THE COLOR VIOLET

Уже больше недели Билли активно занимался познанием себя и своих сил под руководством любимой наставницы и подглядами любопытной Рио. И он был вполне расслаблен. Организм чутка подуспокоился после всего случившегося. Гормоны почти не донимали. Усидчивость находилась на месте. Так что он практически не говнился и был буквально шёлковым. Никаких фырканий, отказов и споров. Только послушное следование поставленным задачам. Да он даже домашку делать умудрялся. Где это вообще видано? Но неделя не может длиться вечность. Так что его покладистый настрой улетучился с наступлением нового понедельника. Как только воскресенье сменилось на «день тяжёлый», характер мальчишки притерпел соответствующие перемены. Он был злющим и ленивым сразу после пробуждения. Так что наврал Агате, что ему сегодня к четвёртому уроку, забил на любые задания и делал абсолютно всё, что можно охарактеризовать полной противоположностью прилежного поведения. Пубертат – дело такое. Никогда не знаешь, в каком настроении очухаешься после долгого сна.

<...>

Агата постучалась и вошла в детскую. Последние дни выдались до такой степени расслабленными, что она начала забывать, какой Уильям на самом деле. Казалось, словно он наконец пришёл в себя и стал более уступчивым. И это не могло не радовать, — Как дела с заклинанием? Думаете, он хоть что-то делал? А вот это вы зря. Всё это время Билли залипал на какое-то тупорылое видео. И, справедливости ради, оно было в тысячу раз познавательнее, чем старушачьи моралфажничества. Его уже слегка подзаебали эти уроки. И хотелось простого чилла. Но она задала это задание ещё неделю назад. И все эти дни ждала выполнения. И реально рассчитывала, что он практиковался. А ему было, ну... мягко говоря, до пизды, — Ась? — он непонятливо захлопал глазками и потянулся. — То задание, которое я дала ещё неделю назад. Как оно поживает? Мы же, вроде, договорились, что, раз у тебя сегодня отсутствуют первые уроки, то я как раз приду с проверкой этого волшебства. Как оно там? — А... ну оно... — он вдумчиво огляделся, пытаясь подобрать достойную ложь, — Я очень много над ним трудился. — Правда? Показывай. — ...эээ... Мы можем.... ну... эээ... необязательно же делать это прямо сейчас..? Можем мы, скажем, проверить его позже..? — Зачем? У тебя была ровно неделя. Мы договаривались. Сейчас у тебя есть свободное время. Так что, если ты активно занимался, никаких проблем возникнуть не должно. Давай, я жду. — Ээ... Ой, я... Я слегка нервничаю... Кажется... Кажется, что я не смогу... Не смогу без учебника... Мне... Ээ.. Надо подглядеть... Я до конца не уверен. — Конечно, какие проблемы? Можешь подсматривать, — она открыла книгу и положила прямо перед его носом. Он устало осмотрел страницы. Какая-либо мотивация отсутствовала напрочь. Агата требовала исполнить заклинание, на которое нужно заюзать дофига концентрации, умудриться произнести какую-то ебейшую скороговорку и совместить в комбинации всю ту обосранную кучу штук, что они уже вызубрили за последнее время. Это слишком нудно и запарно. И Билли, каким бы энтузиазмом он ранее не обладал, не питал ни малейшего восторга от подобного. Он единожды попробовал хотя бы посмотреть эти письмена, однако нашёл себя в думах о том, что, всё же, это вообще не его. Там тупо сами тексты были пипец какими трудными. И ему казалось, что необязательно мутить то, что тебе неинтересно. Кому вообще нужна эта конвергенция искусств? В какой момент ему это может пригодиться? Это выглядело как форменное издевательство чистой воды. Словно «Мисс Харкнесс» было до такой степени скучно, что она решила поржать. И он просто выступил в роли её жертвы. — О чём задумался? О том, что она и её методики устарели. На приличную сумму сотен лет. Какой бы сильной и клёвой она не казалась в начале, теперь она виделась слегонца душной. Все эти «классические» штуки, за которые она так топила. Миллион практик. Ненужная инфа, которую она «с таким трудом» собирала. Всё это выглядело таким... скучным. Агата оказалась