Стреляю без промаха

После насыщенного дня, полного обрядов, тостов, смеха и сюрпризов, молодожёны наконец-то остались наедине. Виктория и Вадим вошли в свою комнату, дверь за ними мягко закрылась, отрезая их от шума продолжающегося праздника. В воздухе витал слабый аромат лаванды и ванили — свечи, расставленные по комнате, мерцали мягким светом, создавая уютную и волшебную атмосферу. — Ну что, Уварова, — с хитрой улыбкой протянул Вадим, прислонившись к дверному косяку. — Готова к самому важному моменту этого вечера? — Ох, даже боюсь спросить, о чём ты, — усмехнулась Виктория, развязывая ленты на своих волосах. — Конечно, о том, что тебе пора получить мой свадебный подарок, — продолжил он, вытащив из кармана конверт и протянув его жене. Виктория с любопытством приняла конверт, разорвала его край и достала билеты. — Австралия?! Золотое побережье?! На целый месяц?! — её глаза округлились, а на губах заиграла восторженная улыбка. — Ты заслужила отдых. И я тоже, если честно, — улыбнулся Вадим, приближаясь к ней. — Представь: тёплый песок, океан, тишина, только ты и я... — И акулы, и змеи, — шутливо добавила она, но было видно, что подарок её тронул. — Ну, с акулами я разберусь, — Вадим притянул Викторию к себе, глядя ей в глаза. — А вот со змеями… их мне в жизни хватает. И одна из них сейчас в моих объятиях. — Ты просто невыносим, — покачала головой она, пряча улыбку, но не отстраняясь. — Да, но именно это ты во мне и любишь, — подметил он, прежде чем накрыть её губы нежным поцелуем. Виктория прижалась к нему ближе, наслаждаясь этим моментом. Все тревоги, все переживания дня отступили. Остались только они двое, их чувства, их любовь. Он подхватил её на руки и понёс к кровати, шепча что-то ласковое на ухо. Виктория рассмеялась, но не сопротивлялась. — Добро пожаловать в наш медовый месяц, — пробормотал Вадим, прежде чем дверь в их личную сказку окончательно закрылась. Утро в их комнате наступило тихо и мягко. Первые солнечные лучи пробивались сквозь шторы, окрашивая пространство тёплыми золотистыми оттенками. Виктория медленно открыла глаза и почувствовала, как её окружает приятное тепло. Рядом, крепко обняв её, спал Вадим. Она внимательно посмотрела на мужа. Его дыхание было ровным, лицо расслабленным, а светлые волосы слегка растрёпаны. В эту минуту он казался таким спокойным и даже немного уязвимым. Не удержавшись, Виктория осторожно провела пальцами по его щеке. В ответ он лишь слегка поморщился, но не проснулся. — Не смей меня будить, — пробормотал он с хрипотцой в голосе, не открывая глаз. — Я тебя даже не трогаю, — сдерживая улыбку, ответила она. — Врёшь, — Вадим сдвинулся ближе и сильнее прижал её к себе. — Тебе не кажется, что ты слишком самоуверен? — с деланным укором спросила она. — Конечно. Я же теперь женатый человек, имею право, — он приоткрыл один глаз и усмехнулся. — Ну, как тебе первая ночь в статусе госпожи Уваровой? Виктория задумчиво посмотрела в потолок. — В целом... терпимо. — Терпимо?! — он подался вперёд и быстро перевернул её на спину, нависая сверху. — Ну да, мог бы и постараться больше, — поддразнила она. — Значит, мне есть над чем работать? — Безусловно. — Тогда у меня есть только один выход — исправить ситуацию. Он наклонился и впился в её губы, не давая сказать больше ни слова. Виктория тихо рассмеялась между поцелуями, обвивая его шею руками. Им никто не мешал, никто не торопил. Сегодня был новый день их совместной жизни, и они собирались насладиться им по полной. Вадим аккуратно опустил Викторию на кровать, но едва её спина коснулась простыней, как он склонился над ней, опираясь ладонями по обе стороны от её лица. Его дыхание было горячим, а взгляд — проницательным, полным необузданного желания и нежности одновременно. — Знаешь, Уварова, ты сводишь меня с ума, — хрипло произнёс он, ловя прядь её волос и медленно накручивая её на палец. — Взаимно, — прошептала она, скользнув ладонью по его шее, чувствуя, как бешено колотится его пульс. Её пальцы прошлись по линии его плеч, ощущая напряжение в каждом мускуле. Вадим двигался осторожно, но с какой-то скрытой жадностью, будто хотел запомнить каждую секунду, каждый её вздох. Его губы скользнули по её шее, оставляя тёплые поцелуи, а руки уверенно двигались по её телу, запоминая каждый изгиб. Виктория выгнулась навстречу его прикосновениям, закрывая глаза. Всё, что было вне этой комнаты, потеряло смысл. Огонь свечей отбрасывал на стены мерцающие тени, наполняя воздух интимностью и волшебством момента. — Ты такая красивая, — едва слышно сказал Вадим, прижимаясь лбом к её лбу. Она улыбнулась, слегка запустив пальцы в его волосы. — Ты же знаешь, что я твоя, полностью… — Всегда знал, — его голос звучал уверенно, но в нём проскользнули тёплые нотки. И прежде чем она успела что-то ответить, он снова накрыл её губы поцелуем, наполняя этот момент страстью, любовью и чем-то гораздо большим — чем-то, что принадлежало только им двоим. Виктория рассмеялась, но её смех тут же оборвался, когда Вадим накрыл её губы новым, более настойчивым поцелуем. Они тонули друг в друге, в своих ощущениях, наслаждаясь каждым мгновением близости. Но внезапно тишину нарушил звонкий детский голос: — Ма-ма! Па-па! Они замерли. Вадим резко отстранился, на его лице отразилась смесь удивления и недовольства. — Только не говори, что мне это померещилось, — простонал он, прикрыв лицо рукой. Дверь в комнату распахнулась, и на пороге появилась Вера, держа на руках двоих бодрых и активных малышей. — Доброе утро, молодожёны! — бодро произнесла она. — Ваши наследники решили, что спать — это для слабаков, и объявили подъем. Максим и Олег радостно захлопали в ладоши, подтверждая слова няни. — Вы серьёзно? — Вадим поднял брови, с тоской взглянув на сына, который уже тянул к нему руки. — Аб-со-лют-но, — рассмеялась Вера. Виктория уткнулась лицом в плечо мужа, сдерживая смех, а он только тяжело выдохнул. — Отлично. Просто прекрасно. Медовый месяц отменяется, — буркнул он. — Добро пожаловать в семейную жизнь, дорогой, — весело отозвалась Виктория, принимая Максима, который тут же уткнулся в её шею. — Ты же понимаешь, что мы это так не оставим? — Вадим повернулся к ней с прищуром. — О, я даже не сомневаюсь, — подмигнула она. Вера усмехнулась: — Ну что, передаю в надёжные руки? — Думаю, выбора у нас всё равно нет, — вздохнул Вадим, принимая из её рук Олега. Максим довольно прижался к маме, Олег радостно болтал ногами в руках у отца, а Виктория с улыбкой посмотрела на мужа. — Знаешь, — тихо сказала она. — Думаю, лучший медовый месяц — это тот, где мы все вместе. Вадим посмотрел на неё, затем на сыновей, которые с нескрываемым восторгом наблюдали за родителями. — Да уж, семейная жизнь началась с первой же ночи, — пробормотал он, целуя макушку сына. — Ладно, сдаюсь. Виктория засмеялась и прижалась к нему ближе, наслаждаясь этим моментом. Потому что, несмотря ни на что, это была их жизнь. И она была прекрасной. Виктория, всё ещё улыбаясь, поцеловала Максима в лобик и, поглаживая его спинку, посмотрела на мужа: — Ну что, папа, раз уж утро началось так бодро, может, порадуем наших разбойников? Максим тут же оживился, услышав знакомое слово. Олег в ответ радостно завизжал, хлопая в ладоши. — Только не говори, что ты хочешь устроить игровую площадку прямо здесь, в нашей спальне, — с лёгким ужасом пробормотал Вадим. — А что? Отличная идея, — хитро улыбнулась Виктория. — Малыши только проснулись, энергии у них — хоть отбавляй. Если мы их хорошенько утомим, возможно, у нас ещё появится шанс на продолжение… — она наклонилась к нему ближе, шепча последние слова, но тут же отстранилась, когда Олег схватил отца за ухо. — Всё, я понял! — Вадим поудобнее устроил сына на руках и с игривой ухмылкой посмотрел на жену. — Ну что, мальчишки, покажем маме, кто здесь главный? — Па-па! — радостно выкрикнул Максим, его крошечные ладошки сжались в кулачки. — О, вызов принят! — Виктория поставила Максима на кровать и встала на колени перед ним. — Готовься, мой маленький воин! Сейчас начнётся великая битва! Максим радостно захихикал, а Олег, заразившись смехом брата, начал активно болтать ножками. Вадим усмехнулся: — Значит, битва? Ну что ж, держись, Уварова, мы не сдаёмся без боя! И в следующую секунду он, не удержавшись, схватил подушку и осторожно шлёпнул Викторию по плечу. — Ах так?! — возмущённо воскликнула она, хватая свою подушку. — Держись, предатель! Она нанесла ответный удар, в этот момент Максим радостно подпрыгнул и со всей детской непосредственностью попытался помочь маме, вцепившись в папин рукав. — О-о, командная игра, значит?! — рассмеялся Вадим, не давая жене выиграть так просто. Олег, увидев, как все веселятся, громко завизжал, и тут же, подражая брату, схватился за папину вторую руку. — Всё, я побеждён, сдаюсь! — шутливо закричал Вадим, рухнув на кровать и крепко прижав к себе обоих сыновей. — Только пощадите меня, о великие воины! Максим и Олег радостно залились смехом, а Виктория, смеясь, склонилась над ними: — Так-то лучше! Видишь, Вадим, против нас с малышами у тебя нет шансов. — Ну, когда вас трое против одного, это называется нечестная игра, — фыркнул Вадим, а затем