Vesta: Горький вкус победы

      — Вытяни руки вперёд, — в очередной раз сказал Деджун, посмотрев на Джено внимательным взглядом. — А теперь коснись указательным пальцем носа.       Ли подчинился, хотя его уже порядком бесила эта проверка.       — Да всё со мной нормально, Джун, — ответил альфа. — Лигорская магия постепенно восстанавливает то, что покалечила.       Сяо ещё раз посмотрел на него с подозрением, что поделать, если этот омега до сих пор не мог смириться с выкрутасами магии.       — Ладно, иди, но если что…       — Всё будет хорошо.       Омега выдохнул, но махнул на него рукой. Ли улыбнулся доктору и вышел. До запланированной миссии оставалось не так много времени, но у альфы было ещё одно дело.       Ли понимал беспокойство доктора, ведь ещё несколько дней назад он был одной ногой в могиле. С замиранием сердца вспоминал он прошедшие годы. Это был сущий кошмар и лишь один человек в это время освещал его никчёмную, наполненную болью, жизнь.       Лёгкий запах мяты и улыбка, что была такой искренней, хотя Джено и видел слёзы, застывшие в красивых глазах.       Альфа вспомнил, как очнулся в одной из комнат гостиницы Довсли, лёжа на широкой кровати. Все его раны были обработаны, на голове была повязка, а рядом в кресле, свернувшись в три погибели спал совсем юный омега, тело которого было покрыто шрамами.       Воспоминания накатили одно за другим и Джено едва не стошнило, если бы не аромат мяты, что отгонял рвотные позывы и ненужные мысли.       Потом пришёл Довсли, что пытался выяснить, что с ними произошло. Джено рассказал, потому что отец всегда повторял, что этот веспандец его лучший друг.       — Я встану на ноги и мы уйдём, — говорил он старшему.       — Я вас не гоню. Восстановись сперва. Да и мальчишка… Ты уверен, что его не будут искать?       — А какой от него теперь толк? Вместо одного пропавшего рэйдца Ник получил двоих, но он так и не сказал для чего он их искал. Чую это дело дурно пахнет, а я ещё не в том состоянии, чтобы копать глубже. Я… Мне нужно разорвать связь с Vesta, поможете? Отец говорил, что у вас есть неплохие возможности по этой части.       — Да когда это было, — хмыкнул Довсли. — Но я сделаю всё, что смогу. Ник, и правда, заигрался.       Спустя пару месяцев Довсли привез ему нейтрализатор и два чипа. Янян с подозрением смотрел на чёрный квадратик, но позволил закрепить новое удостоверение сразу после слов о том, что без него его заберут и отвезут обратно на Рэйд.       Этот мальчишка нравился Ли, но Янян был ребёнком, а он уже состоявшимся альфой. У него даже были отношения, но всё упёрлось в разногласия относительно видения общего будущего, да и служба на Авадоса отнимала много времени.       Джено вспомнил, как прижимался к нему Янян, как мучился от кошмаров, кричал во сне. Альфа считал себя виноватым во всём, хотя понимал, что оставь он мальчишку там, на Рэйде, кто знает, где бы он оказался. Может в той же самой яме, вместе с родителями.       То, что что-то мешает Лю говорить, Джено тоже понял почти сразу, но он был солдатом, а не психологом, да и предположить не мог, что всё будет так. О Лигоре в тот момент он вообще не думал.       — Ты можешь посмотреть на город, — пытался разговаривать с младшим Джено. — Тебе не обязательно сидеть в этих стенах всё время.       — Я нужен тебе, — тихо говорил Янян и Ли понимал, что да, нужен, ведь без его поддержки он даже до уборной дойти не мог, а более длительные прогулки и вовсе лишали сил.       Янян просто был рядом и ничего не просил взамен.       — Ты спас меня, а я — тебя…       Джено понимал, что с каждым взглядом, с каждым касанием, с каждой улыбкой привязывается всё сильнее, а запах мяты, нарастающий с каждым днём кружил голову.       — Кажется, твой спутник вошёл в очень интересный период жизни, — заметил однажды Довсли, разминая ему ноги. Яняну этого делать Ли не разрешал, слишком уж интимной была эта процедура, а омега… Джено всё ещё надеялся, что однажды Лю решит уйти и не тратить свою жизнь на слабого калеку. В то, что он однажды встанет на ноги, Ли верил с трудом. — Запах мальчика нарастает. Он выглядит растеряно. Ты бы поговорил с ним.       — А почему я? — растерялся Ли.       — Тебя он послушает, а я для него не авторитет. Так, ворчливый дед, у которого он вынужден жить.       — Вы на себя наговариваете. Янян уважает вас.       — Возможно, но ты… Ты для него нечто большее. Я думаю, что в том месте, откуда он родом, ему вряд ли объясняли что происходит с его телом.       — А я прямо-таки эксперт, — фыркнул Джено, а сердце заколотилось быстрее.       — Ну, какой-никакой опыт имеется, — засмеялся веспандец.       Джено понимал, что старший прав, но пытался максимально отсрочить этот смущающий и волнующий разговор.       Между тем омега нервничал сильнее, а его глаза всё чаще были напуганными, либо красными.       Однажды Джено не выдержал, поймав младшего за руку и замечая, как он вздрогнул.       — Что случилось? — спросил Ли. — У тебя что-то болит?       Лю помотал головой, пытаясь освободить руку. Джено видел, как вспыхнули его щёки, а виски взмокли. Большой палец альфы осторожно погладил запястье младшего. Омега задрожал, а его глаза наполнились ужасом. Ли внимательно наблюдал, отмечая, как чуть вздыбилась ткань в районе паха омеги.       — Тщ, успокойся. Это нормально. Ты когда-нибудь слышал о том, как появляются дети?       — Всеотец… — прохрипел Лю, всё-таки освободив руку и слегка попятившись. Джено видел, как он борется с желанием убежать и любопытством.       — А если я скажу, что это не так? — спросил альфа. — Я знаю, что с тобой происходит, но ты уверен, что готов это услышать? Это, — кивнув в сторону паха омеги, сказал альфа. — Только начало. В нашем мире о таком детям обычно рассказывают родители, а я… Я чужой тебе…       Омега замотал головой, а потом подошёл ближе, опускаясь на краешек кровати.       — У меня никого… Только ты… Я хочу знать…       Впервые на своей памяти Джено прочитал кому-то столь подробную лекцию о физиологии, сексе и зарождении жизни. Янян смущался, слушал, не пытаясь перебивать, но всё же не смотрел Джено в глаза, теребя край своей футболки.       — Твой запах увеличивается, а значит, ты вот-вот начнёшь новый этап в своей жизни. Говорят, что первые несколько часов сопровождаются болью, но это пройдёт. Я… Я не имею права держать тебя здесь, но я бы посоветовал тебе не торопиться взрослеть. Чем дольше ты сможешь хранить себя, тем меньше будет проблем, когда ты встретишь своего альфу.       — Ты...       — Нет, Янян, — ответил Джено. — У меня вряд ли есть шанс встать с этой постели, а я хочу, чтобы ты жил.       — Без тебя я бы умер…       — Янян…       — Потом. Тебе нужно набираться сил.       Ли был уверен, что после рассказа об отношениях альф и омег, младший станет осторожен и будет приходить реже, но Яняна совсем не беспокоила приближающаяся проблема, наоборот, он стал смелее, снова начал улыбаться, а ещё приобрёл привычку после ужина забираться к Ли в кровать и просить какую-нибудь историю о многообразии ЕКВ. Джено не мог сопротивляться, а когда темнело, он отправлял младшего в его комнату.       Пансионат Довсли был не слишком популярным местом, поэтому они никому не мешали.       Иногда, утомлённый домашними делами, Янян засыпал рядом с Ли и у альфы не было ни сил, ни желания его будить. Джено лежал рядом, наблюдая за омегой, запоминая каждую чёрточку на его бледно-серой коже. Янян был очень красив и Джено не раз ловил себя на мысли, что если бы не болезнь, он бы поборолся за сердце этого омеги, но альфа считал, что Лю заслуживал лучшего, что он с ним только из жалости, но скоро омеге это надоест и он уйдёт.       В тот день Янян тоже остался у него. Рассказ о Великой Библиотеке Урбонса затянулся. Омега выглядел сонным и Джено не смог ему отказать.       — Спи, — улыбнулся ему альфа, на автомате коснувшись губами макушки омеги. Тот прижался к нему ближе и закрыл глаза.       Джено тоже пытался спать, но запах мяты тревожил. Да, организм Ли сейчас вряд ли был готов на подвиги, особенно в постели, но инстинкты говорили о том, что омега в его руках готов для создания семьи и продолжения рода.       Где-то к середине ночи Ли всё же задремал, но ненадолго. Разбудил его тихий стон у самого уха.       Омега ещё теснее прижался к нему, перекинув ногу через бедро альфы и потирался об него твёрдой плотью, стянутой тканью штанов. Аромат мяты полностью заполнил комнату, вот только собственная плоть осталась безучастна к происходящему. В глазах невольно защипало. Нет, он, конечно, не собирался спать с мальчиком, но и умирать не хотелось. Собрав всю волю в кулак, Ли осторожно потрепал Лю по плечу. Янян открыл немного припухшие глаза, в них сейчас была паника, смущение, желание и боль. Заметив в каком положении он оказался, омега смутился ещё сильнее.       — Я… Мне… — попытался повернуться и сесть младший, но тут же поморщился, обхватив себя руками. — Больно… Всё внутри…       — Это скоро пройдёт. Ляг обратно, так будет легче, — сказал Джено, опустив ладонь на грудь омеги и укладывая его на подушку. — Расслабься.       — Это то, о чём ты говорил?       — Да, малыш. Это пройдет.       — Ты поможешь мне? — поймал его за руку Лю.       — Я не думаю, что…       — Я хочу, — сказал омега, а потом с протяжным стоном выгнулся, а через мгновение снова попытался съёжиться, но Джено его остановил.       — Жарко… Я словно горю…       Альфа выдохнул, наблюдая за тем, как младший начал судорожно стягивать с себя одежду. Серая кожа с замысловатыми узорами приковывала взгляд. Тело омеги было худым. Острые ключицы, тазобедренные кости, колени, щиколотки. Янян был словно раскрытая книга на его простынях. Небольшой член с тёмной головкой слегка покачивался, а вот анус был сухой, хотя слегка воспалился. Янян, видимо, уже не понимал, где находится и с кем. Он лишь постанывал, хмыкал и морщился.       — Больно… Внутри…       — Это пройдёт. Нужно отвлечься.       — Я не могу…       — Коснись себя…       — Как?..       Альфа взял младшего за руку и поднёс её к твёрдому стволу.       — Сожми, — сказал он. — Вот так. Ввверх-вниз.       Янян задышал чаще, а Ли не торопился убирать свою ладонь с руки омеги, что сжимала член, продолжая неторопливое движение. Большой палец альфы скользнул по тёмной головке, размазывая смазку, пока омега продолжал дрочить.       Джено понимал, что, глядя на это, его дружок начал оживать, но сил было мало. Янян снова выгнулся, кончая себе в руку.       — Вот так, хорошо, — чуть севшим голосом сказал альфа, разжимая пальцы. — Как ты?       — Я… Хорошо, но там… Там всё горит…       — Где?       — Там.       Янян снова сжал руку альфы и потянул вниз, чуть скользя по бедру. Палец Джено прошёлся по пульсирующему анусу младшего, что был уже немного влажным.       — Всё будет хорошо, — сказал альфа, продолжая поглаживания. Он чувствовал себя последней скотиной, но оставить омегу одного со всем этим он не мог. Да, от течки ещё никто не умирал, но Янян… Он был другим и напугать его совсем не хотелось. Да, обманывать себя было глупо, Ли хотел, чтобы мальчику было хорошо в его руках. Как бы он не старался убедить себя в том, что ему всё равно, он уже полностью погряз в этом омеге. Вот только давать ему надежду на совместное будущее, было бы глупо. Он ведь уже не жилец.       Между тем Янян уже немного расслабился, слегка постанывая. Его ладошки скользили по собственному телу, пока Джено, чуть склонившись, с жадностью смотрел на его губы. Палец альфы кружил у ануса, что выталкивал всё больше смазки.       — А… Вот тут… — ладони омеги замерли внизу живота. — Горячо… Больно…       Лю попытался свернуться, но Джено придавил его своим телом, а крик потонул в поцелуе. Омега прогнулся, а два пальца альфы скользнули в горячую влажную тесноту. Янян простонал в поцелуй, а Джено искал, и судя по тому, как содрогнулось тело под ним, нашёл-таки точный угол.       — Ещё… Ещё… — шептал младший и альфа старался, проникая глубже, потирая пальцами заветный комок нервов и наблюдая, как омега бьётся в оргазме и засыпает с улыбкой на губах.       Джено же на ватных ногах выбрался из кровати и, придерживаясь за стену, поплёлся в ванную. Эрекция давно спала, а перед глазами мелькали чёрные точки, но он уже успел включить воду, чтобы умыться, прежде чем силы окончательно его покинули. Паника накрыла с головой, ноги запутались, он что-то уронил и упал сам. Голова нещадно болела.       — Идиот! — влетел в комнату Довсли. — Так и знал, что ты что-нибудь учудишь.       — Я… Я сделал ему хорошо… Он улыбался, а я… Я переживу… У меня ведь больше никого…       Ли чувствовал холодные струи воды, что возвращали в сознание. Он сидел в ванной, а веспандец стягивал с него мокрую одежду.       — Знал бы, что ты в герои подашься, притащил бы затычку для его дырки. Там, на пляже, чего только не продают. Да если б я не спал так чутко, ты бы истёк тут кровью, а мальчишку утром бы удар хватил.       — Кровью? — спросил Джено, а рука потянулась к голове.       — Не трогай! Нужно обработать и заклеить, а то последние мозги вытекут. Я тебя о чём просил? Поговорить с мальчиком!       — Ну, я поговорил… Он кажется всё понял…       — И пришёл в течку в комнату к альфе.       — Толку-то от меня…       — Ну, спит он крепко, — хмыкнул Довсли, коснувшись раны на затылке Джено тампоном. Альфа зашипел. — Не дёргайся!       — Спасибо.       — Да не за что, но на базар я всё же сгоняю, мало ли что. Он теперь взрослый мальчик, разберётся что к чему, а то загонит своего альфу.       — Я не…       — Джено?.. — послышался голос из комнаты, а потом торопливый топот.       Янян вбежал в ванную в чём папа родил. Соски торчали, на животе была засохшая сперма, член снова стоял, по бедру стекала смазка, а в глазах была паника.       — Что?..       — Ну и нравы, — хмыкнул веспандец, перебинтовывая голову Ли. — Ни стыда, ни совести.       Щёки Яняна покрылись румянцем.       — Всё хорошо, малыш, — натянул улыбку альфа. — Я просто неудачно упал.       — А я… Почему я не слышал?       — Ты был немного не в себе, — сказал Джено. — Но всё хорошо. Я справлюсь.       — Это из-за меня, да? Из-за того, что я…       Омега обнял себя руками, а в его глазах собрались слёзы. Сердце сжалось.       — Нет, милый. Ты тут ни при чём, просто мой организм оказался не готов к таким нагрузкам. Ты, давай, успокойся, прими душ и ложись спать.       — А… — Янян неуверенно потоптался на месте, сомкнув бедра.       — Это продлится дней пять, но мы придумаем, что с этим делать.       Уже на следующий день Довсли притащил Яняну целый мешок омежьей атрибутики от тампонов до небольших игрушек, что должны смягчить ожидание партнёра в такие дни. На вопрос где он всё это взял, веспандец отмолчался, а Джено с улыбкой наблюдал за тем, как краснели щёки Яняна, когда он понимал для чего именно был тот или иной предмет.       Ли понимал, что становится зависимым от губ, что целовали его перед сном. Казалось бы, присутствие Яняна рядом дарило крылья, казалось, что вот-вот болезнь отступит, но начались удушающие приступы, что выматывали. Оставаться в сознании становилось всё труднее. Слёзы омеги ранили, но альфа повторял, что всё будет хорошо, пока однажды открыть глаза оказалось непосильной задачей.       Сейчас это больше походило на дурной сон, а тогда… Тогда он решил, что пришёл его конец. Об одном он жалел. О том, что не смог сделать Яняна счастливым.       Коридор закончился и Джено оказался на палубе, где готовились ко взлёту три небольших звездолёта. За куполом были видны космические вспышки, метеориты и он — Кундар.       Отец ещё тогда предполагал, что действия Авадоса, Шима и Вальдо лягут тенью на Vesta, но сведений о том, что объединяет этих троих было не так много. Отец ошибся лишь в одном: он посчитал центрионца пешкой, но тот, определенно, был ферзём и предугадать его следующий ход было практически невозможно, разве что загнать его в тупик.       На палубе было довольно многолюдно. Кун с Эммой, Джейн, Дилис с Вангдаули и Янян. Эти трое, как ни странно, выглядели, как семья и появившееся за завтраком чувство ревности куда-то ушло, тем более, что Квон успел рассказать Ли печальную историю этого кворка.       Заметив его, Дилис поманила к себе.       — Ну что, наш суетливый доктор дал тебе добро на полёт? — спросила Ким. Она улыбалась и Джено было приятно видеть её такой. Он помнил тот день, когда увидел её в первый раз. Она пыталась оправдаться, а альфа… Он уже тогда пусть не знал, но чувствовал, что в смерти отца без руки Vesta не обошлось. Дилис была жертвой, как и он.       В ту ночь они проговорили до утра. Обсуждали и вспоминали отца. Он был бы счастлив увидеть её сейчас. Счастливую и свободную. Он хотел её защитить, но не смог. Он был простым человеком, а вот сейчас за спиной Ким было два самых настоящих зверя и никому было не дано её сломать.       — Сяо решил подстраховаться, — хмыкнул Ли. — Я чувствую себя замечательно. Да, ещё не всё восстановилось, например, нет возможности к трансформации, но это сейчас и не так важно. Кровь Юши повлияла на меня благосклонно. Я уже давно не чувствовал себя так хорошо.       — Это замечательно, — кивнул Ким, а потом посмотрела на кворка. — Вали, идем-ка навестим Кормака, пока он не сорвался в диспетчерскую. Думаю, что Джун и Джехён с Чону справятся и без него.       — Не думаю, что он будет рад меня видеть, — хмыкнул Вангдаули.       — Перебесится. Ты мой друг. Мой брат. Пусть привыкает.       — Как скажешь, — тихо хмыкнул кворк и, потрепав Яняна по волосам, пошёл следом за капитаном.       Джено и Янян словно остались наедине. После того, как Ли очнулся у них было много возможностей, чтобы поговорить, но они оба оттягивали этот момент, хотя по-прежнему засыпали в одной кровати.       — Я хотел бы извиниться, — первым начал Ли, заметив растерянность и панику во взгляде младшего.       — За что? — сглотнул омега.       — За пренебрежение. Я… Я до последнего считал, что между нами лишь мимолетные чувства, вызванные опасностью и вынужденным проживанием вместе. Я… мне казалось, что ты заслуживаешь лучшего, но… Я понял, что не имею никакого права решать что-то за тебя. Сам я пропал ещё около года назад, когда твоё тело было моим. Я пойму, если ты сейчас решишь уйти, но я…       Янян опустил указательный палец на губы альфы.       — Знаешь, — сказал омега. — В ту ночь пропал не только ты. Уже тогда я был готов на всё ради тебя. Готов был быть рядом, а если придётся лечь рядом и умереть. Я… Мне было тяжело в те дни, когда ты отказывался касаться меня, но я видел, как тебе было плохо, и я готов был забыть о близости тела навсегда, лишь бы ты дышал и с восхищением смотрел на меня в те минуты, когда думал, что я не вижу. Я… Это я считал себя недостойным тебя. Маленьким, неопытным прилипалой, а ты… Ты был, есть и останешься для меня героем. Скоро мы начнём новую жизнь на Кундаре, и если ты не против, я хотел бы ступить на земли той планеты с твоей меткой на шее.       — Янян…       — Ты не хочешь? — взгляд младшего потускнел, а сердце сжалось.       — Не в этом дело. Это… Это ведь навсегда. Я… Мой папа ушёл из семьи, когда мне не было и года. Отец сказал, что он был младше него, что ему не хватило тепла, а ещё все эти заботы о новорождённом, вечно пропадающий на работе муж…       Янян сделал шаг навстречу старшему и посмотрел прямо ему в глаза:       — Ты думаешь, что после того, что мы пережили вместе за эти годы, меня можно ещё чем-то напугать? Я видел тебя всяким: беспомощным, злым, счастливым, печальным, возбужденным, апатичным. Я видел тебя корчившимся от боли, когда твой организм был просто не в состоянии справиться с ней, и ты считаешь, что после всего этого я смогу прожить без тебя? Ты мой, Джено, а я твой. Если мы выдержали это и не сломались, то думаю, что и с совместой жизнью без кошмаров справимся.       Ли тихо хмыкнул, а потом приблизился к младшему, нежно коснувшись губами его лба.       — Пора вылетать, — послышался в передатчике голос Эммы. — Чем быстрее мы с этим покончим, тем лучше.       — Да, ты права, — сказал Джено, а вслух добавил. — Мне нужно лететь, малыш. Думаю, что по возвращению мы продолжим этот разговор.       Ли осторожно коснулся таких уже родных губ. Младший прав, они слишком хорошо друг друга знают. Они уже проросли друг в друга настолько прочно, что расставание принесёт им не только душевную, но и физическую боль.       — Я буду ждать, — шепнул Янян.       Джено кивнул, а потом поспешил к звездолётам, буквально чувствуя на себе взволнованный взгляд омеги. На душе стало теплее.       — Ну, что за «птичка» мне досталась? — спросил он, когда Эмма вручила ему небольшое тоненькое колечко.       — Этот корабль мы одолжили лет пять назад на Арктусе. Там вечно кто-то с кем-то сражается. Пока те живчики били друг друга, их птичка улетела, — ответила Эмма. — Баз полностью проверил звездолёт и убрал всё лишнее.       — А зачем они вам вообще нужны? — спросила Джейн.       — Ну, не везде хочется светить «Королевой ночи», — пожала плечами Эмма. — Этот корабль слишком приметен, чтобы так рисковать.       — Ну, тогда по машинам, — сказал Кун, целуя жену.       Джено посмотрел на Яняна, что помахал ему рукой и, помахав в ответ, занял место в кабине.       — Система связи налажена, — сказал Квон. — Помимо ваших личных чипов, на звездолётах существует внешняя сеть, способная уловить любые изменения в корабле союзников. Приятного полёта и будьте осторожны.       По палубе «Королевы ночи» пронеслась предупреждающая сирена.       — Просьба к экипажу покинуть наружные помещения. Защитный купол будет открыт через пять, четыре…       Квон вёл отсчет, а Джено наблюдал за тем, как Джейн увела Яняна, а потом прозрачная крыша отъехала в стороны, а звездолёты поднялись вверх. Сейчас им предстояло исследовать несколько сотен километров планеты, когда-то наполненной жизнью, а сейчас заброшенной и пустой. На приборной панели шёл обратный отсчёт. У них было чуть меньше пяти часов.       — Итак, — сказала Эмма. — Предлагаю взять за ориентир вон ту гору и, облетев вокруг, вернуться к заданной точке.       — Ты уверена, что нам хватит времени? — с сомнением спросил Кун.       — Ну, по размерам этот шарик раза в четыре меньше Истинной земли. Учитывая высоту, думаю, что да, должно хватить.       — Что ж, как говорится, кто не рискует, тот не пьёт шампанское, — хмыкнул Джено. — Полетели.       Три машины стремительно направились в сторону планеты. Гора, с которой предложила начать Эмма, была высокой. На вершине можно было заметить лёд и снежную шапку. Тоненькой струйкой с вершины стекал небольшой ручеёк, что ближе к подножию разрастался, прокладывая себе путь среди обгоревших и снова выросших деревьев. Вода в образовавшейся речке была прозрачной. К удивлению Джено, через неё можно было увидеть камни на дне и стайки ярких полосатых рыбок.       — Это что-то новенькое, — послышался голос Эммы. — Не знала, что Кундар настолько приближён к общей сетке Земель. Я думала, что здесь что-то среднее между Булларом и Паллором, но даже деревья и другая растительность выглядят вполне нормально. Зелень сочная, и видимо, этим деревьям не чужд фотосинтез.       — Не стоит делать поспешных выводов, — заметил Кун. — Вон те птицы вряд ли потянут на обитателей Земель.       К их полёту, действительно, присоединились с десяток огромных лилово-золотистых птиц. У них были длинные худые ноги, а размах крыльев приближался к трём метрам. Прочные клювы были покрыты шипами.       — Квон, что это? — спросил Джено.       — Не могу знать, мастер. Могу предположить, что это продукт местной эволюции. Выжившие особи могли мутировать, хотя нам вряд ли удастся отыскать полный перечень водившейся здесь ранее живности.       — Они опасные?       — Ну, судя по тому, что они не нападают, могу предположить, что нет, но это может быть банальное любопытство и они ещё попробуют оценить ваши звездолёты на вкус.       Птицы, действительно, довольно мирно летели рядом, но у кромки леса отстали, не рискнув преодолеть зелёный барьер. Возможно, там для них не было пищи и покидать свою среду обитания они не торопились.       За лесом располагался город. Точнее то, что от него осталось. Невысокие покосившиеся дома, покрытые пылью, зияли дырами. Стены зданий потрескались и обросли растительностью. На растрескавшихся дорогах можно было заметить ржавые аэромобили.       — М да, — сказал Кун. — С одной стороны почти пять веков, а с другой…       — Технологии уже в то время были рассчитаны на многолетнюю службу, не удивительно, что за это время многие материалы сохранились.       Между строений можно было заметить гоняющих мелких грызунов зверей покрупнее. Они чем-то напоминали смесь койотов с зебрами. На звездолёты они не обратили никакого внимания.       — Если эта живность ничего не боится, значит, искать тут плотоядных монстров нет смысла, — сказала Эмма. — Они чувствуют себя здесь хозяевами.       На крыше одного из зданий Джено заметил большую полосатую кошку с котятами.             — Они все двухцветные, — сказал он. — Следуя логике…       — Они олицетворяют ауры кундарцев, — добавил Кун. — Но если люди размножались при помощи Древа, то животные…       — Думаю, что какая-то магия есть в них самих, — предположила Эмма. — Или они отправляются за благословением в другое место. Вон, как-то стадо.       Вдоль реки, действительно, шло небольшое стадо из десяти-пятнадцати особей. Длинные ноги с копытами, худые, можно даже сказать костлявые тела и толстые бараньи рога.       — Увы, устье реки у нас в третьем секторе, — хмыкнула Ли. — Лучше не сворачивать, чтобы что-нибудь не упустить.       Дальше за городом располагалась выжженная пустыня, хотя следы межевания ещё немного сохранились. Кажется, здесь были сельскохозяйственные угодья, что видимо подпитывались рекой, но от воды осталось лишь пересохшее русло.       — Здесь была река, но кажется, вон те камни перекрыли доступ воды, и земля высохла, — сказал Джено.       — Возможно, это был мост. Вон какие опоры. И разрушил его явно прицельный удар ракет Vesta. Они намеренно били по жизненно важным объектам. Квон, неужели ты ничего не знаешь об этом?       — Увы, Кундар был уничтожен за несколько лет до моего создания, а Свышек и Енмин очень хорошо умели подчищать следы. В момент обстрела профессор Рос находился на Земле, а воспоминания о родине втягивали его в затяжную депрессию, но это вполне в духе Свышека Самли — уничтожить всё живое на неугодной ему планете.       Среди пустыни можно было заметить останки домиков поменьше, а ещё кости довольно крупных животных.       — Думаю, что, если разобрать завалы моста и почистить каналы, это место ещё вполне возможно оживить, — послышался голос Чону. — Возможно, под слоем пыли есть какие-то подземные источники воды. Да и почва вполне может оказаться плодородной.       Между тем они пересекли ещё одну горную цепь и были облаяны то ли собаками, то ли медведями яркого жёлто-зелёного окраса.       — А жизнь-то на планете бьет ключом, — заметила Эмма.       — Увы, за трёхметровым забором лаборатории мы этого ничего не видели, — хмыкнул Кун.       Между тем звездолёты, кажется, вновь влетели в черту города. Первым, что бросилось в глаза, был заросший космодром и огромные спутниковые тарелки, покрытые пылью и ржавчиной.       — А вот это уже лучше, — сказал Ренджун. — Нужно выяснить цело ли оборудование и что их питало.       — Привычных нам электростанций здесь не наблюдается, — заметила Эмма.       — Шим получал энергию звезды, заряжая батареи, но это оборудование мощнее, а значит у кундарцев был другой источник энергии, более надежный.       — А вон те камеры могут им служить? — спросил Джено, заметив на горизонте большой комплекс, состоящий из небольших бассейнов. Он тоже был покрыт пылью и разрушен. Внутри были заметны повреждённые медные пластины и толстые кабели.       — Это рыбы? — спросил Кун.       Джено тоже заметил длинные высохшие скелеты на дне некоторых камер.       — Местный источник энергии? — спросила Эмма.       — Возможно, — сказал Квон. — На некоторых планетах, в том числе на Истинной Земле, существуют виды рыб, вырабатывающих электричество. Оно нужно им для охоты и защиты, но подпитка целого города… Возможно, это какой-то особенный вид.       — Вернёмся сюда позже, — сказал Ренджун.       Между тем они снова летели над лесом, замечая то тут, то там диких животных, что наблюдали за ними с интересом.       — Время заканчивается, — напомнил Квон.       — Да, кажется, нам нужна вон та гора, — выдохнула Эмма.       — Ты как? — спросил Джено.       — Терпимо, но хочу спать.       — Вам всем нужен отдых, — сказал компьютер. — Возвращайтесь. Пока вы поспите, мы закончим с картой.       Звездолёты покинули атмосферу Кундара и двинулись к «Королеве ночи»       В целом данная часть планеты оказалась безопасна, но была достаточно истощена. На её восстановление понадобиться время, но это того стоило. То, что им удалось увидеть, впечатлило.       Звездолёты опустились на палубу, защитный купол вернулся на место, а к ним поспешили Янян, Донхёк и Лайза.       Джено почувствовал, что его тело словно онемело. Выбраться из кресла получилось лишь со второго раза.       Кун и Эмма выглядели не лучше, а девушка и вовсе была чертовски бледной. Донхёк крепко её обнял.       — Всё со мной хорошо. Мне нужно лишь поспать, — отмахнулась Эмма.       Кун же пытался глубоко дышать, присев на корточки и прикрыв глаза.       — Милый…       — Всё нормально. Тошнит немного, но это сейчас пройдёт. Наши малыши, кажется, впечатлились полётом.       — Цепляйся за меня. Я тебя донесу, — сказала Лайза. Омега обвил её шею и она ловко подняла его на руки.       На палубе они с Яняном остались вдвоём. Ноги казались ватными. Было ощущение, что сделай шаг и он рухнет, как тогда. Янян без слов подошёл ближе. Джено рефлекторно закинул руку ему на плечи, младший ласково приобнял его.       — Идём? — спросил омега.       — Тебе снова приходится со мной возиться, — хмыкнул Джено.       — Всё нормально. Твоя близость для меня в радость. Квон сказал, что эта слабость следствие небольшого перегруза при посадке, а не отголоски тех дней. Она пройдёт.       — Ты испугался?       — Я… Я почувствовал, — ответил Янян, подняв голову. — Я… Я чувствую, когда нужен тебе.       Джено посмотрел в такие родные глаза и слово само сорвалось с его губ:       — Всегда, — сказал он. — Ты нужен мне всегда.       Губы потянулись к губам. Он скучал по этим ощущениям. Кровь побежала быстрее, разгоняя усталость. Джено чувствовал, как его организм словно оживает, возвращая то, что он кажется, почти утратил. Младший расслабился в его руках, прижимаясь ближе, но где-то послышался шум, отрезвляя. Они отстранились друг от друга, когда на них быквально вылетел раздражённый кворк. Вангдаули растерялся, заметив их.       — Простите, не хотел вам мешать, — сказал он. — Просто захотелось проветриться.       Температура на палубе была комфортной, но без верхней одежды тут долго вряд ли продержишься, хотя то, что творилось за куполом, могло превратить тебя в ледышку за пару секунд.       — Что-то случилось? — спросил Янян, поправив воротник кожаной куртки кворка. К удивлению Джено младший совсем не боялся грозного зверя, хотя казалось бы, кворки у многих вызывали первобытный ужас.       — Да так, не сошлись во мнениях с генералом, — очень мягко ответил Вангдаули.       — Он не желает вам зла…       — Я знаю, малыш, просто… Хотя не важно. Идите-ка отдохните. Не забивайте себе голову.       — Вы тоже. Всё обязательно будет хорошо.       — Конечно, милый.       Вангдаули обнял Яняна и, подмигнув Джено, направился к мостику.       — Обидишь его, — услышал Джено в передатчике голос кворка. — Все причендалы оторву…       — Я... Я не планировал. Я люблю его.       — Тогда не тяни. Эта планета и её магия определённо сводит с ума. Янян должен быть чьим-то, иначе она найдёт с кем его связать, и не факт, что этот выбор падёт на тебя. Мы все на этом корабле немного безумны. Иди, и сделай его своим.       — Да, я… Хорошо.             Джено бросил взгляд сперва на кворка, что стоял у борта и печально смотрел вдаль, а потом на Яняна, что вскинул бровь.       — Что? — спросил омега.       — Идём-ка отсюда, — сказал Ли, взяв младшего за руку и потянул к каютам, в тот момент, когда из коридора вышел сосредоточенный Кормак. Он пробежался по ним взглядом, а потом направился в сторону Вангдаули.       Джено с трудом подавил чувство любопытства и утащил Яняна в каюту.       — Квон, они не поубивают друг друга?       — Думаю нет, — хмыкнул компьютер. — Им просто нужно поговорить.       В каюте было не так много места. Удивительно, что «Королева ночи» смогла дать приют всем. Впервые Джено услышал об этом корабле от отца. Он говорил, что Дилис повезло с командой, что если бы не преданные люди, она бы уже давно стала жертвой Vesta. Он называл «Королеву» неуловимой, но как он сам попал на неё, увы, Джено так и не узнал. Отец так и не рассказал, а Дилис… Джено не хотелось теребить её старые раны, ведь, кажется, у Ким всё налаживалось.       Янян осторожно обнял его со спины, уткнувшись носом между лопаток.       — Я успел соскучится. Как там на Кундаре? — спросил омега.       — Пусто, — ответил альфа. — Но жизнь оттуда, определённо, не ушла. Ты бы видел сколько там зверей, птиц, рыб. Они выжили, возможно, изменились после той бомбёжки, но выжили. Да и без людей это место выглядит неполноценным, учитывая, сколько разрушенных городов и деревень попалось нам на пути. Теперь это место ощущается как-то более реально что ли.       — Оно нас ждёт?       — Трудно сказать. С одной стороны на восстановление нормальной жизни нам понадобиться время, а с другой лучше уж так, чем каждый день бояться за свою жизнь и жизнь близких.       — А монстры?       — В той части, где мы были, их следов мы не обнаружили. Конечно, глупо думать, что твари, вырвавшиеся из лаборатории были единственными и после этого дерево засохло, но мы будем надеяться, что у нас будут силы справиться с ними.       Янян улыбнулся, опустив подбородок на плечо Ли.       — Чем ты занимался, пока меня не было? — потянул младшего к кровати Ли.       — Мы с Чэнлэ и Юши читали дневники профессора Гивроскума. Ты вот знал, к примеру, что он несколько лет прожил в лаборатории в виде крысы. Там было написано, что это врождённая способность кундарцев. Юши предположил, что многие жители планеты при обстреле смогли бы спастись от бомбёжек в лесу и умерли бы позже, от старости. Им даже не пришло в голову, что дерево можно возродить.       — Может, у них не было таких возможностей, а снова обратиться к Vesta они побоялись, ведь генерал Сон их фактически предал.       — Возможно, — пожал плечами Янян, опустившись на кровать, а потом улыбнулся. — Я… Сегодня я почувствовал, как шевелится мой племянник. Он беспокоится потому что малыш Юши готовится появиться на свет. Живот омеги опустился, а значит это событие уже близко. Когда я спросил страшно ли ему, он не стал увиливать и ответил, что да, страшно, но в то же время ему уже не терпится взять своего малыша на руки. Я… На Рэйде мы зачастую и не вдумываемся в то, как проходит этот процесс. Лэ сказал, что пытался найти в Великой библиотеке хоть что-то о нашей планете, но там нет практически ничего. В Храме омегам внушают, что всеотец вкладывает малыша в их чрево, девять месяцев он его лепит и разрисовывает, а потом достает. Ничего о естественных родах. Те, кто позволил себе кровосмешение вряд ли рискнут кричать о своём опыте направо и налево. Ложь, всё ложь. Нас обманывают с самого рождения. Я больше не хочу лжи. Лэ обещал позвать меня, когда придёт время его малышу появиться на свет.       — И не испугаешься? — с улыбкой спросил Джено, посмотрев на младшего.       — Нет, ведь я… Ведь мне однажды тоже придётся пройти через это.       Они лежали на кровати и смотрели друг на друга. Джено пытался ухватиться за остатки здравого смысла, но слова Вангдаули не давали покоя. «Кундар привяжет его к другому. Поставь метку».       — И кстати, к вопросу о детях. В той теории, что ты мне дал, мне не всё до конца понятно, — сказал Янян, облизнув губы.       Джено хмыкнул.       — И что же вас заинтересовало, мой юный друг?       — А смогу ли я, чисто теоретически, забеременеть сам от себя? Ведь, если задуматься, моя сперма тоже вполне активна, а если она попадет внутрь? — спросил омега, а Джено слегка завис. С этой стороны он вопрос ещё не рассматривал.       — Квон?..       — Ну, — протянул компьютер. — Во Вселенной есть нации, которые привыкли к таким выкрутасам своего организма, в системе ЕКВ их выделяют в отдельный пол и называют гаммами. Этот пол ещё мало изучен, но такие особи встречаются, например на Идо, что в галактике Винсдор. Что же касается омег, приближённых к эталону, у них такое зачатие невозможно, поскольку яйцеклетка и сперматозоида одной особи являются полностью идентичными клетками. Они, скажем так, не видят друг друга.       — Жаль, это ведь такой шанс для одиноких омег стать папами, — фыркнул Лю.       — И кого они в итоге родят? Свою маленькую копию? Ребёнок — это смесь генов папы и отца, а тут… Бред какой-то.       Янян лишь пожал плечами и улыбнулся.       — А чего ты завёлся-то? — хмыкнул омега. — Я ведь только предположил. Я ведь очень мало знаю об этом процессе. Тот первый раз я почти забыл. Да и можно ли его назвать полноценным?       Джено засмеялся, а потом откинулся на подушку.       — Ну что ж, молодой человек, раз в вас так сильна тяга к исследованиям, начнём практическое занятие? С чего ты хочешь начать?       — Может для начала разденемся. Я читал, что этим можно заниматься и в одежде, но ощущения тела будут не полными.       — И где ты достал столь любопытную литературу?       — Довсли, — пожал плечами Янян, стягивая с себя футболку и штаны вместе с бельём. Джено не торопился. За годы, проведённые на койке его тело утратило привлекательность, но младшего это волновало мало. В нём проснулся исследователь.       — Ну, чисто внешне, мы мало отличаемся, — сказал он, а его дыхание чуть сбилось. — Можно?       — Делай что хочешь.       В глазах омеги появился восторг. Его ладошки опустились на грудь Ли, скользнули ниже, к животу, а потом несмело коснулись чуть набухшего члена.       Джено шикнул сквозь зубы.       — Я…       — Всё хорошо, — выдохнул альфа. — Просто никто давно не трогал меня там. Продолжай.       Член твердел и увеличивался в неумелых руках омеги. Янян осторожно сжимал, скользя ладошкой по стволу, освобождая розовую головку.       Дыхание обоих было уже тяжёлым.       — Значит ты… Вот это… В меня? — глаза омеги наполнились тревогой. Он посмотрел на свой член, что был в два раза меньше и сглотнул.       — И тебе понравится, обещаю, — сказал Джено, пользуясь замешательством младшего и подаваясь вперед, чтобы поцеловать. — Расслабься и доверься мне.       — Я верю.       И Джено отпустил себя. Игры кончились, теперь только вперёд, к самому пику блаженства. Альфа исследовал губами дрожащее тело, находя всё новые чувствительные точки. Аромат мяты и кедра смешивался, как и их дыхание и стоны. Губы терзали соски, а пальцы уже растягивали мокрую дырочку. Янян выгибался, царапая плечи альфы.       — Приподнимись, — сказал Ли, подложив под поясницу младшего подушку и смыкая руки на его щиколотках, чтобы поднять ноги повыше и войти в блестящий пульсирующий анус.       С губ сорвался рык, а Янян закричал, но крик быстро сменился бессвязным бредом и глубокими стонами. Джено двигался резко, быстро, глубоко, а ведь когда-то он считал, что почти мёртв. Сейчас хотелось жить.       Перевернув омегу, он снова вошёл. Янян сжимал пальцами матрас и протяжно стонал, умоляя не останавливаться. Его кожа покрылась потом, и казалось, сверкала. Голова омеги двигалась по подушке в так толчкам, глаза были закрыты, а рот открыт. Лю сжал ладошкой собственный член, двигая рукой в так движениям Джено.       — Ещё… Ещё… Да… Ааааа…       С криком омега излился на простыни, сжимая старшего в себе. И это было последней каплей. Джено кончил, а его зубы вонзились в изгиб шеи Лю. Кровь на языке будила какие-то первобытные инстинкты, пока узел раскрывался внутри партнёра.       — Это… Это было невероятно, — дрожащим голосом сказал Янян.       Ли попытался перевернуться, усаживая младшего на себя. Губы альфы скользнули по свежей метке, а ладони гладили низ живота, спускаясь ниже и обхватывая снова твердеющий член омеги. Янян откинул голову на плечо мужа. Джено чувствовал, как пульсирует анус младшего, сдавливая его крепче.       — Горячо… Я сейчас взорвусь, — шепнул Янян снова содрогаясь всем телом и изливаясь в руку Ли. Джено тоже не выдержал, но узел и не думал спадать. Кажется, магия Кундара решила устроить настоящий бэбибум и разве они в состоянии сопротивляться, а месть подождёт, ведь это блюдо подают холодным.       Спустя несколько часов они снова стояли на палубе у звездолётов. На этот раз провожать их вышел Оберон. За его спиной возвышался Вангдаули. Кворк одобрительно кивнул, заметив свежую метку на шее Яняна.       — Что ж, этот полёт обещает нам новые открытия, — сказал Кормак. — Будьте осторожны.       Джено поцеловал мужа.       — Иди поспи. Я скоро вернусь.       — Вот когда вернешься, тогда и посплю, — ответил омега.       Ли обнял его сильнее и поспешил в звездолёт.       — Что ж, теперь у нас на корабле не осталось бесхозных омег, и почти все уже с приплодом, — послышался насмешливый голос Эммы, когда они покинули «Королеву ночи».       — Да, и по прибытию, нужно в первую очередь подумать о яслях, — ответил Кун.       — Не отвлекайтесь, — усмехнулся Ли. Кундар приближался. Следующая часть планеты начиналась с заросшего болота и тропического леса, но что-то настораживало.       — Кости, — сглотнул Кун. — Здесь повсюду кости.       — Возьмём за ориентир тот холм, он…       — Чем-то напоминает курган, — мрачно сказал Джено. — Кажется, это кладбище. Здесь, видимо, хоронили тех, кто не успел спастись из-под обстрела.       — Органика, — сказал Кун. — Хендери упоминал, что под лабораторией десятки тысяч мёртвых тел.       — Значит, этот сектор тот, что нам нужен, — сказал Джено. — А вот и деревце.       Лаборатория Vesta представляла из себя жалкое зрелище. Огромные куски трёхметрового забора словно откинуло взрывной волной. Здания ещё стояли, но стёкол не было, а двери были выбиты. Казалось, что внутри, во тьме, что-то шевелится. Большие ангары, разрушенная инфраструктура.       — Оно выросло, — послышался бесцветный голос Ренджуна.       Дерево, действительно, казалось огромным. На его ветках висели сотни прозрачные сфер.       — Новый приплод, — нервно усмехнулся Кун.       — Тогда интересно где старый, — хмыкнул Джено, но тут же сжал штурвал, уклоняясь от чего-то чёрного и мохнатого, выпрыгнувшего с крыши одного из зданий.       — Ну вот, кто хотел тварей? Получите, — сказала Эмма.       Из зданий, ангаров и подземных тоннелей полезли монстры. Их было много. С их жутких клыков капала слюна. Они пытались накинуться на низколетящие звездолёты. Непропорциональные тела, безумные глаза.       — Уходим! Живых здесь нет! — крикнула Эмма. Облетев базу, они двинулись вперёд, пытаясь подняться выше, но монстры бежали следом. Впереди был горный массив. Джено, конечно, сомневался, что он остановит тварей, но прятаться, действительно, было больше негде.       Сейчас Ли прекрасно понимал тот ужас, что иногда мелькал в глазах Куна и Джемина, когда они говорили о лаборатории. И вот этих жутких созданий породила глупость и неуёмное любопытство одного идиота.       — Там, в горах, кажется что-то движется, — сказал Кун, а потом резко развернул звездолёт, уходя от прицельного выстрела.       — Лазеры! — крикнула Эмма.       — Они стреляют по нам или по тварям? — спросил Цянь.       — А шут их знает, — сказал Джено, уворачиваясь. — Что ты там предлагал?       — Насчет три? — спросил Кун.       Лазеры сверкали, отпугивая тварей, но в то же время не давая кораблям приблизиться к убежищу.       — Раз, два, три…       Джено резко рванул штурвал на себя и три звездолёта встали на дыбы, прокручиваясь вокруг своей оси. Лазеры пронеслись мимо, подпалив кусты. Твари взвизгнули, убегая.       — Давление падает! — послышался обеспокоенный голос Квона. — Кун!       — Всё хорошо, — ответил Цянь, но Джено видел, как звездолёт омеги начал заваливаться.       — Эмма! Лови его!       Альфы резко поднырнули под стремительно летящий вниз корабль.       — Кун? Кун? Слышишь меня? — с беспокойством говорила Эмма.       — Не кричи! — послышался слабый голос.       Медленно опустившись, альфы выскочили из своих кораблей, поспешив на помощь омеге.       — Я в порядке, — пытался отмахнуться от них бледный Цянь.       — Квон?       — Жизни папы и детей ничего не угрожает, но немного отдыха не помешает.       — Здесь? — скривилась Эмма, обнимая омегу, пока Джено сжав запястья Куна, отсчитывал удары пульса.       — А стрелять-то прекратили, — хмыкнул Цянь, благодарно сжав руку Джено и расслабленно опустив голову на грудь Эммы.       Лазеры, действительно, больше не вспыхивали. За ними догорала стена огня, не давая монстрам приблизиться.       Где-то послышался шум. Джено и Эмма рефлекторно схватились за бластеры, заметив на горной тропе двух человек. Чем ближе они подходили, тем сильнее сердце колотилось в груди. Джено зажмурился, пытаясь отогнать картинки из прошлого. А между тем двое высоких альф: лигорец и крокусец торопливо спускались к ним. Их одежда была сильно потрепана и изношена. На лицах была щетина, а в глазах бездна и слёзы.       — Плохо выглядите, генерал Цянь, — хриплым голосом сказал лигорец, явно пытаясь унять дрожь и волнение. — И стоило так рисковать?       — Чан! Чанни! — подскочил Кун и подорвался в сторону лигорца, тихо всхлипывая. — Живой! Ты, правда, живой.       — А ты, я погляжу, устроился лучше меня, — сказал Пак, обнимая омегу в ответ.       — Мы… Прости… Рена оглушили и заперли на Морте на шесть лет. Джемину проломили череп и сбросили в могильник на Рэйде, а я… Меня вырубили и посадили в сломанный звездолёт, что должен был стать «обедом» чёрной дыры. Мы… Прости… Мы не знали, как сюда добраться. Ник… Он уничтожил всё. Сведения о лаборатории, координаты планеты. Он объявил нас всех мёртвыми, но Рен сбежал с Мотра, Джемина вытащил из ямы очень хороший мальчик, а я… Меня спас камень Анвара в двигателе звездолёта, подарив новый дом. Мы… Мы нашли Джехёна и Даниэль, с нами генерал Оберон. Авадос лишил его всех званий и выгнал с позором из Vesta.       — Отец? — послышался голос, что заставил Джено вздрогнуть. Кулаки невольно сжались. — Он здесь?       — Да, — кивнула Эмма, обращая на себя внимание. — Наш корабль завис в зоне ответственности Кундара, и если вы укажете наиболее безопасное место, Квон сможет его посадить.       — Квон? — вскинул бровь Чанель. — Но…       — Он тоже с нами. Он вернулся, — улыбнулся Кун, а потом начал медленно оседать.       — Что? Кун… — подхватил омегу Чанёль.       — Он переволновался, — выдохнул Джено, стараясь игнорировать внимательный и изучающий взгляд крокусца. — В его положении это нормально.       — Он… — Чанёль вдохнул носом, а потом сглотнул. — Беременный?       Эмма лишь хмыкнула.       — Ну что там насчёт посадки? — спросила она.       — Есть тут одно место, — сказал крокусец, махнув рукой на тропинку. — Идёмте.