Под снегом, в вкусе ласки.
10 ноября 2024 г., 20:29
Новый год приближался, но Колетт не чувствовала в себе ни капли праздничного настроения. Она сидела на кухне в старом свитере, поглощенная мыслями. В доме царила тишина, только в комнате за дверью, где стоял телефонный аппарат, на стене висел календарь с яркими новогодними изображениями, как напоминание о том, что время шло, но не было никакого смысла в этом для неё. Гас был уже давно не рядом, и каждый день казался бесконечным и безжизненным.
Вдруг телефон, стоящий на столе, резко прервал её мысли. Она взглянула на него—домашний телефон, который почти не использовался. Прежде чем Колетт успела подняться, звонок продолжался. Она ответила на второй гудок, и её сердце пропустило один удар, когда она услышала знакомый голос.
—Колетт? Это Эдгар.—его голос был тихим, но в нем чувствовалась нервозность.
—Эдгар…— Колетт застыла на месте. Она не ожидала его звонка, тем более на этот телефон. И хотя она слышала его голос, ей было так тяжело понять, что всё это действительно происходит. Взгляд её затуманился.
—Как ты?—спросил Эдгар с беспокойством, чувствуя в её тоне нечто большее, чем просто усталость.
Она молча вздохнула, в какой-то момент её голос оказался прерванным, словно слова застряли в горле. Её мысли пересекались с тем, как она жалела, что всё это случилось, но в тоже время ей хотелось верить, что если она сделает всё правильно, то хоть что-то изменится. Новый год? Праздники? Этого не существовало для неё.
—Я… Я просто не знаю.— сказала она, пытаясь сгладить голос, но не получилось.—Это всё сложно. Гас… всё, что произошло… и теперь…
Эдгар молчал на другом конце линии, его дыхание слышалось, как бы он ни пытался удержать себя в спокойствии.
—Колетт, ты не одна. Ты знаешь это, правда?—сказал он, чувствуя, как в его голосе появляется твёрдость.
—Я знаю.—ответила она тихо, сжала телефон в руке.—Но как мне двигаться дальше? Как вообще что-то строить, когда… когда всё разрушено?
Эдгар сделал долгую паузу.
—Мы можем поехать в Токио, Колетт. Я хочу, чтобы ты поехала со мной.— сказал он наконец.
Её сердце сильно пропустило ещё один удар. Она закрыла глаза, как будто пыталась отпустить мысль, но не могла.
—Ты правда хочешь, чтобы я поехала?—спросила она, ощущая, как в её груди нарастает трепет. Это было странно—думать о будущем, о месте, где можно начать всё заново, но одновременно не ощущать в себе силы.
—Да, я хочу. Я хочу, чтобы мы начали с чистого листа, чтобы ты могла хотя бы немного быть счастливой.
Тишина повисла между ними. Колетт размышляла, что же ей делать. Она была потеряна, но слова Эдгара звучали так, что она не могла игнорировать их. Может быть, это был шанс начать что-то новое, хоть и страшное. Она уже не верила, что в её жизни будет просто.
—Я не знаю… А твой дедушка? Он не против?—её голос стал слабым, но она не могла не задать этот вопрос.
—Я с ним ещё поговорю, не волнуйся, Колетт.
Её сердце всё же успокоилось, но только чуть-чуть. Будущее, как она знала, было неопределённым, но в этот момент, в этом разговоре, она почувствовала какую-то надежду.
—Хорошо— прошептала она.
—Думаю это будет лучшим решением...— ответил Эдгар, и в его голосе был какой-то свет, который Колетт так давно не слышала.
Тишина снова обрушилась на их разговор, но теперь в ней было нечто другое—что-то, что напоминало о возможности нового начала, пусть и с множеством трудностей на пути.
Эдгар заговорил первым, с мягким, но твердым решением:
—Мы уедем, Колетт. И мы навсегда будем вместе.
Колетт закрыла глаза, прислушиваясь к его словам, и на её губах появилась едва заметная улыбка—такая хрупкая, как зимний лед. Она была так измотана всем, что происходило, что на тот момент даже не могла представить, как будет выглядеть её жизнь в Токио снова. Но в этом разговоре, в голосе Эдгара, она почувствовала, что это могло бы быть её шансом на начало чего-то нового.