вдруг резко схватил Викторию за талию и притянул к себе. — Но знаешь что? Мне нравится проигрывать именно вам. Виктория улыбнулась и чмокнула мужа в нос. — Вот и славно. Теперь, господин Уваров, пора делать завтрак для наших чемпионов. — Что?! — Вадим в ужасе уставился на неё. — Ага, а мы пока займёмся чем-нибудь другим, — хитро прищурилась Виктория. Максим и Олег тут же радостно захлопали в ладоши, как будто понимая, что их ждёт веселье. Вадим театрально вздохнул, поднимаясь: — Ну, раз уж медовый месяц нам не светит, хотя бы на кухне я могу быть хозяином. — Не надейся, — хихикнула Виктория, целуя его в щёку. — Но за старания награду получишь. Вадим усмехнулся и, переглянувшись с сыновьями, заговорщически прошептал: — Ну что, парни, берём маму в плен после завтрака? Максим радостно закричал, а Олег, заразившись весельем, махнул ручками, будто соглашаясь. Виктория лишь улыбнулась. Их семья только начинала свой путь, но уже было понятно: с такими озорными мальчишками и любящим мужем скучно точно не будет. На кухне царила оживлённая атмосфера. Вадим, натянув фартук с надписью «Лучший папа на свете», сосредоточенно помешивал омлет, пока двое его маленьких помощников сидели в своих стульчиках, наблюдая за процессом. — Папа есть! — радостно воскликнул Олег, барабаня ладошками по подносу стульчика. — Папа хо-ро-ший по-ва-л! — добавил Максим, хитро улыбаясь. — Спасибо, сыновья, — важно кивнул Вадим, ловко переворачивая омлет. — Видите, мама? У меня уже есть фан-клуб. Виктория, которая как раз налила себе чашку кофе, улыбнулась. — Действительно, с такой поддержкой ты скоро станешь знаменитым шеф-поваром. Но стоило ей это сказать, как дверь кухни внезапно распахнулась, и на пороге появился Володя. — Шеф-поваром? Да он максимум на повара в школьной столовой тянет! — с притворным ужасом воскликнул он, оглядывая Вадима. — Ну, здравствуй, критик, — с усмешкой отозвался Вадим, продолжая готовить. — Привет-привет! — Володя сделал несколько шагов вперёд и, уловив запах со сковороды, прищурился. — А что это у нас тут варево какое-то? — Это омлет, если ты не заметил. — Омлет? — Володя заглянул в сковороду и притворно поморщился. — Да уж… не подам голос за твою кандидатуру в повара года. — Вообще-то, мои сыновья уже признали меня хорошим кулинаром, так что твой голос мне не нужен. — Дя-дя Воо-дя! — вдруг раздался звонкий голос Максима. — Дя-дя Воо-дя! Вкусно! — поддержал его Олег, радостно вытянув ручки вперёд. — Вот это я понимаю правильные слова! — рассмеялся Володя. Затем он обошёл стол, закатал рукава и повернулся к Вадиму. — Всё, друг мой, сдавай позиции. Не могу допустить, чтобы твои дети росли на пережаренных яичницах. — Вот так сразу? — притворно возмутился Вадим. — Ты хотя бы спросил, хочу ли я уступить тебе трон? — Ты хочешь, ты просто пока об этом не знаешь, — весело подмигнул Володя и, прежде чем Вадим успел что-то возразить, ловко снял с него фартук и сам встал у плиты. — Ну ладно, ладно, — вздохнул Вадим, сдаваясь. — Но знай, я ещё вернусь. — Конечно, конечно, — усмехнулся Володя, уже раскатывая тесто для блинов. В этот момент на кухню вошли Вера, Антон и Полина. — О, семейные баталии? — спросил Антон, с любопытством наблюдая за Вадимом, который теперь сидел за столом, скрестив руки на груди. — Меня выгнали с кухни, — мрачно сообщил Вадим. — И правильно сделали, — поддержала его Вера, присаживаясь за стол. — Ой, спасибо вам, родственнички! — возмутился Вадим. — Я запомню этот день предательства! — Не дуйся, Уваров, — хмыкнул Володя, переворачивая первый блин. — У тебя есть другие таланты. Например, ты неплох в построении планов. — О, хоть что-то приятное услышал, — притворно вздохнул Вадим. Тем временем Максим, который с интересом наблюдал за процессом готовки, вдруг сказал: — Дя-дя Воо-дя! Можно мне? — И мне! Ме-шааа-ть! — тут же подхватил Олег. — Конечно, мои маленькие помощники! — с улыбкой ответил Володя и, пододвинув к ним миску с тестом, дал ложку Максиму, а венчик — Олегу. Малыши тут же принялись размешивать, восторженно смеясь. — Надеюсь, это не закончится мукой по всей кухне, — пробормотала Виктория, наблюдая за происходящим. — Да ладно тебе, пусть ребята учатся, — сказал Антон, потягивая кофе. — Главное, чтобы блины не были с сюрпризом, — добавила Полина, хихикнув. — Всё под контролем! — заверил Володя, выкладывая стопку румяных блинов на тарелку. — Ну что, народ, завтрак готов! — Дя-дя Во-одя, блин! — восторженно воскликнул Олег, радостно размахивая руками. — Дя-дя Во-одя, лучший! — поддержал его Максим, хлопая в ладоши. — Вот это я понимаю признание, — гордо заявил Володя, садясь за стол. Завтрак прошёл в тёплой, уютной атмосфере, наполненной смехом, разговорами и вкусной едой. Со свадьбы Уваровых прошла неделя. Жизнь постепенно входила в привычное русло, но одно важное событие было ещё впереди — крещение сыновей. Вадим и Виктория давно хотели провести обряд, но сначала была свадьба, потом хлопоты, связанные с оформлением документов. Теперь же, когда всё уладилось, они решили не откладывать это больше. Крестины планировали провести в одной из старинных православных церквей в Греции. Место выбрали неслучайно — храм стоял на берегу Эгейского моря, окружённый оливковыми рощами, и внутри царила удивительная атмосфера покоя. Крёстными для малышей выбрали Веру и Володю. Оба согласились сразу, даже не раздумывая. Утро перед крещением Утром дом наполнился суетой. Виктория проверяла вещи, Вадим пытался не мешать, но всё равно задавал вопросы каждые пять минут. — Ты точно ничего не забыла? — Вадим… — Виктория приостановилась и медленно повернулась к нему. — Если ты сейчас повторишь этот вопрос ещё раз, я укушу тебя за ухо. — Ого, какие угрозы с утра пораньше! — усмехнулся он, поднимая руки вверх. — Просто беспокоюсь. — Всё у нас есть: крестильные наряды, полотенца, свечи, иконки, документы. Всё! — Она указала на аккуратно сложенную сумку. В этот момент в гостиной послышались голоса. Вера и Володя пришли чуть раньше, чем договаривались. — Доброе утро! — бодро произнесла Вера, заходя в комнату. — С добрым! — откликнулась Виктория, улыбаясь. — Вы уже здесь? — Ну, а как же, — Володя похлопал себя по груди. — Важное событие! Надо было раньше прибыть, чтобы лично проконтролировать подготовку. — Да-да, «проконтролировать», — усмехнулся Вадим. — Скорее, заранее перекусить перед долгим днём. — Это тоже важно! — Володя сделал невинное лицо. Максим и Олег тем временем радостно завозились в кроватках, заметив гостей. — Дядя Воодя! — радостно крикнул Максим, протягивая к Володе руки. — Вот оно, признание! — торжественно заявил Володя, подхватывая малыша. — Видишь, Уваров, кто тут главный любимчик? — Подожди, у меня ещё есть один сын, — ухмыльнулся Вадим, беря на руки Олега. Олег некоторое время разглядывал Володю, а потом тоже улыбнулся: — Дядя Воодя! — Всё, меня официально признали самым крутым дядей! — самодовольно заявил Володя. — Да-да, только теперь, самый крутой дядя, помоги пристегнуть детей в машину, — засмеялась Виктория. Все вышли во двор, где уже ждал арендованный минивэн. В церкви Храм, где должно было состояться крещение, был построен ещё в Византийские времена. Белые стены, расписные иконы, свечи, наполнявшие пространство тёплым светом, создавали особую атмосферу. Когда вся компания вошла внутрь, их встретил пожилой священник с добрым взглядом. — Добро пожаловать. Кто у нас родители? — Мы, — одновременно ответили Виктория и Вадим. — А крёстные? — Мы, — в один голос произнесли Володя и Вера. Священник улыбнулся: — Это большая ответственность. Вам предстоит заботиться о духовном развитии детей, помогать им, наставлять. Готовы ли вы к этому? — Готова, — серьёзно кивнула Вера. — Без сомнений, — подтвердил Володя. — Тогда начнём. Обряд проходил по традиции. Мальчиков сначала окропили святой водой, читались молитвы. Максим сидел у Володи на руках и внимательно смотрел на батюшку. — Мам… — вдруг позвал он, хмурясь. — Тише, малыш, — шепнула Виктория, проводя рукой по его светлым волосам. Олег же с любопытством разглядывал горящие свечи. — Огонь! — вдруг радостно заявил он. — Да, но его трогать нельзя, — мягко пояснила Вера. Когда настал момент окунания в купель, Володя наклонился к Максиму: — Так, малыш, не бойся. Это проверка на храбрость. А ты у нас настоящий герой! Максим посмотрел на него серьёзно и неожиданно ответил: — Я не боюсь! — О, ну точно мой крестник, — гордо произнёс Володя. После того как обряд завершился, Виктория обняла Веру. — Спасибо, что согласились. — Я бы не смогла отказать, — тепло ответила та. Володя тем временем с важным видом подбросил Максима на руках: — Всё, теперь официально: дядя Воодя в деле! — Дядя Воодя! — с восторгом повторил Максим. — Вот, другое дело! — засмеялся Володя. Вадим посмотрел на жену и с улыбкой сказал: — Ну что, Уварова, теперь наши сыновья крещены. — Теперь они под защитой, — кивнула она, переплетая пальцы с его рукой. — И под пристальным присмотром двух отличных крёстных, — добавил Вадим, кивая на Веру и Володю. — Это уж точно! — засмеялся Володя. С этой фразой они вышли из храма и отправились праздновать важное событие в семейном кругу.

