Легенда о просветлении

В лавке «Тан Юэ» весело звякнул колокольчик, и внутрь вошел высокий господин в зеленом. Под руку он вел хорошенькую девушку, кривлявшуюся, как ветка кудрявой ивы. Расхлябанно прошагав до прилавка, господин вдохновенно потянул носом фруктовый запах и указал на сливы: - Дайте мне… Он осекся и застыл с вытянутым пальцем, едва продавщица выросла из-за прилавка. - Что вам угодно? Господин в зеленом очнулся и тут же белозубо улыбнулся: - Мне бы только в Лояне сажать мэйхуа, Мне в цветах бы пьянеть одному… Раздраженная пристальным взглядом продавщица фыркнула. - То пальцем тычут в товар, то поэмы ему декламируют. Вы уж определитесь с манерами. Сколько вам взвесить? - Двадцать лян. Спутница долговязого покупателя начала дергать его за рукав, заметив, что тот с продавщицы глаз не сводит. Последняя равнодушно отмеряла сливы. Долговязый ухмыльнулся и больше прильнул к прилавку, чем пригнулся: - Красавица, отсутствует цзинь, не хватает ляна. А ведь у меня несколько цзиней, несколько пар. - Следите за своей парой, вместо моих весов, - отмахнулась продавщица, но господин в зеленом гибко склонился ниже, рассматривая ее надутые губы. - Зачем смотреть на лян, если есть прекрасная Цзинь? - - За красивые глаза скидки не будет, - отрезала «прекрасная Цзинь» запорхавшим ресницам. Долговязый выпрямился и весело хлопнул в ладони. - Какая колючая снежинка. Но в этом и прелесть! - За раздвоенный язык тоже нет скидки. Слова ни цзин, ни лян не весят. - И ядовитая! Я точно встречал тебя в прошлой жизни. Наверняка мы были влюбленными! Зови меня Пу Чи! Острый палец задорно пронзил воздух. Цзинь Ми закатила глаза, но не сдержала усмешки на столь глупое, но столь подходящее имя. Утягиваемый компаньонкой Пу Чи обернулся у дверей: - Я еще вернусь! - Приходите, как снова переродитесь и все забудете, - крикнула вслед Цзинь Ми и плюхнулась обратно на стул. Позади из-за завесы бусин выплыл человек средних лет с выразительной осанкой: - Ми-эр, скоро замуж выходить, а у тебя даже короткие беседы с юношами, что голова тигра, хвост змеи. Цзинь Ми отбросила счетную книгу. - Отец, опять ты за свое! Пойду я уже замуж, пойду! Сказала же! Министр Пэй уже дважды спрашивал, хватит уже. Господин Цзинь вздохнул: - Но нравится ли тебе господин Пэй? Губы Цзинь Ми вытянулись трубочкой: - С ним легко. Так почему бы и нет? И это отвадит остальных надоед. А то с утра до вечера одно и то же… Бьешь змей палкой, а они по ней наверх! - Так муж тебе нужен, лишь бы поклонники не донимали? Отец рассеянно поднял гроздь винограда с прилавка, осматривая товар, а Цзинь Ми принялась лениво обмахиваться счетной книгой. - По меньшей мере министр Пэй хорош тем, что не стал принуждать меня к браку, пользуясь своей благосклонностью у императора. Много выше и дальше этих мест, голубой подол развеивал жар, струящийся от белых плит Дворца Небесных Сфер. Куан Лу просеменила под пожухшую сосну и склонилась быстрее, чем Небесный Император успел поднять голову от свитка. - Ваше величество, император смертных У Сюань-ди едва взошел на престол, но уже целый месяц взывает к Небесам. Бровь за свитком дернулась кверху: - И что повергает его в такое отчаяние? Разве он не взошел на престол без борьбы и с одобрения отца? - Он отчаян лишь в желании узнать Небесный Закон, чтобы править мудро и осмотрительно, - тихо доложила Куан Лу, и свиток опустился на стол. Помедлив, Небесный Император поднялся и заложил руки за спину. - В таком случае, следует ответить его просьбе. Пусть бессмертная Юань Цзы подготовит мне свиток с его жизнеописанием. Я прочту его в дороге. Проложив кратчайший путь Радужным Мостом, Жунь Юй со свитком в руках устремился вниз на облаке. Это замедляло путь, но так оставалось время изучить