Just Like in the Movies/Как в кино

      Антон застонал, разбуженный ранним звонком. Он закрыл лицо рукой, заслоняясь от света. Из-за привычки спать с плотно занавешенными окнами, утреннее солнце казалось до боли ярким. Должно быть, проводив Вьяго накануне, он так и не задернул шторы. Сигнал стих секунд на тридцать и зазвучал снова. Перевернувшись с боку на бок, оборотень посмотрел на номер и ответил.              — Доброе утро, мам, — устало пробормотал он в трубку.              — Доброе утро, мой прекрасный именинник! — Антон вздрогнул от громкого жизнерадостного голоса.              — Спасибо, но ты знаешь, что сейчас полвосьмого? — спросил он.              — А ты знаешь, что тебя не сильно волновал ранний час, когда мне пришлось выталкивать тебя наружу в полпятого утра после тридцати семи часов схваток?              — Да, ты абсолютно права. Спасибо тебе за то, что родила меня в этот день.              Антон зевнул.              — Не будь я на другом конце страны, я бы с удовольствием примчалась и поздравила тебя лично, но наверняка у тебя и так на сегодня большие планы.              — Не то чтобы. — мужчина перевёл телефон на громкую связь и положил его на грудь. — Ребята зовут вечером в клуб, а потом мы, наверное, посмотрим у меня кино. Ничего особенного.              — Только ты и твои приятели?              — Насколько я знаю.              — А как же тот красавчик, с которым целовалось моё самое любимое дитя на фото, висевшем по всему Интернету?              — Мам! — Антон застонал. — Три вещи. Во-первых, я твой единственный ребёнок. Во-вторых, не «по всему Интернету». И, наконец, это просто шутка, которую придумали Клифтон с парнями. Это всё было не по-настоящему.              — Вчера я была у твоей тёти Иды, и, по её словам, всё выглядело очень даже по-настоящему.              — А ещё тётя Ида думает, что к нам вторглись австралийцы каждый раз, когда дымят машины; она бредит.              — Так я и сказала. Я сказала: «Ида, мой единственный сыночек ни за что не рассказал бы всему Интернету о том, что у него есть парень, раньше, чем рассказать это своей бедной, страдающей матери».              — Ты хочешь, чтобы меня замучила совесть за то, что я не делал? У меня день рождения сегодня, прояви сострадание!              — Хорошо, хорошо. Но если бы ты завёл отношения, ты бы сказал мне, да?              — Тебе я бы позвонил самой первой, — заверил Антон. Технически отношения с Вьяго были ненастоящими и упоминания не заслуживали.              — Хорошо, дорогой, занимайся своими делами, но пожалуйста, береги себя вечером и чудесно отпразднуй.              — Так и сделаю, спасибо, мам. Люблю тебя.              — Я тоже тебя люблю, дорогой.              Звонок закончился, и Антон закрыл глаза, приказывая себе снова заснуть, а также не поддаваться чувству вины, которое всколыхнул разговор. Это был его день, и он собирался веселиться, чёрт возьми!              Ему удалось поспать ещё несколько столь необходимых часов, приготовить сытный завтрак (к счастью, продукты купить вчера он не забыл) и принять долгую расслабляющую ванну. Дела шли отлично. В первой половине дня Антон получал сообщения и звонки с поздравлениями. Клифтон звал пообедать, но он отказался, ведь вечер и так должен был пройти вне дома. Но это не помешало парням появиться на пороге несколько часов спустя, с объявлением, что они перенесли обед и им нужно обсудить планы.              Антон понял, что спорить бессмысленно, и начал одеваться, пока стая делилась идеями. Всем уже порядком надоел «Буги Вандерленд», и они решили поехать в клуб, о котором хорошо отзывались другие оборотни. Единственный минус — он располагался за городом. Выходя за дверь, Антон быстро предупредил Вьяго, на случай если тот не захочет тащиться так далеко ради какой-то вечеринки.              Вампир ответил час спустя и, на удивление, успел потянуть за кое-какие ниточки и выбить приглашение в «Заведение», которое в этом месяце проводило мероприятия только для VIP-персон. Антон ответил, что нужно посоветоваться с Клифтоном и ребятами, но не успел он произнести название места, как среди оборотней было достигнуто единодушное согласие.              — Как ты вообще получил приглашение? Я пытаюсь уже два месяца, но не могу попасть в список, — спросил Клифтон, когда все расположились за столом.              Антон предлагал Вьяго присоединиться к ним, но, учитывая что он ничего не ел, вампир отказался, чтобы «не ставить всех в неловкое положение», зато пообещал ждать его в квартире после.              — Сам не знаю, — ответил именинник. — Вьяго сказал, что у него есть связи, и наши имена в списке, так что всё схвачено.              — Кто-то из его знакомых там работает? Думаешь, он кого-то загипнотизировал, чтобы нас добавили? — не унимался Клифтон.              — Я не интересовался, да и не важно. Если нас не пустят, вернёмся к первоначальному плану.              — Ну, я и не сомневался, — взволнованно сказал Деклан и заказал ещё напитков на всех. Антон не торопился пить. Он не боялся перебрать, но помнил, что дела обернулись довольно скверно, когда он в последний раз выпивал в клубе. Он принял волевое решение выпить за ужином, но в клубе ограничится содовой и водой. Мысль о том, что их выгонят из эксклюзивного заведения, когда Вьяго пришлось потрудиться, чтобы выбить приглашение, слишком напрягала. Кроме того, вампиру тоже стоило избегать алкоголя, так что, по крайней мере, у него будет компания на танцполе.              Антон позвонил Вьяго сообщить, что направляется домой, и напомнил, чтобы тот не забыл прихватить сумку с вещами для ночёвки. Согласно их договору на прошлой неделе, вампир собирался переночевать у него, и нужно было, чтобы всё выглядело убедительно, если парни заглянут после клуба. Оставшуюся часть пути он изо всех сил старался не думать о том, как они это провернут, и, подъехав, ожидаемо увидел в своих окнах свет.              — Привет, — сказал Антон, заходя в квартиру. — Вьяго?              — Я здесь, — отозвался тот из спальни. Оборотень заглянул в комнату, и на его лице отразилось замешательство: вампир рассматривал разложенную на кровати одежду.              — Что такое? — спросил Антон, заходя.              — Я пытаюсь решить, что надеть. — Вьяго опустил взгляд на футболки с рубашками, и Антон осмотрел их дважды.              — Это же мои, — указал он пальцем.              — Да. — вампир кивнул. — Ник сказал, что моя одежда для похода в этот ночной клуб не подойдёт, меня в ней туда никогда не пустят, и что пары носят одежду друг друга, поэтому я должен позаимствовать что-нибудь из твоего.              — Значит, Ник так сказал? — Антон закатил глаза. Этот парень развлекался от души.              — Я не знаю, что надеть. — Вьяго поднял умоляющий взгляд, и в карих глазах было что-то ещё, сбивающее с толку.              — Дело не только в одежде, — заметил оборотень. — Что не так?              Вампир отвернулся и закусил губу.              — Я не смогу помочь, если не расскажешь.              — Хорошо. — Вьяго с несчастным видом посмотрел на Антона. — Я нервничаю из-за того, что иду танцевать с вами.              — А почему нервничаешь? Вы с соседями постоянно ходите по клубам.              — Мы уже много лет ходили в «Большой Кумара», там не так уж много места для танцев, а в «Бугги Вандерленд» мы пошли только, чтобы найти людей для питания.              — Там будет полно народа; я уверен, всё пройдёт отлично. Теперь вернёмся к одежде.              Антон посмотрел на подборку и покачал головой.              — Я знаю, ты не мёрзнешь, но на улице холодновато для короткого рукава. — он подошёл к шкафу и бросил гостю тёмно-бордовую рубашку на пуговицах. — Вот, она идёт к цвету твоей кожи.              — Ты думаешь? — спросил вампир, прикладывая её к груди.              — С твоими чёрными брюками и ботинками будет симпатично. Кстати, они новые? — поинтересовался оборотень.              — Да, довольно новые… — Вьяго замолчал, очевидно, воздержавшись от упоминания, что снял их с какого-то бедолаги.              — Переоденься и выйди покажись, — сказал Антон, возвращаясь в гостиную. Он увидел коробочку, лежавшую на столике рядом с сумкой гостя, и ему стало интересно, что в ней.              — Я не вижу себя в зеркале, тебе придётся сказать, как я выгляжу. — Вьяго вошёл в комнату, и Антон вздёрнул брови.              — Хорошо, — сказал он. Вампир выглядел более чем хорошо, но немного слишком официально. — Подожди, нужно кое-что поправить.              Антон расстегнул пуговицы на запястьях Вьяго, несколько раз подвернул рукава и подтянул их до локтей.              — Какой смысл в длинных рукавах, если я всё равно оголяю руки? — раздражённо поинтересовался тот, и Антон только улыбнулся, расстёгивая две верхние пуговицы на его воротнике.              — Мода. — пожал он плечами. — Так намного лучше.              Оборотень разгладил невидимую складку ткани на чужой груди. Его мозг кричал, что он просто ищет предлог, чтобы продолжать прикасаться к вампиру.              — На самом деле хорошо? — робко спросил тот, оглядывая себя и поворачиваясь, чтобы Антон мог рассмотреть его со всех сторон, и у него прекрасно получилось.              — Перестань напрашиваться на комплименты, — Антон деланно возмутился, не переставая его разглядывать. — Ладно, смотри.              Он достал телефон, сделал снимок и продемонстрировал экран.              — Видишь, ты горяч, — выпалил он, и Вьяго воодушевился, взглянув на фотографию.              — Действительно, очень горяч. — согласно кивнул вампир.              — Я не сказал «очень», — поправил оборотень, почувствовав, как щёки покрываются румянцем.              — А в чём пойдёшь ты? — спросил Вьяго, и Антон посмотрел на свою одежду.              — В этом. — он раскинул руки, а затем спрятал их, поникнув под чужим взглядом. — А что не так?              — Ничего, — последовал неубедительный ответ.              — Выкладывай! — потребовал оборотень, и вампир сдался.              — Рубашка хорошая, но жёлтый, на самом деле, не твой цвет.              — А что не так с жёлтым? — Антон осмотрел себя и перевёл оскорблённый взгляд на собеседника.              — Ничего, у тебя из-за него болезненный вид, только и всего, — извиняющимся тоном пояснил Вьяго.              — Отлично, теперь мне тоже нужно переодеться. — Антон вернулся в спальню и подошёл к шкафу.              — Тебе стоит надеть мою, — предложил Вьяго. На постели расположилась нарядная рубашка так, как будто ей здесь было самое место. Ну уж нет.              — Ни в коем случае, — покачал головой Антон. — На самом деле, я уже прекрасно одет.              Он вышел из спальни, гость следовал за ним по пятам с рубашкой в руках.              — Я думаю, тебе стоит её примерить. Это моя самая красивая рубашка; вот увидишь, она очень удобная, — уверял он, но Антон ничего не хотел слушать.              — Если Ник сказал, что ты не можешь пойти в клуб в неё, почему ты думаешь, что я могу? А ещё моя стая никогда больше не будет воспринимать меня всерьёз.              — Наверное, ты прав. — Вьяго кивнул и сел на диван с драгоценной ношей в руках.              — Не делай так, — взмолился Антон.              — Ничего я не делаю, — сказал вампир, продолжая всем видом безжалостно давить на совесть.              — Хорошо, я примерю её, но и только. Я не собираюсь выходить так на улицу. Я надену её секунд на тридцать, а потом сниму, и мы никогда больше не поднимем эту тему. Никаких фотографий, ничего. Понятно?              — Клянусь честью вампира! — парень широко улыбнулся и вскинул руку, как будто давал клятву.              — Ага, отлично, я всё жду возможности проверить, будет ли твоё слово иметь силу в суде, — ответил Антон, и Вьяго отсалютовал двумя пальцами, заставляя невольно улыбнуться.              — Давай. — он откинулся на спинку дивана и стал ждать.              — Что, ты хочешь, чтобы я переоделся прямо здесь? — голос Антона подскочил на выше обычного. Вампир сложил руки на коленях и посмотрел на рубашку, а затем на оборотня.              — И почему ты такой противный. — пожаловался Антон, удаляясь в спальню.              — Я думал, мы уже определили, что я горячий, — донеслось вслед.              — Беру свои слова обратно; так, на троечку, — сказал Антон, бросая чужую рубашку на кровать и расстёгивая ту, что была на нём. Он несколько раз носил жёлтое в присутствие Вьяго, но впервые слышал подобные претензии, из чего напрашивался вывод, что всё было затеяно лишь для того, чтобы переодеть его в вещи вампира. Он повертел образчик старинной моды в руках, пытаясь понять, как это надеть. Перед ним определённо был самый пышный наряд из гардероба Вьяго. Дурацкие оборки сбивали с толку, и он не знал, что с ним делать.              — Передумал? — спросил вампир, появляясь в дверях, и оборотень быстро обернулся, прикрываясь. — Что это?              Вьяго подошёл бесцеремонно близко и приподнял ткань, обнажая низ живота.              — Перестань, пожалуйста! — Антон шлёпнул его по руке, но тот продолжал рассматривать шрам.              — Что произошло? — с любопытством спросил вампир, указывая на старый рубец, и оборотню пришлось постараться не вздрогнуть, когда прохладные пальцы коснулись его чересчур тёплой кожи.              — Меня подстрелили, — сказал он внезапно скрипучим голосом. — Охотники.              — Охотники на оборотней? — предположил Вьяго, широко раскрыв глаза.              Выглядела отметина не особо привлекательно. Последнему мужчине, с которым он спал, пришлось соврать про след от давно перенесенной операции. Скажи он правду, возникли бы вопросы, на которые трудно ответить.              — Просто охотники, — сказал Антон, отступая на шаг. — Где-то во второе или третье полнолуние после того как меня обратили. Я понятия не имел, что делать, и просто ушёл подальше в буши, надеясь, что окажусь достаточно далеко от цивилизации, чтобы никому не навредить.              Он погрузился в воспоминания.              — Тогда в разгаре был сезон охоты на благородных оленей, а я оказался не в том месте не в то время.              — Было очень больно? — спросил Вьяго, и на его лице отразилась необъяснимая ярость.              — Что, предлагаешь поцеловать бобошку? — Антон шуткой попытался разрядить атмосферу.              — А ты бы хотел? — на лице собеседника читался искренний вопрос, и Антона подмывало ответить «да», просто из любопытства. Хуже того, он был совершенно уверен, что хотел этого.              — Было очень больно, да, — сказал он, быстро возвращаясь к первоначальной теме. — Мне удалось далеко убежать, и я отключился до утра. Другая группа охотников нашла меня голым, в крови, и доставила в неотложку. Полиция допрашивала. Сказал, что произошёл несчастный случай и меня приняли за оленя.              — Владислав несколько раз попадал мне стрелой в ногу, — только и прознёс Вьяго, но выглядел по прежнему взволнованным.              — Специально? — Антон широко раскрыл глаза.              — Нет. — тот покачал головой. — По крайней мере, я так не думаю.              — Ну да… — Антон кивнул и отвел взгляд. — Мне тут как-то прохладно стоять голым, так что будет здорово, если покажешь, как одевается эта дурацкая рубашка.              — Повернись и вытяни руки, — проинструктировал Вьяго, и Антон сделал, как было сказано. Лёгкий материал засскользил по коже, когда на него надели рукава. Рубашка была мягкой, но на спине и в рукавах казалась просто воздушной. Внезапно он понял, почему вампир всё время так одевается. — Повернись.              Вьяго потянул Антона за плечо, разворачивая лицом к себе, и начал застёгивать пуговицы, отступив три сверху. Он на секунду задержался, дойдя до шрама, но, помедлив, продолжил.              — Вот так! — Вьяго разгладил складки на чужих плечах и отступил на шаг. — Ты выглядишь…              Он сделал паузу, дважды оглядев мужчину с ног до головы, но не закончил мысль.              — По-идиотски, угадал? — Антон поморщился, поворачиваясь перед зеркалом. — О, нет.              — Я думаю, тебе следует пойти в другую комнату, там светлее, — предложил Вьяго, продолжая пристально смотреть на него.              — Освещением делу не поможешь, — сказал оборотень, но пошёл в гостиную, чтобы дать вампиру повеселиться. — Видишь, всё так же ужасно.              Антон крутанулся, ожидая, что тот рассмеётся, но лицо у Вьяго оставалось совершенно непроницаемым.              — Я думаю, ты очень хорошо выглядишь, — наконец сказал он.              — Не уверен, но ценю, что ты щадишь мои чувства, — отозвался Антон, поднимая руку и теребя оборки.              — Ну тогда мы квиты. Ты будешь выглядеть глупо в моей рубашке, а я буду выглядеть глупо на танцполе.              — Ты всё ещё переживаешь? — спросил Антон.              Он подошёл к стереосистеме и включил радио, поймав какую-то попсовую станцию.              — Дай-ка мне переодеться, и посмотрим, в чём дело.              Антон вышел, чтобы сменить нелепую, пусть и чрезвычайно удобную, рубашку на светло-голубую на пуговицах. Он дважды взглянул на отражение, поправил причёску и вернулся в гостиную к Вьяго.              — Что ты там делаешь? Разминаешься?              — Нет, я танцую, — сказал вампир, покачиваясь вперёд-назад, но только в бёдрах. В остальном его тело оставалось неподвижным, отчего действие больше походило на зарядку, чем на танец.              — Почему твои ноги не двигаются? Как к полу приросли. — Антон подошёл ближе, и Вьяго остановился.              — Я знаю только два танца, — печально сказал он. — Я могу исполнять кадриль, но кадриль скорее линейный танец, и её не танцуют в ночном клубе.              — А другой?              — Дикон как-то учил меня эротическому танцу, и у меня получалось.              — Эротическому? Вроде стриптиза? — Антон подавился воздухом.              — Нет. — Вьяго покачал головой и начал демонстрировать ужасающие змееподобные движения.              — Не нужно. Прекрати. Никогда не хочу это видеть! — Антон поморщился. — Нет, ну не делай такое лицо. Если ты смог научиться этому, тогда я смогу научить тебя чему-то приличному.              — Ты уверен? — спросил вампир с сомнением.              — Абсолютно! — оборотень сменил радиостанцию на что-то более ритмичное с битом. Вьяго снова начал исполнять странный раскачивающийся танец, но Антон остановил его.              — Я не знаю, что делать!              — Смотри на меня, ладно? — Антон качал головой в такт, и Вьяго повторял за ним, но очень механически, как будто он контролирует каждую мышцу. — Посмотри на мои ноги, видишь, как я ими двигаю?              Тот снова повторил, но с явным усилием.              — Ладно, так не выходит. Закрой глаза, — сказал оборотень, и вампир с подозрением посмотрел на него. — Расслабься, я ничего тебе не сделаю.              Вьяго подчинился, и Антон прибавил громкость, искренне надеясь, что соседи не поднимут шум.              — Ладно, слушай музыку. Чувствуешь ритм?              — Да. — кивнул Вьяго.              — Попробуй двигаться под него. Начни с головы, а затем двигайся всем телом.              Вьяго на мгновение замер, пока не сосредоточился на ритме и не начал ему следовать, но совершая привычные покачивания из стороны в сторону, и это по-прежнему выглядело до боли неуклюже.              — Нет, мой хороший. Ты всё ещё просто поворачиваешь бёдра, а ногами не двигаешь. Ладно, давай подумаем. — Антон сложил руки домиком под подбородком, глядя на Вьяго несколько долгих секунд. — Так, кажется, есть идея. Ты знаешь, как готовят пиццу?              — Я не ем человеческую пищу. — Вампир закатил глаза.              — Я не прошу тебя её есть, но ты знаешь, как её готовят? — тот покачал головой, и оборотень начал показывать. — Ты крутишь руками вот так, а потом бросаешь тесто!              — С чего бы мне его бросать? — собеседник выглядел всё более растерянным, и пришлось полностью сменить тактику.              — Какие у тебя домашние обязанности?              — В основном я занимаюсь стиркой и выношу мусор, — последовал ответ. — Мои соседи не очень хорошо справляются, иногда приходится выполнять работу и за них.              — Хорошо, с этим уже можно что-то сделать. Какая у вас стиральная машина? С вертикальной загрузкой?              — Мы получили такую пару месяцев назад, когда Стю купил новую машину и сушилку и отдал нам старые. До того у меня была такая же. А раньше я пользовался стиральной доской, с ней стирка занимала очень много времени.              — Отлично. Покажи мне, как ты стирал одежду. — Антон поймал любопытный взгляд Вьяго, и затем тот изобразил, как он пользуется стиральной доской. — Хорошо, а теперь представь, что доска у тебя над головой.              — Тогда я бы сильно промок.              — Если бы ты держал в руках мокрую одежду, да, но всё это понарошку. Просто попробуй.              Вьяго посмотрел на собеседника как на сумасшедшего, но сделал движение руками над головой.              — Хорошо, теперь опусти левую руку, а правую оставь наверху. Теперь повторяй, но в такт.              Антон показал пример. Спустя несколько неудачных попыток Вьяго всё-таки втянулся, и его лицо осветилось.              — У меня получается! — взволнованно объявил он.              — Отлично справляешься, мой хороший. Теперь нужно что бы и остальное тело двигалось. — Антон обошёл его и похлопал по правой ноге. — Теперь представь, что ты на кладбище, и кто-то, кого ты терпеть не можешь, восстаёт из могилы, а ты хочешь, чтобы он остался под землёй. Просто двигай ногой вверх-вниз, как будто не даёшь ему выбраться.              Вьяго кивнул и, казалось, усвоил новый урок гораздо быстрее.              — Вот так? — громко спросил он, перекрикивая музыку.              — Да, ты танцуешь. — Антон поднял большой палец вверх.              Песня сменилась рекламой, нужно было придумать что-нибудь ещё.              — Хорошо, представь, что ты дома и указываешь Владу и Дикону на несделанную работу. Закрой глаза и вообрази, что ты на кухне. Покажи на тарелки. — приказал Антон, и Вьяго ткнул в воображаемую гору окровавленной посуды. — Теперь на грязные окна.              Вьяго передвинул палец правее. Антон заставил его представлять, что они ходят из комнаты в комнату, и в конце концов вампир разочарованно открыл глаза.              — Не похоже на танец.              — Итак, — сказал Антон, когда заиграла новая песня. — Делай как я показываю, и не переставай кивать головой, типа: «Вот здесь тебе надо прибраться». Смотри на меня, готов?              — Да?              — Посуда, окно, паутина, кладовка, — перечислил Антон, быстро указывая пальцем и двигая головой в такт. — Проще простого! Попробуй.              Вампир повторил его слова, заставив оборотня рассмеяться.              — Не надо говорить. Просто повторяй.              Они станцевали ещё под пару песен, закончив на «бегущим человеке». Это движение Антон описал как перетаскивание по дому тяжёлого мусорного мешка с трупом внутри.              — Наверное, парни пришли, — сказал оборотень, когда раздался звонок. — Ты готов?              Он выключил радио и поправил рубашку, не глядя на вампира.              — Да, я думаю, насколько возможно, — голос Вьяго выдавал лёгкое беспокойство, но они уже сделали всё, что могли.              — Мы спускаемся, — ответил Антон по домофону, а затем посмотрел на забытую дорожную сумку и коробочку рядом. — Мне отнести вещи в комнату?              — Не стоит, я справлюсь. — Вьяго схватил сумку и торопливо пройдя в спальню, бросил её у двери.              — Ты забыл. — Антон протянул маленькую вещицу.              — Вообще-то, это тебе. — он уставился в пол и снова поднял глаза с лёгкой улыбкой.              — Ты даришь мне подарок на день рождения? — именинник выглядел одновременно удивлённым и тронутым.              — Да, но его не обязательно открывать прямо сейчас. Это может подождать до нашего возвращения. — Вьяго забрал коробочку и вернул её на стол.              — Могу я угадать, что внутри? — спросил Антон, когда они вышли из квартиры и направились к лестнице.              — Можешь попробовать. — Вьяго кивнул.              — А можно подсказку?              — Я сказал, что ты можешь попробовать, но я не говорил, что подтвержу, если ты догадаешься, так что нет, никаких подсказок.              — Да ладно, я ни о чём другом не смогу думать всю ночь! — воскликнул Антон, выходя на улицу.              — Оставьте грязные разговоры для спальни, — пошутил Клифтон и сильно похлопал друга по спине.              — Очень смешно, — отозвался тот с каменным лицом.              — Это не та рубашка, которую мама подарила тебе на Рождество? — спросил Дион, указывая на Вьяго.              — Да, мы подумали, что будет лучше, если я сольюсь с остальными посетителями.              — Как ты вообще включил нас в список? — Клифтон обратился к вампиру.              — Некоторое время назад фамильяр одного моего соседа отправился на поиски девственниц, но она ошиблась. Как оказалось, одна из не-девственниц встречается с владельцем «Заведения», и в обмен на то, чтобы её не съели, она внесла нас в список.              — О, — парни переглянулись, почувствовав неловкость, но у истории был счастливый финал для всех участников, поэтому они просто поблагодарили Вьяго за помощь с праздником.              — Конечно. — Вьяго взял «своего парня» за руку, и они продолжили путь. — Что угодно для моего Антона.              Тот попытался побороть быстро расползавшийся по лицу румянец, но руку высвобождать не стал. Тут-то и закралась мысль, что он сильно влип. А когда Антон крепче сжал чужую ладонь, пришло осознание, что положение безнадёжно. Возможно, он погорячился, решив не пить.              Остаток пути компания вела дружескую беседу, и никто сильно не рассчитывал увидеть своё имя среди приглашённых, но когда Вьяго уверенно подошёл к охраннику со список в руках, стало ясно, что у него всё схвачено.              — Добрый вечер. — вежливо поздоровался он. — Полагаю, я и мои друзья есть в списке.              Вышибала посмотрел на вампира, а затем с сомнением на остальных за его спиной.              — Ваше имя? — спросил он, заглядывая в бумаги.              — Должно быть записано как «Вьяго Войдите и компания»              Вышибала провёл пальцем по строчкам, и его брови удивлённо приподнялись, когда он увидел упомянутое имя с пометкой «+6».              — Вот. Вьяго Войдите плюс шесть, — повторил он, проводя по строке, и яркая улыбка гостя озарила тёмную улицу.              — В таком случае, мы войдём! — он обернулся и махнул остальным заходить.              — Хитро придумано, — похвалил Антон, перекрикивая музыку, пока они шли по длинному коридору в зал.              — Стю догадался, как обойтись без приглашения, — крикнул Вьяго в ответ. Благослови Господь Стю. Он, наверное, был святым, от чего ещё забавнее выглядела его дружба с клыкастой братией.              — Мы поищем столик, — сказал Антон Деклану, тот кивнул и последовал за парнями к бару.              — Ты не возьмёшь чего-нибудь выпить? — удивился Вьяго.              — Может быть, позже. — Антон пожал плечами. — Я уже пил за ужином, и на случай, если что-то пойдёт не так, хочу быть трезвым.              — Но сегодня твой день рождения. Я могу проследить за всем, вы будете в безопасности. И обещаю не кусать пьяных, — заверил вампир, и у оборотня ёкнуло в груди.              — Спасибо от души, но не стоит. Похоже, там есть место. — Антон указал направление, и Вьяго пошёл за ним к свободному столику.              Альфа несколько минут наблюдал за подопечными в баре. Было многолюдно, так что им наверняка придётся подождать напитки.              — Моя мама спрашивала о тебе утром, — небрежно бросил он.              — Ты рассказал о нас матери? — громко удивился Вьяго.              — Нет, — Антон наклонился, чтобы его было лучше слышно. — Тётя увидела первый пост в Facebook и разболтала ей. Она ждала объяснений, и я сказал, что парни пошутили.              — О? — могло показаться что Вьяго надулся. — И что она ответила?              — Она уже много лет пытается свести меня с кем-нибудь всеми правдами и неправдами. Я думаю, она уже смирилась с мыслью, что я не найду своё счастье.              — Ты всё ещё молод, — ласково сказал Вьяго. — У тебя ещё много времени, чтобы его найти.              — Возможно. — Антон оглянулся на стаю. Дион что-то быстро говорил бармену, вероятно, оглашал длинный список заказов. Когда он снова повернулся к спутнику, тот разглядывал танцпол.              — Хочешь попробовать новые движения? — спросил Антон.              — О, я не тороплюсь. Мы только пришли, — отказался Вьяго, хотя его глаза были прикованы к танцующим.              — Хочешь потанцевать? — снова спросил Антон, и на этот раз Вьяго оживлённо кивнул. — Ладно, пошли.              Оборотень поднялся из-за стола, и вампир удивлённо посмотрел на него.              — Ты идёшь со мной?              — Конечно, иду. Это мой день рождения; я не собираюсь просто сидеть в одиночестве. А ещё, я хочу увидеть твои лучшие движения.              Они миновали несколько пар, пробираясь к краю танцевальной площадки. Вьяго всё ещё колебался, но на его плечо успокаивающе легла рука.              — Ты справишься. Не бойся, если поначалу будет неловко, — сказал Антон, и тот с чуть большей уверенностью начал двигаться.              Видя, что он всё ещё очень напряжён, Антон прокричал сквозь музыку: «СТИРАЛЬНАЯ ДОСКА!» Тот улыбнулся и начал выполнять движение, которое они недавно учили. Потребовалась минута, чтобы вспомнить, что нужно использовать только одну руку, но в конце концов он добился своего.              — ДИКОН, ПОМОЙ ПОСУДУ! — крикнул Антон, смеясь, и они оба начали быстро показывать пальцем в такт. Они станцевали под три песни, когда оборотень сказал, что сходит за водой и вернётся.              — Вы ужасные танцоры, — объявил Клифтон, подходя к Антону у барной стойки.              — Да, — согласился тот и, обернувшись, увидел, как Вьяго делает странные повороты бёдрами, ожидая его возвращения. Он достал деньги и поблагодарил бармена. — Пасиб.              Клифтон сунул наличные обратно имениннику.              — Сегодня твой день, ты не платишь. Запишите на мой счёт, — сказал он парню за стойкой.              Антон сделал большой глоток из бутылки.              — Ты серьёзно не пьёшь?              — Он не может пить, так что… — Антон пожал плечами.              — Вы отвратительны, ты в курсе? — сказал Клифтон, и собеседник резко обернулся, бросив на него свирепый взгляд. — Я не имел в виду ничего плохого. Он, конечно, вампир, и я не уверен, что когда-нибудь пойму, но до противного мило, что ты не пьёшь, потому что твой парень не может.              — Да, что ж… — Антон всерьёз задумался, не закинуться ли чем-нибудь горячительным, лишь бы стереть услышанное из памяти, но тут товарищ ткнул его в бок.              — Лучше не теряй бдительность. Похоже, у тебя конкурент.              Антон посмотрел в указанном направлении: какой-то парень буквально вешался на его… на Вьяго.              — Извиняй, приятель, — сказал он, допил остатки воды и бросил смятую бутылку на стойку. Чуткий слух ещё за десять шагов уловил слова.              — Я бы умер за такие локоны, — сказал незнакомец, протягивая руку к волосам Вьяго, и ответ «Могу устроить» сам собой пришёл на ум. В груди проснулось знакомое чувство собственничества. Он привык к этому ощущению, когда его стае угрожали, но впервые оно возникло рядом с Вьяго. Антон явственно чувствовал, как у него отрастают когти, но не успел он приблизится, как вампир с удивительной скоростью оттолкнул чужую руку.              — Спасибо за комплимент, но мой парень скоро вернётся, и ему не понравится, что ты прикасаешься ко мне, — нахмурившись, сказал он, вызвав только усмешку.              — Твой парень, да?              — Какие-то проблемы, любимый? — поинтересовался Антон, подходя к Вьяго со спины и крепко прижимаясь грудью. Он смотрел только на вампира, как будто третьего здесь не было: слишком много чести.              — Единственная проблема в том, что я тебя долго ждал. — Вьяго картинно надул губы, в совершенстве изображая недовольство. Оборотень, конечно, раскусил игру на публику, но с каждым днём распознавать притворство становилось сложнее.              — Я заглажу вину, обещаю. — чтобы шоу удалось на славу, он наклонился и прикусил мочку уха. Антон посмотрел туда, где только что стоял незадачливый ухажёр, и был рад увидеть, что тот понял намёк. — Он ушёл.              — Кто? — Вьяго поднял взгляд, и пусть в клубе было темно, тусклого света как раз хватало, чтобы различить в его глазах что-то непонятно-гипнотическое. Он сделал шаг назад и начал двигаться в такт какой-то популярной песне, начавшейся ещё до этого странного происшествия. А потом музыка сменилась.              На лице Вьяго отразилась паника и он в отчаянии взглянул на спутника. Новая песня по-прежнему была ритмичной, но более медленной и определённо более чувственной — к такой они не готовились. Он уставился в пол и неловко начал выполнять своё фирменное движение: ноги прижаты к земле, поворот бёдер до упора влево, пауза, до упора вправо, пауза.              — Нет, не так. — Антон покачал головой. — Видишь тех, вон там?              Он кивнул влево на компанию приятелей, те дурачились и выходило у них неуклюже но весело.              — Делай так же, — подбодрил он, и глаза Вьяго округлились.              — Ты уверен? — голос дрожал.              — Да, всё получится. Просто повторяй за ними. — кивнул Антон. Вьяго несколько раз перевёл взгляд с него на танцоров и обратно, и наконец, решительно расправив плечи, скользнул за спину Антона. Тот удивлённо вздохнул, когда его резко притянули, держа за бёдра.              — Вот так? — прошептал Вьяго на ухо, и Антон подумал, что с ним вот-вот случится удар, когда тот начал раскачиваться из стороны в сторону. Он посмотрел налево: прямо рядом с весёлой компанией, на которую он указал, на танцполе пара влюбленных практически терлась друг о друга. Чёрт. Чёрт. Чёрт.              «Нет! Не так!» — вот что нужно было сказать. Однако раздалось и отдалённо не похожее: «Ухххх».              Вьяго закрыл глаза, прислушиваясь к музыке, и, поймав ритм, начал двигать бёдрами. Антон напрягся и услышал собственный совет. Вампир наклонился и шепнул:              — Расслабься.              Вьяго отпустил бёдра Антона, тот вздрогнул и, неожиданно сам для себя, крепко сжал чужие запястья, притягивая обратно. Отбросив последние рациональные мысли, Антон начал двигаться вместе с ним.              Казалось, песня длилась часами, и у оборотня начала кружиться голова от окутывающего его запаха вампира, от твёрдой груди за спиной. Пришла внезапная идея, что если развернуться лицом к лицу ситуация перестанет быть такой странной. Но стало хуже. Намного, намного хуже.              Антон вздёрнул подбородок, заглядывая в безумно-тёмные глаза, с которыми творилось что-то необъяснимое, вызывающее уже знакомый трепет. Или, может быть, дело было в руке вампира, скользнувшей по тому месту, где, как они оба знали, был шрам, прежде чем притянуть его ближе. Они совершенно точно сбились с ритма и едва покачивались, их глаза были прикованы друг к другу. Антон почувствовал, как из лёгких вышибло воздух. Он не мог отвести взгляд и прошептал в отчаянии:              — Перестань меня гипнотизировать.              — Я никогда не гипнотизировал тебя, mein Lieber, — совершенно честно ответил Вьяго. Пол начал уходить из-под ног, и только обнимавшие руки удерживали Антона от падения. Он заглянул в глаза напротив, и когда в них вспыхнули огоньки, он наконец смог дать название этому странному явлению. Не гипноз, а возбуждение. Что стало ещё очевиднее, когда Вьяго прижал его крепче и облизал губы, не отрывая взгляда. Он чувствовал, что вампир упирается ему в бедро эрекцией.              Ох, блядь.              Он хотел бы обвинить в том, что произошло дальше, алкогольные напитки или кровь под градусом, но они оба были ужасающе трезвы. Вьяго подался вперёд, или, может быть, это сделал Антон; в любом случае, они придвинулись ближе и поцеловались. Поцелуй вышел совсем не таким мимолетным, как ласки, которыми они одаривали друг друга на глазах у друзей. Он не был похож и на тот отчаянный поцелуй перед Стю и Ником, о котором он, конечно же, не думал ни лёжа ночью в постели, ни в душе, и точно ни во время одного унизительного случая в служебном грузовике. Это было нечто совершенно иное.              