Не потерять друг друга

Настоящее время

      Сарданапал не помнил, как он вернулся в Тибидохс. Внутри все болело и словно рвалось на части. Поднимаясь по лестнице в свой кабинет, он то и дело вытирал выступающие слезы.       Из головы никак не выходил последний разговор с Медузией.       «Что такого мог наговорить ей Марк, что она вдруг его простила?», – подумал он, добравшись наконец до кабинета. Но разумный ответ так и не пришел ему в голову.       Академик, не переодеваясь в домашнюю мантию, обессиленно опустился на диван. Да, душевные травмы и потрясения сбивают с ног порой быстрее, чем физические.       Стрелки часов уже несколько раз догоняли друг друга, а Сарданапал все думал о том, имел ли он право так поступать с Меди. И в сотый раз наперекор своему сердцу утверждал, что так будет лучше для нее.       За своими переживаниями Черноморов не заметил, как уснул. Когда он проснулся, то за окном едва начало светлеть.       «Нужно собраться, – подумал он. – У меня сегодня занятия».       Однако он чувствовал такую слабость, что был не в силах даже подняться с дивана. Приманив заклинанием зудильник, Сарданапал вызвал Ягге, думая, что он заболел. Хозяйка магпункта несмотря на то, что он ее разбудил, пришла уже спустя пять минут.       – Доброе утро, – поздоровалась она, войдя внутрь. – Что с тобой случилось?       – Не знаю, – тихо ответил он. – Голова просто раскалывается, и все тело словно болит изнутри…       – Скажу сразу по твоему внешнему виду: сегодня тебе лучше отлежаться, – серьезно предупредила Ягге.       Старушка принялась осматривать его, при этом как-то напряженно хмурясь.       – Что-то я не пойму, вроде все хорошо, – растерянно произнесла она, окончив осмотр. – Температуры нет, горло в порядке, кости целы… Если это не физическая боль, то тебя мучает что-то другое…       – Ягге, мне так плохо, – прошептал Сарданапал, надеясь, что у старушки найдется хоть какое-то лекарство, которое облегчило бы ему внутреннюю боль.       – Скажи-ка мне честно, ты снова виделся с той женщиной? – сразу же сообразила Ягге.       – Да, – тихо ответил академик.       – Но зачем? – воскликнула хозяйка магпункта, поняв, что все эти страдания именно из-за их встречи.       – Ягге, на этот раз все действительно кончено, – с сожалением произнес Сарданапал. – Я стер ей память, так что… она больше ничего не помнит обо мне…       – Ты правильно поступил, – сказала хозяйка магпункта, с жалостью посмотрев на академика, взгляд которого был направлен куда-то вверх. – Так действительно будет лучше и для тебя, и для нее. Ты же знаешь, что было бы, если бы в Магществе прознали о ваших встречах и чувствах. Так что не нужно жалеть о сделанном.       – А вдруг муж снова будет ее бить? – воскликнул Черноморов. – Вдруг ей будет плохо, а я никак об этом не узнаю и не смогу ей помочь!       – Сарданапал, у меня есть одна идея, – Ягге как-то выжидающе посмотрела на академика. – Вряд ли она тебе понравится, но мне кажется, что это единственный выход.       – И что ты предлагаешь? – без всякого интереса отозвался Черноморов.       – Давай я сотру тебе память о ней, – предложила старушка, посмотрев на свое волшебное кольцо.       – Нет! – поспешно выкрикнул Сарданапал. – Я не хочу ее забывать!       – Но ты же совсем изведешь себя, – Ягге недовольно покачала головой, понимая, что академик со своей несчастной любовью загубит и себя, и всю школу… Безусловно, ей было жаль его, но он с самого начала знал, на что идет, и чем все это кончится.       – Если хочешь мне помочь, то лучше попроси Поклепа провести вместо меня уроки, – произнес Сарданапал и отвернулся от старушки.       – Ладно, – недовольно сказала Ягге, направляясь к выходу из кабинета. – Я занесу тебе хотя бы отвар, успокаивающий нервы.       – Спасибо, – тихо прошептал он и устало закрыл глаза, снова погружаясь в свои мысли. * * *       Сарданапал практически две недели не мог встать с кровати. Почти все время он спал, и чаще всего его сны были кошмарными. Снилась Медузия и почему-то Чума-дель-Торт…       «А ведь уже начало нового учебного года, скоро в Магществе начнут требовать отчеты, приезжать с проверками… Наверно, поэтому мне и снилась Чума», – именно так и решил Черноморов, просыпаясь после очередного кошмара.       