слишком «гиком». Она была ещё большей заучкой, хотя вечно подъёбывала подростка, пока сама была в разы хуже. Её данные потеряли практическое приминения. Эпоха давным-давно прошла, но она всё ещё считала это фундаментом. Может, в XVII это ещё имело вес, но явно не в современных реалиях. Жизнь стремительно менялась, а она продолжала сидеть на осколках былой цивилизации, отказываясь шагать в ногу с прогрессом. Её взгляды подбешивали. Миллиард каких-то занудных, глупых правил, которым нужно было обязательно следовать. В общем, в последнее время подросток изучил скорее то, до какой же степени отличался их подход и мысли вокруг всего этого. Чёрт, они были пипецки разными. До такой степени громадный разрыв поколений... Нет, она, конечно, молодец, что научился всему, занимаясь вот этим невыносимым дерьмецом, но... Билли хотел другого пути. Он представлял это иначе. Буквально всё, что она вещала, сильно разнилось с тем, что он себе воображал. Да и вообще, его куда больше интересовали быстрые, красочные заклинания, а Агата настаивала на постепенном погружении с аккуратным повышением сложности. Прошла уже неделя, неужели этого «погружение» было недостаточно? Почему они до сих пор топтались на месте? Где та хвалёная «настоящая магия»? — Ммм? — она скрестила руки на груди, задумчиво склонив голову. — Пытался сконцентрироваться. — Если нервничаешь, то прекращай. Тут всё просто. Мы прошли все эти заклинания, и ты прекрасно с ними справился. Так что и это сделаешь. — Мне обязательно... делать его сейчас? — А у тебя есть какие-то ещё дела? Ты занимался им всю неделю. Так что нет смысла затягивать. Выполняй. И перейдём к следующему. — Но, если.. — Билли, заклинание. Чем быстрее ты с ним разделаешься, тем быстрее мы перейдём к изучению нового. «Будто оно мне надо», — промелькнуло в голове. И он нервозно закатил глаза. — Какие-то возражения? — Вообще никаких, — и его глаза вновь закатились. — Тогда приступай. Он тяжело вздохнул и упёрся в книженцию. — У тебя получится. И это напутствие лишь сильнее выбесило. Чо он там сможет? Он даже прочитать эту хуйню не в состоянии, до такой меры она бесячая. Он потёр шею и принялся бубнить что-то, отдалённо напоминавшее текст. Руки беспорядочно забегали, пытаясь изобразить хоть одну из заданных позиций. Лицо ведьмы оставалось невозмутимым. Однако настроение менялось с каждым новым детским обсёром. — Ммм, тутуту, лалала, блаблабла, абракадабра, пупупу, вуаля, хуёмоёпятоедесятое, — он кое-как приподнял бутылку, повертел её, неловко пронёс на пару сантиметров вперёд, после чего растерял всю концентрацию. Так что та грохнулась, естественно рядом с Агатой, чтобы помочь той с принятием душа. Женское лицо возмущённо дёрнулось. Она сделала шаг назад и оглядела разведённый беспредел. Билли пожал плечами, истерично хихикнул и состроил физиономию великого дурачка. — То есть, я дала тебе неделю, — рука приподнялась и расправилась с влагой на теле, — Надеясь на твоё благоразумие, — она переключилась на ковёр, — А ты все эти семь дней пинал балду, не делая абсолютно ничего из того, что я тебе задала? — весь срач убрался, бутылка починилась и встала на стол с предупредительным, недовольным стуком. — Я делал. — Что ты делал? Делал вид, что занимаешься? — руки вновь сцепились на груди, — Водил за нос? Почёсывал всё, что у тебя там зудит, вместо учёбы? — Я реально занимался. — Я заметила. Ни одного правильно произнесённого слова. Ни одного повторённого жеста. Ты не просто ошибся/не допонял/выполнил неловко, ведь ты только учишься. Нет, ты тупо ничерта не делал. Вообще. Даже не пытался открывать эти страницы. — Я открывал. — Сколько раз? 1? Во время того, пока выбирал новую электронку и смотрел очередную порнушку? Или, пока писал ещё одну лабуду на ao3 и wattpad? Как там поживают твои влв и млм фанфики? Хорошо им, когда их хозяин занимается чем угодно, только не обучением? Ведь в разы интереснее писать про двух мужиков, которые накидались, словили приход, а потом один из них совал огурец во все свои