***

После крещения

Солнечный свет мягко переливался на мраморных ступенях древней церкви, где только что завершился обряд крещения. Сольный запах ладана ещё витал в воздухе, смешиваясь с лёгким морским бризом, доносящимся с близкого побережья. Виктория, стоя у выхода, крепко прижимала к себе младшего сына, ощущая его тепло. Вадим держал старшего, который с любопытством вертел головой, изучая незнакомое окружение. — Ну, теперь официально можно сказать — это был важный день, — Вадим, выдохнув, бросил взгляд на Викторию. — Наши сыновья теперь не просто Уваровы, а крещёные Уваровы. — Крестины в Греции — это нечто особенное, — согласилась Вера, поправляя выбившуюся прядь волос. — Здесь всё проходит торжественно, не так, как у нас. — Да уж, — тихо хмыкнул Володя, оглядывая церковь. — Прямо как в кино. — Главное, что всё прошло спокойно, — Виктория с улыбкой посмотрела на малышей. — Даже не верится, что мы, наконец, добрались до этой части. — С учётом того, что последние несколько дней наши сыновья вытворяли, я не была уверена, что они дадут нам провести обряд без эксцессов, — добавила она, переведя взгляд на Вадима. — Вот поэтому и хорошо, что крёстным стал я, — ухмыльнулся Володя, держа в руках длинную белую свечу, которую зажигали во время обряда. — Теперь у них есть надёжная защита. — Я правильно понимаю, что теперь ты планируешь вмешиваться в воспитательный процесс? — подозрительно прищурился Вадим. — В меру, друг мой, в меру, — Володя невинно развёл руками. — Но, согласись, крёстный должен быть авторитетом, а значит, надо будет баловать, поддерживать и учить правильным вещам. — Володь, — протянула Виктория, прижимая сына чуть крепче. — Мне вот страшно спросить… Что ты подразумеваешь под «правильными вещами»? — Ну, например, как правильно выбирать арбуз, как незаметно съесть последний кусок пиццы и не попасться, как без шума открыть холодильник среди ночи... — Ты собираешься учить моих сыновей тому, за что сам вечно получаешь от Маши? — приподнял брови Вадим. — Вадим, дружище, я ведь не могу допустить, чтобы они повторяли мои ошибки. Надо подготовить их к взрослой жизни! — с серьёзным видом заявил Володя. — Боюсь, Уваров тебя пристрелит раньше, чем ты начнёшь обучение, — тихо засмеялась Вера. — Я пока подожду, — с ухмылкой бросил Вадим. — Всё, идём в ресторан, — скомандовала Полина. — А то мы можем тут шутить и спорить до вечера.

