Не потерять друг друга

Настоящее время

      Вот уже четыре дня Сарданапал не отлучался из Тибидохса в лопухоидный мир. И ровно столько же он не видел Медузию. Черноморов боялся, что если он и дальше будет появляться у университета, то это может напугать Меди. Она может подумать, что он какой-то маньяк, который следит за ней. Несмотря на то, что Сарданапал безумно скучал по Медузии, он понимал, что по-другому поступить не мог, ведь Меди могла погибнуть.       На сегодня занятия академика были окончены. Он сидел у себя в кабинете и перебирал какие-то бумаги. Сарданапал пытался хоть чем-то занять себя, лишь бы не сорваться снова в Москву, где через полтора часа выйдет из университета Медузия и как обычно направится к своей машине.       Стук в дверь оказался неожиданным для Черноморова. Негромко выругавшись на то, что он пролил чернила, Сарданапал немного раздраженно произнес: «Войдите».       – Добрый вечер, академик, – в кабинет вошел Поклеп Поклепыч. – Я забыл вам рассказать… Когда мы делали генеральную уборку в Тибидохсе перед началом нового учебного года, то нашли вот это.       Завуч достал из кармана маленькую красную коробочку и положил ее на стол Черноморова.       – Я уже всех опросил, и похоже, что эта вещь ничейная, – немного растерянно произнес Поклеп.       – Ладно, оставь ее здесь, – негромко ответил Сарданапал, заклинанием стирая чернильное пятно с бумаги.       Завуч как-то непонятно хмыкнул и скрылся за дверью.       Сарданапал взял в руки коробочку и, немного повертев ее в руках, все же решил открыть. Раздался негромкий щелчок, и Черноморов увидел два золотых кольца. Он сразу же почувствовал, что в этих кольцах совсем нет магии. Сарданапал поймал себя на мысли, что такими кольцами лопухоиды обмениваются на свадьбе.       «И правда, чье бы это могло быть?» – недоумевая, подумал он.       Академик, немного нахмурившись, еще раз взглянул на кольца и обратил внимание, что одно кольцо было меньше другого. Словно оно было создано для чье-то маленькой изящной руки. Его рука будто сама потянулась к этому кольцу.       Голову тут же пронзила такая чудовищная боль, что Черноморов еле удержался от крика. Он сполз со стула на пол и обхватил голову руками. Словно вспышки, начали появляться воспоминания. Самые яркие воспоминания, связанные с той, кому принадлежало маленькое золотое колечко…       – Медузия, я найду и спасу тебя во что бы то ни стало, – пообещал Сарданапал, наблюдая, как его любимую уводит из Зала Двух Стихий какой-то мужчина.       – Вот только жаль, что ты этого не вспомнишь, – раздался голос Чумы-дель-Торт, которая наслаждалась происходящим. – Уже завтра я захвачу Магщество и стану его новой главой, а вы все будете слушаться только меня!       Сердце Черноморова словно разрывалось на части, а рядом злобно смеялась Чума-дель-Торт.       Вспышка…       Снова Зал Двух Стихий. Чумы-дель-Торт еще нет, а на лицах всех преподавателей сияют улыбки.       – Медузия, согласна ли ты взять в мужья Сарданапала? – торжественно спросила Ягге.       – Да, – сразу же ответила Меди, заглянув в глаза Черноморову. В ее взгляде было столько тепла и любви, что у Сарданапала на миг перехватило дыхание. Он чувствовал себя самым счастливым человеком на свете…       Вспышка…       Сарданапал ощущал, как волнение охватывало все его тело. Бережно держа в одной руке букет цветов, а в другой бутылку с шампанским, он подошел к своему кабинету.       «А вдруг она мне откажет? – в который раз подумал Черноморов. – Нужно собраться и рискнуть. На кону стоит слишком многое… В волшебном мире одна за другой исчезают волшебные школы, быть может, завтра не станет и Тибидохса».       Собравшись с мыслями, он заклинанием открыл дверь и сразу же увидел Медузию. Легкая грусть в ее глазах сменилась на удивление.       – Меди, – Сарданапал встал на колено и протянул коробочку с кольцом. – Ты станешь моей женой?       