Луна инкорпорейтед 1.0

Джек вернулся от Майлза и лежал в кровати без сна, барабаня от нервов пальцами по подушке. Майлз сегодня был в ударе. Он чувствовал, насколько сложнее стало Джеку после Игр и это его заводило. Джек был уверен, что этот финт с минетом Майлз придумал специально для того, чтобы получить к себе ночью в постель Джека, всеми силами сдерживающего свою ярость. Эшли всё не шёл и Джек волновался всё больше. Весь план был шатким и мог сорваться даже из-за случайно встреченного в коридоре ночного слуги. Наконец, дверь открылась. Джек вскочил с постели уже одетый в джинсы и майку и последовал за Эшли на балкон. — Вот, — тихо сказал Эшли и передал Джеку маленькую, наполненную жидкостью колбу. В ней, тонкий и почти полупрозрачный, плавал кусок кожи с папиллярными узорами пальца. — Олли гений, — с восторгом сказал Джек. — Как это наклеивать? — Он сказал просто приложить и дать высохнуть. — Тогда вперёд. Только дай мне сперва свою толстовку. Мне будет нужно закрыть руки от царапин. Эшли вылез из цветастой, с логотипом его любимой группы толстовки и протянул её Джеку. Тот натянул этот предмет одежды, повел плечами, поднял и опустил руки и остался доволен. Рукава плотно сидели на руках. Эшли откупорил колбу и, опустил в неё указательный палец, подцепил на него отпечаток. Тот сел на палец, как будто всегда там был. — Умоляю, только ничего не перепутай, — сказал Джек. — Не включи его на полную мощность случайно. — Спокойно, — заверил Эшли, — я посёрфил, как они работают. Я его просто выключу. Он превратится в не более чем цацку для извращенцев. Джек услышал в голосе Эшли интонации Оливера и улыбнулся. — Ну всё… — Эшли посмотрел на свой палец, — испарилось. Джек повернулся к Эшли спиной и тот приложил палец к панели считывания на ошейнике. Тот тихо пискнул. — Извини, мне нужно проверить, — сказал Джек. — Не обижайся. — Несильно замахнувшись, Джек хлопнул Эшли по щеке. Ошейник не сработал. — Блин… — сказал Эшли, потирая щеку. — Работает, — сказал Джек, распрямляя плечи. На него вдруг снизошли спокойствие и уверенность и он почувствовал в себе растущее нетерпение. — Эш, — теперь не подведи. Все подготовь и бегом сюда. Я сам выход в гараж не найду, — сказал Джек. Эшли кивнул. — Ну пошли, — Джек щелкнул костяшками пальцев. Взгляд его стал тёмным и цепким, не предвещающим ничего хорошего. Майлз уже спал. Он лежал на спине в маске для сна, раскинув руки. Спал неспокойно. Джек бесшумно подошел к кровати, глядя на него. Волевой подбородок, сильные руки, широкие плечи — всё это скоро станет пеплом. Джек почувствовал, что дрожит. Не от нерешимости. От нетерпения. Он запрыгнул на Майлза и обхватил руками его горло, сдавливая его. Майлз дёрнулся и забился, пытаясь сбросить с себя нападающего. Маска сползла с его лица и Джек увидел узнавание в его глазах, сменяющееся ужасом. Он узнал его, понял, кто его убивает. Майлз был сильным, но не выносливым. Джеку нужно было выдержать только первый натиск и он выдержал. Майлз хватал его за руки, царапал плотную ткань толстовки. Джек, глядя неотрывно на своего мучителя, не давал ему дышать. Он не сжимал руки сильнее, чтобы не сломать Майлзу шею. Оливеру было нужно, чтобы Майлз умер от удушья. А раз Олли надо — Джек сделает. Наконец, дернув в последний раз ногами, Майлз вытянулся и замер, глядя раскрытыми глазами в потолок. Джек подержал его ещё, на случай, если он притворяется, и медленно отпустил. Тащил тело Джек, взвалив на плечо. Эшли проверял дорогу. Охрана на посту глядела на пустые коридоры, ИИ им помогал, но тоже не видел подвоха. В гараже Джек и Эшли аккуратно погрузили тело в багажник и Эшли, неожиданно спокойный и собранный и из-за этого ставший похожим на отца, увез тело к Оливеру, в косметологический, арендованный накануне кабинет. Джек сел на бетонные ступеньки и закурил. Его руки слегка тряслись. Не от