***

В ресторане

Место для празднования выбрали заранее — уютный ресторанчик на берегу моря. Деревянные столики, белоснежные скатерти, глиняные горшочки с розмарином в центре стола, а в воздухе — запах свежего хлеба, оливкового масла и пряных трав. Они устроились за длинным столом, с которого открывался вид на бескрайний синий горизонт. Вадим привычным движением пододвинул Виктории стул и сел рядом. — Ну что, милая, ты довольна, как всё прошло? Виктория посмотрела на мужа и улыбнулась: — Я просто счастлива. — Тогда, думаю, можно официально расслабиться, — Вадим потянулся за меню. — Закажем что-то особенное? — Греческие закуски? — предложил Володя. — О, только не рассказывай мне про всякие экзотические блюда, — скривился Антон. — Я готов на мясо и рыбу, но, пожалуйста, без сюрпризов. — Да ладно тебе, — усмехнулся Вадим. — Ты же в Греции! Здесь надо пробовать всё. — Если я съем что-то странное, и мне станет плохо, ты будешь за мной ухаживать? — поднял бровь Антон. — Нет, этим займётся твоя жена, — отрезал Вадим. — Спасибо, друг, — хмыкнул Антон, обняв Полину за плечи. Когда заказ был сделан, разговор плавно перешёл на более лёгкие темы. — Кстати, Уваров, — Володя лениво крутил в руках бокал с вином, — ты так свободно говорил с батюшкой и прихожанами, что мне показалось, будто ты здесь живёшь уже лет десять. Ты когда успел выучить греческий? — Давным-давно, — небрежно ответил Вадим. — Это несложно, если каждый день на нём говоришь. — Он не просто говорит, он владеет языком в совершенстве, — с улыбкой добавила Уварова. — Иногда мне кажется, что он думает по-гречески. — Это тебе только кажется, — отмахнулся Вадим. — Но язык действительно полезен. Например, он помогает делать комплименты. Он повернулся к жене, взял её за руку и с лёгкой улыбкой произнёс что-то по-гречески. Виктория приподняла бровь. — Вадь, — сказала она, немного смущённо. — И что он сказал? — заинтересовалась Вера. — Вадим рад , что ты не понимаешь о чём он говорит. — В Уваровской манере ухмыльнулась рыжая. — Вот ведь семейка — высказался Соколов. Во время оживлённой беседы и дегустации традиционных греческих блюд Виктория вдруг почувствовала, как комната слегка качнулась перед глазами. Тарелка с оливками, яркие скатерти, солнечный свет, отражённый от бокалов с вином — всё будто смазалось. К горлу неожиданно подступила тошнота, и ей пришлось сделать несколько глубоких вдохов, чтобы не выдать своего состояния. Она осторожно отставила вилку в сторону и положила ладонь на стол, пытаясь взять себя в руки. Но головокружение не проходило. — Милая, ты в порядке? — сразу заметил перемену Вадим, склонившись к жене. Она попыталась улыбнуться, но вышло натянуто. — Просто… Немного закружилась голова, — пробормотала она, закрыв глаза на пару секунд. — Может, тебе выйти на свежий воздух? — предложила Вера, обеспокоенно глядя на неё. — Да, пожалуй… — Виктория сделала движение, будто собиралась встать, но тут же почувствовала, что если сейчас поднимется, то просто потеряет равновесие. Вадим быстро среагировал, мягко удерживая её за плечо. — Сиди, Победа. Давай без резких движений. — Точно, ты же почти ничего не ела с утра, — добавила Полина, нахмурившись. — Может, просто давление упало? Володя в это время уже внимательно наблюдал за подругой. — Вик, может, вызвать врача? — Нет-нет, не надо, — поспешно возразила она, делая ещё один глубокий вдох. — Уже лучше... Просто внезапно накатило. — Сладкого хочешь? — спросил Антон, потянувшись за вазочкой с фруктами. — Может, винограда? Виктория покачала головой. — Просто немного воды, пожалуйста. Вадим тут же передал ей стакан, его взгляд был внимательным и тревожным. — Если не пройдёт, мы поедем домой, — тихо сказал он, но в его голосе сквозила твёрдость. — Вадь, всё хорошо, правда, — улыбнулась Виктория, отпивая воду маленькими глотками. Но ощущение беспокойства не покидало её. Виктория чувствовала, что все взгляды прикованы к ней, и это начинало раздражать. Она не хотела быть причиной беспокойства, но головокружение не проходило, и в шумном ресторане ей становилось только хуже. Тихо вздохнув, она решила, что немного свежего воздуха пойдёт ей на пользу. Выбрав момент, когда разговоры за столом увлекли остальных, Виктория медленно поднялась и, стараясь не привлекать внимания, направилась к выходу. Лёгкий бриз, поднимавшийся с моря, должен был помочь прийти в себя. Она вышла на узкую улочку, залитую мягким светом вечерних фонарей. Воздух был свеж и напоён ароматом жасмина и соли. Виктория сделала несколько шагов вперёд, глубже вдыхая этот успокаивающий запах. А тем временем в ресторане Володя, отпивая глоток вина, инстинктивно повернулся к тому месту, где ещё минуту назад сидела его подруга. Пусто. Он оглядел стол, но никто, похоже, не заметил её отсутствия. Вадим как раз говорил с Антоном, Вера подливала себе сока, Полина смеялась над какой-то шуткой. Володя нахмурился. Учитывая её недавнее самочувствие, уходить одной — не лучшая идея. Решив не поднимать шум, он молча встал, накинул лёгкую льняную рубашку и двинулся к выходу, настороженно оглядываясь. Вечерний воздух приятно обволакивал, но сердце мужчины сжалось в предчувствии. — Ну и куда ты запропастилась, Уварова… — пробормотал он, выходя на улицу и всматриваясь в мягкий полумрак. Виктория не могла уйти далеко. Главное — найти её, прежде чем кто-то другой заподозрит неладное. Володя прошёлся вдоль улочки, заглядывая в переулки и ловя движение в полумраке. Ему не понадобилось много времени, чтобы заметить знакомую фигуру — Виктория стояла у каменной ограды, ведущей к небольшому спуску к морю. Она держалась за перила, слегка наклонившись вперёд. Володя ускорил шаги, но старался не шуметь, чтобы не напугать её. — Уварова, — позвал он негромко, подходя ближе. Виктория вздрогнула и резко обернулась. В глазах читалась лёгкая растерянность, но тут же появилось узнавание и усталая улыбка. — Володя… Ты что, следишь за мной? — Я не настолько страшный тип, чтобы преследовать молодых замужних женщин, — усмехнулся он, скрестив руки на груди. — Просто заметил, что ты исчезла, а твой супруг, похоже, слишком занят разговорами. Виктория опустила взгляд, снова повернувшись к морю. — Просто… воздух нужен был. Голова кружилась. Володя внимательно посмотрел на неё. Щёки чуть бледнее обычного, взгляд рассеянный. — Ты уверена, что всё в порядке? — Да, уже лучше. Здесь свежо, приятно. Володя молча прислонился к прохладным металлическим перилам, скрестив руки на груди. Несколько секунд они вдвоём смотрели на море. Лунный свет серебрил поверхность воды, а лёгкие волны мягко разбивались о каменистый берег. Тишина была почти умиротворяющей, но Володя чувствовал напряжение, исходящее от Виктории. Она будто бы зажата, как натянутая струна, готовая порваться в любой момент. — Викуля, — тихо заговорил он, не отводя взгляда от воды. — Ты можешь врать мужу, но мы с Верой всегда замечаем, когда тебя что-то беспокоит. Он повернул голову и внимательно посмотрел на неё. Виктория слегка вздрогнула от его слов, но не стала спорить. Несколько секунд молчала, словно решая, стоит ли делиться тем, что её тревожит. Затем медленно провела ладонями по перилам, как будто пыталась собрать свои мысли воедино. — Володь… — она глубоко вдохнула и выдохнула. — У меня дурное предчувствие. Она повернулась к нему лицом, её глаза, обычно полные решительности, сейчас были наполнены тревогой. — Слишком долго в моей жизни всё хорошо и спокойно. — Виктория нервно сжала пальцы на холодном металле. — В последний раз, когда я чувствовала это, Вадим пропал без вести, а меня похитил Барышников. Её голос был тихим, но в нём звучала неподдельная тревога. Володя нахмурился, внимательно наблюдая за ней. — Ты хочешь сказать, что ждёшь беды только потому, что у тебя наконец-то всё хорошо? — Я знаю, как это звучит, — слабо улыбнулась Вика, качнув головой. — Но я чувствую это нутром. Как будто что-то надвигается. Володя тяжело вздохнул и подался чуть ближе. — Вик, ты столько всего пережила. Тебе сейчас нужно просто наслаждаться тем, что у тебя есть: муж, сыновья, друзья. Иногда жизнь бывает спокойной, и это нормально. — Я хочу в это верить… — она устало опустила голову. Володя посмотрел на неё и, недолго думая, легонько подтолкнул плечом. — Послушай, если вдруг что-то случится, ты же знаешь, что я всегда рядом. Вика взглянула на него, и в уголках её губ появилась благодарная улыбка. — Знаю. — Вот и хорошо, Викуль, — он хмыкнул. — А теперь давай-ка обратно, а то твой Уваров там скоро ресторан вверх дном перевернёт, если не найдёт тебя. Виктория глубоко вдохнула свежий ночной воздух и кивнула. Они развернулись и, не спеша, направились обратно. Когда Виктория с Володей вернулись в ресторан, их встретил полный беспорядок. Вадим стоял у входа, сжав кулаки, явно готовый начинать поисковую операцию. Вера смотрела на него с прищуром, держа на руках одного из мальчиков, а Антон с Полиной переговаривались, пытаясь понять, что происходит. Как только Вадим заметил жену, он быстро направился к ней, его лицо выражало смесь облегчения и раздражения. — Виктория, ты где шлялась? — рявкнул он, но тут же смягчился, увидев её немного уставший взгляд. — Я уже хотел поднимать тревогу. — Просто вышла подышать, — спокойно ответила Виктория. — Володя пошёл за мной. — И правильно сделал, — буркнул Вадим, скользнув строгим взглядом по другу. — В следующий раз предупреждай, милая. — Ой, ну прости, что не взяла письменное разрешение, — усмехнулась Виктория, но всё же подошла ближе и коснулась его руки, пытаясь его успокоить. Володя тяжело вздохнул и хлопнул Вадима по плечу: — Ну, Уваров, держи себя в руках. Викуля просто перегрелась, вот