Телохранитель Дьявола

Ему понадобилось больше трех месяцев на полное восстановление. Кошмары еще долго преследовали ослабевший разум, но теплые руки Бан Чана всегда спасали. Ян не помнил, как его моторчик в грудной клетке снова заработал, но когда он очнулся, в больничной палате, то едва мог пошевелиться. Бан не отходил от него целыми днями и Яну приходилось буквально выгонять старшего домой, иначе тот сошел бы с ума.  — Я боюсь, что ты исчезнешь! — крикнул тогда старший и Ян приложил все усилия, чтобы подняться с койки. Вместо того, чтобы настучать Чану по лбу за его поведение и безрассудное отношение к своему собственному здоровью, Ян впечатался в его губы, неумело ударяясь о зубы мужчины. Это был дешевый трюк, но он хотя бы успокоил Бан Чана.  Его бесило то отношение, с который теперь к нему относились старшие. Минхо сдувал с него пылинки и не пускал в зал до тех пор, пока с потрепанного тела не сняли все до последнего шва. На его теле прибавилось шрамов, но кроме как того, что это приносило тяжесть, когда он смотрелся в зеркало не было чего-то катастрофичного. Феликс, будучи матерью наседкой, теперь с милосердным приютом за плечами — отправил его к психологу. Мозгоправ был неудачным фиксиком, но кое с чем все же помог. — Ты выглядишь гораздо бодрее, — сказал Джисон, когда Ян получал у него снотворное. Чонин не мог спать один, а Бан слишком часто покидал особняк в связи с шатким состоянием рынка.  — Я бы выглядел еще лучше, если бы вы не опекали меня, как ребенка, — фыркнул в ответ Ян и забрав бутылек с таблетками, скрылся. Он в тот день долго гулял по особняку и решил, что компьютерные игры на ночь будут хорошим развлечением. Пробраться в кабинет Сынмина оказалось легче, чем Ян предполагал. Бессонная ночь была оснащена кучей сладостей, краденых с кухни и огромным количеством игр на компьютере. Под утро, Ян со всей вредностью распихивал шоколадные обертки по всему периметру кабинета хакера, а после, довольный, дождавшись Бан Чана лег спать. Это произошло само собой. Чонин так часто стал засыпать в комнате старшего, что Бан предложил ему просто переехать. Теперь комната, что раньше была нетронутой ( потому что Бан не любил находиться там) обзавелась кучей постеров с героями комиксом, вечно разбросанными шоколадными фантиками и огромным количеством одежды — Чонин был повернут на ней.  — Мы едем в отпуск, — спустя пол года спокойной жизни, сказал Бан. Он утащил младшего на кладбище, на могилу отца, а после, собрав чемоданы, увез его в Грецию.  Ян был в предвкушении, потому что мысли о старшем не давали спать ему похлеще кошмаров. В них, Бан был не таким заботливым и добрым.

