Сборник ответов за ГааШин в текстовый аск

Готовка в их семье, сколько себя помнил Шинки, всегда была чем-то традиционно-объединяющим. Сам приём пищи таким эффектом не обладал: ведь еда (часто готовая-покупная) выступала скорее источником энергии, нежели поводом собраться. То ли дело приготовление (при том не важно, занимался ли этим кто-то один, или все вместе): запахи с кухни притягивали жильцов и задавали особый настрой общения. Если приезжала Тётя – не важно, одна или с семьёй – готовила, безусловно, она. Много, вкусно, разнообразно. Нередко привлекая к этому молодых (сына и племянника, если у тех не было других более важных дел). Старших мужчин могла отправить за покупками или же убираться. И каждый занимался порученным, общаясь, переговариваясь и, в конечном итоге, когда все садились за стол, было удивительное ощущение единства, будто часть семьи вовсе не жила в Конохе и собиралась вот так каждые выходные. Если у плиты стоял Дядя, то ему лучше было не мешать: он раскладывался на все возможные поверхности и наполнял кухню байками, которыми отлично было слышно его брату и племяннику в гостиной – под руку с ножом ему лучше не попадать, но компанию он любил – чтобы его обязательно кто-то слушал и поддакивал. Гаара, как и Шинки, готовили всегда спокойно: без лишней суеты, не возмущаясь, если кто-то сидит за столом и рассказывает, как вторую неделю мучается с новичками, и что кукловоды «сейчас совсем не те». Более того, если готовил один, у второго часто начинали «чесаться руки» помочь: овощи нарезать, рис промыть, посуду расставить. Наверное, в их случае, всё пошло от того, что именно Отец учил своего приёмного сына готовить. Они многое делали вместе, в постоянном присутствии (по возможности) друг друга и эта привычка так и въелась, с годами, со сменой отношений лишь обрастая новыми маленькими деталями. – Что в меню сегодня? – заходя на кухню, чтобы оставить пакет с покупками, поинтересовался Гаара. Когда преемник уходил из резиденции час назад, он не уточнял, что собирается готовить – только попросил купить зелени. – Рагу, – с улыбкой наклонился молодой человек, целуя любезно подставленную щёку. – Желудочки сделаю на выходные. – Горячая пища с бульоном – отличный выбор на конец трудового дня. – Мужчина ободряюще улыбнулся. В последнее время «домашний» вид Шинки вызывал у него стойкое желание обнять любовника: но сам он сейчас был с улицы, потому стоило переодеться и вымыть руки – не то брат обязательно пожалуется на песок в еде. Поэтому каге лишь нежно коснулся лопатки сына и направился прочь, осторожно снимая по дороге пиджак. – А где дядя? – Умчался на какую-то распродажу. – Надеюсь, это сэкономит бюджет, а не увеличит его, – даже сквозь шум воды Гаара расслышал смешок. – Даже если так, у него есть личные деньги, – умытый и переодевшийся вернувшись на кухню, мужчина засучил рукава и принялся разбирать пакет. После чего, не спрашивая, вымыл зелень и взял разделочную доску. – Но сейчас будет болтать с набитым ртом, потому что вернётся к моменту, как уже всё будет готово. – Возможно, на то и расчёт, – улыбнулся Пятый, с разрешения сына ссыпав нарезанное в кипящий бульон. – Не исключено, – накрыв сковороду крышкой, Шинки вытер руки о фартук и прижал любимого к себе, довольно прикрыв глаза, когда уткнулся в алые с проседью волосы. – Но я не буду против, если он задержится ещё немного. Гаара обнял сына в ответ, невольно прислушиваясь к тишине коридора: – Я тоже.