и всё. — Всё-всё, живы-здоровы, а теперь давайте садиться, а то наш ужин остывает! — вмешалась Вера, указывая на стол, где стояли тарелки с греческими блюдами. Виктория села рядом с мужем, который всё ещё исподлобья поглядывал на неё, но теперь его взгляд был скорее обеспокоенным, чем сердитым. — Победа, ты точно в порядке? — спросил он, склонившись к ней поближе. — Да, Вадим, — тихо ответила она, грея ладони о чашку с ароматным чаем. — Просто переутомилась. — Значит, после ужина — отдых, — твёрдо сказал он, не оставляя ей выбора. — И никакого «но»! — вставил Володя, подмигнув ей. Виктория покачала головой, но спорить не стала. В конце концов, приятно было знать, что рядом люди, которым не всё равно. Как только они вернулись домой, мальчики, несмотря на насыщенный день, не спешили засыпать. Они настойчиво требовали сказку от мамы, забравшись в свою кроватку и смотря на Викторию большими, полными ожидания глазами. Виктория, хотя и чувствовала себя ужасно, не подала виду. Лёгкая слабость и головокружение не отпускали её с ужина, но она заставила себя улыбнуться и сесть на край кровати рядом с сыновьями. — Ма-ам, ска-зку! — потребовал Максим, устраиваясь поудобнее. — О де-воч-ке Ви-ке — тут же добавил Олег, загоревшись новой идеей. — И у-чи-те-ле Ва-ди-ме! — подхватил Максим, взглянув на отца, который только усмехнулся. Виктория слабо улыбнулась, хотя внутри чувствовала, как снова подступает дурнота. Она надеялась, что дети выберут что-то привычное, но нет — они хотели услышать историю про неё и Вадима. — Про девочку Вику и учителя Вадима? — переспросила она, делая вид, что обдумывает их просьбу. — Да! — дружно кивнули малыши. — Ну-у… — Виктория вздохнула, собираясь с силами, но в этот момент мир перед глазами слегка поплыл, и ей пришлось незаметно опереться на спинку кровати, чтобы не потерять равновесие. Вадим, который заглянул в комнату проверить, как продвигается укладывание детей, сразу заметил, что с женой что-то не так. Он молча наблюдал за ней несколько секунд, а потом подошёл ближе и опустился рядом. — Милая, ты вся побледнела, — тихо произнёс он, внимательно изучая её лицо. — Всё хорошо, просто устала, — быстро ответила Виктория, стараясь говорить уверенно. Но Вадим слишком хорошо знал её. — Победа, ты же понимаешь, что я не куплюсь на это? — серьёзно сказал он. Виктория попыталась отмахнуться, но внезапно замерла, чувствуя, как мир вокруг снова пошатнулся. — Всё, с тебя хватит, — твёрдо сказал Вадим, а потом обернулся к детям. — Так, разбойники, кто хочет, чтобы дядя Володя рассказал вам сказку? — Дядя Воодя! — тут же закричали мальчики. Вадим кивнул и направился в гостиную, зная, что повар не откажет. Уже через пару минут Володя появился в комнате, с лёгкой ухмылкой посмотрел на детей, затем на Викторию, которая неохотно поднялась с кровати. — Всё, Вик, иди отдыхай, — мягко сказал он. — Володя… — попыталась возразить она. — Не спорь, — он сел рядом с мальчишками и подмигнул. — А ну-ка, кто тут хотел сказку про девочку Вику и большого мальчика Вадима? — Мы! — в один голос воскликнули малыши. Вадим, не дожидаясь новых возражений жены, бережно взял её за руку и вывел из комнаты. — Давай, Победа, хватит терпеть, — тихо сказал он, направляя её в спальню. Виктория знала, что спорить бессмысленно и , если честно, она была даже благодарна за это. Уварова долго ворочалась в постели, но сон так и не приходил. Голова раскалывалась, а в груди было какое-то странное, тревожное чувство, от которого она не могла избавиться. Вадим спокойно спал рядом, его дыхание было ровным и размеренным. Она осторожно откинула одеяло и, стараясь не потревожить мужа, встала с кровати. В комнате было темно, лишь лунный свет пробивался сквозь тонкие занавески, отбрасывая серебристые блики на стены. Виктория накинула лёгкую шаль, босиком вышла из спальни и тихо спустилась вниз. Дом спал, даже Володя, который обычно допоздна копался на кухне, на этот раз не сидел за своим ноутбуком. Она открыла дверь и вышла на улицу. Ночной воздух был прохладным, но приятным. Виктория направилась к пляжу, ощущая под ногами прохладные камни. Волны мягко накатывались на берег, их монотонный шум немного успокаивал. Она подошла ближе, вдохнула влажный морской воздух и закрыла глаза. Сыщица тихо покинула дом, стараясь не разбудить мужа и детей. Ночной воздух был свежим, с лёгким запахом соли и морской прохлады. Она босиком шла по песку, чувствуя, как его тёплые крошки прилипают к коже, контрастируя с прохладным ночным бризом. Луна висела высоко в небе, серебряным светом озаряя морскую гладь, а вдали слышался тихий плеск волн, лениво накатывающих на берег. Подойдя ближе к воде, Виктория сделала глубокий вдох, будто пытаясь впитать в себя этот покой. Её ноги осторожно коснулись влажного песка, а затем она шагнула дальше, позволяя воде окутать её щиколотки. Океан встретил её мягким прикосновением, и Виктория почувствовала лёгкое покалывание на коже. Она сделала ещё один шаг, и прохладные волны уже доходили до колен. Она прикрыла глаза, слушая, как море шепчет свои вечные истории. Стук её сердца замедлился, тревожные мысли немного отступили, но глухое беспокойство всё ещё цеплялось за сознание. Виктория провела рукой по воде, наблюдая, как лунный свет играет на её поверхности. В эту минуту она чувствовала себя частью чего-то большего, чего-то древнего и неизменного, словно море понимало её больше, чем кто-либо другой. Виктория сделала ещё несколько шагов вперёд, позволяя волнам подниматься всё выше. Весна уже подходила к концу, и вода больше не была ледяной, как зимой, а напротив — приятно прохладной, освежающей. Она провела ладонями по своим рукам, наслаждаясь этим ощущением. Почувствовав, как дрожь напряжения всё ещё держится в её теле, девушка глубоко вдохнула солёный воздух и решительно шагнула дальше. Вода поднялась до бёдер, а затем до талии, мягко окутывая её. Серебряные блики луны играли на поверхности, а лёгкий бриз шевелил волосы, касаясь кожи прохладными, почти невесомыми пальцами. Виктория зачерпнула воду ладонями и плеснула себе на лицо, смывая остатки усталости. Затем, сделав ещё один глубокий вдох, она нырнула. Морская гладь сомкнулась над её головой, и на мгновение всё вокруг стало тёмным и безмолвным. Только тихое журчание воды и собственное дыхание. Она на мгновение замерла, позволяя телу расслабиться. Лёгкость, невесомость — здесь, в воде, все тревоги казались такими далёкими. Виктория открыла глаза, наблюдая, как подводные лучи луны проникают сквозь толщу воды. Всё выглядело так спокойно, так умиротворённо… Постепенно её головная боль, мучившая весь вечер, начала отступать, словно вода смывала не только напряжение, но и саму причину недомогания. Виктория прикрыла глаза, наслаждаясь этим облегчением, когда вдруг её охватило странное чувство… Ощущение, что она здесь не одна. Это не было пугающе, скорее… любопытно. Словно кто-то незримый наблюдал за ней, словно невидимое присутствие мягко касалось её разума. Сердце Виктории замедлило свой ритм, но не от страха — скорее от предчувствия чего-то необычного. И вдруг, словно доносясь из самой глубины, раздался голос. —Берегись, Вика! Он рядом! Он вернётся! Голос был глубоким, обволакивающим, и в нём звучала не угроза, а предупреждение. Виктория резко открыла глаза, но перед ней была лишь бесконечная морская тьма, пронзаемая лунным светом. Ни силуэта, ни движения, ничего, что могло бы принадлежать говорившему. Но кто это был? Она не всплывала, задержав дыхание, стараясь прислушаться, почувствовать что-то ещё. Её пальцы чуть дрожали от смеси возбуждения и странного предчувствия. Это был не страх, а что-то другое — интерес, любопытство, потребность понять. «Кто он? О ком ты говоришь?» — мысленно спросила она, хотя понимала, что ответа, скорее всего, не получит. Но тишина, казалось, обострилась, как перед грозой. Её тело окутала лёгкая дрожь, но Виктория не спешила подниматься на поверхность. Она медленно повела рукой в воде, чувствуя, как вокруг всё ещё витает это странное присутствие. И затем, словно морская пена, оно растаяло. Она ещё мгновение оставалась в воде, прежде чем сделать сильный рывок вверх и вынырнуть. Солёный воздух ударил в лёгкие, сердце билось чуть чаще, но не от испуга — от волнения. Она отбросила мокрые пряди волос назад, облизнула губы, вглядываясь в горизонт. Виктория застыла, её грудь тяжело вздымалась после задержки дыхания, капли воды стекали по коже, но она не обращала на это внимания. Внутри всё сжалось от внезапного осознания. Этот голос… Сквозь ночную тишину, сквозь толщу воды, сквозь шёпот ветра Виктория узнала его. Максим. Только он мог предупредить её таким тоном — не умоляющим, не требовательным, а твёрдым, настойчивым. Тревожным. В его голосе звучала настоятельность, та самая, которой он всегда обладал. Виктория стиснула зубы, её пальцы сжались в кулаки. — Максим? — прошептала она, вглядываясь в темноту. Ответа не было. Только шелест волн, только мерцание лунного света на воде, только шум далёкого ветра. Но теперь она была уверена — это был не сон, не иллюзия, не плод усталого разума. Максим звал её. Максим предупреждал её. Он рядом! Он вернётся! Виктория сглотнула. Кто? О ком он говорил? Больше всего на свете она хотела вновь услышать этот голос, задать вопросы, докричаться до него… но всё исчезло так же внезапно, как и появилось. Она провела руками по лицу, смывая капли воды, и глубоко вздохнула. Виктория сделала несколько шагов назад, выходя из воды, её босые ноги коснулись тёплого песка. Она чувствовала его, чувствовала прохладный ночной воздух на коже, слышала звуки ночи, но мысли были где-то далеко. Максим… Он здесь?