***

Солнце жарило так беспощадно, что Чонин не мог спастись даже солнцезащитными очками. В кофте было жарко, а без нее, он имел великий шанс обгореть и пролежать весь заявленный отпуск в номере отеля. Кондиционеры помогали, но Ян все равно ощущал, как кожа отваливалась от него вместе с потом, жидкой массой стекая под ноги. Было противно и проходилось мыться гораздо чаще, чем он планировал, но зато это все же был отпуск.  За все четыре года Чонин не мог вспомнить ни одного дня, когда бы он мог понежиться в теплой кровати. У него были выходные, но их он предпочитал тратить на тренировки или сторонние дела, которые не касались семьи. Было хорошо, что старший сгреб его в охапку и увез куда-то. Ян надеялся, что его мысли обретут ясность, как только он окажется дальше от того ужаса, который он пережил.  На эти выходные у него были слишком серьезные планы, которые волновали его не меньше, чем подготовка к ним. Спустя долгое количество времени рядом со страшим, он хотел вывести их отношения на новый уровень. Уровень, где они бы перестали скрывать друг от друга то желание, которое таилось на дне карих и разноцветных глаз.  — Чонин? Что-то случилось? — конечно, Феликс не мог не ответить ему полностью обеспокоенный. Почему если Ян находил в себе смелость позвонить самостоятельно, то это всегда должно было означать неприятности?  — Наверное? Я не уверен, — когда дело касалось любовных вопросов — Феликс был лучшим человеком, который мог разложить и объяснить все, что угодно. Казалось, что Ли мог научить обезьяну вышивать крестиком.  — У меня есть свободное время. Расскажешь? Как Греция? — это была проверенная тактика. Чонин чувствовал, как ком паника подступала к горлу.  — Она чудесна! — разговор о чем-то не касающемся его задумок отвлекал. — Тут столько красивых домой и воздух…Он чистый и теплый. — Кажется тебе все нравится, да? — спросил Феликс. Ян не задумывался об этом. Ему казалось, что это слишком просто — когда Бан Чан рядом, ему все равно где он и что происходит.  — Да. Греция прекрасна. Я бы хотел когда-нибудь приехать сюда всем вместе. Всей…— он запнулся, но быстры пришел в себя. — Всей семьей. — Мы обязательно это сделаем, — согласился Феликс и Чонин был уверен, что на той стороне трубки Ли кивнул и улыбнулся. — Так о чем ты хотел поговорить?  — Ни о чем, — слишком быстро ответил Ян. — Просто решил позвонить. — У тебя не будет другого шанса и ты никогда не звонишь просто так, — возможно это сильно обижало старших, но Чонин правда был не из тех, кто интересовался чужим состоянием по телефону. Он предпочитал заходить в комнаты старших телохранителей, чтобы просто поговорить ни о чем, но чаще всего остальные сами находили его, чтобы спросить о его самочувствии.  — Верно, — согласился Ян. — Я задумал кое-что очень…не знаю. Я никогда не говорил об этом. Это неловко. — Брось, я помогу тебе, что бы это ни было. — Феликс, а как у вас с Чанбином произошел первый раз? — неловкостью, сквозившей в голосе младшего, можно было бы затопить Грецию.  — О Боже! — Ли как всегда был громким. — Бинни, — с той стороны послышалось недовольное кряхтение, а затем Чанбин поздоровался с младшим. — Бинни, наш малыш вырос!  Чонин скривился от такого заявления и бросил беглый взгляд на дверь ванной. Его разговор был тайным, а Бан Чан в ванной мог нарушить его конфиденциальность в любой момент. Ему приходилось сосредотачиваться на звуке воды, чтобы не упустить, когда старший закончит мыться.  — Прекратите! Вы отвратительны! — прошипел Ян, прикрывая глаза ладонью. Он краснел и страшим не нужно было находиться рядом, чтобы понять это.  — Знаешь, я передумал. Отдыхайте. — Ладно, ладно, — заторопился Феликс. — Все произошло спонтанно. Под влиянием момента, — рассказал он. — То есть вы не готовились и не договаривались? Просто…просто случилось? — засомневался Чонин, от нервов ковыряя ногтями царапину на ноге.  — Да, — с уверенностью сказал Феликс. Затем, в телефонной трубке послышался шорох и из динамика ударил голос Чанбина.  — Я просто взял и поймал его за руку, Чонин. Он так долго бегал от меня, что я устал терпеть это, — рассказал Со. Феликс на заднем плане недовольно фырчал, обиженно дыша. Он не думал, что его так просто раскроют.  — Что ты предлагаешь? — спросил Ян, вздыхая.  — Чан взрослый мальчик и он знает, что делать. Просто тебе нужно показать ему, что ты тоже хочешь этого. Он сделает все за тебя, — со знанием дела, сказал старший. Он усмехнулся в трубку. — Только ему не говори, что я так про него сказал. В любом случае, не волнуйся и просто доверься ему.  — Да. Думаю, что Босс все сделает сам, — добавил Ли.  — Хорошо. Мне пора. Спасибо, ребят, — слыша, как старший надавливает на ручку двери, быстро затараторил Ян. Он не дождался ответа от Феликса и просто кинул телефон куда-то в сторону, натягивал улыбку. — Все хорошо? — вытирая волосы полотенцем, спросил Бан Чан. Ян заметил, что халат, предоставленный отелем, безумно подходил старшему.  — О, да, да. Все в порядке. Феликс звонил узнать, как у нас дела и предавал привет, — рассказал Чонин, чтобы иметь хоть какую то возможность отвести от себя подозрения. Ему казалось, что если он будет думать об этом слишком громко, то Чан раскусит его раньше, чем Чонин наконец решится.  — Хорошо. Сходим по ужинать? — садясь на край кровати, предложил он. Ян кивнул, безуспешно пытаясь скрыть румянец на бледных щеках. Он ощущал себя глупой влюбленной школьницей.  — Конечно.