—Ты правда так уверен?—спросила она, глядя на часы. Тик-так времени казался ей таким же отдалённым, как и сам Новый год, который не имел для неё никакого значения. Вечер, который должен был быть полон веселья, был наполнен тишиной и тяжелыми мыслями.
—Да.— ответил Эдгар уверенно.
Колетт сжала телефон и почувствовала, как её глаза вновь наполняются слезами. Она не знала, что будет дальше, но Эдгар был рядом, а это главное, и его слова давали ей хоть какое-то утешение. Могло ли это быть тем, что ей нужно было? Может, она ещё не готова отпустить всё, что было, но с ним рядом, как-то странно, она чувствовала надежду.
—И мы будем всегда двоем...—сказала она чуть тише, пытаясь верить в эти слова сама.
Эдгар молчал на другой стороне, но Колетт знала, что он улыбается. Это не была весёлая улыбка, но в её глазах она означала что-то важное. Он поверил в них, в их будущее, и возможно, с ним она тоже могла поверить.
—Когда мы сдадим экзамены.— добавил он.—Мы сразу же уедем, осталось потерпеть пол года ещё.
—Я не верю что мы правда уедем...—Колетт опять не могла сдержать эмоции.
—А мы уедем! Я буду рядом.
Он сказал это так, что в её сердце появилась легкость, хотя, конечно, страх ещё не покинул её. Сдать экзамены—уехать и начать с чистого листа или остаться и продолжать бороться. Выбор был очевиден.
Но, несмотря на страх и неопределенность, с каждым его словом Колетт всё больше ощущала, что её жизнь может всё-таки измениться. С ним, в другом месте, с новым началом, может быть, она сможет оставить все свои прошлые страхи позади.
— Спасибо, что звонишь. Это… это важно для меня.—сказала она, а в голосе её звучала уверенность, которой не было в её словах ещё несколько минут назад.
—Колетт, не хочешь прогуляться в новогоднюю ночь?—его голос был бодрым, почти игривым, но с какой-то мягкой настойчивостью.—Мы вместе отметим Новый год. Двоем...
—Но… Как?—она немного удивилась.—Новый год? Это же… Странно.
—Ты ведь хочешь, правда?—его голос стал более мягким, и в нём было нечто, что она не могла проигнорировать.—Я знаю место—тихое и уединенное. Лес. Мы можем пойти туда, встретить этот вечер вдвоем. Ты хочешь?
Секунда молчания повисла в воздухе, но как только она услышала этот вопрос, в её душе что-то изменилось. Она, кажется, давно не чувствовала себя так свободно, как сейчас, в этот момент.
—Лес?—спросила она, пытаясь понять, как может быть так легко оставить все сомнения. Но странно, она не хотела бы ничего другого.—Это… Да. Я согласна.
—Отлично!— Эдгар будто почувствовал её решение.—Я за тобой зайду. Давай, оденься потеплее. У нас есть время—Новый год только начинается.
Закончив разговор, Колетт быстро одела свои черные штаны и одела их, взяв свою обычную куртку, но удобную куртку вышла из дома. На улице всё ещё шёл снег, но в воздухе ощущалась какая-то необычная тишина, как будто этот вечер был предначертан для чего-то важного. С каждым шагом она чувствовала, как её страхи отступают, и только одно оставалось в её душе—желание быть рядом с Эдгаром.
Когда она вышла на улицу, снежинки летящие прямо ей в лицо танцевали свой молчаливый вальс о котором никто кроме них самих не узнают. Вдалеке, сквозь темные деревья, она увидела его силуэт—Эдгар шел к её дому. Они шли к друг другу на встречу.
—Эдгар!—тихо позвала она, подходя к нему. В его глазах сразу же появилось облегчение, когда он заметил её.
—Колетт!—его голос был полон радости, как будто она была для него единственным светом в этой зимней ночи. Он протянул ей руку, и она взяла её, не раздумывая.