***

Тревожные мысли не покидали Вику больше трёх недель. С момента той странной ночи у моря она не могла отделаться от ощущения, что что-то надвигается. Вспоминая голос Максима, она каждый раз пыталась найти в его предупреждении скрытый смысл, но безуспешно. Дни тянулись в привычной суете — заботы о детях, прогулки, редкие моменты отдыха, но Вадим видел, как изменилась его жена. Виктория выглядела измотанной, рассеянной, иногда просто не слышала, когда к ней обращались. По ночам она ворочалась в постели, а утром её зелёные глаза выдавали усталость. Вадим терпел. Он ждал, что она расскажет ему, что её тревожит, но она молчала. А он не был из тех, кто просто наблюдает и ничего не делает. Однажды ночью, когда Виктория, думая, что он спит, тихо встала и ушла в другую комнату, он принял решение. На следующее утро Уваров втайне от жены собрал их вещи, забронировал билеты в бизнес-классе на ближайший рейс и уже мысленно представлял её реакцию. Оставалось только одно — заручиться поддержкой Веры, Антона и Полины. Уже предвкушая лёгкий спор с женой, Вадим усмехнулся и отправился искать брата. Вадим нашёл Антона и Веру на веранде. Уваров с подругой о чём-то тихо беседовали, но, увидев его, тут же замолчали. — Какие люди! — протянул Антон, откидываясь на спинку стула. — И что же привело тебя к нам, брат? — Нужна помощь, — без предисловий начал Вадим, усаживаясь напротив. — Вы с Полиной и Верой не могли бы присмотреть за мальчишками? Вера удивлённо вскинула брови. — А что, отцовство уже начало тебя утомлять? — Подшутила блондинка — Не начинай, Назарова, — покачал головой Вадим, но уголки его губ дёрнулись в усмешке. — Я хочу увезти Вику. Медовый месяц. — Через месяц после свадьбы? — переспросил Антон, недоверчиво глядя на брата. — Лучше поздно, чем никогда. — А Вика в курсе? — Вера хитро прищурилась. — Пока нет. Но я уже всё подготовил. — Так, значит, ты сначала всё организовал, а потом пришёл к нам? — Вера сложила руки на груди, делая вид, что возмущена. — А если бы мы отказались? — Вы бы не отказались, — уверенно ответил Вадим. — Это почему же? — усмехнулся Антон. — Потому что вы сами видите, как ей сейчас тяжело, — серьёзно сказал Вадим. — Она устала, плохо спит, постоянно в напряжении. Вера тут же перестала шутить и кивнула: — Да, я тоже заметила. Вике действительно нужно немного отдыха. Антон посмотрел на неё, потом снова на брата и вздохнул. — Ладно, Вадим, присмотрим за твоими разбойниками. Но если они решат устроить дома переворот, ты нам должен. — Как скажешь, брат, — усмехнулся Вадим, а затем повернулся к Вере. — Спасибо ребят. — Ну, а как же! Это же мои крестники, я их обожаю, — улыбнулась Вера. — Так что езжайте спокойно. Мы с Полей и Антоном справимся. — Вот и отлично, — кивнул Вадим. — Теперь осталось убедить Вику, что ей нужен отпуск. После разговора с Антоном и Верой Вадим почувствовал облегчение. Дети останутся в надёжных руках, а значит, он сможет уделить внимание жене, которая сейчас нуждалась в отдыхе больше, чем когда-либо. Тихо поднявшись наверх, он осторожно открыл дверь в их спальню. Вика спала, свернувшись калачиком на краю кровати, будто неосознанно оставляя место рядом. Свет луны пробивался сквозь занавески, освещая её лицо — усталое, но всё ещё такое родное и любимое. Вадим подошёл ближе и сел на кровать, стараясь не разбудить её. Он провёл пальцами по её волосам, мягко заправляя непослушную прядь за ухо. Вика что-то невнятно пробормотала во сне и чуть шевельнулась, но не проснулась. Он долго смотрел на неё, в голове крутилась лишь одна мысль: он должен вернуть ей улыбку. Не ту усталую, которую она демонстрировала ради детей и окружающих, а настоящую, искреннюю. Вадим аккуратно наклонился и едва слышно прошептал: — Милая, скоро всё изменится... Вадим осторожно поднял Викторию на руки, стараясь не разбудить её. Она едва заметно шевельнулась, но, доверившись теплу его тела, лишь глубже вздохнула и уткнулась носом в его плечо. — Аккуратнее, брат, — вполголоса сказал Антон, закрывая за ними дверь. — Да не уроню я её, — усмехнулся Вадим, спускаясь по ступенькам к машине. Вера уже стояла рядом с багажником, проверяя, все ли чемоданы на месте. — Всё забрали? — спросил Вадим, чуть сильнее прижимая к себе жену. — Да, ничего не забыли, — кивнула Вера и с мягкой улыбкой посмотрела на спящую Викторию. — Я рада, что ты увозишь её хоть ненадолго. Она слишком измотана. — Вот поэтому я и решил не откладывать, — ответил он, открывая дверцу машины и усаживая Вику на сиденье. Жена заворочалась, на мгновение приоткрыла глаза, но, видимо, не до конца осознав, что происходит, снова закрыла их. Вадим аккуратно пристегнул её ремнём и провёл пальцами по её щеке. — Всё будет хорошо, милая. Антон захлопнул багажник и, повернувшись к брату, хлопнул его по плечу. — Давай, не задерживайтесь. — Спасибо вам, — серьёзно сказал Вадим, глядя сначала на брата, а потом на Веру. — Если что — звоните. — Отдыхайте уже, — махнула рукой Вера. — Мы со всем справимся. Вадим кивнул, сел за руль и завёл машину. Последний взгляд в зеркало заднего вида — Антон и Вера стояли рядом, провожая их. Дорога до аэропорта была тихой. Виктория так и не проснулась, лишь изредка вздыхала во сне, а Вадим бросал на неё короткие взгляды, думая о том, как сильно она нуждается в этом отдыхе. Впереди их ждал медовый месяц — без забот, суеты и тревог. Только они двое.

***

Вадим припарковал машину на стоянке аэропорта, заглушил двигатель и на мгновение замер, глядя на спящую Викторию. Она слегка нахмурилась во сне, будто что-то беспокоило её даже в этот момент покоя. Он нежно провёл пальцами по её щеке, затем осторожно расстегнул ремень безопасности. — Милая, просыпайся, — тихо позвал он, но Вика лишь шевельнулась, не открывая глаз. Вадим усмехнулся и, не желая её тревожить резкими движениями, вновь поднял на руки. Она была лёгкой, почти невесомой, и, устроившись поудобнее у него на груди, тихо вздохнула. — Вот так бы всегда, — пробормотал он, прикрывая дверь машины ногой. Сумки они оставили у входа в терминал — носильщик, увидев мужчину с женой на руках, тут же подхватил багаж и проводил их внутрь. В аэропорту царила привычная суета: объявления о рейсах сменяли друг друга, раздавались шаги и голоса путешественников, кто-то спешил, кто-то прощался перед долгой разлукой. Но для Вадима сейчас существовал только один человек. Он нашёл глазами свободное кресло у большого панорамного окна, ведущего на взлётное поле, и бережно усадил Викторию, придерживая её за плечи. Она вздрогнула, открыла глаза и слегка дезориентировано осмотрелась. — Где мы?.. — спросила она хрипловатым после сна голосом. — В аэропорту, победа, — с лёгкой улыбкой ответил Вадим, присаживаясь рядом. — Скоро вылетаем. Виктория резко распахнула глаза, и ещё не до конца осознав, где находится, выпрямилась в кресле. Она обвела взглядом суетящийся аэропорт, потом перевела его на Вадима, который сидел рядом и спокойно наблюдал за её реакцией. — В аэропорту?! — её голос был хрипловатым, но в нём уже прорезались возмущённые нотки. — Ты… ты что, просто взял и похитил меня?! Вадим усмехнулся. — Можно и так сказать, — пожал он плечами, глядя на неё совершенно невозмутимо. — Но это же ради благого дела. Вика резко повернулась к нему всем корпусом, уставившись взглядом, полным недоверия и негодования. — Ты даже не предупредил меня! А дети? Вадим, ты хоть понимаешь, что ты натворил?! Они проснутся и не найдут нас! — Вера и Антон с ними, всё под контролем, милая, — спокойно ответил он, но это не успокоило Викторию. — «Под контролем»?! — она сжала кулаки. — Я мать, Вадим! Я не могу просто взять и улететь, как будто у меня нет никаких обязанностей! — А ты не можешь просто взять и отдохнуть, как будто у тебя есть право на это? — его голос стал чуть серьёзнее, но по-прежнему оставался мягким. — Победа, ты сама понимаешь, в каком ты состоянии? Ты измотана. Я не мог больше на это смотреть. — Это не твой выбор, — зло процедила она, но в голосе уже звучала усталость. — Конечно, мой, — спокойно возразил он, но в глазах промелькнула тень твёрдости. — Я твой муж. Моё дело заботиться о тебе, даже если ты сама не хочешь этого. Виктория откинулась на спинку кресла, сцепив пальцы в замок. Она тяжело дышала, сдерживая бурю эмоций внутри. — Виктория… — Вадим наклонился ближе, понизив голос. — наши сыновья в безопасности. Я бы не оставил их, если бы был хоть малейший риск. А тебе нужно передохнуть. Она закрыла глаза и глубоко вдохнула. Сердце бешено колотилось, мысли путались. — Они… Они точно в порядке? — её голос звучал уже тише, но в нём всё ещё слышалось беспокойство. — Абсолютно, — кивнул Вадим. — Я говорил с Верой перед выездом. Они обрадовались, что останутся с тётей Верой и дядей Антоном. Вика нервно провела пальцами по волосам, пытаясь переварить информацию. — Я всё равно зла на тебя, — тихо сказала она. Вадим усмехнулся. — Конечно. Но ты всё равно полетишь со мной. Виктория бросила на него укоризненный взгляд, но возражать не стала. Вадим, довольный тем, что супруга хотя бы перестала паниковать, взял её руку в свою, мягко сжимая. — Победа, мы с тобой полетим в Австралию, и с сегодняшнего дня наш медовый месяц начинается. Виктория закатила глаза, но в уголках её губ всё же мелькнула лёгкая улыбка. Когда объявили посадку, Виктория нехотя последовала за мужем. Вадим уверенно держал её за руку, направляя через просторный терминал. Оказавшись в салоне бизнес-класса, Вика невольно оценила удобство кресел. Они были широкими, мягкими, с возможностью разложиться в полноценную кровать. — Хоть бы ругаться перестала, — усмехнулся Вадим, пока помогал ей пристегнуть ремень. — Я всё ещё на тебя злюсь, — пробурчала Виктория, раздражённо дёрнув пряжку. — Ага, и при этом уже оценила удобства, — с хитрой улыбкой заметил он. Она проигнорировала его подначку, переключив внимание на иллюминатор. В вечернем небе сияли огни взлётной полосы, создавая волшебную атмосферу. Самолёт начал медленно выруливать, сначала плавно, затем всё быстрее. — Так, дыши, — тихо сказал Вадим, замечая, как её пальцы крепче сжали подлокотники. — Я не боюсь, — упрямо ответила она, но выражение лица её выдавало. — Конечно, конечно, — хмыкнул он, но всё же накрыл её ладонь своей. Затем последовал мощный толчок, самолёт устремился вверх, и в животе у Виктории привычно засосало от перегрузки. Взлёт всегда вызывал у неё дискомфорт. — Ну всё, теперь точно не сбежишь, — с довольным видом отметил Вадим, когда самолёт стабилизировался в воздухе. Виктория одарила его выразительным взглядом, но промолчала. — Может, вина? — предложил он. — Нет. — Тогда шампанского? — Вадим! — Ладно, ладно, чайку? Она наконец-то улыбнулась, покачав головой. — Ты невыносим. — Но ты же меня за это и любишь, победа. Она закатила глаза, но в уголках губ мелькнула тень улыбки.

