам на руке — недели две, не иначе. Но запах скоро становится привычным, как на Сцене пение птиц, и Глеб смело шагает в бесконечное лиминальное пространство. Чертова гончая попортила ему все планы, все-таки так долго добирался до уровня 283, зная (читать как: надеясь), что его там ждут. Раз за разом, сколько бы опасностей не предостерегало за каждым уровнем, он возвращался в так называемый «Игролэнд», чтобы на базе сбора ресурсов Н.Т.О.З. встретиться с ним. Но Глеб, наученный годами в бесконечном, опасном множестве уровней, не унывает и принимает каждый поворот Закулисья как должное. Встряхнувшись, поправляет рюкзак на спине и направляет свои стопы прямо, в объятия гула ламп, в вечные повороты, комнаты и коридоры из желтых стен. Знает, что если правильно идти — все получится. Знает, верит, надеется — не допускает сомнений, и Закулисье принимает его рвение, пропуская на уровень 1. Безопасный, стабильный, с минимальным количеством существ. Здесь обитают люди, и этот уровень особенно приятен наличием не только их, но и воды, электричества и большого количества ресурсов. Но и людьми, и что важнее — их базами здесь. Глеб расправляет плечи, одно из которых все ещё ноет от хамского отношения, и чувствует, как утомился от долгих похождений по желтым коридорам «обучающего уровня». В ушах слегка жужжит от гула, в глазах жжет, слегка мутит. Он прислоняется к бетонной стене, чуть сползая, открывает большой карман рюкзака и вытаскивает две бутылки. Одну с водой обычной, другую — с миндальной, что является неотъемлемой частью каждого путешествия здесь. В месте, состоящем из смерти и бесконечности лиминальных пространств. Миндальная вода утоляет жажду и голод, а что важнее — спасает от галлюцинаций и любых воздействий Закулисья на человека. Глеб делает несколько глотков, чувствуя текущую по венам и телу жизнь, а затем с привычным усилием отрывается от бутылки, экономя, и утоляет жажду обычной водой. Слишком пресной, невкусной и простой после миндальной. Но Глеб не жалуется. Жизнь важнее. Безопасность важнее. Осторожность важнее. Бесконечные лужи под ногами чавкают и хлюпают, соприкасаясь с подошвой ботинок, туман обволакивает со всех сторон, и Глеб позволяет себе слегка расслабиться. Несмотря на то, что уровень 0 считается необитаемым — в нем невозможно найти ни сущностей, ни людей — внутри жёлтых стен Глеб каждый раз напрягается сильнее, чем в бетонных объятиях уровня 1, хотя здесь водятся ненавистные гончие и изредка кожекрады. Впрочем, напряжение стынет в теле постоянно. Здесь нельзя расслабляться, если не хочешь стать добычей для одного из уровней и их обитателей. instupendo — falling.mp3 Но на 1 он всё-таки вдыхает чуть легче, в полную грудь влажный воздух и частички тумана, вышагивая по комнатам и коридорам. Везде валяются ящики с припасами, постоянно неясным образом появляющиеся-пропадающие, и Глеб осторожно пополнил запасы, раз уж попалась возможность пройтись по уровню 1. Специальные карманы он забил бутылками с миндальной водой, выбросив несколько с обычной и несколько пустых, заменил один из ножей на новый, нашел остро заточенную финку и сунул ее в свободные ножны на ремне. Рюкзак заметно потяжелел, и больное плечо вновь отозвалось тупой болью, заставив помянуть недобрым словом гончую с «Игролэнда». Осмотревшись, он приметил один из закрытых ещё ящиков и двинулся к нему. Опустив на край тяжеленный рюкзак, он снял непромокаемую куртку болотно-зеленого цвета, повесил ее на торчащую из бетона арматуру, и ощупал плечо на предмет более серьезных травм. Смахивало на лёгкий ушиб, что будет бесить ноющей болью ещё долгое время. Вздохнув, Глеб вытащил из маленького кармашка бутылек, а из аптечки стягивающую ленту. Пришлось