взывавшего к нему императора перед встречей. Облако таяло шлейфом книзу, а глаза Небесного Императора медленно скользили по рейкам свитка. Читалось в нем немногое: У Сюань-ди был единственным сыном своего отца, сиятельного У Ванчжи, который души в наследнике не чаял. У Сюань согласно бумагам родился прежде срока на три месяца, болезненным и слабым, но несмотря на все предсказания лекарей быстро справился с хворями, и вырос в весьма крепкого и прозорливого юношу. Несмотря на горячую привязанность к сыну, У Ванчжи не спешил объявлять его наследником, однако к двадцати годам У Сюань внезапно стал пользоваться широкой поддержкой министров, и уже в двадцать один год взошел на трон, который отец оставил по болезни слабой памяти. У Ванчжи прожил еще семь лет и после мирно почил, закрыв глаза. Главным министром при Сюань-ди стал господин Пэй И, бывший правый советник, который больше других ратовал за возвышение принца и был его другом детства. Министр Пэй был младше нынешнего императора на три года, но взлетел журавлем уже к двадцати пяти годам, поспособствовав заключению мира на выгодных условиях с четырьмя соседними государствами. Оба - и император, и министр были еще холосты, что породило немало слухов самого разного характера. Говорят, если бы не их крепкая дружба и закон престолонаследия, министр мог бы и сам успешно претендовать на трон. Последние витки облака развеялись, и на горячие доски дворцового балкона опустились белые остроносые сапоги. Жунь Юй прошел внутрь, оказываясь в зале поминания предков. В полутьме обилие золотых деталей интерьера терялось, а под потолком вились целые облака благовоний. Приятный низкий голос тонул в них и почти терялся. - Небеса! Даруйте моей стране процветание, не дайте мне посрамить предков!.. Жунь Юй сделал шаг, и фигура, облаченная в желтый халат, дернулась. - Кто вы? Встретившись взглядом оба застыли: У Сюань-ди впервые видел сияние вокруг человека, Жунь Юй - давно не видел новых лиц. К тому же лиц, со столь ухоженными бородой и усами, что подходили чистому и благородному облику. Жунь Юй поднял голову вслед за встающим с колен Сюань-ди: - Небесный Император Юй. Ваше имя мне известно, но я в сомнениях, как к вам обращаться. В последний раз я посещал Царство Смертных больше полутысячи ваших лет назад, и полагаю, титулы и уважительные обращения могли измениться. Не говоря о том, что привычное «Сын Неба» учитывая мое положение, может прозвучать неучтиво. У Сюань подошел ближе, боясь моргнуть. Ему все казалось, что взгляд напротив напоминает о пробужденном драконе. - Вы здесь долгожданный… посетитель, прошу оставьте церемонии. - Нервно поправив, а вернее, еще больше сбив одежды, он приосанился. - Обращайтесь ко мне так, как записано в вашей небесной канцелярии. Мне даже любопытно, что там обо мне известно. Его беглый взгляд по свитку Жунь Юй оставил без внимания. - Хорошо. Тогда я буду называть вас Сюань-ди. Сюань-ди скорее втянул шею, чем кивнул. - И как много Небеса знают о жизни простых смертных? - Не более, чем в таких докладах. - Помедлив, Жунь Юй поднял свиток в ладони: - Повелительница Судеб записывает о каждом лишь самое необходимое. Желаете убедиться? - Если это уместно… - Поколебавшись, Сюань-ди взял протянутый свиток, пробежал по нему глазами и вернул. - Простите, я так взволнован вашим прибытием, что был невежлив. Позвольте предложить вам беседу за обедом в саду. Обед из восьми блюд подали в кленовую беседку, хотя от жаркого ветра и палящего солнца больше спасали густые зеленые акации, чем крыша. Дождавшись ухода слуг, Жунь Юй устроился в той же чинной позе, что и Сюань-ди, и произнес: - Удовлетворите и мое любопытство. Как в нынешний век живут люди вашего государства? - Сейчас мы процветаем, - охотно