страха, от нервного возбуждения. Ему нестерпимо хотелось двигаться, в идеале — бежать не останавливаясь подальше отсюда. Подальше с этой грёбаной Луны. Теперь или всё получится, или Джека ждёт смерть, а Эшли выбор — смерть или рабство. Джек не боялся, ему просто сложно было ждать. Он накануне думал о том, как сложно совершить убийство на Луне. Камеры здесь абсолютно повсюду. Эшли может подделать записи здесь, в доме, может подделать их в арендованном кабинете, но не получит к ним доступ на улицах, в тоннелях-трассах. Чтобы совершить убийство здесь, на Луне, и не умереть самому, недостаточно уметь убивать. Нужно уметь программировать, работать с телом и тканями и сложнейшим оборудованием, знать юридические тонкости, уметь работать с 3d видео так, чтобы ИИ не распознал фальшивку. Сегодня Джек, Эшли и Оливер сдавали экзамен и Джек чувствовал себя самым бесполезным. То и дело его память возвращалась к лицу Майлза перед смертью. В последний момент он, бесспорно, ощутил ужас от осознания, что ему не спастись, что Джек не отпустит его и не пощадит. А что ощутил он сам, Джек понять не мог. Облегчение? Злорадство? Триумф? Похоже что нет. Это было то чувство, какое испытываешь, подползая, наконец, к финишу, полуживой от усталости и уже отчаявшийся. Предчувствие свободы. Ждал Джек долго. Трижды в гараж выходили курить охранники, жались к стене на ступенях, чтобы не попасть под камеры. Джек прятался от них за одной из бетонных опор, подслушивая их немногословные разговоры. обсуждали Игру, семьи, денежные проблемы. Наконец, уже под утро, машина Эшли въехала на парковку. — Все готово, — сказал Эшли и подогнал автомобиль поближе к служебному коридору. — Выгружай. Джек открыл багажник и взвалил, завёрнутое в белую пластиковую ткань тело на плечо. Эшли пошёл вперёд, сигнализируя о том, что путь свободен. Уже проснулись некоторые слуги. Джек стоял минут десять у входа в жилую часть, ожидая, когда, наконец, освободится коридор. — Оливер сказал подождать два часа, чтобы он окоченел, как положено, — сообщил Эшли, когда Джек зашел в его комнату. Эшли сидел за огромным голографическим экраном и ловко и быстро обрабатывал записи с помощью им самим созданных скриптов, постепенно заменяя нужные куски реальных записей. — Я его уложил, — сказал Джек, садясь на пол, рядом со столом Эшли, — всё как было, с маской на лице. Голову положил неудобно, подбородком на грудь. — Я уже почти закончил, — сказал Эшли. Он был собран и спокоен. Джек сидел и внимательно на него смотрел. Что-то ему подсказывало, что в Эшли есть намного больше черт отца, чем тот сам был готов признать. — Включай ошейник, — сказал Джек. Эшли кивнул и, развернувшись на вращающемся кресле к Джеку, приложил палец к сенсорной панели на ошейнике. Тот пискнул и на нем загорелся тусклый огонёк. — Ты слышал про Дилемму заключенного? — спросил Джек. Эшли посмотрел на него и задумался. — Что-то там из теории игр про сотрудничество и предательство? — спросил он. Джек кивнул. — Есть два заключенных. Если ни один из них не выдаст другого, оба останутся на свободе. Если один из них выдаст другого — он получит половину срока, а тот, кого выдали — полный срок. Самое выгодное для них — не выдавать другого. Но они не знают, выдаст ли их другой и в условиях этого неведения, кажется выгоднее выдать подельника первым, чтобы не получить полный срок. — Ага… — сказал Эшли. — Вспомнил. — Так вот, — сказал Джек. — Давай не попадаться в эту психологическую ловушку, что бы ни произошло, и помнить, что самый выгодный вариант — не выдавать друг друга. Эшли кивнул. — Договорились. Джек… Джек вопросительно посмотрел на Эшли. — Если бы не ты… Я никогда бы не решился. Спасибо. Джек кивнул и поднялся. — Пойду попробую поспать, пока не началась беготня и да… — М? — Эшли посмотрел на Джека приподняв брови. — Съешь чёртов отпечаток. Прямо сейчас.