Сегодня он наконец-то смог подняться с постели. Кажется, ему стало немного лучше. Но он знал средство, от которого ему полегчало бы значительно. Меди… Ему надо было ее увидеть. Просто убедиться, что с ней все в порядке. Сарданапал чувствовал, что лишь увидев ее, ему станет гораздо лучше.       Академик принялся переодеваться в чистую лопухоидную одежду. Медузия рассказывала ему, в каком университете она преподает. Сарданапал был решительно настроен отправиться именно туда. * * *       Медузия, надев черную классическую юбку и темно-зеленую рубашку, придирчиво осмотрела себя в зеркало. Волосы она решила немного завить, оставив распущенными. Проверив содержимое сумочки, она еще раз пробежалась взглядом по спальне, а затем вышла из комнаты.       – Уже уходишь? – раздался голос Марка, стоявшего внизу у лестницы.       – Да, ты же знаешь, я не люблю опаздывать на работу, – произнесла Меди, поравнявшись с ним. – Пунктуальность превыше всего.       – Тогда я тоже буду пунктуален и приготовлю ужин ровно к пяти вечера, – немного шутливым тоном сказал мужчина.       Медузия улыбнулась.       – До встречи, любимая, – Марк поцеловал ее в щеку.       – До вечера, – отозвалась она и направилась к выходу.       Медузия ехала на машине в университет, но мысли ее были совершенно не о студентах и учебных планах. Она думала о том, что в последнее время Марк сильно поменялся в лучшую сторону. В их доме больше не было никаких ссор и ругани, муж бросил пить алкоголь. Еще несколько месяцев назад она мечтала об этом, но сейчас…       Меди резко затормозила, увидев, что чуть ли не проехала нужную парковку. Как всегда, с утра вся парковка рядом с университетом была занята, поэтому она ставила машину немного дальше, а оставшийся путь проходила пешком.       Захватив сумочку, Медузия заперла машину и неторопливо направилась на работу. Она шла, задумавшись о том, насколько люди могут быть неблагодарными. Им вечно чего-то не хватает… Даже ей. Казалось бы, в ее жизни все наладилось, но словно какая-то пустота поселилась у нее внутри. Меди не понимала, что с ней происходит. Было такое ощущение, как будто она что-то потеряла, но никак не могла понять, что именно и когда это произошло. * * *       Когда Сарданапал наконец-то нашел нужный университет, стрелки часов показывали половину третьего. Академик совершенно не знал, в какие дни недели и в какое время Медузия бывает в институте. Он зашел внутрь, надеясь на удачу.       – Мужчина, вы куда?! – остановил его немного грубоватый женский голос.       Черноморов повернулся. К нему подошла какая-то женщина, одетая в немного странную, по мнению Сарданапала, одежду. На ее спине была надпись «Охрана».       «Видимо, сюда не пускают кого попало», – с сожалением подумал он.       – Мне нужно к преподавателю, – произнес академик, надеясь, что такой ответ устроит эту женщину.       – К какому? – спросила она, открывая немного потрепанный журнал.       – К Медузии Горгоновой, – коротко ответил он.       – У нас вход строго по пропускам, – твердо произнесла она, не отрывая свой взгляд от журнала. – Или если преподаватель заранее предупредил, что к нему придут. Горгонова мне ни о чем не говорила.       – Она сейчас здесь? – затаив дыхание, спросил Сарданапал.       – Да, – кивнула охранница. – По понедельникам, средам и пятницам она тут с 9 до 15, а по вторникам и четвергам с 15 до 19. Я не могу пустить вас внутрь, но вы можете подождать ее у входа. Минут через двадцать у нее закончатся занятия.       – Спасибо, – поблагодарил Черноморов и вышел из здания университета.       Устроившись на лавочке во дворе университета, откуда хорошо проглядывался выход, Сарданапал ждал, когда же выйдет Медузия.       