отозвался У Сюань, - однако не исключено, что перенаселение вскоре сподвигнет и нас, и соседей к новой войне. - Две тонкие чашечки с вином поднялись и были опустошены одна за другой. Свою император смертных аккуратно отставил: - И наверняка куда любопытнее то, что происходит в Небесном Царстве. - Думаю, об этом вы просвещены достаточно, - приветливо улыбнулся Жунь Юй. - Большинство ваших преданий правдиво описывают Небеса. В конце концов, связь Неба и Земли неразрывна, и все, что происходит на Небесах, отражается под ними. - Разве? - дернул уголком губ Сюань-ди. - Большинству смертных Небо видится далеким настолько, что эта связь размыта. - Отнюдь, - мягко отозвался Жунь Юй. - Между нашими Царствами она много теснее и очевиднее. Недавняя битва Небес и Демонов унесла жизни многих Небесных Стражей, и теперь они переродились у вас, вызвав перенаселение. Не говоря о том, что мой дядя, Лунный Дух, теперь редко присутствует в своем Чертоге и слишком увлечен созданием здесь брачных уз. Перенаселение вызвало у вас стремление расширить территории, и как следствие - вести завоевательные войны. Как видите - наши сражения породили ваши. Пусть наш день составляет для вас почти десяток лет, а один шичень - чуть меньше года, любое событие у нас имеет последствия у вас. - Протекает сверху, а знают об этом те, кто снизу, - с едва уловимым смешком ворвалось в беседку за спиной Жунь Юя. А еще спустя миг перед императором смертных вытянулся молодой человек с нарочито серьезным лицом. Мао на его голове нырнула в поклон, как кусок отколовшийся от бруска туши. У Сюань только и мог произнести: - Ваше величество, это министр Пэй. Похоже, он принял вас за очередного шарлатана, выдающего себя за небожителя. Подобное тут не редкость, и потому искренне прошу простить его неучтивость. Последний, рассмотрев собеседника императора, совсем опешил, а Жунь Юй улыбнулся, и задумчиво повторил, глядя на креветку на плоском блюде: - Протекает сверху… Разве это плохо? У вас часто говорят: «с Небес гром, дождь и роса». Или нынче смертные стали понимать под дождем нечто иное, чем благодать? У Сюань спешно потряс головой. - Нет, разумеется, нет… - Или у вас наводнения? - обеспокоенно продолжил Жунь Юй, откладывая палочки. - Я поручил заниматься распределением дождей Повелителям Грома и Молнии, но те одновременно заняты наблюдением за исполнением клятв Небесной Кары, поэтому могли недосмотреть. Смертные так часто клянутся Небесами, что из свитков с их клятвами можно было бы построить еще один дворец. Пэй И склонился, чтобы шепнуть на ухо Сюань-ди: - Точно Небесный Император: то обеспокоен нашей судьбой, то запугивает… У Сюань ему кивнул с искрой тревоги в глазах. - Простите, если заставил вас встревожиться, - вкрадчиво посмотрел на них Жунь Юй. - Вероятно, вы недооцениваете, как важно Небесам Царство Смертных. Нам известны ваши тяготы и ваши семь печалей. Сюда мы отправляем небожителей за наказаниями, искуплением и совершенствованием духа. И именно из Царства Смертных на Небо взошли многие мудрецы. Веки У Сюаня чуть дрогнули: - Так значит легенды не врут, и смертные могут достичь бессмертия… - Похоже это и было истинной причиной ваше воззвания к Небесам, - без осуждения заметил Жунь Юй. - Вы еще так молоды, а уже задумались о кончине? Министр Пэй ощетинился, как морской еж, отчего его лицо стало казаться еще более моложавым: - Никогда не знаешь, сколько лет отмерено судьбой… К примеру, сегодня радуга пересекла солнце. Это плохой предвестник для императора. - О. Это я ее сместил, чтобы поскорее сюда добраться, - поспешил пояснить Жунь Юй и улыбнулся: - Предрассудки для императора еще хуже, чем предвестники. Пэй И все равно продолжал смотреть боязливо и недовольно: - А разве на Небесах