—Ты не сказал, как мы будем добираться.—сказала она, оглядываясь на заснеженную улицу. Он был без всего, кроме рюкзака, в котором был, видимо, собран весь необходимый минимум для ночи.
—Мы пойдем пешком.—ответил он с улыбкой.—Это будет лучше. Лес не так далеко. И я думал, что если мы будем идти вместе, это будет даже красивее.
Колетт кивнула и пошла рядом с ним. В темноте улицы были пустыми, лишь редкие машины проезжали мимо спеша успеть к празднику, сворачивая в дворы. Но они шли вместе, и этот путь казался не таким долгим, как мог бы быть. В её душе всё было смешано—тревога, радость, страх. Но в присутствии Эдгара всё, кажется, становилось менее пугающим.
Путь в лес не был долгим, и вскоре они оказались на его краю. Здесь было необычно тихо. Лишь ветер трепал ветви деревьев.
Когда они оказались в лесу, весь мир казался тихим и застывшим. Летящие снежинки окутывали деревья, делая ночной лес ещё более загадочным. Лишь лёгкий хруст снега под их ногами нарушал эту тишину. Новый год был близко, но здесь, среди деревьев, времени как будто не существовало. Всё было затмевшим, замедленным, словно в мире остановился час.
—Мы здесь.— сказал Эдгар тихо, немного нервно, но с определённой решимостью в голосе. Он посмотрел на Колетт, когда они остановились на небольшой поляне среди леса.—Я хотел, чтобы ты увидела это место. Я знаю, что Новый год всегда был таким… Шумным и ярким. Но здесь, я думаю, нам будет легче начать всё заново. Я верю, что… что это будет правильное место для нас.
Колетт молча кивнула, обратив взгляд на темные силуэты деревьев, которые стояли как стражи этой странной ночи. Туман обвивал их, создавая чувство уединённости, словно мир остался далеко за пределами леса.
—Ты выбирал это место?—спросила она тихо, опуская взгляд. Всё вокруг было необычным, таким несуразным, как и её чувства.
Эдгар шагнул к ней ближе, его фигура едва различалась в темноте.
—Да.—Его голос был мягким, но уверенным.
Колетт стояла рядом с ним, прислушиваясь к тишине. Легкий ветер тянул за собой следы снега, и в этот момент ей было так тихо, что она могла слышать только свой собственный ритм дыхания и шепот Эдгара.
—Моя семья никогда не отмечала новый год...—сказала она, не смотря в его сторону, но чувствуя, как её сердце сжимается от всего, что ей пришлось пережить.
Эдгар молчал некоторое время, его взгляд был скрыт от её глаз, он взял её руки своими руками.
—Это будет твой первый отмеченный новый год, Колетт.
Она взглянула на его руки, а потом на его лицо, которое в ту ночь было скрыто в тени. Но в его глазах был свет—слабый, но всё-таки свет. Это было нечто большее, чем просто слова. Это было обещание, которое он давал ей.
Эдгар аккуратно держал Колетт за руки, согревая их своими ладонями. Он был обеспокоен тем, что они были рядом, её тело дрожало от холода. Он медленно наклонился и начал дышать теплым воздухом в её холодные ладони.
—Дурочка.—сказал он с лёгкой насмешкой в голосе, но в его словах звучала не злость, а скорее забота.—Я же говорил одеться потеплее.
Колетт взглянула на него, и её взгляд был немного растерянным. На мгновение ей стало неловко. Она могла бы одеться теплее, а теперь вот стояла, поддаваясь холодному морозу.
—Извини...—прошептала она, опустив голову.—Я просто… Забыла.
Эдгар слабо улыбнулся, но его улыбка была доброй, нежной. Он крепче сжал её руки все так же дыша.
—Ты не должна извиняться. Просто… В следующий раз не забывай о себе, хорошо?—сказал он, поднимая её взгляд своими глазами.—И я просто шучу.
Её сердце немного успокоилось, и она почувствовала, как всё напряжение уходило. Несмотря на холод, несмотря на снег и мрак вокруг, они были рядом, и это было все, что важно.
—Спасибо.—едва слышно ответила она.