причинно-следственные места. И ему это нравилось до тех пор, пока плод не вошёл чересчур далеко, застряв в глубинах ануса, и его доставали чуть ли не всеми силами вселенной. После чего пришлось какое-то время делать «укольчики в попку». Это было, конечно, неприятно, но «очень познавательно». И после укольчиков бойфренд его ещё поджопниками награждал и поругивал. Он обиженно надулся и сцепил ноги. Когда писалась та работа, ему было охуеть как круто. И он ебать как перевозбудился. И они с Эдди надрачивали на этот литературный шедевр неоднократно. Но, когда оказалось, что его видела ещё и бабка... Когда она вообще успела? Короче, с её слов это всё перестало звучать столь же сексуально. — Меня поражают твои фантазии, подросток. — ...Вам ещё рано читать НЦ-шки. — А тебе ещё рано их писать, Уильям. Он одёрнул футболку и поёрзал. Знала бы она, какие штуки он хотел бы повторить с Эдди... — И смотреть порно. Тебя должно интересовать получение новых знаний, а не... всё вот то, что тебя интересует. — ...да это не Ваше дело. — Моё, когда ты не выполняешь моих заданий. Билли, это ты обладаешь неконтролируемой силой. И это именно тебя должно волновать её освоение. Не меня. Не Рио. Не кого-то там ещё. А именно тебя. У тебя буквально есть все средства для получения качественного образования. Но ты плюёшь на них в угоду какого-то.. Да в этом возрасте глаза должны гореть восторгом и интересом. Особенно, когда у тебя столько источников. Однако тебе насрать на всё. — ...и ничего мне не насрать. — А то я не вижу. Что ты делал всё это время? — она притянула ноутбук и оглядела вкладки, — «Что делали люди до появления секса?», «Сколько раз в день нужно дрочить, чтобы укрепить пенис?», «Лучший вибратор в соотношении цена-качество», «Можно ли удовлетворять себя колбой от зелья?», «Какой самый лучший способ послать нахуй, не используя мат?», «Топ LGBTQ+ фильмов для взрослых», «Эротическое боди», «Кожаные наряды», «Лучшая готическая палетка» <...>. Ему было не то чтобы неловко, но всё-таки неприятно. Почему ему должно быть стыдно за эротические фантазии? Он же не виноват, что Агата – мамашка-монашка-ебанашка. Это сугубо её проблемы, что она считает его «слишком маленьким» для такого. Что ему, по её мнению, делать? В пирамидки и песочек играть? Молоко пить? Пешком под стол ходить? Днями и ночами думать про учёбу? Хочет и дрочет. Ей-то какое дело? — Что из этого хоть как-то похоже на полезный досуг? — она вернула комп на место. — Разбор функций и диаметров вибраторов. И её это умозаключение не особо обрадовало. Еле ощутимый, но невероятно стыдный подзатыльник тут же прилетел по дурашливой голове. — АЙ! ДА ЗА ЧТО?! — За всё хорошее. — она хмыкнула и двинула второй раз. Они были игривыми, не доставляли ни малейшего дискомфорта, кроме как негодование. Но для юнца это был ебать какой удар по его чувству собственного достоинства. — ДА ЧТО Я СДЕЛАЛ?! — Вернее будет сказать, чего ты не сделал. — Пфффф. — Уильям, я не шучу. Твои силы нуждаются в контроле и изучении. — И Вы первая в списке тех, кого это трындец как волнует. — А должен быть ты. Но тебе повезло, что есть хотя бы я. — "Ну да". "Очень" повезло. — Какие-то проблемы? — Да нет. Никаких. Разве что, Вы и Ваши методики. — Что не так с моими методиками? — Как бы Вам сказать... всё. Абсолютно всё. Все эти книжки, записки сумасшедшего и прочая фигня устарели лет эдак на 300. Они такие же бесполезные и непрактичные, как и палка-копалка. В этом нет никакого смысла. Это заклинание, на котором Вы так настаиваете, не несёт ровным счётом ничего. Оно просто есть. И Вы просто заставляете его учить, ведь «так надо». Без какой-либо реальной надобности и функциональности. — Так ты у нас прерождённый эксперт в «нужных» и «полезных» заклинаниях, как я погляжу? — Ну уж явно могу отличить какое-то говно от реального колдовства. — А, так тебе хочется «настоящей магии»? — Знаете, было бы славно. Именно об этом я и просил у Вас с самого начала. Её лицо помрачнело, весь лояльный настрой рассыпался о жестокую реальность