не читают по звездам? - Это,- перебрал пальцами по колену Жунь Юй, - несколько отличается от того, что делают ваши гадатели. Сюань-ди вздохнул и постарался скрыть оправдательный тон серьезностью: - Во все времена императоры Царства Смертных искали способ достичь бессмертия. - И никто из них его не нашел, - так же серьезно отозвался Жунь Юй. - Потому как не видели разницы между желанием обрести бессмертие и продлить до бесконечности смертную жизнь. - А разве она есть? - Тот, кто постиг бессмертие до конца, не привязан к мирским вещам. Усы Сюань-ди сошлись с бородой. Жунь Юй решил, что такие ответы того уже не раз разочаровывали. Повернув чашечку, У Сюань спросил с ноткой отчаяния: - Но что, если я хочу жить вечно не из-за привязанности к благам мира, а из-за долга перед подданными? Пэй И тихо поддакнул: - Вот-вот. Его величеству ежедневно желают десять тысяч лет жизни. И для почившего отца-императора он был, что жемчужина на ладони. Даже кормилица говорила: с рождения такой же белый, чистый и круглый со всех сторон! А простые люди не солгут. Сюань-ди одними глазами послал ему упрек, и тот спешно ступил ему за спину. Жунь Юй только приподнял бровь и вздохнул: - Забота о подданных и близких тоже привязывает. И если ради нее придется отказываться от некоторых истин, то можно не просто лишиться положения бессмертного, но и пасть к демонам. У Сюань нахмурился, а Пэй И, бросив на него взгляд, пожал плечами: - А чем хуже бессмертие демона? Та же вечная жизнь. Взгляд Небесного Императора на миг устремился вдаль и вернулся, как если бы тот сам уходил из беседки. - Демоны не познают дао. Не собирают силу у элементов стихии. Они живут долго либо за счет кровных жертв, либо отбирая духовные силы у других демонов и совершенствующихся. С согласия тех, или без него. И после смерти демоны не перерождаются, а направляются на поклон к Владыке Яньло. И их дальнейшая судьба целиком в его власти. У Сюань вздохнул, и солнце на миг сверкнуло на острие его шпильки. - И впрямь лучше зависеть от стихий, чем от чужих решений. И тем более от своенравия Яньло-вана. Говорят, у него весьма строгий и нередко предвзятый суд… - Отчего так говорят? - с толикой лукавства улыбнулся Жунь Юй. Вместо императора уверенно отозвался министр Пэй: - Справедливость суда уже подозрительна, если отправленных на него стараются снабдить ритуальными деньгами… - Даже чье-то желание подкупить судью не свидетельствует о пристрастности суда, - с интересом возразил Жунь Юй. - Зато осужденному добавляет прегрешений, - буркнул Пэй И. - Не обязательно. - О добре и зле судят по поступкам, а не по словам. Принес в суд деньги - уже подозрительно. Пэй И выпрямился, и Жунь Юй ему улыбнулся. - Ни слова, ни поступки не говорят о добродетели. О ней можно судить лишь по чистоте намерений. - Но разве можно знать о намерениях другого? - развел руками Пэй и добавил с вызовом: - Как же тогда на Небесах вершат правосудие? - В мире, где все предопределено, нет смысла в осуждениях. Судьям лишь надлежит защищать живых, ограничивая тех, кто причиняет другим зло. В конце концов, даже демоны отправляются в Диюй лишь из-за своего пути. Лицо Сюань-ди на миг исказилось недовольством, но спросил он спокойно: - Тогда как достичь не демонического бессмертия? Ведь не все, кто способен совершенствоваться через элементы стихии, становятся бессмертными или небожителями. - Путей не так уж много. Просветленные - осознают и приемлют бренность сущего, а после смерти возносятся к Колесу Судьбы и Кармы. Если их нравственность высока, они остаются Небесах, если того пожелают. Некоторых смертных Небесный Император может вознести лично, за значительные благие заслуги. - Сделав паузу, он усмехнулся: - Бывали и исключительные решения, как