Во-первых, Антон без колебаний расслабился и отпустил ситуацию. Во-вторых, что ещё важней, теперь он позволил себе насладиться происходящим. Он почувствовал, как острые ногти впились ему в спину, и застонал, позволяя вампиру углубить поцелуй. Он был на грани эйфории, когда язык Вьяго сначала осторожно коснулся его собственного, прежде чем решил, что рот Антона полностью принадлежит ему и он может делать с ним всё, что захочет. Антон молчаливо одобрил это, скользнув ладонями вверх по груди и запустив пальцы в мягкие кудри, прижимаясь своими бёдрами к чужим, чтобы партнёр знал, что они на одной волне. Он надеялся, что придурок, пытавшийся распускать руки, видел их.              — Блядь, — выдохнул Антон, отстраняясь, чтобы глотнуть воздуха, и потянуться за новым поцелуем. Краем сознания он понимал, что музыка снова сменилась на громкую и ритмичную, но единственное, что он мог слышать ясно — биение собственного сердца, ухающее в ушах, и тихие звуки, которые издавал Вьяго. Нужно было немедленно остановиться, иначе их вышвырнут из клуба за непристойное поведение. Оборотень снова отстранился и опёрся о плечо вампира, пытаясь отдышаться.              Они продолжали мягко раскачиваться, чужие руки сомкнулись на его пояснице. Не раздумывая, Антон наклонил голову набок, обнажая шею. Вьяго потёрся носом и оставил несколько лёгких поцелуев от линии подбородка вниз. Оборотень издал отчаянный стон, и вампир инстинктивно провёл клыками по тёплой коже. Он был готов предложить убираться из клуба, когда кто-то толкнул Вьяго в спину, и тот, падая, невольно рассёк кожу клыками. Антон вскрикнул от боли и отпрянул с широко раскрытыми глазами, держась за горло. Он сделал шаг назад и поднял к глазам пальцы, залитые приличным количеством крови.              — Чёрт, — выпалил он, переводя взгляд с Вьяго на свою окровавленную руку. Тот вытащил из кармана носовой платок и бросился вперёд, чтобы прикрыть рану, но оборотень вздрогнул и отмахнулся.              — Я разберусь, — он схватил платок и зажал рану. Скорее всего, она скоро затянется, но до полнолуния было далеко, и на окончательное заживление ушло бы несколько дней.              — Мне жаль. — Вьяго смотрел опустошённо.              Антон оглядел зал, проверяя, не заметил ли кто-нибудь произошедшего. К счастью, люди вокруг, и что важнее, стая, не обратили на них внимания. Он даже думать не хотел, что могло бы случиться, если бы оборотни увидели вожака в крови.              — Всё в порядке. Это вышло случайно, — ровным голосом сказал он, старательно пряча взгляд, когда они уходили с танцпола. Он отодвинул платок, но, почувствовав как кровь потекла за расстёгнутый ворот, прижал сильнее. — Я пойду, с этим надо что-то сделать.              — Я могу помочь, приведём тебя в порядок. Зайдём в уборную, — виновато предложил Вьяго, следуя по пятам, но Антон остановил его.              — Мне нужно домой. Пожалуйста, не ходи за мной. Поговорим позже. — он коротко взглянул на вампира, прежде чем направиться к двери. Пришлось отмахнутся от вышибалы, который предлагал помощь, сказав, что произошло досадная неприятность и уже всё в порядке.              Можно было бы вызвать такси, но стоило прогуляться и проветрить голову. Антон убрал платок в карман: кровотечение, к счастью, остановилось. Не желая тревожить друзей внезапным исчезновением, он кратко отписался в групповой чат о том, что направляется домой, и отказался отвечать на подколки о том, что он ушёл с Вьяго, «чтобы предаться разврату на день рождения».              Ну, если они видели их на танцполе, у них был повод для таких предположений. Не вмешайся случай, Антон не испугался бы и ночь закончилась бы совершенно по-другому. Он наклонил шею в сторону и поморщился от болезненного укола. Он не злился из-за укуса. Просто произошло слишком много всего, слишком быстро, нужно было разобраться с самим собой.              Одно было ясно наверняка: он не мог продолжать отрицать, что хотел Вьяго. Больше, чем кого-либо и когда-либо, и это было проблемой. Они так глубоко увязли в собственном обмане, что продолжать в том же духе казалось неправильным. Построить отношения на лжи вряд ли получится. Другой проблемой было то, что он просил не следовать за ним, но вампир ни хрена не слушал. Антон демонстративно не оборачивался, когда в очередной раз до него долетало хлопанье крыльев Вьяго, держащегося на шесть метров позади. Неужели он думал, что если превратится, Антон не учует его за километр? Ему просто нужно немного времени на раздумья. Было трудно привести в порядок мысли, когда запах вампира наполнил его лёгкие. Не только потому, что он был рядом, но и потому, что они провели весь вечер вместе, и он всё ещё явственно помнил чужие прикосновения.              Антон облегчённо вздохнул, переступив порог квартиры, небрежно бросил ключи на стол и прошёл в ванную. Он схватил тряпицу и, предварительно намочив её, вытер засохшую кровь с кожи, чтобы оценить ущерб. Проколы выглядели довольно глубокими, но, хотя рана ещё не закрылась, кровотечение уже прекратилось. Пальцы осторожно прошлись по отметинам.              — Чёрт. — оборотень поморщился. Он вытянул шею и внимательнее присмотрелся к отражению. На пару сантиметров левее — и вампир мог его убить. Он достал аптечку, промыл и перевязал шею, и вспомнил, как Вьяго однажды упомянул, что даже спустя три сотни лет у него всё ещё была привычка задевать артерию по крайней мере в сорока процентах случаев, что он считал очень постыдным в своем возрасте. Антон вымыл руки. Он был безмерно благодарен, даже если это вышло случайно, что попал в счастливые шестьдесят процентов.              Направившись прямиком к бару, он достал бутылку крепчайшего виски и налил двойную порцию. Он выпил половину, прежде чем подойти к окну и выглянуть из-за штор как можно незаметнее. Как и предполагалось, он увидел Вьяго, вышагивающего взад-вперёд по улице. Тот, похоже, сердился, и Антон чувствовал себя целиком ответственным за это. Он отошёл от окна и принялся расхаживать по квартире, потягивая напиток.              Хорошо. Только факты.              