жития с пубертатной занозой. Но она не была бы собой, если бы не имела очередной воспитательной идеи на такой случай. Знаете, хочет он магии? Он её получит. И запомнит этот урок надолго, — Поднимайся. — Нафига? — Вставай, Билли. — тон был холодным, как и взгляд. — Чтобы что? — Чтобы увидеть «реальное колдовство», подросток. Поднимай жопу. — Чо, опять будете шлёпать, ведь всё идёт не так, как её величество хочет, чтобы оно шло? Она фыркнула и подняла его магией. — Как грубо. Смотрите, не отбейте руки о мои «нахальные булки». Она не стала давать комментариев на это зубоскальство, лишь сильнее нахмурилась и зачоравала комнату, превратив её в квадратное, открытое, пустое пространство без каких-либо барьеров, мебели и прочего лишнего дерьма. — Ого, намечается пошлая вечеринка? «Сейчас ты получишь такую вечеринку...», — и она создала магическую сферу, после чего без какой-либо жалости пустила её в засранца. Он с трудом отскочил, шокированно распахнув глаза, — Что Вы творите?! — Демонстрирую «реальное колдовство». Защищайся. — новая сфера выдалась ещё больше. И полетела туда же. Билли отстранился и с ужасом проследил, как магия врезалась в стену, оставив после себя громадный след. Старушенция задействовала реальную мощь, а не тренировочные снаряды. — Чего же ты? Это «настоящая магия». Почему же ты ничего не делаешь? — она хмыкнула и создала ещё несколько сфер, которые совершили своё приземление вокруг подростка. И тот был на волоске от того, чтобы подпалиться. — АГАТА! — Защищайся, Билли. Как только он увидел, как она кастомит новое заклинание, он побежал. Она взлетела и начала обстрел с лучшей точки обзора. — ХВАТИТ, АГАТА! ЧТО ВЫ ВЫТВОРЯЕТЕ?! — Провожу обучение. Одна из сфер задела подростковый зад. Он плюхнулся на землю и судорожно пополз в сторону, — ИСПОЛЬЗУЯ СИЛУ?! ХОТИТЕ МЕНЯ ИЗУВЕЧИТЬ?! — Лишь преподать урок. — она подняла его волшебным водоворотом и направила ещё один шар. — ВЫ БОЛЬНАЯ! — он метнулся в сторону и обернулся на взрыв. Всё пространство уже представляло из себя обилие краторов и полос. — Главное, что ты здоровый. «Такими темпами...», — он не успел закончить мысль, поскольку Агата решила пойти во все тяжкие. И обстрелы стали гораздо чаще и беспощаднее. Он только и делал, что бежал и уворачивался. — Защищайся. — ДА НЕ БУДУ Я С ВАМИ ДРАТЬСЯ! — С чего вдруг? Кишка тонка? Все силы заканчиваются разглагольствованиями и дерзостью? Сливаешься, как только доходит до настоящих действий? — Я ПОХОЖ НА ДУШЕВНОБОЛЬНОГО?! — Нет. Всего лишь на ребёнка, который не умеет думать, прежде чем говорить. — она усмехнулась и швырнула несколько сфер так, чтобы он точно не смог увернуться, — Защищайся, Билли. Он схватился за пораненную руку и зло уставился на наставницу, — Я УИЛЬЯМ! — Да хоть Кролик Питер. — она приподняла его и плюхнула на попу, — Поднимай зад и отвечай мне. — ДА КАК Я МОГУ ВАМ ОТВЕЧАТЬ?! — он вскочил на ноги и сжал кулаки. — Ну, ртом же как-то отвечаешь. Попробуй перенаправить свою энергию в более подходящее русло. — и она снова накастомила заклинание. — ДА ВЫ НЕНОРМАЛЬНАЯ! — А ты не способен ни на что, кроме заносчивых речей. И это твоя главная беда. — она принялась швырять шары прямо ему под ноги. — АГАТАААА! — Мгм. — жертва была подбита. Подросток с громким визгом плюхнулся на землю, неприятно стукнувшись коленями. Она подняла его над землёй и притянула к себе, — Ну и где же твоя «хвалёная настоящая магия»? — ВЫ СОВСЕМ С УМА СОШЛИ?! — он бы с радостью бросил ей вызов, но теперь был повязан по рукам и ногам. А до этого ни одно из тех заклинаний, что они учили все эти дни, не смогло начать работу. Он не успевал даже думать о них. Агата была слишком нещадящий, так что не давала ни секунды, чтобы остановиться, освежить память и попытаться накастомить хотя бы маленькую сферочку. — Что-то ни одно из твоих охерительных заклятий себя так и не проявило. Знаешь, если они всё ещё остались в твоём заначнике, сейчас самое время для их демонстрации. — она хихикнула и метнула его в стену. — АГАТААА!!! — он в ужасе