***

Ресторан, который Чан выбрал был неплохим. Чонин совсем в них не разбирался, но сочные и красивые блюда, которые приносили им официанты, говорили о том, что это заведение элитного класса. Уже начатая бутылка вина была отличным поводом для тихого разговора на ветреные темы: о последних новостях; погоде, отпуске; планах на будущее. Все шло слишком хорошо, словно выложенная идеально мозаика, без единого скола и несмотря на всю идеальность вечера, под кожей зудело. Ян не прислушивался к ощущениям, но они кричали достаточно громко, чтобы он всегда оставался начеку большую часть вечера.  — Все хорошо? — теплая ладонь вернула его из мыслей в реальность. Кажется он задумался настолько глубоко, что Чан заметил это. — Все прекрасно, — улыбнулся Чонин. Он изо всех сил пытался сосредоточиться на разговоре, чтобы вовремя кивать и поддакивать, но его глаза все же продолжали сканировать всех входящих и выходящих из ресторана. Ян вздрогнул, когда один из официантов уронил поднос в центре зала.  — Может ты хочешь вернуться в номер? — заглядывая в глаза младшему, спросил Бан.  — Возможно, — отстраненно ответил Чонин, замечая в витринном стекле мужчину облаченного в черный костюм. Ян зацепился за него, напрягаясь. Такой закрытый костюмчик был не актуален для жаркой Греции и даже сам Чонин был одет в легкие шорты и футболку. Это было подозрительно.  — Хорошо. Можно счет, пожалуйста! — оторвавшись, попросил старший. Его заботило напряженное состояние Яна, он искренне надеялся, что никакие угрозы не появятся во время их отпуска. Они быстро расплатились, а когда вернулись к машине, то Чонин затормозил. — Что такое? — Бан был склонен доверять чутью младшего.  — Не знаю. Ты поезжай в отель, — Чонин достал из багажника наполненную сумку, оставляя на губах старшего мимолетный поцелуй. — Я кое что проверю и вернусь, хорошо?  — Я пойду с тобой, — отметая любые сомнения, сказал Чан. Он впился ладонью в ручку сумки, не позволяя Чонину сбежать одному. Ему не нравилось, что Ян вновь возвращался к работе и ему не улыбалась идея отпускать того одного. Если и правда существовала хоть минимальная угроза их отдыху, то Бан не был согласен, чтобы Ян разбирался с ней в одиночку. Он в принципе боялся отпускать его одного куда либо, после последних событий в JRD.  — Ты поедешь в отель, Чан, — серьезно ответил Ян. Он выдернул сумку из рук старшего, хмуря брови. Это был телохранитель дьявола всегда готовый к бою.  — Я вернусь через час. Обещаю.  Это был дешевый прием, но он безотказно сработал. Чан тяжело вздохнул и посмотрел Чонину в глаза. Он все еще был против этой идеи, но не мог спорить с ним, иначе это все могло закончиться еще хуже. В конце концов у него еще были возможности, чтобы проследить за всеми действиями младшего и в случае чего экстренно вмешаться. — Хорошо. Будь осторожен, — Чан крепко прижал его к себе, оставляя на лбу мягкий поцелуй.  — Все будет в порядке, — кивнул Ян, улыбаясь. Его улыбка заставляя старшего доверять ему больше, чем он хотел доверять ему сейчас. Чонин скрылся за углом ресторана слишком быстро.  — Сынмин? — телефон оказался в его руках мгновенно, как только младший пропал из виду.  — Босс? Три часа ночи, — резюмировал сонный Ким в трубку. — Все в порядке?  — Относительно, — Чан изучал боковые зеркала, крепко сжимая руль одной рукой.  — Нужна помощь?  — Да. Маячок в сумке со снаряжением из багажника. Мне нужно, чтобы ты активировал его, — коротко сказал он. — Чонин сбежал? — ахнул технарь, шурша бумажками на заднем фоне.  — Нет. Выследил кого-то и сейчас пытается найти его. Он забрал сумку со снаряжением и ушел. Я хочу знать, что с ним все в порядке, — рыкнул Бан. Ему на телефон в ту же минуту пришло сообщение с геолокацией, точка на которой постоянно находилась в движении.  — Я скинул тебе геолокацию с прямым отслеживанием. Ваши выходные не могу пройти спокойно, да? — усмехнулся Ким. Он нисколько не переживал за младшего, ведь если тот сумел разобраться с огромной компанией, то расправиться с каким-то зеленым преследователем было для него, как детская игра.  — Без шуток. Это могут быть последователи Пака, — предположил Чан, кипя от собственных мыслей.  — Брось. Думаю, что там ничего серьезного. Если Чонин сказал тебе не волноваться и возвращаться в отель, то все будет хорошо. Я уверен, — заверил Сынмин. — Кстати, он сегодня утром с Феликсом разговаривал… — Да, я знаю, что Феликс звонил. Спрашивал, как у нас дела, — кивнул Бан. — Это Чонин тебе сказал? — в вопросе послышалась усмешка. Чан нахмурился, ожидая дальнейших слов. — Да. — Он провел тебя, как ребенка. Он звонил, чтобы спросить у Феликса про их первый раз с Чанбином, — будто между делом, признался Ким. Бан Чан задохнулся, чувствуя, как глаза расширяются. Даже мысль о большей близости уже сводила его с ума.  — Я кладу трубку, — поперхнувшись воздухом, сказал Чан и откинул телефон на сиденье. Ему нужно было вернуться в отель. Чонин мог появится там в любую минуту. 

***

Прошло уже больше заявленного часа, а маленький огонек, на дисплее экрана оставался неподвижным. Это был Чонин, который завис на крыше одного из высоких зданий где-то в центре города. Чан больше не собирался ждать. Он быстро переоделся в более удобную форму и уже проверял пистолет, когда дверь в номер распахнулась.  — Я же сказал: Все будет в порядке, — глядя на старшего, который был готов сорваться, сказал Ян. Он был покрыт пылью и темные волосы на его лбу слиплись от крови, но остального Бан не мог видеть, потому что его рабочая форма была полностью черной. Чан оказался около него мгновенно, роняя на пути стул и задевая стоящий в центре гостиной стол.  — У тебя кровь, — касаясь пальцами спутанных волос, сказал он. Его взгляд бегал по измазанному грязью лицу Чонина с огромным беспокойством. — Это не моя кровь. Я цел, — успокоил его младший, усмехаясь. — Еще раз подложишь мне маячок и я полезу в драку. Это был Чонин, которого Бан знал хорошо. Он снова делал предупредительный выстрел, чтобы заранее дать понять, что одно неаккуратное слово и младший будет атаковать в ответ.  — Ты меня напугал, — вздохнул Чан, утягивая Яна в крепкие объятия.  — Это был всего лишь бывший шпион JRD. Ничего серьезного. Следил за нами несколько дней. Хотел придумать план, чтобы денег из тебя выбить по-больше, — легкомысленно рассказывал Ян, пока старший медленно растегивал ремни на его куртке и стаскивал ее по плечам.  — И что ты сделал с ним? — тихо спросил Бан, отбрасывая чужую куртку в сторону. Его руки нашли края футболки и потянули наверх, оголяя исписанный шрамами торс Чонина. — Сказал ему больше так не делать и убил, — пожал плечами Ян, поднимая руки, чтобы Бан беспрепятственно мог избавить его от футболки. — Хорошо, — горячие губы поцелуями скользнули по ключицам младшего. Чан провел кончиком носа по правому плечу Яна, заставляя того глубоко вздохнуть. Вот, о чем говорили Феликс и Чанбин. Это все должно было происходить не по четкому плану, а само собой.  — Ты устал? — касаясь щекой чужого подбородка, спросил Чан. Чонин прикрыл глаза, мотая головой и сжимая дрожащими пальцами чужие, крепкие плечи. — Нисколько, — с придыханием ответил он. Бан кивнул и перехватив холодную ладонь телохранителя, дернул его на себя, сталкиваясь губами.  Его губы были расслабленны ровно до того момента, пока Чан не впился в них жадным поцелуем, мгновенно заставляя сдаться. Чонин навалился на тело старшего всем своим весом, вынуждая мужчину сделать шаг назад. Они обменивались торопливыми поцелуями, а чтобы не чувствовать себя так неловко, Чонин расстегнул куртку Бана и ловко стянул ее, откидывая в сторону. После, они будут собирать свои вещи, находя их в каждом углу комнаты. Хотелось что-то сказать. Чонин чувствовал, как язык так и чесался ужалить старшего, но зуд проходил с той же скоростью, с которой Бан избавлялся от всей одежды. Ян волновался. Он не знал, куда деть руки и как он должен чувствовать себя на самом деле. Ему казалось, что он застрял в теле неопытного и неуверенного подростка. Слова Феликса звучали в голове, как закон. Ян доверял Чану. Он знал, что старший гораздо опытнее в таких делах, но если тот и был опытен, то вот сам Чонин волновался за свою роль во всем  происходящем. — Я никогда не…— он попытался предупредить, не давая мыслям о широких, горячих плечах затмить рассудок. Под пальцами, чужая кожа ощущалась почти раскаленной. Чонин тяжело вздохнул и зажмурился. Ему было так неловко признаваться, что он совсем не смыслит в том, в чем нормальный человек к его годам уже должен разбираться. Но Чонин не был нормальным. Он был сотканным одеялом из разных кусочков ткани, сшитый по лоскутам разными людьми.  — Хочешь остановиться? — прижав младшего к стене, Чан проложил губами путь от плеча до подбородка и назад. Он не встречал явного сопротивления до этого момента, но как только Ян подал сигнал — Бан замер.  — Нет, — уверенность холодным пламенем просачивалась сквозь кожу. Чонин может и не разбирался во всех постельных вещах и не знал, как правильно доставлять удовольствие, но в одном он был точно уверен — с напряжением в штанах нужно было что-то делать. — Я боюсь сделать что-то не так. — Доверься мне. Теперь моя очередь защищать тебя, — это было интимнее, чем те скользкие поцелуи, которые привели их вглубь гостиной. Чан тяжело дышал от калейдоскопа эмоций, бурлящих у него под ребрами. Он касался губами чужого уха, шепча о том, что он все сделает сам.  — Я доверяю тебе, — смотря прямо в глаза Чану, сказал Ян. Он пару раз кивнул и сам подался вперед неумело заводя кусачий поцелуй.  Чужая нога оказалась между его коленей и неприятно надавила на возбуждение. Чонин проглотил стон, когда Бан толкнул его на кровать. Он не успевал отслеживать события. Для его расплавленного мозга было слишком много действий, которые приводили его в замешательство. Мягкие губы казались легким пером, с заботой и благоговением скользя по всем шрамам, что украшали его грудь. Бан не хотел упускать не одного зажившего рубца или пятнышка.  — Будет немного неприятно, — нависая над Чонином, сказал Чан. Все крутилось настолько быстро, что Ян не заметил, как остался абсолютно лишенным одежды. Старший удобно расположился между его ног, рисуя поцелуями узоры на внутренней стороне бедра.  — Расслабься. Ян задохнулся, когда прохладный палец коснулся сжатого колечка мышц. Был бы он чуть расторопнее в этом плане, то наверное бы сумел нарыть интересующую его информацию в интернете и возможно старшему не нужно было бы сейчас заботиться о нем чересчур сильно. Чонин жалел, что он не разобрался в этом вопросе более тщательно. Одного разговора с Феликсом было недостаточно.   