1) Когда они не трепали нервы друг другу, они довольно хорошо ладили, и у них было много общего.              Ладно, возможно, ему нравилось злить Вьяго, и казалось, взаимно. При этом оба заботились о друзьях и ценили опрятность и соблюдение правил, оба были довольно дерьмовыми танцорами и любили дрэг-рейсинг.              2) Вьяго совершенно точно флиртовал с ним уже какое-то время.              Антон достал телефон и прокрутил накопившиеся за недели сообщения, всё стало очевидным. После того как Вьяго смотрел на него сегодня вечером, не оставалось никаких сомнений в том, что сообщения, которые оборотень считал возможно кокетливыми, на самом деле были такими, и даже очень. Теперь Антон признал, что временами своими ответами, он давал ему надежду.              3) Его привлекал Вьяго.              Он знал это уже несколько недель, и как бы ни пытался отрицать, факт оставался фактом. Живой или мёртвый, Вьяго был красивым человеком. Вампиром. Да какая разница. У него было миловидное лицо и очаровательная улыбка. Когда он смеялся, то весь светился, и Антону потребовалось слишком много времени, чтобы признать — ему нравилось быть причиной этой улыбки. Нравилось держать его за прохладную руку, и нравилось то, как волосы выбивались из причёски и падали на лоб, когда Вьяго влетал через окно, путаясь в шторах. Только за последнюю неделю он чуть не испортил две пары джинс, вонзая ногти в бёдра, лишь бы удержаться и не поправить непослушные локоны.              4) Он не мог НА САМОМ ДЕЛЕ быть с ним.              Их виды — заклятые враги, а Антон не относился к тем парням, кто встанет перед сообществом и скажет: «К чёрту традиции!» Даже если бы он захотел, что за отношения это будут? Мама отнеслась бы спокойно, но точно не смогла бы представить его парня своим друзьям-людям. Весь распорядок дня и биологические часы будут посланы подальше, только чтобы они могли проводить время вместе. Ещё одна проблема: Вьяго будет жить вечно, а он, ну… Оборотни, как правило, стареют немного медленнее, но двадцать дополнительных лет — ничто по большому счёту. Двадцать лет были бы едва заметной чертой в долгой жизни вампира.              Через час, закончив готовится ко сну, Антон выглянул из-за шторы и увидел Вьяго, всё ещё стоявшего под окном. Ему было стыдно за побег из клуба. Собственная реакция смущала больше всего остального. Он утратил самообладание, и ситуация вышла из-под контроля, хотя так хотелось приковать себя к Вьяго, в поисках опоры, будто он был тем самым деревом в полнолуние.              Оборотень поставил пустой стакан на стойку, подлил ещё и взглянул на белую коробочку. Он поднял её и повертел, прежде чем вспомнил, что это подарок. Присев на диван, он продолжил разглядывать находку и размышлял о том, можно ли её открывать. Расстроится ли Вьяго, если распаковать без него? Допив, он ещё две минуты то ставил коробочку на столик, то снова брал в руки, но в итоге любопытство взяло верх, и Антон сдался.              Он снял крышку, вытащил скомканную газету и извлёк то, что было внутри: глиняную чашку неправильной формы, выкрашенная в тёмные тона синего и фиолетового. Он повернул её и увидел грязно-белый круг, который, очевидно, был луной, а на его фоне — пятнышко, похожее на крошечную летучую мышь.              Антон заглянул на дно и достал потрёпанную открытку, исписанную рукой Вьяго.              «С днём рождения, Антон. Я сделала эту чашку в дополнение к твоей коллекции. Когда всё закончится, я надеюсь, что мы сможем по-прежнему оставаться друзьями, а если нет, ты посмотришь на неё и вспомнишь о тех приятных временах, которые у нас были, а также о тех, когда мы желали смерти друг другу. Мне очень понравилось и то, и другое. — Вьяго фон Дорна Шмартен Шеден Хаймбург»              — Чёрт, — выдохнул Антон, переводя взгляд с записки с глупой очаровательной мышкой, нарисованной над подписью, в правой руке, на чашку, сделанную специально для него, в левой. Он подошёл к полке, аккуратно пристроил её рядом с собственной, такой же кривой, и провёл указательным пальцем по летучей мышке.              5) Ему нравился Вьяго. Сильно. Причины, по которым они не должны были быть вместе, не имели значения.       Антон бросился к окну и резко раздвинул занавески. Он распахнул створки, высунул голову и осмотрел улицу, но тщетно. Никого. Закрыв окно, он достал телефон, сразу же набрал вампира, но попал на голосовую почту. Следующие две попытки также не увенчались успехом.              — Возьми уже чёртову трубку, — пробормотал он, сделав последний дозвон, и разочарованно хмыкнул, когда снова включился автоответчик.              — Привет, это Вьяго фон Дорна Шмартен Шеден Хаймбург… *тишина* Итак, что дальше?       — Скажи, чтобы оставили сообщение, — раздался голос Ника издалека.       — Привет, это Вьяго фон Дорна Шмартен Шеден Хаймбург.       — Ты уже это говорил; просто скажи, чтобы оставили сообщение.       — Привет, это… Пожалуйста, оставьте для меня сообщение по телефону. Это Вьяго. Привет!       — Теперь нажми «решётку».       — Где?       — Рядом с цифрой ноль.       *БИИИИИП*       — Нет, это «звёздочка». Другая…       — Привет, Вьяго. Это Антон. Прости за то, как я отреагировал сегодня вечером. Я знаю, что ты не виноват; я просто испугался. Ты не сделал ничего плохого. — мужчина дважды стукнул по лбу телефоном. Ужасно не хотелось вдаваться в подробности по голосовой почте. — Слушай, ты можешь мне позвонить? Нам нужно поговорить о том, что произошло сегодня вечером. Обо всём. Скоро поговорим, ладно?              Он повесил трубку и подумал, не съездить ли в особняк. Пустой стакан на столе намекал, что это плохая идея. Не следовало садиться за руль после пары двойных виски. Кроме того, Вьяго, вероятно, ещё нет дома. Он перезвонит. Никаких сомнений. Антон часами лежал без сна в постели, устроившись на боку и положив руку на пустое место, где должен был быть Вьяго. Он позвонил ещё раз.              «Привет, это Вьяго фон Дорна Шмартен…»              Антон повесил трубку, прежде чем окончательно сдаться и провалиться в сон. Когда он проснулся на следующее утро, не было ни пропущенных звонков, ни новых сообщений.