зажмурился. — Не сорви голос. — говнюк не успел долететь до твёрдой поверхности, вместо этого ведьма дёрнула его к себе, после чего направила в угол комнаты и приземлила на жопу. Вполне себе ощутимо, но без каких-либо повреждений, поскольку ни одну стену он так и не поцеловал. И отбивать его копчик в планы не входило. Он распахнул глаза и напуганно огляделся. Пальцы судорожно вцепились в землю. Дыхание было до такой степени сбившимся, что он еле глотал воздух. — Следи за обстановкой. — и она швырнула магию. Мальчик еле успел увернуться. — Не отвлекайся. — новый шар прилетел с другой стороны. Истерика была уже здесь. Она должна была вот-вот разразиться. Но пока что он старался уворачиваться. — Не теряй бдительность. — и она пошла с козырей: заставила его замереть и пустила серию сфер. — АГАТААА! — он втянул шею и закрыл глаза, ожидая неминуемой кончины от энергии, летящей прямо в лицо. Агата остановила сферу в паре миллиметров от его носа и рассеяла её, — Вот для этого и нужны «все эти книжки, записки сумасшедшего и прочая устаревшая фигня». — она спустилась к мальчишке и убрала магические оковы. Он открыл зарёванные глаза, с обидой уставившись на наставницу. Комната вернулась к своему привычному виду, — Тебе предстоит ещё многому научиться, подросток, — она потянула руку к его личику. Однако он резко отстранился. — Ты же знаешь, я бы не причинила тебе реального вреда. Детские кулачки лихорадочно прошлись по глазам и носу, пытаясь расправиться с постыдными отпечатками преподанного урока. — Не стоит говорить, если не имеешь достаточной базы для подтверждения своих слов. Он ощущал себя таким жалким и растоптанным. Сердце стучало так дико. Горечь уязвления сжимала горло. Было невероятно неловко и до ужаса противно от себя и всей этой ситуации. От своей ничтожности. И от женской правоты, с которой не хотелось мириться. — Всё в порядке, Билли, — она поддерживающе потрепала подростковое плечо. И он почувствовал себя ещё более огорчённым. — Давай, поднимайся, — она попыталась ему помочь. Однако юноша оттолкнул эти "жалостливые" ручонки и встал сам. Она покачала головой, отодвинула ноутбук и положила на его место учебник латыни и магический справочник, — Я жду от тебя заклинание. Он цокнул, опять потерев стыдливое личико. — И перепиши мне эти несколько страниц в наказание за хамство. — Тцццц! — Все заклинания, что мы изучили за эту неделю. Плюс вот это новое. И вот эти страницы латыни. И обязательно с отработкой. Как только закончишь, мы повторно их проговорим. И ты ещё раз мне их продемонстрируешь. — ...бля. — И без «бля». Всё вот это + три дня без ноутбука. Он всё равно не понадобится тебе в ближайшее время, — и она забрала ещё и комп, поместив на его место ручку и тетрадь. — Это несправедливо! — Ещё как справедливо. — И бесчеловечно. И Вы не имеете права. — Скажи спасибо, что я никак не отреагировала на твою последнюю ложь. — Какую, к чёрту, ложь?! — Про «четвёртый урок». Думаешь, я до такой степени глупа? — Пффффф. — По-хорошему, надо было хорошенько тебя нашлёпать и отправить прямиком в учебное заведение. Он сердито закатил глаза. — Но тебе повезло, что я добрая. И, что там не было никаких важных занятий. — "Очень" добрая. — Невероятно лояльная. — "Ну разумеется". — Именно так. — Успокаивайте себя подобной шизой, если это помогает Вашему самомнению. О, её очень не впечатлил его новый стервозный порыв. Ладонь прилетела на булки со смачным хлопком, настолько громким, что от этого звука могли бы полопаться лампочки. — АЙ!!! — Билли подпрыгнул и схватился за зад, кинув в Агату свой самый злобный взгляд. — Три дня без компьютера и переписать всё, что я велела. — Да Вы не посмеете! — Ещё как посмею. И спускайся к столу. — Да я не хочу есть! — Это не обсуждается, Уильям. «Ну и дура.» — От дурака слышу. — Пфффффф. — И хватит закатывать глаза. Первым же сообщением после её ухода Билли скинул короткое: «Старуха в край охуела. Ну и блядина», — для своего отбойфренда, дабы подогреть интерес и получить поддержку. Ибо нехуй.