***

Полёт в Австралию

Когда самолёт взмыл в воздух, Виктория всё ещё ощущала лёгкий дискомфорт в желудке от перегрузки. Вадим, заметив это, чуть крепче сжал её руку и наклонился ближе. — Всё нормально, победа, мы на пути к лучшему медовому месяцу в истории, — мягко сказал он. — Ты слишком уверен в этом, — пробормотала она, но всё же выдохнула и попыталась расслабиться. Через несколько минут экипаж объявил, что самолёт набрал крейсерскую высоту. За иллюминатором простиралась бескрайняя тьма, а где-то далеко внизу мерцали огни городов. — У тебя только два варианта: либо мы весь полёт говорим о нашем будущем путешествии, либо ты спишь, — предложил Вадим с хитрой улыбкой. — А третий вариант — я сижу молча? — Нет, он не предусмотрен, — самодовольно заявил он. Виктория вздохнула и всё-таки устроилась поудобнее, глядя на мужа. — Ладно, рассказывай. Что нас ждёт в Австралии? — Великолепные пляжи, лазурная вода, шикарный отель… А ещё коалы. — Коалы? — Конечно, победа! Как можно полететь в Австралию и не посмотреть коал? — А если они меня укусят? Вадим рассмеялся: — Они вообще-то не кусаются. Но если хочешь, я их заранее попрошу вести себя прилично. Виктория покачала головой, но улыбнулась. — Ты неисправим. — Именно поэтому ты вышла за меня, Уварова. После ужина, который подали стюардессы, Виктория почувствовала, что усталость всё же берёт верх. Пока Вадим смотрел фильм, она незаметно задремала, устроившись у него на плече. Он только усмехнулся, аккуратно подоткнув плед. — Спи, милая. Нам предстоит долгий путь Внезапное объявление экипажа о начале снижения разбудило Викторию. Она заморгала, сначала не осознавая, где находится, но быстро вспомнила. — Мы уже прилетели? — Только на пересадку, победа. Добро пожаловать в Дубай, — сообщил Вадим, потягиваясь. За окном самолёта виднелись огни гигантского мегаполиса. Виктория затаила дыхание. Даже с высоты было видно, насколько роскошным был этот город. — У нас сколько времени? — Три часа. Как раз чтобы немного размяться. Когда они вышли в терминал, Виктория почувствовала, насколько здесь тепло, даже несмотря на ночь. Вадим сразу повёл её к обзорным окнам. — Посмотри, — с восхищением сказал он. Из огромных панорамных окон аэропорта открывался вид на город с его небоскрёбами, подсвеченными разноцветными огнями. — Впечатляет, — призналась Виктория. — Может, как-нибудь сюда приедем? — Может быть, — лукаво улыбнулась она. Вадим заметил, что его жена немного замёрзла, и заботливо накинул ей на плечи свою куртку. — Идём, победа, найдём что-нибудь вкусное. В конце концов, мы в одном из самых роскошных аэропортов мира. — Главное, чтобы нас не разорило одно пирожное, — усмехнулась Виктория, следуя за мужем. Так они провели несколько часов в аэропорту, любуясь видами и наслаждаясь небольшим перерывом перед последним этапом их долгого пути в Австралию. Приземление в Австралии и первое впечатление от Золотого побережья Самолёт начал плавное снижение, и Виктория, глядя в иллюминатор, затаила дыхание. Перед ней открывался совершенно иной мир — залитая солнцем земля с раскинувшимися вдоль побережья белоснежными пляжами, высокими волнами и бескрайней лазурной гладью океана. — Боже… — прошептала она, не отрывая взгляда. — Красиво, правда? — Вадим с довольной улыбкой наблюдал за её реакцией. — Это не просто красиво, это... Это потрясающе! — Виктория не могла оторвать глаз от открывающейся панорамы. Высотки, сверкающие стеклом в лучах утреннего солнца, плавно сменялись зелёными массивами парков, а затем снова уступали место пляжной линии, где виднелись крохотные фигурки серфингистов, покоряющих волны. — Это Золотое побережье, милая. Здесь всегда так — бесконечное лето, океан и свобода. — Кажется, я влюбилась, — с улыбкой сказала Виктория, всё ещё глядя в окно. — Надеюсь, не больше, чем в меня? — с игривым подозрением уточнил Вадим. — Ну… пока что ты на первом месте, но это место начинает конкурировать. Он рассмеялся, а затем самолёт слегка встряхнуло, и голос капитана объявил: — Дамы и господа, наш самолёт совершил посадку в Брисбене. Температура воздуха +26 градусов, местное время 10:15 утра. Благодарим вас за выбор нашей авиакомпании. Виктория почувствовала, как внутри неё разливается волнение. Они действительно здесь. В Австралии. В месте, о котором она даже не мечтала, но которое уже покорило её сердце.