Чтобы отвлечь младшего от неприятных ощущений, Бан Чан продолжил прокладывать влажными губами путь по правой ноге Чонина, заканчивая все тазобедренной костью. Он усмехнулся, когда Ян в его руках тихо простонал и вздрогнул. Ему пришла в голову идея добавить острых ощущений и, взвесив все «за» и «против», он оставил сочный след зубов на молочной коже таза. Ян раскрывался для него неторопливо, но с каждой минутой, проведенной в знающий руках — все больше. Его колени раздвинулись еще шире, когда горячий язык коснулся изнывающего возбуждения. Чонин так сильно закатил глаза, что ему показалось, будто он увидел собственный затылок. — Не сдерживайся, — опалив жарким дыханием член младшего, сказал Бан. Он умело растягивал узкий вход, бросая Чонина то в жар, то в лютый холод. Ян терялся пальцами в скомканных простынях, так податливо принимая каждое действие. Он чувствовал, как его член упирается в заднюю стенку горла Бана и это сводило с ума. Мысли брошенным спутанным клубком валялись в дальней части сознания. Чонин ощущал давление пальцев внутри себя, но эта наполненность казалось удовлетворяющей. Ему становилось слишком мало: рук, губ, запаха, голоса и чужого тепла. Он пришел в себя настолько, чтобы приказать своим рукам слушаться. Пока Чан буквально вылизывал его, не упуская из виду каждую эмоцию на его лице, Чонин запустил одну руку ему в волосы, а второй, согнувшись, оставил красные полосы на предплечье и плече старшего. Ему казалось, что если он ничего не сделает, то он взорвется прямо сейчас.  — Мне кажется, что я готов, — простонал Ян, когда Бан Чан уже достаточно растянул его тремя пальцами. Старший ухмыльнулся. Он уже знал, что Чонин полностью готов принять его, но у него все еще была маленькая цель. Он продолжал скользить пальцами внутри пульсирующих от давления стенок, сгибая их и ища нужный угол. Когда Чонин вскрикнул и его круто подкинуло на кровати, Бан понял — он нашел то, что искал. Маленький комочек нервов, обласканный подушечками пальцев, заставил младшего подавиться собственным вскриком и шокировано посмотреть на Чана.  — Смотри на меня, — ласково попросил Бан, подтягиваясь наверх так, чтобы его лицо было на уровне лица младшего. Чонин сглотнул, крепко хватаясь ладонями за чужую, твердую шею. — Не бойся. Я не сделаю тебе больно. Джисон не врал, когда говорил, что секс в их положение не приносит в первый раз много удовольствия ( Да, волнуясь по этому поводу, он собрал целый консилиум «знатоков нижней позиции») . Чонин чувствовал себя странно, когда Бан по-удобнее устроился между его ног, ловя чужой взгляд. Он входил очень туго, а Ян раскрытыми губами хватал обжигающий воздух.  — Потерпи немного, — дождем поцелуев покрывая лицо Чонин, попросил Чан. Он дал младшему несколько минут, чтобы тот сумел привыкнуть к тесноте внутри себя.  — Все хорошо, — сказал Чонин и с первым толчком его голова резко ударилась о подушку. Бан Чан внутри него было горячим, большим и толстым. Будь Ян менее подготовленным, тот бы порвал его на части, хотя даже с нынешней готовностью, Чонин чувствовал, как он осыпается от наслаждения. Чан вошел до конца, так глубоко, что Яну потребовались все его силы, чтобы удержать глаза в орбитах. Он уперся руками в плечи старшего, прогибаясь в спине. Этого было слишком много. Он долго так не протянет.  