* * *

Глаза подросток, по итогу, закатывать не прекратил. Он бесился на каждое сказанное слово и взгляд, хотя напрямую грубить не решался. Однако пребывал в невероятном стрессе и обидках. Они были столь значительны, что, когда на завтрак мальчик получил то, что сам же и выпрашивал часами ранее, он чуть не устроил истерику подобно пятилетке. Это чертовски напрашивалось, хотя он-таки сдержался и не раскапризничался. Но пиздецки хотелось. Просто бабка его обидела. Задела до глубины души. И эта рана теперь не затянется, пожалуй, никогда.

* * *

Настроение было настолько отвратным, что он решился поднять себе его нарядом. Сегодняшний образ был под стать его самочувствию: рваные кожаные джинсы в облипочку со штанинами, державшимися на одних лишь ремешках, из-под которых отчётливо виднелись сетчатые колготки, сетка вместо кофты, перчатки без рукавов по локоть, громадное обилие цепей, крестов, черепов и прочей мистической приблуды и супер броский смоки с чёрной помадой. Он был в полнейшей боевой готовности. И выглядел на всю 1000%. Оставалось только дойти до школы и разъебать эту шарашкину контору к чертям собачьим. Когда подросток снизошёл к Агате, та обомлела. И не в самом лучшем смысле этого слова. Этот наряд был уже на уровне too much. Хотя смотрелся он в нём, если честно, очень уверенно, — Ты в таком виде собрался в школу? — Ну да. А чо? — Не чо, а что. Этот костюм неуместен для учебного заведения. — Разве это не проблема заведения? Пусть тогда они и меняют свои "правила", расширяя кругозор. — он нагло хмыкнул и спустился вниз. — Этот наряд не для школы, Билли. — Это сказала школа? Или Ваш задетый нарциссизм? — Это мне сказали многолетний опыт и наличие здравого смысла. — Ну, тогда проверьте их на предмет надобности записаться в дурку. — Что за разговорчики? — А что, самовлюблённая натура не привыкла, что с ней общаются на её языке? Только Вам можно важничать? — Подросток, выражения. — Я выражаю свои мысли чётко, внятно и понятно. Без лишних напрягов и недочётов. Не моя проблема, что её величество что-то не устраивает. — Если ты не прекратишь это представление, – «её величество» тебе такое «устроит», мало не покажется. — Ха! — глаза, как обычно, закатились, — Пусть для началала проверит голову и избавится от своего занудства. Вот же мелкий... Она резко выдохнула, отгоняя все мысли об использовании инструмента, в который так активно впились ногти на брюках. Пальцы разжались, покинув ремень, — Ты не выйдешь так из дома. — Кто сказал? — Я. — А Вы мне кто, стесняюсь спросить? — Билли, ты не выйдешь из дома в таком виде. — Может, я сам решу, в каком виде мне выходить? — Решалка ещё не выросла. Марш переодеваться. — Вы не заставите меня переодеться. Моё тело – моё дело. — Мы это уже обсуждали. Неоднократно. — И Вы, кажись, недопоняли. — Нет, это ты, «кажись», недопонял. Бегом переодеваться. — Да чёрта с два. Я – свободная, независимая личность. У меня есть права. Я могу распоряжаться своим телом так, как мне того хочется. И одеваться могу в то, во что захочу. И никто не в праве меня ограничивать. Это нарушение прав человека. — Ты несовершеннолетний и идёшь в школу, подросток. Такие образы не предназначены для школы. И для твоих лет. Я тебя не ограничиваю, но существует такая вещь, как «уместность». И этот костюм не подходит под эту категорию. В таком ходят в свободное время и на специализированные мероприятия. Но явно не в учебное заведение. Тем более ты еще и совершеннолетия не достиг. А это достаточно откровенный наряд. Я бы даже сказала, «чересчур». Явно не по твоим годам. Тебе в таком, разве что, дома гонять. Но явно не в обществе, где существует громадная куча разных людей, в том числе тех, кого подобное "провоцирует". Извини, но ты слишком мал. И идешь не в клуб, а в школу. Так что снимай это и надевай подходящую одежду. Бегом. — Да Вы не можете