с Сунь Укуном. Последний так бесчинствовал, что Нефритовому Императору на какое-то время пришлось вознести его и сдерживать милостью, вместо расправы. Пэй И сдержал смешок, и далее ответ Жунь Юя следовал, как камешки вейци: - Реже появляются вольные бессмертные, достигшие бессмертия лишь за счет сил стихии. Таких можно встретить на Кунь Лунь. Для них поддержание жизни, однако, сложнее - на Небесах добывать духовные силы легче, да и учений там для этого куда больше. - Но говорят, персики Сиванму и золотая пилюля Владыки Лао тоже даруют бессмертие, - почесал подбородок Пэй. - Персики лишь дают большой запас сил духам и продлевают их жизнь, а золотая пилюля возвращает жизнь тем, кто на грани окончательной смерти. - Жаль, - вздохнул У Сюань. Министр Пэй, напротив, еще больше оживился для спора: - А как же те, кто изначально родился духом? - Все мы когда-то были частями Шести Царств, - слабо улыбнулся Жунь Юй. - Животворным началом, душами и кармой распоряжаются боги. Все предопределено. А нам остается пытаться достичь блага с тем, что мы имеем. Как можно дольше оставаться в форме постигшего жизнь. - А Хуан-ди? - фыркнул Пэй. - Его ведь дракон унес в Небеса по прихоти! Еще и подданных чуть заодно не унес, только усы драконьи не выдержали. - Это лишь выдумки уличных сказителей, - просто ответил Жунь Юй, но кончики его ушей покраснели. На миг воцарилось молчание в стрекоте цикад. У Сюань строго посмотрел на Пэя и вернул взор к небесному гостю: - Простите бесцеремонность моего помощника, император Юй. Беседы его порой так увлекают, что он забывает об этикете. Хотя в некотором роде у него есть дар различать необычных людей, с которыми можно говорить искренне, и тех, кто опасен. Это делает его незаменимым послом. Пэй в смущении отвел взгляд, а Жунь Юй полюбопытствовал: - Насколько я понял, министр Пэй способствовал вашему восшествию на престол. - Верно... Министр Пэй, тогда еще правый советник, нравился моему отцу своей дальновидностью. Подозреваю, у отца даже была мысль оставить престол ему. Однако в ответ на его намек о подобном министр Пэй заявил, что у меня есть качество, наиболее важное для императора: выбирать себе советников и советчиков. Так и сказал: «в случае, если император это упускает, то мне следует покинуть двор». Я был объявлен наследником сразу после этого разговора. Жунь Юй улыбнулся, хотя глаза его застыли. Министр густо покраснел, и сложил ладони в его сторону: - Простите мою невежественность и мои неуважительные манеры. У Сюань тут же предложил: - Возможно, вы задержитесь во дворце, чтобы просветить нас во многом другом? Ведь для вас, насколько я понял, дни здесь - всего лишь мгновения… Жунь Юй поднялся. - Я бы охотно принял ваше гостеприимство, однако у меня здесь еще есть дела. Мне необходимо найти моего дядюшку - Лунного Духа. Пэй И вскочил вслед. - Ваши суждения так занятны. Я мечтал бы еще хоть раз побеседовать с вами за партией в вэйци. Вы ведь играете? - Возможно, мы еще сыграем позже. Жунь Юй кивнул У Сюаню, затем министру и развернулся, но Пэй бросился его провожать: - Ах да… Поблагодарите Лунного Бессмертного от моего имени. Недавно я, наконец, получил согласие на помолвку от моей любимой и ее отца. Наверняка ваш дядя приложил к этому руку. - Непременно, - напоследок улыбнулся ему Жунь Юй и унесся в небо слепящей вспышкой. Лисьего Духа ему удалось найти без труда - из-за жары в такой час оставалась открытой лишь одна весенняя терраса в городе. Тот распивал с Янь Ю уже пятый по счету кувшин вина, сидя среди камней у маленького водопада. Жунь Юй приземлился поодаль, но едва различил по губам слова Змеиного Духа, застыл и принял невидимый облик. - А я нашел нашу красавицу Цзинь Ми. В лавке «Тан Юэ». - Ты?! - встрепенулся