снимать футболку и перчатки, и парень, развязывая последних, все ещё злобно скрипел зубами на тварь, что одним своим существованием принесла столько дискомфорта. Успокаивающую мазь тонким слоем размазал по плечу, втирая в кожу ритмичными движениями подушечек пальцев, и крепкой лентой стянул ее, обмотав руку с плеча по локоть. Жить стало сразу немного легче, и он вздохнул, расслабляя плечо. Быстрым массажем размял себе здоровое плечо и руки, покрутил тазом и стал собираться обратно. Надевал рюкзак с тихой надеждой на то, что фиксирующая повязка лишит его боли. Перевязал как надо, потому что от плеча уже разошлось тепло мази, а боль оказалась настолько слабой и тут же пропала, что у Глеба даже поднялось настроение. Пора было отправляться, и он выбрал первый попавшийся прямой коридор. Он прошел мили; бесконечное множество одинаковых бетонных стен сквозь лужи на полу и туман в воздухе; мимо базы Б.И.Г, на посещение которой не было времени и особой нужны — Федя не обидится, даже если как-то узнает, что он здесь был. И попал на уровень 2. Последний уровень, на который можно попасть прямиком со Сцены. Небезопасный, но стабильный. Вновь серые бетонные стены, но уже другого характера: уровень 2 — это миллионы миль служебных тоннелей, наполненных одними из самых опасных сущностей Закулисья, а стены их пронизаны трубами и вентиляционными каналами, тупиковыми, а изредка полезными дверями в комнаты с предметами. Глебу нужна одна разноцветная кривоватая дверь, и он отправляется на ее поиски, держа под рукой один из ножей и бутылку с миндальной водой. Ему не нравится уровень 2. Здесь слишком много опасных и мерзких сущностей, которые вызывают дрожь и рвотные позывы одним своим видом. Парень почти шарахается от любого шума из вентиляции — ему не хочется встречаться с крадущимися. Повернув в очередной коридор, он слышит будоражащий кровь звук бега большого количества людей. Многорук. Тело покрывается крупными мурашками, и Глеб почти отчаянно разворачивается, быстро, но тихо удаляясь от злосчастного поворота. В голове гудит, как-будто много-много (рук) голосов говорят одновременно. Прижавшись к стене подальше от вентиляционных отверстий, он судорожно поглощает миндальную воду. Те, у кого бесконечные руки — особенный, личный кошмар Глеба. Он успокаивается, позволяя себе сделать на глоток больше необходимого. Тело ещё потряхивает — то ли от адреналина, от ли от страха, то ли от нее. Он встряхивает головой и отправляется дальше, в поисках нужной двери. Мерзкая встреча оставляет очередной отпечаток на душе, и он вздыхает. Следующая встреча со смертомолью не добавляет радости, хорошо хоть это был самец, относительно спокойно пролетевший мимо в ужасе прижавшегося к трубам Глеба. Глеб понимает, что безумно устал. Часы показывают, что он не спал уже около 27 часов. А все чертова гончая с 283. Сдаваться нельзя, расслабляться нельзя. И не только потому что там его ждёт он. Не только, ведь жизнь в Закулисье — самое дорогое и ценное. На Сцене тоже, но только в этих смертоносных уровнях каждый ощущает это особенно ярко. Он восстанавливает часть сил, перекусив прямо на ходу и жалко молиться, чтобы на пути больше не попались сущности. Ему хватило очередного шума из вентиляции, парочки смертомолей и одного из детей безликих, от которого сам не понимает, как вообще спасся. И разноцветная, непропорциональная дверь в стене одного из бесконечных коридоров становится благословением для Глеба, но истинным проклятием в мире, бог которого — смерть. А быть может его вообще здесь нет. Больше нет. Глеб, как утопающий, хватается за ручку двери, игнорируя что-либо кроме нее, и шагает в уровень 283, с которого началось все. С которого начались они.