так говорить! Это просто нечестно! Это всего лишь костюм! — И ты всего лишь ребёнок. И я пекусь о твоей безопасности. — Да Вы только о себе и думаете! — Нет, Билли. Я думаю о тебе. Я не запрещаю носить такое вне школы, особенно наряжаться так дома в свободное время. Но явно не на учёбу. И вообще, на улицу пока что рановато. — ВЫ НЕ МОЖЕТЕ ДИКТОВАТЬ МНЕ, ЧТО МНЕ НАДЕВАТЬ! — Я и не диктую. Но в этом ты не пойдёшь. Так что поднимайся и переодевайся. Бегом. Я жду. — ДА НИФИГА!!! — он зло топнул ногой и метнулся к выходу. — Так не пойдёт, Уильям. — она перегородила проход и поймала его за руку. — АГАТА, ЭТО МОЁ ТЕЛО! И Я ПОЙДУ ТАК, КАК МНЕ ТОГО ХОЧЕТСЯ!! — Нет, ты пойдёшь так, как можно ходить подростку, который едет получать новые знания. — НЕТ, ВЫ НЕ ИМЕЕТЕ ПРАВА! — Прекращай этот детский сад. Просто переоденься. И мы поедем на учёбу. Без вот этих глупых ссор. — ТОГДА НЕ НАЧИНАЙТЕ ИХ! ЧТО НЕПОНЯТНОГО?! Я ХОЧУ ИДТИ ТАК! — Но ты так не пойдёшь. Ведь такой наряд не подходит для школы. — ДА КАКОЕ ВАМ ДЕЛО?! ВАС ЭТО ВООБЩЕ НЕ КАСАЕТСЯ! — Прекрати кричать. И меня это касается напрямую, поскольку я несу за тебя ответственность. — ДА ЗАСУНЬТЕ СВОЮ ОТВЕТСТВЕННОСТЬ СЕБЕ В.. — Ну-ка цыц. Билли, я сказала, ты не пойдёшь в школу в подобном костюме. Ты буквально голый. Ты выглядишь распущенно. Невероятно пошло. Слишком открыто для твоего возраста. Это не костюм для школы. — ДА МНЕ НАПЛЕВАТЬ! — Ты светишь своими сосками и труселями, Уильям. — И ЧО?! — И то, что это не костюм для школы. — ПФ! — Иди переодеваться. — ДА НЕ ПОЙДУ Я! — Ещё как пойдёшь. — НЕ ПОЙДУ! И ВЫ МЕНЯ НЕ ЗАСТАВИТЕ!!! — он замахнулся не захваченной рукой. Она взяла оба запястья в одну руку и хорошенько приложилась к детской жопе свободной ладонью. — АЙ!!! — сраные рваные джинсы были рваными и тонкими буквально везде. Так что эти тупые дырки прямо в районе ягодичной складки сыграли очень злую шутку. Бабка хлестанула прямо туда. И кожа, не защищённая ничем, сразу же покраснела. Ещё и труселя. Надо же было натянуть стринги. Абсолютно нулевая протекция. — Ты немедленно пойдёшь переодеваться, Уильям. — ладонь легла на зад ещё пару предупредительных раз. — АЙ! ДА НЕ ПОЙДУ Я! КАК ВЫ СМЕЕТЕ?! Я НЕ ХОЧУУУ! — Пойдёшь как миленький. — как же удобно, что жопка была в такой потрясающей доступности. Рука прилетала прямо в громадные дырки, провоцируя дикие писки. — АЙ! АГАТА! КАКОГО ЧЁРТА?! АЙ!!! — И только попробуй ещё что-нибудь выкинуть. — она отстегнула застёжки, кое-как державшие на себе штанины, — Это буквально дырявые труселя, а не брюки, Уильям. — низ держался теперь лишь на передних ремешках, так что куски ткани унизительно спустились ещё ниже, чем они были до этого, — Ты ни за что не покинешь стены этого дома в таком виде. — она задрала верх посильнее, закрепив его под резинкой "трусов", обнажая непокорные ягодицы, — Это непозволительно. Ты слишком мал, чтобы надевать подобное. — рука ложилась на возмущённые булки, оставляя отчётливые отпечатки ладони. — ДА ЗА ЧТО?! — За всё хорошее, а именно: за грубость, ложь и отвратительное поведение. — АЙ! ААААЙ! МАМА, ПРЕКРАТИ!! ХВАТИТ! — Ты сейчас же переоденешься и перестанешь вести себя подобным образом. — ТЫ НАЧАЛА ПЕРВАЯ! — Ты хочешь это обсудить, Уильям? Он зло выдохнул, почувствовав, как ладонь в последний раз мощно легла на попу и переместилась к ширинке. Голова тут же протестующе замоталась. — Отлично. Потому что иначе этот диалог бы сильно затянулся. — она убрала руку с ширинки и вновь вернулась к ягодицам. — Ай! ...ай! Мам... Ауч! Уф! Ооой! АЙ! ОЙ! ОУЧ! ААААЙ!!! — Ты немедленно переоденешься и ни за что не устроишь мне подобного в будущем. — АУЧ! ААААААЙ! ОЙ-ОООЙ! ААААААЙ! МАМ! АЙ! МММ! — Я понятно звучу, подросток? — ...мх. Ай! — Я не слышу. — Ой! ..