Вспышка…       Медузия с Сарданапалом были на самом верху башни. Накрытый стол, свечи, шампанское… Он подготовился заранее. Сейчас, когда в волшебном мире исчезают целые школы, откладывать было уже глупо. Черноморов должен был наконец-то рассказать Меди о своих чувствах, которые он скрывал не один десяток лет.       Медузия сидела за столом прямо напротив него, и Сарданапал чувствовал, как от нее словно исходят волны тревоги и беспокойства…       – Меди… – тихо, но ласково произнес он, обратив свой взгляд на преподавательницу нежитеведения. – Ты знаешь, что в волшебном мире сейчас происходят разные пугающие вещи, и я не знаю, что ждет нас завтра… И пока еще есть время, я хочу сказать, что… я люблю тебя.       Медузия, встав из-за стола, приблизилась к нему вплотную, и в ее глазах он прочитал все ответы… А уже в следующую секунду Сарданапал впервые почувствовал сладкий вкус ее губ.       Вспышка…       Медузия с Сарданапалом сидели в кабинете главы Тибидохса и с сосредоточенным видом заполняли бумаги, присланные из Магщества. На этот раз все было крайне серьезно. После того, как Черноморов отказался от переноса школы в Заполярье, Кощеев совсем свихнулся. Бессмертник устроил им масштабную проверку, и, если хотя бы одна бумага будет написана неверно, школу тут же закроют.       «Неужели Тибидохс и правда могут закрыть? – невесело подумал академик, наблюдая, как Медузия внимательно перечитывает очередной лист бумаги. – Что, если нас всех раскидают по разным школам?».       Черноморов не удержался и тяжело вздохнул. При мысли о том, что больше не будет Тибидохса, вечно бегающих детей, вечерних посиделок с Медузией, сердце словно сжалось.       – Сарданапал, – его отвлек мягкий голос Меди. А уже в следующее мгновение ее нежная рука накрыла его ладонь. – Мы со всем справимся, вот увидишь…       В ее словах было столько спокойствия, что он незамедлительно ей поверил.       Вспышка…       Сарданапал не был в Тибидохсе почти два месяца. Его включили в программу обмена опыта с зарубежными школами, что, естественно, не обошлось без вмешательства Кощеева.       Черноморов зашел в свой кабинет, чтобы переодеться с дороги и оставить вещи. Первым делом он хотел увидеть Медузию, по которой невероятно соскучился за эти дни. Сфинкс неожиданно замурлыкал, и когда Сарданапал обернулся, то увидел преподавательницу нежитеведения.       – Меди… – он вдруг растерялся при виде нее, хотя и желал увидеть ее больше остальных.       – Я ненадолго, у меня сейчас урок, – коротко ответила она, подходя к нему ближе. – Я рада, что ты наконец вернулся.       Она сделала еще шаг в его сторону и коснулась губами его щеки…       Вспышка…       С окончания войны с нежитью прошло несколько месяцев. Жизнь возвращалась в свое русло. Замок потихоньку снова приобретал свой прежний вид, занятия возобновились. И лишь состояние Медузии тревожило Сарданапала. Она стала слишком замкнутой и не хотела ни с кем видеться. Безусловно, она проводила уроки, ходила на совещания, но мыслями она была словно и не в Тибидохсе. Она почти не разговаривала, и уже несколько месяцев Сарданапал не видел улыбку на ее лице.       Черноморов решительно подошел к двери в комнату Медузии и постучал. Дверь почти сразу же отворилась.       – Меди, позволишь войти? – спросил Сарданапал, и увидев немного растерянный кивок Медузии, прошел внутрь, закрыв за собой дверь.       – Что-то случилось? – встревоженно спросила преподавательница нежитеведения, в глазах которой читался явный страх.       – Все в порядке, – тут же заверил ее Черноморов. – Я просто хочу поговорить о тебе… Я вижу, что в последнее время ты ни с кем не общаешься и завалила себя работой.       Сарданапал кивнул на стопки раскрытых книг и гору свитков, которая занимала весь письменный стол.       Медузия тяжело вздохнула и, повернувшись к директору спиной, посмотрела в окно.       – Ты же знаешь, что замок до сих пор не отстроен, что нужно наверстывать упущенное по учебе… – Меди резко замолчала.       – Но это не повод с утра до ночи работать, – попытался возразить Черноморов.       – Потому что только заваливая себя с утра до ночи работой, я могу нормально жить. Только так мне не снятся по ночам кошмары. Крики раненых, застывшие лица убитых и море крови… – голос Медузии сорвался, и Сарданапал сразу же подумал, что она тихо плачет.       Он знал, что война оставила на каждом свой отпечаток, но не думал, что Медузии настолько плохо.       – Меди… – робко произнес он, вставая из-за стола.       – Уходи, пожалуйста, – не поворачиваясь, прошептала она. – Я хочу побыть одна.       – А я не хочу, чтобы ты была одна, – твердо произнес Сарданапал и, подойдя к преподавательнице, развернул ее лицом к себе.       Медузия тут же всхлипнула и уткнулась ему в плечо.       – Время все вылечит, вот увидишь, – тихо сказал он, проводя рукой по ее спине. – А я всегда буду рядом, обещаю…       Вспышка…       Уже через несколько часов начнется последняя, решающая битва с Чумой-дель-Торт и толпами нежити. Сегодня наконец решится, кто будет жить, а кому суждено умереть.       Сарданапал беспокойно ходил по замку, пытаясь отыскать Медузию.       «Вдруг на битве с ней или со мной что-то случится? – думал он, ища Меди глазами в Зале Двух Стихий. – Я должен сказать, что люблю ее…».       Наконец кто-то сказал ему, что видел, как преподавательница нежитеведения шла к Большой башне. Черноморов тут же догадался, что Медузия на самом верху. Это он показал ей это место несколько лет назад. Оттуда открывался прекрасный вид на весь остров.       Он угадал – Горгонова была там.       Обхватив руками колени, она сидела на полу и задумчиво смотрела куда-то вдаль.       – Меди, позволишь присоединиться к тебе? – спросил Сарданапал.       – Да, конечно, – она слабо улыбнулась и немного отодвинулась вправо.       – Тоже думаешь о завтрашнем дне? – поинтересовался Черноморов, опускаясь на пол рядом с Медузией.       – Про это невозможно не думать, – тихо прошептала она.       Сарданапал заглянул в ее глаза. Какими же уставшими и печальными они были в этот момент. Золотистые искорки, плескавшиеся в изумрудах, куда-то исчезли.       – Ты хотел мне что-то сказать? – вдруг спросила Медузия, увидев, как Черноморов пристально вглядывается в ее лицо.       – Да… – произнес он и на несколько секунд замолчал. – Береги себя завтра…       – Ты тоже… – тихо ответила она, коснувшись его плеча.       Вспышка…       Прошло всего две недели с тех пор, как Медузия стала преподавателем нежитеведения в Тибидохсе.       Каждый вечер она приходила к Сарданапалу, который проверял ее конспекты уроков и давал советы по обучению, как более опытный педагог.       – Смотри, Меди, вот этот пункт лучше убрать, – Черноморов подчеркнул несколько строк на листе бумаги. – Первокурсники не ответят на этот вопрос, они еще это не проходили.       – Точно! Вы правы, – Медузия улыбнулась, взглянув на Сарданапала, а он вдруг почувствовал, как его сердце замерло на какое-то мгновение.       «Надо же, я и не заметил, когда ты успела стать такой взрослой, – подумал вдруг Черноморов, украдкой наблюдая за тем, как Меди что-то пишет в своем конспекте. – И такой красивой…».       Вспышка…       Первый набор магспирантов уже сдали экзамены и теперь, лениво отдыхая, ждали выпускного, который должен был состояться через неделю. Сарданапал как раз возвращался из Магщества, где ему дали разрешение на проведение праздника.       Черноморов приземлился наверху Большой башни, где он обычно оставлял свой летающий диван, и уже собирался спуститься вниз, как вдруг почувствовал, что здесь кто-то есть. Каково же было его удивление, когда, пройдя совсем немного, он обнаружил Медузию. Она сидела у самого края башни и смотрела куда-то вдаль.       – Меди, – обратился к ней Сарданапал, подойдя поближе к девушке. – Что ты здесь делаешь? Для учеников уже давно был отбой!       – Я же больше не ученица, – тихо возразила Горгонова, продолжая сидеть спиной к главе Тибидохса.       – Да… Ты уже не ученица, – немного растерянно согласился Сарданапал, сам не ожидая, что в его голосе проскользнет столько сожаления.       – Можно я посижу здесь? – попросила Медузия, не глядя на него. – Отсюда открывается чудесный вид на весь Буян. А ведь совсем скоро я улечу отсюда…       – Поэтому ты такая грустная в последнее время? – высказал свою догадку Черноморов.       – Это же естественно: грустить по Тибидохсу… Ведь он стал моим настоящим домом. И все благодаря вам, – Меди наконец повернулась и взглянула на Сарданапал печальными глазами.       – Чем ты планируешь заниматься после выпуска? – поинтересовался он.       Медузия лишь пожала плечами.       – Я бы мог подобрать для тебя занятие, – произнес Черноморов, присаживаясь рядом с девушкой.       – Отправите меня на другой конец земного шара исследовать вспышки магии? – отчего-то ее голос дрогнул, и она отвернулась от Сарданапала. Однако он заметил слезы, стоявшие в ее красивых изумрудных глазах.       Черноморов не понимал причину ее такого поведения. Да, многие грустят, когда приходит пора улетать из Тибидохса. Но от Меди исходили такие волны печали… Сарданапал попытался пролезть в ее подсознание. Почему-то в ее мыслях были их первые уроки. Уроки, которые он давал ей лично… Черноморов немного нахмурился, по-прежнему ничего не понимая.       – Я хочу, чтобы ты осталась преподавателем в Тибидохсе, – выпалил он, повинуясь какому-то внутреннему чувству. – Ты могла бы вести нежитеведение…       – Преподавателем? – Медузия резко повернулась к нему. – Вы серьезно?       – Да, – спокойно ответил Сарданапал. – Зачем покидать это прекрасное место, если тебе здесь так хорошо.       Меди наконец улыбнулась, и Черноморов невольно улыбнулся в ответ.       Вспышка…       Сарданапал вырвался из душного кабинета Древнира и направился к побережью. Ноги словно сами вели его туда. У океана и правда было спокойно, можно было расслабиться и обдумать слова Древнира. Черноморов не ожидал, что Учитель вдруг захочет покинуть Буян. Да еще и оставить своим преемником именно Сарданапала!       Мужчина неторопливо брел к побережью и думал о том, хочет ли он становится директором волшебной школы. Возможно, в глубине души ему хотелось помогать юным волшебникам разбираться в основах магии, ведь ему понравилось заниматься с Медузией.       Сарданапал немного нахмурился, заметив, что у воды кто-то был.       «Неужели кто-то из учеников прогуливает уроки?» – промелькнула мысль у него в голове.       Он подошел ближе. На песке сидела Медузия, уткнувшись лицом в колени. Легкий ветерок играл с ее медно-рыжими волосами, а волны океана доходили практически до ее ног.       – Медузия, разве у вас сейчас не приготовление зелий? – немного строгим тоном спросил Черноморов.       Девушка подняла голову и немного смутилась при виде Сарданапала. Затем она тяжело вздохнула и, собравшись с мыслями, решительно посмотрела Черноморову прямо в глаза.       – Сарданапал, можно задать вам вопрос? – серьезно спросила она.       – Конечно, – он опустился на песок рядом с ней.       – Как мне улететь из Тибидохса?       – Улететь? – Черноморов растерялся. – Но… почему?       Медузия отвернулась и быстро вытерла выступившие слезы.       Сердце Сарданапала болезненно сжалось. Что же произошло? Ведь еще неделю назад Меди делала явные успехи, когда он занимался с ней лично. Он видел ее искреннее стремление постичь магию.       – Тебе здесь так плохо? – наконец нарушили тишину его слова.       Медузия всхлипнула и уткнулась в колени.       – Меди, – Черноморов коснулся ее плеча. – Что случилось? Я думал, что тебе нравится учиться.       – Так оно и было, но, когда я стала ходить на занятия с классом… – девушка снова вытерла подступившие слезы и взглянула на Сарданапала. – Они знают, кто я… Знают, что я превращала людей в камень. Они не хотят со мной общаться, и это ужасно несправедливо… Зачем мне здесь оставаться, если меня все ненавидят!       – Не все, – спокойно возразил Черноморов и взял ее ладонь в свою руку. – Меди, поверь, тебе нужно учиться. Эти несколько лет пролетят очень быстро. На выпускном ты еще жалеть будешь, что покидаешь Тибидохс.       Медузия недоверчиво хмыкнула.       – Не сдавайся, – продолжил Сарданапал. – Я уверен, что в Тибидохсе ты обретешь многое…       «По крайне мере, так сказал Древнир, – мысленно добавил Черноморов. – А уж он специалист в пророчествах».       Вспышка…       Сарданапал стоял рядом с небольшим домиком, который он снял на греческом острове. Неделю назад Древнир отправил его в отпуск и почему-то сказал, что ему следует отдохнуть именно здесь. Но мысли Черноморова занимали вовсе не красивые пейзажи, а девушка, которая была внутри его дома. Медузия…       Сарданапал отчаянно хотел ей помочь, но не знал, как… Ее жестоко предали, и он понятия не имел, как люди справляются с такими душевными травмами. Знал лишь одно – магия тут бессильна.       Черноморов тяжело вздохнул и, бросив последний взгляд на отливавшее голубизной море, направился внутрь домика, надеясь, что девушка уже чувствует себя лучше.       Он едва не столкнулся с ней в дверях.       – Доброе утро, – вежливо произнес он.       – Доброе… – немного растерянно ответила Медузия.       – Вы куда-то собрались? – поинтересовался Сарданапал.       – Да, – она решительно кивнула. – Сарданапал, я благодарна вам за то, что вы спасли мою жизнь и избавили от проклятия. Вы сделали для меня так много… Я не стану злоупотреблять вашим гостеприимством. Мне пора…       – Но куда же вы?       – Подальше от людей, – тихо ответила Медузия.       – Что вы будете делать? – недоумевал Черноморов. – Разве вам есть куда идти? А вдруг Персей вас увидит?       На лице девушки проступила боль, едва она услышала имя «Персей».       – Не знаю, – она пожала плечами. – Я постараюсь достать где-нибудь лодку и отправлюсь жить на необитаемый остров. Лучше я буду жить одна, ведь люди причиняют друг другу только боль…       – Это не так, – тут же возразил Сарданапал. – Люди могут приносить друг другу радость, счастье, надежду…       – Мне такие не встречались. За исключением вас… – Медузия грустно улыбнулась. – Я правда не понимаю, почему вы мне помогли.       – Медузия, полетели со мной, – предложил Черноморов. – Я устрою вас в школу, вы научитесь управлять своей магией. Мне кажется, из вас получится хорошая волшебница.       Она молча заглянула в его глаза. Недоверие, страх, грусть – вот что читалось в ее прекрасных изумрудных глазах.       – Вы верите, что все в этой жизни не случайно? – спросил он, не отводя от нее свой взгляд. – Может, так и должно было случиться. Может, было предначертано, что я должен вас спасти. Вот же он, ваш шанс изменить свою жизнь.       – Вы правы, – вдруг согласилась Медузия. – Я согласна лететь в школу.       Вспышка…       Сарданапал молча наблюдал за спящей девушкой, и у него в голове не укладывалось, что ее действительно хотели убить (а точнее, убили) ради какого-то спора. Даже несмотря на то, что она превращала людей в камень. Это же интуитивная магия, ее достаточно сложно контролировать. Черноморов вспомнил, как Персей при всех сказал, что она чудовище. Неужели всему виной проклятие?       Сарданапал сел на стул рядом с кроватью и начал шептать заклинания, которые незамедлительно очистили кожу девушки.       Черноморов уже сварил зелье для восстановления связок и ждал, когда девушка проснется.       Наконец она открыла глаза. Ее взгляд проскользнул по комнате и остановился на Сарданапале.       – Сначала выпейте это, – он протянул ей зелье. – Оно восстановит связки.       Она послушно взяла стакан и выпила темно-зеленое варево.       – Персей… – она вдруг запнулась. – Последнее, что я помню – его занесенный меч… Вы меня спасли?       Черноморов кивнул.       – Меня зовут Сарданапал, – представился он. – А вас?       – Медузия…       Головная боль внезапно отступила. Сарданапал побывал в своем прошлом и заново прочувствовал все то, что с ним уже происходило.       «Значит, Чума обманным путем стала главой Магщества, – подумал он. – А еще теперь я знаю самое главное: Меди моя жена, которую я люблю уже сотни лет. И она волшебница! Теперь нужно, чтобы она тоже все вспомнила».       Сарданапал положил кольцо обратно в коробочку и, опустив ее в карман пиджака, незамедлительно телепортировался в лопухоидный мир.