—Ну вот, уже лучше.—Эдгар тихо засмеялся, снова наклоняясь к её рукам, чтобы почувствовать, как они согреваются.—Теперь мы хотя бы не замерзнем. Будем держаться друг за друга.
Он был искренним, и несмотря на всю тяжесть того, что происходило в её жизни, он был рядом, давая ей хоть маленький, но уверенный шаг к тому, чтобы двигаться дальше.
Эдгар и Колетт стояли в лесу, окруженные тишиной зимней ночи, их дыхание смешивалось с холодным воздухом, создавая пар. Они молчали, но в этом молчании было больше, чем просто пустота. Это была связь, которая не требовала слов, она была в их взглядах, в том, как они держались за руки, и в том, как каждое движение Эдгара казалось оберегающим и нежным.
Когда он увидел, как она дрожит, несмотря на его попытки согреть её, он, не раздумывая, наклонился и, тихо произнеся её имя.
—Колетт…—его голос был едва слышен, но в нем была такая нежность, что она не могла не ответить. Он называл её имя, как будто пытаясь раствориться в нем, стать частью её мыслей и воспоминаний.
Он посмотрел ей в глаза—её взгляд был мягким, но в нем было что-то уязвимое. Как будто она всё ещё не могла поверить, что находится здесь, в этот момент, с ним.
Эдгар медленно, как будто боясь разрушить этот хрупкий момент, положил руку на её подбородок и, аккуратно приподняв его, подошел чуть ближе. Он чувствовал, как её дыхание становится всё более ровным, и как её тело расслабляется, но всё ещё остаётся напряжённым, как струна. Он знал, что она переживает множество эмоций.
Её руки скользнули по его груди. Он почувствовал её лёгкое прикосновение и это было как разрешение, что они здесь, вместе. И в этот момент, несмотря на морозную ночь, несмотря на всю боль, которую они пронесли в своих сердцах, он почувствовал, как его внутренний мир начинает меняться. Он стал с ней—он был рядом с ней, а этого было достаточно.
Эдгар мягко, но уверенно поцеловал её, его губы встретились с её в долгом и нежном поцелуе, который был полон всего, что они пережили. В нём была вся боль, все страхи, все сомнения, но также и сила, и желание быть рядом.
Поцелуй длился долго, и они не чувствовали холода. В этом моменте было только тепло их тел, их сердец, которые начали биться в унисон. Каждый поцелуй приносил что-то новое, что-то, чего не хватало им обоим них—они открывали друг друга, как если бы этот поцелуй был их единственным способом понять и почувствовать.
Он целовал её снова, и ещё раз, словно пытаясь сказать словами то, что не мог выразить иначе. Он не знал, что будет дальше, но в этот момент всё было ясно. Всё было о них, и больше ни о ком, и не о чем.
Когда поцелуй прекратился, они оба стояли молча, глаза Эдгара были полны нежности, а лицо Колетт краснело от напряжения и эмоций.
—Ты—всё, что мне нужно, Колетт.—произнес Эдгар, его голос был тихим, но полным уверенности.
Колетт почувствовала, как её сердце ускоренно бьётся. Она не могла сдержать легкую улыбку, даже несмотря на все тучи, которые ещё висели в её жизни. Но в этот момент было одно—она была рядом с ним, и этого было достаточно.
—И ты мне тоже.— прошептала она в ответ, всё ещё чувствуя его тепло на своих губах.
Они молчали, но уже не было нужды в словах. Понемногу тишина леса начинала быть чем-то родным, и этот момент в их жизни стал для них чем-то большим, чем просто ночь в лесу. Это было начало чего-то нового.
Эдгар почувствовал, как его сердце бьется в такт с её дыханием. Он смотрел на Колетт, её глаза были полны эмоций, и в этом взгляде он прочитал всю боль и нежность, которые она скрывала. Но сейчас, в этом моменте, всё было иначе. Он медленно положил руку на её талию, и не отводя взгляда, осторожно опустил её на снег.