С каждым глубоким движением, Чонин понимал, что он становился зависим от этого скользкого из-за пота сплетения тел и пошлых, шлепающих звуков. Он хотел больше, быстрые и ближе, хотя ближе уже было просто невозможно. Его губы игрались с губами старшего, пока они делили один вдох на двоих. На его талии должны были остаться следы от пальцев Чана, ведь тот так сильно и с такой жадностью прижимал его к себе, что Чонин ощущал себя необычайно маленьким. Бан возвышался, буквально сжигая воздух вокруг них в пепел. Ян просил его быть быстрее и он не отказывал ему, заставляя кровать проламывать стену.  Руки соскальзывали с широких плеч. Они были слишком скользкими, чтобы продолжать держаться за мускулы, которые напрягались при каждом движении. Чонин успел изучить покатые мышцы спины и пройтись кончиками пальцев по стальному прессу старшего, но на больше его не хватило. Он запустил пальцы в простыни, сжимая их до хруста, будто это могло помочь ему справиться с тем количеством удовольствия и эмоций, которые он испытывал. Он чувствовал, что ему не хватает воздуха. Чувствовал, как звезды, родившиеся где-то внизу живота, поднимаются по венам, ударяя прямо в затуманенный разум. — Чан, я… — он не мог сказать. Буквы не складывались в четкие слова. Гласные слетали с истерзанных поцелуями губ, заставляя старшего дрожать от возбуждения. Они были перевозбуждены тем ожиданием, которое сами создали между собой.  — Я люблю тебя, Чонин, — наблюдая за тем, как капля пота скатывается по виску младшего, прошептал Бан. Он словил эту каплю языком и Чонин вцепился в него горячими пальцами, едва не плача от наслаждения. Он смешал тихие хныки и скулеж с громким стоном, заставляя соседей за стеной смутиться и покраснеть от доносившихся звуков.  Он видел звезды. Ему не пришлось лететь в космос, чтобы сосчитать все звезды, потому что они вспыхнули у него перед глазами. Оргазм с такой силой накрыл его, что он дернулся наверх, но крепкие руки удержали его, продлевая оставшееся наслаждение. Чонин слышал собственное сердце в заложенных ушах, а сквозь пелену удовольствия, встретил взгляд закатанных глаза старшего, когда тот кончал вслед за ним.  Руки дрожали от напряжение. Чан сдвинулся в сторону и рухнул на несчастную кровать рядом с Чонином, пытаясь догнать ускользающий кислород. — Я тоже. Тоже тебя люблю, Господин Чан, — устало улыбнувшись, ответил Ян. Наплевав на испачканный живот, он повернулся на бок, оставляя на губах Бана мягкий поцелуй. Телефон, забытый в кармане брюк Яна, брошенных в гостиной, разразился мелодией звонка. — Это может быть что-то важное, — не хотя поднимаясь с кровати, сказал Чан. Прежде, чем встать, он притянул младшего к себе, целуя его не так невинно, как до этого сделал Ян. Они собирались пойти на второй круг, но прежде, их никто не должен был отвлекать. — Дай телефон, — свесив руку с кровати, попросил Ян. Он собирался заставить Чана носить его на руках следующие несколько дней. Мобильный оказался у него легким броском, а после, Чан отыскал стаканы, выливая в них половину графина с водой.  — Джисон? Мы вообще-то заняты, — хрипло поприветствовав доктора, сказал Ян ( кто-то разодрал горло высокими стонами). Он гулял взглядом по обнаженному старшему, спокойно попивающему воду. — Чонин! Вы предохранялись?! Не важно! Чонин! Он сделал мне предложение! Слышишь?!? Я буду мужем! У меня будет муж! — кричал Джисон в трубку. Где-то около кровати, стоя абсолютно голым и влюбленным, подавился водой один Бан Кристофер Чан, понимая, как сильно он любит свою новую жизнь. Он ни на секунду не пожалел, что забрал маленького мальчика из жестокой Академии и пообещал ему лучшую жизнь.  Это не он спас Чонина.  А Чонин спас его. Может, мы еще встретимся в этой истории. Кто знает?…