***

Когда они вышли из самолёта, Викторию тут же окутал мягкий, тёплый воздух, наполненный лёгким запахом эвкалиптов и морского бриза. — Совсем не похоже на Грецию, да? — усмехнулся Вадим, потянув её за руку. — Да… Воздух другой, влажный, но свежий… После паспортного контроля и получения багажа они поймали такси. Водитель, загорелый австралиец в солнцезащитных очках, добродушно кивнул им: — Добро пожаловать в Квинсленд! Куда направляетесь? — Surfers Paradise, отель «Peppers Soul», — ответил Вадим. — О, отличное место! Вас ждёт лучший вид на побережье! По мере того как машина выезжала из аэропорта, Виктория всё больше и больше поражалась тому, насколько здесь красиво. Дорога была окружена пальмами, стройными, высокими, как будто созданными для открыток. Местами попадались массивные эвкалипты, а где-то вдали виднелись холмы с густыми зелёными зарослями. Через полчаса перед ними раскинулся знаменитый район Surfers Paradise — сердце Золотого побережья. Виктория не могла оторвать взгляда от гигантских небоскрёбов, устремлённых прямо в небо, а между ними виднелись просторные улицы, усыпанные уличными кафе, серф-шопами и модными бутиками. Но больше всего её поразил пляж. Километры золотистого песка, ослепительно сверкающего под ярким солнцем, и могучие волны, перекатывающиеся одна за другой, создавая бесконечный танец воды и света. Вдалеке на горизонте океан сливался с небом, образуя живописную голубую бездну. — Вадим… это просто сказка… — Я знал, что тебе понравится, победа. Такси остановилось возле высокого стеклянного здания с видом на океан. Их отель располагался прямо на берегу, и Вадим, расплатившись с водителем, взял чемоданы. — Ну что, теперь наш медовый месяц начинается по-настоящему? Виктория глубоко вдохнула морской воздух и, улыбнувшись, кивнула: — Начинается. Дорога к Золотому побережью заняла чуть больше часа. Пока они ехали, Виктория с интересом разглядывала местные пейзажи. Городские кварталы постепенно сменились просторными зелёными зонами, затем по обе стороны шоссе потянулись пальмы и небольшие уютные дома с террасами. — У них тут даже дома какие-то расслабленные, — заметила она, разглядывая строения с просторными верандами и лениво свисающими с крыш растениями. — Конечно, они живут у океана, — усмехнулся Вадим. — Представь, просыпаешься, выходишь на террасу с чашкой кофе, а перед тобой бескрайний океан. — Ммм… звучит прекрасно. — Запомни это ощущение, победа. Это наш медовый месяц, так что расслабляйся и получай удовольствие. Их отель оказался небольшим, но очень уютным, прямо у берега. Просторный номер с панорамными окнами выходил на пляж, где серебрилась в лучах солнца бирюзовая гладь океана. — О, Вадим, это идеально! — восхитилась Виктория, выходя на балкон. — Только посмотри, какой вид! — Ну, я же говорил, что всё организую на высшем уровне, — с довольной улыбкой заявил её муж, ставя чемоданы у кровати. — Довольна? — Более чем. Он обнял её за талию и прижал к себе. — Тогда предлагаю первым делом искупаться в океане, а потом поужинать в каком-нибудь классном ресторанчике. Виктория мечтательно вздохнула: — Согласна, но сначала… душ. Мне нужно смыть с себя эту вечность в самолёте. — Как скажешь, милая, но знай — если задержишься, я приду за тобой. Она шутливо хлопнула его по плечу и скрылась в ванной. После отдыха в номере супруги отправились исследовать окрестности. Золотое побережье оказалось ещё прекраснее, чем они могли себе представить. Бескрайние пляжи с ослепительно белым песком, лёгкий ветер, приносящий свежий солёный запах океана, высокие пальмы, лениво склонившие свои макушки над песчаной гладью. — Вадь, это рай, — прошептала Виктория, снимая сандалии и чувствуя тёплый песок под ногами. — Говорил же, что тебе понравится. Они прошлись вдоль линии прибоя, наслаждаясь свежестью воздуха и видом лазурных волн, разбивающихся о скалы неподалёку. — Интересно, тут правда можно увидеть дельфинов? — спросила Виктория, бросив взгляд на океан. — Конечно. И не только дельфинов. В сезон китов сюда приплывают целыми стаями. — Вот это я бы хотела увидеть. — Всё будет, милая, у нас впереди целых четыре недели. Вдалеке виднелись уютные кафе и ресторанчики, выходящие террасами прямо на пляж. — Может, выберем что-то прямо здесь? — предложил Вадим, указывая на прибрежный ресторан с живой музыкой. — Отличная идея. Ресторан, который выбрали Уваровы, находился прямо на берегу. Деревянная терраса выходила к океану, и с их столика открывался потрясающий вид на закат. Мягкие фонарики, развешанные по периметру, создавали уютную атмосферу, а в воздухе витал аромат свежих морепродуктов, лимона и специй. — Это место мне нравится, — призналась Виктория, слегка откидываясь на стуле и наслаждаясь лёгким бризом. — Отлично, победа. Значит, я не зря искал ресторан с местной кухней. Она взяла меню и пробежалась глазами по названиям блюд, но её внимание тут же привлекли странные названия. — Вадим… здесь написано «пирог с мясом эму». Это шутка? — Никакой шутки, — ухмыльнулся её муж, делая вид, что внимательно изучает меню. — А вот «стейк из кенгуру». Говорят, очень нежное мясо. Виктория посмотрела на него с ужасом: — Я думала, кенгуру здесь — это символ страны, а не ингредиент для ужина! — Добро пожаловать в Австралию, милая, — весело ответил Вадим. — Тут едят даже крокодилов. — Только попробуй это заказать, я за себя не отвечаю! — Хорошо-хорошо, тогда что-то более привычное. В итоге они выбрали: — жареные креветки с чесноком и лаймом — свежайшие, прямо из океана; — барамунди, знаменитую австралийскую рыбу, запечённую с лимоном и пряными травами; — австралийский салат с манго, авокадо и орехами макадамия; — на десерт — ламингтон, традиционный пирожный кубик, покрытый шоколадом и кокосовой стружкой. Когда официант принёс напитки, Виктория с удовольствием сделала глоток холодного белого вина. — Знаешь, мне нравится твоя идея с медовым месяцем, — призналась она, подставляя лицо лёгкому морскому ветру. — Всё здесь какое-то… расслабляющее. — Именно для этого я тебя сюда и привёз, победа. Чтобы ты перестала тревожиться. — И всё же… — она задумчиво провела пальцем по краю бокала. — Чувствую, что соскучусь по мальчикам. — Антон и Вера с ними, — мягко напомнил Вадим. — Они в надёжных руках. А мы с тобой… у нас есть две недели, чтобы наслаждаться каждым моментом. Виктория посмотрела на океан, где отражался свет фонарей с террасы. Вода казалась загадочной, манящей. — А знаешь, чего мне хочется прямо сейчас? — Учитывая твой взгляд… чего-то сумасшедшего? Она хмыкнула. — Мне хочется искупаться в ночном океане. Вадим удивлённо поднял брови. — Вик, ты серьёзно? — Абсолютно, — с улыбкой кивнула она. — Вода тёплая, ночь прекрасная, чего ждать? — Ты точно моя жена? — пошутил он, но в глазах светился интерес. — Может быть, мне просто хочется приключений, — лукаво ответила Виктория, вставая из-за стола. — Вот теперь узнаю свою жену, только давай на этот раз твои приключения не будут представлять опасность для твоей жизни.. — Серьёзно сказал Уваров. — Ой Вадь, если ты боишься , то так и скажи я тогда одна искупаюсь. — Бросила вызов мужу зеленоглазая. — Ну уж нет, милая. Я тебя одну в океан точно не отпущу. Он быстро расплатился, и они отправились к берегу, где уже начиналась новая часть их первого дня в Австралии. Песок под ногами был ещё тёплым, впитавшим дневное солнце, но воздух уже наполнился ночной прохладой. Виктория скинула босоножки и с наслаждением зарыла пальцы в мягкую поверхность. Вадим шёл рядом, держа её за руку, с лёгкой улыбкой наблюдая, как она оглядывает океан, словно перед ней открылся целый новый мир. — Ну и где твой пыл? — хмыкнул он, замечая, что Виктория остановилась у кромки воды, глядя на волны с какой-то задумчивостью. — Я просто… слушаю, — прошептала она. Океан дышал. Его неспешные волны ритмично накатывались на берег, растекаясь прохладной пеной. Солёный бриз нежно трепал волосы Виктории, а вдали темнела линия горизонта, сливаясь с небом, усыпанным звёздами. — Это не просто шум воды… — продолжила она. — Это что-то другое. Здесь всё как будто живое. Вадим молча наблюдал за ней, чувствуя, как внутри разливается тепло. Он любил эту её особенность — способность находить красоту и смысл в самых простых вещах. — Ты замёрзнешь, если будешь просто стоять, — заметил он, скрестив руки на груди. — Или передумала? Виктория метнула в него лукавый взгляд: — Размечтался! Она легко шагнула в воду, и тёплая волна мгновенно окутала её ступни. Затем, смеясь, забежала чуть дальше, позволив океану добраться до колен. — Вода тёплая! — радостно воскликнула она, поворачиваясь к Вадиму. — Давай же, не стой столбом! — Я обычно сначала раздеваюсь, а потом иду купаться, — заметил он с ухмылкой, стягивая футболку. — Ну давай-давай, а то вдруг мне придётся спасать тебя от местных течений. — Думаешь, справишься? — Без сомнений! Вадим только покачал головой, следя, как Виктория осторожно заходит глубже. Волны ласково обнимали её тело, платье мягко облепило фигуру, волосы растрепал ветер, а глаза сияли от восторга. Она запрокинула голову, вдыхая свежий воздух, и на мгновение показалась ему самой настоящей частью этой ночи — живой, свободной, непредсказуемой. — Уварова, ты выглядишь слишком довольной, — бросил он, заходя следом. — Потому что мне хорошо, — улыбнулась она. Вода коснулась его кожи, обволакивая теплом, и он сразу понял, почему она так легко окунулась в это приключение. Океан действительно манил, как будто убаюкивал, создавая иллюзию невесомости. Когда он подошёл ближе, Виктория вдруг неожиданно брызнула на него водой. — Ах ты… — Вадим моргнул, отряхиваясь, а затем ухмыльнулся. — Ну всё, победа, ты напросилась. В следующую секунду он резко нагнулся, подхватил жену на руки и закружил в воде. — Вадим, нет! — смеясь, воскликнула она, цепляясь за его плечи. — Ты же уронишь меня! — Конечно, уроню. Это наказание! — За что?! — За подлые водные атаки. — Я буду хорошей, честное слово! — Слишком поздно. Он сделал вид, что собирается отпустить её прямо в воду, но в последний момент просто крепко прижал к себе. Виктория, всё ещё смеясь, обвила его шею руками. — Ты ужасен, — шепнула она, всё ещё дыша прерывисто. — Я твой ужас, — ответил он, глядя прямо в её глаза. Её ладонь скользнула по его щеке, а затем она легко коснулась губами его губ — короткий, тёплый поцелуй, в котором ощущалась вся глубина их чувств. — Спасибо, — вдруг сказала она. — За что? — За то, что привёз меня сюда. За то, что понимаешь меня. — У меня просто нет выбора, милая. Я твой муж. Виктория улыбнулась и вновь посмотрела на океан, где вдали, за тёмными волнами, сверкали огни небольших лодок. — Давай останемся здесь ещё немного? — Сколько захочешь, победа. Они стояли в воде, наслаждаясь моментом, пока ночной бриз не напомнил, что даже самые прекрасные мгновения нельзя растянуть в вечность. Виктория глубже окунулась в воду, наслаждаясь её мягкими тёплыми объятиями. Солёные волны осторожно ласкали кожу, словно невидимые пальцы океана переплетались с её собственными мыслями. Вадим стоял рядом, чуть наклонив голову, наблюдая за женой с каким-то особенным выражением в глазах. — Ты всегда так влюблённо смотришь на меня, когда я мокрая? — лукаво улыбнулась она, приглаживая волосы. — Не обязательно мокрая, — Вадим усмехнулся, делая шаг ближе. — Просто всегда. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле, когда он легко провёл пальцами по её плечу, отводя прядь волос, прилипающую к коже. Океан был свидетелем их безмолвного диалога: только дыхание, только взгляды, только едва ощутимые прикосновения, в которых читалось гораздо больше, чем в любых признаниях. — Хочешь узнать, что мне нравится больше всего в этом месте? — спросила она, прижимая ладонь к его груди, где под горячей кожей билось сердце. — Что? — Здесь только мы. Ты, я и океан. Вадим слегка сжал её руку, а затем, не сводя с неё глаз, склонился ближе и едва ощутимо коснулся губами её виска. — Согласен, — прошептал он. Тихая волна накатилась, окатив их солёной прохладой, но они не заметили. Всё вокруг исчезло: шум далёких машин, голоса гуляющих людей, даже редкие проблески света с берега — всё это стало неважным. Был только этот момент, эта ночь, этот поцелуй, растянувшийся в вечность. Виктория прижалась к нему, обхватив руками за шею, и на этот раз первая впилась в его губы, требовательно, жадно. Вадим ответил с той же страстью, что таилась в нём с первой секунды, как он увидел её стоящей на берегу под лунным светом. — Ты вся дрожишь, — шёпотом отметил он, проводя ладонями по её спине. — Это не из-за холода, — тихо засмеялась она. — Вернёмся? — Ещё немного… Она положила голову ему на грудь, чувствуя, как равномерно вздымается и опускается его дыхание. Вадим обнял её, мягко проводя ладонью по спине, и они просто стояли так, под звёздным небом, среди тёплых волн, слушая, как океан говорит с ними на своём вечном, древнем языке.

***