Снег мягко покрыл её спину, и она замерла на мгновение, будто удивлённая тем, как легко это произошло. Эдгар приподнял её голову, аккуратно убрал волосы с её лица, чтобы видеть её лицо без преград. Он скользнул пальцами по её щекам, проведя ими по мягкой коже, и почувствовал, как её тело реагирует на его прикосновения, как будто она растворяется в этом моменте.
Он наклонился, и её губы встретились с его в ещё одном поцелуе—более страстном, нежном, полным эмоций, которые они не могли выразить словами. Его пальцы скользнули по её подбородку, пытаясь передать всё, что не мог сказать.
Поцелуй был глубоким, полным. Он чувствовал, как её дыхание сбивается, как она начинает прижиматься к нему, словно в поисках утешения. Эдгар был с ней в этот момент, и этого было достаточно.
Эдгар приподнял её немного выше, чтобы она могла сесть, и не отрываясь от её губ, продолжал целовать её, исследуя каждый её отклик, каждое движение. Его руки скользнули по её спине, нащупывая тёплые линии её тела под тканью одежды, ощущая, как её сердце стучит так же сильно, как и его собственное. Она не отрывалась от него, её руки, будто не осознавая, что делают, обвили его шею, притягивая его ближе.
Медленно, почти неслышно, они оба сползли в снег, и Эдгар осторожно опустил её на землю, при этом его взгляд не отрывался от её лица. Он хотел быть с ней не просто физически, но и душой, чтобы всё, что было между ними, было ощущено в каждом моменте.
Он убрал ещё несколько прядей её волос с лица, снова целуя её в щеки, а потом в лоб. Она смотрела на него так, как если бы для неё не существовало никого, кроме него. Все страхи, вся тревога исчезли в этот момент. Эдгар держал её руки, не давая ей уйти, словно это было последнее что он мог удержать в мире.
Он почувствовал, как её дыхание становится более спокойным, но она всё ещё была напряжена. Он нежно прошептал её имя,
—Колетт...
Как обещание, как просьбу быть рядом, как единственный способ удержать её здесь, с ним. В ответ она закрыла глаза, прикоснувшись к его груди, поглощённая его теплотой, ощущая, как их сердца бьются в одном ритме.
Эдгар наклонился и поцеловал её снова—на этот раз с такой страстью и уверенностью, как будто хотел передать ей всю свою любовь и весь тот мир, который они могли построить вместе. Его губы двигались медленно и тщательно, и она, в свою очередь, откликалась на каждый его жест.
Они оба забыли обо всём, что происходило до этого, и в этот момент они были только друг для друга—единственные, кто существовали в этой морозной ночи.
Эдгар отстранился на мгновение, его глаза искали в её взгляде что-то важное, как будто хотел убедиться, что она чувствует то же, что и он. Он нежно взял её за руку, прижимая её ладонь к своему сердцу.
—Я не знаю, как это произошло, как я оказался здесь, с тобой, но… Я не могу больше молчать. Я… Я люблю тебя. И я хочу быть с тобой. Всегда.—его голос был тихим, но полным решимости.
Он задержал дыхание, ожидая её реакции, но его сердце уже начало биться быстрее, как будто сам этот момент был самым важным в его жизни. Она могла ответить любым образом, и, несмотря на это, Эдгар не сомневался. Он уже знал, что его чувства искренни, что эти слова—не просто признание, но обещание, которое он дал себе.
Колетт замерла, её глаза наполнились светом, и не говоря ни слова, она тянулась к нему. Её губы мягко прикоснулись к его, и этот поцелуй был полон всего—благодарности, любви, страха и надежды. Она ответила на его признание, не нуждаясь в словах, всё, что было между ними, было в этом поцелуе.
Она слегка отстранилась, её лицо покраснело, но глаза говорили о многом.
—Я тоже тебя люблю, Эдгар.— прошептала она, и её слова были таким же обещанием, как и его.—Я тоже хочу быть с тобой. Всегда.
Эдгар почувствовал, как его сердце наполняется теплом. В этот момент всё стало ясным. Они были друг для друга, и это было единственным, что им было нужно. Время словно остановилось, и весь мир исчез, оставив только их двоих, стоящих в лесу под зимним небом, с дыханием, которое теперь было общим, и с любовью, которая только начинала свою историю.