Даже отсюда он услышал звонок, говоривший о том, что занятия окончены. Немного погодя, из университета высыпали студенты. Сарданапал заволновался, что в такой толпе он может и пропустить Медузию. Однако группы студентов скоро закончились. Видимо, они как никто другой стремились как можно скорее оказаться дома.       Вход опустел. Больше никто не выходил. Академик взглянул на свои часы: пол четвертого. Бросив взгляд на дверь, Сарданапал почувствовал, как замерло его сердце... Там была Медузия. Неторопливым шагом она шла к воротам. Черноморов улыбнулся, но в его глазах стояли слезы. Смахнув их, он поднялся и последовал за Меди.       Два поворота направо, пару сотен метров прямо, и они дошли до ее машины. Сарданапал на всякий случай держался на расстоянии, чтобы Медузия не заметила, что за ней следят. Проводив взглядом ее машину, он телепортировался в Тибидохс. Его самочувствие стало гораздо лучше. * * *       Академик попросил Поклепа немного изменить расписание уроков, чтобы время, когда Медузия приезжает и уезжает из университета, было у него свободным. Хорошо, что учебный год только начинался, и расписание можно было без проблем поменять.       Сарданапал стал следить за Медузией каждый день. Он выучил все ее привычки: знал, во сколько она приезжает в университет, где она паркуется, сколько времени проходит после окончания занятий, прежде чем она выходит на улицу.       Словно незримый спутник он провожал ее на работу и обратно, пока она не садилась в машину и не уезжала. Иногда она оставляла машину совсем близко к университету, и Сарданапал видел ее всего лишь пару минут в день. Иногда машина стояла далеко, и Черноморову просто нравилось молча идти за ней и знать самое главное – с Меди все в порядке.       Сегодня она поставила машину далеко. Сарданапал узнал это уже утром, а сейчас стрелки часов приближались к половине четвертого. Это значило, что совсем скоро Медузия выйдет из университета, и он снова сможет ее увидеть хотя бы на несколько минут.       Медузия вышла из университета и, попрощавшись с какой-то женщиной, видимо, коллегой по работе, направилась к воротам. Когда Меди прошла буквально в метре от Черноморова, он успел заметить, что Медузия выглядела какой-то грустной и задумчивой. Сарданапал по уже устоявшейся привычке двинулся следом.       Медузия шла, уткнувшись в телефон, и читала статью об амнезии. Несмотря на то, что дома ее ждал вкусный ужин и чрезмерно заботливый муж, почему-то ехать туда ей совсем не хотелось…       Сарданапал шел сзади на расстоянии нескольких метров и вдруг совершенно точно понял, что Меди собирается переходить дорогу на красный свет. Еще несколько секунд, и она окажется на дороге… Академик ускорил шаг.       – МЕДИ! – громко крикнул он и, подбежав, успел оттолкнуть ее в сторону. В нескольких сантиметров стремительно промчался автомобиль.       – Вы не ушиблись? – взволнованно спросил Сарданапал, подав Медузии руку.       – Нет, – Меди поднялась с асфальта и со страхом посмотрела на дорогу. Она только сейчас поняла, что ее чуть не сбили.       – Простите, что был вынужден вас толкнуть, но иначе вы бы попали под машину, – произнес академик, когда они немного отошли в сторону от проезжей части.       – Спасибо, – немного растерянно поблагодарила Медузия.       Сарданапал стоял в нескольких сантиметрах от нее и жадно вглядывался в знакомые черты лица.       – Откуда вы знаете мое имя? – вдруг спросила Меди.       – Что? – непонимающе переспросил Черноморов, сделав вид, что не понимает, о чем идет речь. – Я вас не знаю.       – Но вы выкрикнули мое имя, – сказала Медузия, взглянув на Сарданапала. – Я точно это слышала.       – Вам показалось, – твердо произнес Черноморов. – Мы с вами не знакомы. Будьте осторожнее. Я уверен, что у вас есть близкие люди, которые не хотели бы, чтобы с вами что-то случилось.       Он развернулся и, не сказав больше ни слова, ушел.       Меди немного растерянным взглядом провожала этого незнакомца, который отдалялся все дальше и дальше. Она была уверена, что он ее знает, вот только почему он не захотел в этом признаваться…