Бессмертный Лис. - Первым ее должен был найти Фэн-эр! - Видимо, твои нитки все же ветшают, - потрепал Янь Ю его помпон. - Цзинь Ми назвала мои глаза красивыми и сказала, что будет ждать меня еще и в следующем перерождении. - Ах ты болтун ползучий! - Клянусь, что не солгал и словом! Дан Чжу вскочил, но в этот момент Жунь Юй решил появиться из-за каменной гряды. - Дядя. - А ты еще зачем пришел? - тут же выпрямился Лисий Дух. - Я по-прежнему не желаю с тобой разговаривать. Жунь Юй остановился от него в пяти шагах. - Я пришел лишь сообщить, что твое затянувшееся пребывание здесь и излишнее усердие вызвали у Смертных перенаселение. А учитывая, что Главы Цветочного Царства до сих пор пребывают в трауре и не вдохновлены на сотворение, то в ближайшее время в здесь может наступить голод. Лунный Дух открыл было рот, но тут же прищурился, и удивление сменилось на его лице возмущением: - А кто в этом виноват? Это из-за тебя у меня пропало всяческое желание появляться на Небесах! Из-за тебя я - изгнанник, вынужденный беречь последний клубок нитей! Теперь мне приходится делать настолько короткие отрезы, что вместо полноценного бурного романа все сразу женятся и заводят детей! Я опустился до того, что спасаю браки по расчету! Хотя кому я это говорю? Для тебя ведь закон романтики не писан: только нашел невесту - сразу в нее драконьей хваткой вцепился. А мне теперь, - потряс он в воздухе нитью не больше червяка, - такие обрывки даже толком не завязать - все ждать приходится, пока подходящие люди рядом встанут! Жунь Юй закатил глаза, но его черты остались безразлично-умиротворенными. - Я не изгонял тебя, дядя. Ты всегда можешь подняться за нитями, чтобы выполнять обязанности, как надлежит. Я вблизи Брачного Чертога не появляюсь, если тебя это беспокоит. Янь Ю поболтал нить в руке Лунного Духа пальцем: - И разве не вернее связывать людей которые уже близки? Как я и моя новая знакомая… Лунный Дух спешно кинул в него мотком нити, но змей его поймал, и он снова посмотрел на Жунь Юя. - Если будет голод, на меня не пеняй. Сам развязал войну, в которой наш цветочек завял! Жунь Юй сложил руки за спиной и устремил взгляд в воду: - В любом случае, дядя, я выполняю обещанное Цзинь Ми у Реки Забвения, и ты можешь вернуться. Но если ты не желаешь, я вынужден буду вскоре передать твои обязанности Юань Цзы. Она уже дважды подавала прошение. - Что? - дернулся к нему Дан Чжу. - Эта траурная дева с холодным сердцем? Ни за что! - Тогда тебе следует вернуться. - Вот еще! Не после того, как ты обидел Фэн-эра! - Сюй Фэн и я давно наладили общение. Дан Чжу долго поджимал губы, но наконец выпалил: - Все равно, не вернусь! Из-за одних твоих уловок с Юань Цзы не пойду! Сговорились два чиновника в белом! Не иначе пара, созданная на Небесах! - Как пожелаешь, - повернулся к нему Жунь Юй. - Но вообще, Юань Цзы вызвалась занять твой пост неохотно. Устала разбираться с прихотями любовной судьбы. Янь Ю подбросил клубок в ладони и скосил глаза к Дан Чжу: - Вязать нитки не сложнее, чем выманить лису. Хотя кому это надо? Надувшись, Дан Чжу выхватил у него клубок и тут же прищурился. - Ладно, я подумаю о возвращении. Янь Ю скрестил руки и покосился на нити: - У тебя скоро закончится клубок. - Сказал же - подумаю! Жунь Юй шагнул к ним ближе: - Ах да, я только что встречался с императором смертных. Министр Пэй И передавал тебе свои благодарности за устроенную помолвку. - Ничего я ему не устраивал, - буркнул Дан Чжу. - Весь год бегал от меня то по дворцу, то на границу. Ему уже двадцать шесть, а все лишь бы со своим императором вина распивать! - Сюй Фэн и Жунь Юй тоже примирились за кувшином вина, - елейно заметил Янь Ю. - Это другое! Жунь Юй рассеянно осмотрелся и снова отвернулся к воде. - У меня