Луна инкорпорейтед 1.0

— Ну и вляпался ты, сойка, — сказал Оливер. — Прям в самый центр жопы. Джек сидел на полу на балконе с телефоном Эшли, прижатым к уху и глаза его блестели. — Я не знаю, как долго смогу продержаться. Я реально, считай, получил свою вышку. Просто по времени растянутую. — Стоп, детка, — прервал его Олли, — неподобающее сойке поведение демонстрируешь. Всегда есть выход, даже если тебя съели. Просто мы твой ещё не нашли. Этот парнишка, Эшли, ему можно доверять? Он на твоей стороне? — Думаю, да. Но я ни в чём не могу быть уверен. Разве что в тебе. От безвыходности. — Ой подрос, ой расчирикался! Джеки, прекрати. Мы вытащим тебя оттуда. Как, я ещё не знаю. Но ты перестань думать о том, как всё херово и начинай думать, как выбираться. И я тоже буду думать. И что-нибудь решим. Усёк? — Усёк. — Мне тебя очень не хватало, придурок смазливый, — сказал Оливер. — И мне тебя, рыжее чудовище, — ответил Джек. Джек, держа телефон в руке посидел с ним ещё с полминуты и протянул его Эшли. Глаза у Джека слезились. Майлз вызвал Джека в середине дня, что было необычно. Когда Джек зашел в его кабинет, ему стало не по себе и он напрягся. В кабинете у Майлза была компания топ-мудаков в костюмах и несколько, видимо, с ними приехавших рабов. Первое, что бросилось Джеку в глаза — это полуобнаженная рабыня, которая делала минет раскрасневшемуся мужику со стаканом виски в руке. Мужик умудрялся одновременно с получением удовольствия поддерживать беседу, ничуть не смущаясь. Прямо в кабинете был организован мини гольф и Майлз, как раз в тот момент, когда вошёл Джек, загнал мяч в импровизированную лунку. — О, Джек, — Майлз поманил Джека пальцем. Джек подошел, стараясь не меняться в лице. Майлз обнял его за плечи и повёл в сторону мужика, совмещающего минет и деловое общение. — Мы тут сравниваем качество минетов. Тебе придется продемонстрировать Джону своё мастерство. Майлз сел рядом с Джоном, и рабыня, направленная жестом Джона переключилась на Майлза. Все эти свиньи были уже изрядно подшофе. — Ну же Джек, не тормози. Я же знаю, как сделать тебе больно на людях, — сказал Майлз. Джек, ещё не приступив, но уже чувствуя тошноту опустился на колени перед красным и взъерошенным Джоном. — Джек ужасно гордый, — сказал Майлз Джону. — Сейчас он представляет себе, наверняка, как бы он меня убил. Джек, мысленно поздравив Майлза с верной догадкой взял в рот мокрый от слюны девушки член Джона в рот. Отношения Майлза и Эшли были, с точки зрения Джека, испорчены ещё до рождения Эшли. Майлз, при всех особенностях его характера просто не мог стать нормальным отцом. Его бесило в Эшли все — его интровертность, его выбор профессии, его нежелание заниматься семейными бизнес-проектами, его нежелание жениться, его любовь к парням, его длинные волосы, его тихий голос, то что он общается с Джеком и то, как он одевается. И, наверняка многое ещё. Почти каждая попытка Майлза поговорить с сыном выливалась в скандал с криками и взаимными обвинениями. Джек без стеснения подслушивал. Так он узнал, что мать Эшли покончила с собой и Эшли обвинял в этом Майлза. Майлз же называл бывшую жену слабой на голову и безвольной, что, как догадывался Джек, сильно било по Эшли. Джек сочувствовал Эшли в меру своих скудных эмоциональных ресурсов, но в то же время отмечал, что Эшли действительно несамостоятелен и живёт на деньги отца, потому что зарабатывать самостоятельно не умеет и начинать боится, несмотря на очень крутую, редкую и дорого оплачиваемую профессию. Кто прав, кто нет, Джек не судил. Просто наблюдал. После очередного такого скандала, Эшли вышел из кабинета Майлза, хлопнув дверью и наткнулся на Джека. — Пойдем на балкон, — сказал Эшли, взял Джека за руку и неожиданно решительно потянул за собой. Джек пошел за ним, вопросительно глядя ему в спину. — Что случилось? — спросил Джек на балконе, прикуривая сигарету. Эшли закрыл дверь и подозвал Джека к перилам. — Здесь камер нет, — сказал Эшли. — Я поэтому сюда и хожу курить. Почти во всем доме дохера камер, а здесь я точно знаю, что ни одной. Я же здесь инсталляцию устанавливал. — Оу… ну, это место стало ещё лучше, — сказал Джек и облокотился о парапет. — Я хочу убить отца, — сказал Эшли. Джек поперхнулся дымом. — Ты сдурел? — спросил Джек. — Хочешь оказаться на моем месте? На поводке у кого-то из приятелей Майлза? — Не хочу, — сказал Эшли, — поэтому ломаю голову над тем, как это провернуть. И мне тут Оливер кое-что посоветовал. Джек выгнул бровь. — Вы общались с Оливером? — Да, сидели сегодня утром в баре и поговорили. Он мне рассказал о некоторых возможностях, о существовании которых я даже не знал. Джек вздохнул и провел ладонями по лицу, собираясь с мыслями. Сердце билось учащенно. Начав думать о смерти Майлза, о том, что теоретически, она возможна, Джек уже не мог остановиться. — Так. И как ты себе это представляешь? — Оливер сказал, что при наличии косметологического, стандартно оборудованного кабинета, можно свести гематомы с трупа. Кости и сухожилия не починить, а вот мягкие ткани запросто, — сказал Эшли. — Олли работал патологоанатомом, он по трупам спец, — сказал Джек, — Только вот… — Он вздохнул и задумался. — С камерами что делать? — спросил он. — Я подделаю изображения, — сказал Эшли. — У меня уже готовы болванки. — Ты уверен, что подделку не распознают? — спросил Джек. — Абсолютно. Я видел эти записи, нет там ничего особенного. — И как ты собрался его убивать? — спросил Джек. — Он сильный, спортивный. — Вот тут… — Эшли посмотрел Джеку в глаза, — мне нужна твоя помощь.