еще здесь дела. Я вас покину. Спорщики на берегу едва заметили его уход. Под звон колокольчика Цзинь Ми выскочила на улицу, чтобы сделать перерыв. Лавка «Тан Юэ» находилась у самой пышной части шелковичной аллеи, так что повсеместная жара здесь не донимала так сильно. Потянувшись Цзинь Ми запрокинула голову к небу и увидела радугу. Говорили, что она была разных цветов, для нее же она была белой. Однако сильно Цзинь Ми не расстраивалась - ровная форма на небе вместо хаотичных облаков и без того казалась довольно необычным и красивым явлением. Когда она исчезла за поворотом, из дома напротив вышел господин в простых светло-синих одеждах. Он пересек улицу и зашел в лавку «Тан Юэ». Хозяин приветствовал его с улыбкой. Вошедший долго осматривал прилавок, но наконец, спросил: - Уважаемый, а есть ли у вас виноград? Цзинь Линь вздохнул. - Сожалею. Весь виноград раскупили еще в полдень. - Тогда, может быть, есть изюм? - Только остаток, - нахмурился господин Цзинь и указал на лоток справа. - Этого будет достаточно, - охотно кивнул господин в синем, и тихо вздохнул тому, как взгляд Цзиня скользнул по табличке «товар возвращению не подлежит». Жунь Юй положил на прилавок серебро и спрятав сверток в рукав, вышел наружу. Следовало еще немного прогуляться по городу, пока дядя доставляет вести Сюй Фэну. К хижине в горах Жунь Юй опустился ближе к вечеру, когда весь изюм был съеден, а жара немного спала. Сюй Фэн без верхней рубахи колол дрова, и на его лице было то же сосредоточение, что в литых перекатывающихся мышцах. На скрип калитки он обернулся и улыбка все преобразила: тело расслабилось, а лицо просияло: - Брат? Жунь Юй приветливо кивнул и прошагал во двор. - Я был по делам у императора смертных и решил к тебе заглянуть. Сюй Фэн отбросил топор и повел рукой к столу: - Проходи, у нас есть что отметить. Я наконец, нашел Цзинь Ми. - Это хорошо, - сдержанно улыбнулся Жунь Юй и присел. Когда Сюй Фэн разлил вино, и первые чашечки были опустошены, он спросил: - Если так, то почему бы тебе не вернуть себе статус небожителя? - Зачем? - пожал плечами Сюй Фэн и снова наполнил чашечки. - Цзинь Ми никогда не гонялась за положением. Ей не нужно золотое бедро - у нее самой каждый палец золотой. Его усмешку Жунь Юй отразил слабо. - Цзинь Ми могла измениться… - тут же его лицу вернулась непринужденность: - Хотя, ты ведь вернешь ей память... Кстати, будь осторожен с этим. Перерожденные смертные куда тяжелее воспринимают возвращение памяти, нежели те, кто лишь спустился сюда для Искупления. - Даже без памяти о прошлом, после встречи со мной ей не будут важны такие вещи, как ранг и почет, - тон вышел напряженным, и Сюй Фэн поспешил усмехнуться: - Или ты вдруг начал смотреть на Темного Владыку и демонов свысока? Жунь Юй покачал головой с легкомысленной улыбкой. - Знаешь откуда и куда направлен мой взгляд, потому что сам задираешь голову до небес? - Ничья, - рассмеялся Сюй Фэн и они снова выпили. Немного помолчав, Жунь Юй отставил чашечку: - Я заговорил о возвращении тебе статуса лишь потому, что знаю, как смертные предвзяты к демонам. Они их побаиваются. Лю Ин лишь недавно объединила темные племена и провозгласила законы. Пройдет еще немало времени, пока репутация демонов в Царстве Смертных не восстановится. - Цзинь Ми не робкого десятка, - отмахнулся Сюй Фэн с усмешкой. - Если и положит нож, Будды из нее не выйдет. Жунь Юй посмотрел вкрадчиво: - Но статус небожителя мог бы облегчить тебе сватовство. Или ты собираешься скрывать от нее и ее семьи свою сущность? - Я никогда ничего от нее не скрывал. А уж со сватовством как-нибудь справлюсь. Сюй Фэн усмехнулся, предлагая выпить еще, но Жунь Юй пожал плечами и встал. - Как скажешь. Но мое предложение всегда в силе. Береги себя.