мам. Ауч! Да.. ДА! Я ПОНЯЛ! АААЙ! Ауч! ООЙ! — Хорошо, ведь в противном случае мы будем говорить жёстче. — АЙ!! Она остановилась и оглядела разрумянившиеся булки, — И не смей поднимать на меня руку. — ...ма. Она покачала головой. Глаза заприметили провод, лежавший буквально под рукой, — Только попробуй ещё раз вытворить нечто подобное. — провод со свистом встретился с задом. — МАМ! — Только попробуй. — ещё 4 удара, после чего она наконец остановилась и выпустила запястья. — ...это несправедливо... — он хлюпнул, понурил голову и потёр попу. — Очень справедливо. Марш переодеваться. — ...я просто хотел пойти в том, в чём мне комофортно... — Тебе комфортно выглядеть так, словно ты только что слез с шеста? Он вновь хлюпнул, продолжая гладить зад. — Билли, это не подходящий для школы наряд. И ты никогда не пойдёшь туда в таком виде. — ...конечно, Вы же самая умная. — У нас нет времени на это нытьё. — ...пф... Она хмыкнула и взяла его за ухо. — Мам! — он попытался разделаться с захватом. Но Агата лишь крепче его сжала и потянула в комнату, — Ты идёшь переодеваться. Он обиженно скулил, чувствуя стыд по всему телу. Прохлада дома была бы приятной, не будь он сейчас полуголым. Да ещё и с подогретым задом. Старушенция, конечно, не отхлестала его, как делала это обычно. Это было скорее напоминающе-разминочное. Он даже заплакать не успел. Но жопа всё равно зудела. И было пипецки дискомфортно. И, как минимум, в ближайшие минут 30 ему будет нехорошо. В машине он будет ёрзать только так, пока покраснения-таки не улетучатся. Конечно, его не наказали полноценно, но ощущения были такими же яркими. И это так чертовски бесило, жуть. Агата знала, о чём он думает. Но, господи, как же он это заслужил. Каждый такой раз. Он самолично напрашивался, а потом дулся. Этого бы не произошло, если бы он просто пошёл переодеваться. Но он сам всё довёл до такой точки, что пришлось вновь ставить его на место. Какой же он, блин, невозможный. До ужаса.

* * *

Больше Билли не сказал Агате ни слова. Она его, блять, обидела. Несколько раз за день. И даже не извинилась. Заставила переодеваться. Ещё и сказала взять с собой книгу заклинаний, чтобы на досуге почитать. Стал ли он её брать? Да ни в жизни! Он запрятал её в шкаф, а вместо неё запихал в рюкзак тот самый наряд, за который ему влетело. Настоящий панк! И даже не пытайтесь говорить, что он не прав. Единственный раз, когда они переговорили, был в машине. Они были возле школы. И Агата сообщила, что заберёт его вечером, чтобы они куда-то там поехали, а потом позанимались ещё чем-то там и т.д., и т.п. Билли было до пизды. Он просто кое-как ей ответил, типа "соглашаясь". Хотя на деле планировал съёбы гораздо раньше. И уж явно не в компании этой тупой пизды. Но ей про это знать необязательно. Пусть считает, что имеет над ним контроль. "Ага". В своих чёртовых мечтах.

* * *

Подросток встретился с Эдди в курилке. Ну, вернее, в том укромном уголке на третьем этаже под лестницей, которое не было предназначено для данных целей, но всем было плевать, так что самые бесстрашные, непослушные пубертатники использовали этот закуток именно для таких целей, пока никто не ловил за зад. — Привет, — Билли повис на чужой шее и чмокнул любимые губы. — Ты так подрос, — Эдди временами шутил подобное говнецо. Поскольку в последнее время они виделись не так часто, как того хотелось бы. К тому же, бойфренд частенько вёл себя очень инфантильно. И эта его Агата с её этим воспитанием... Короче, подкалывал он его знатно. — Ха-ха. "Очень" смешная шутка, — он отобрал электронку и затянулся. Вообще-то, когда бабка выпорола его в последний раз, он действительно перестал курить. Вот, как она его отхлестала, так он и не брал в рот в течение кучи дней. Когда она его отходила? В пятницу? После было два выходных и целая рабочая неделя. В общем, где-то в районе 10 дней юноша был послушным очаровашкой и правда не употреблял. Уж очень сильно болели булки. Но настала новая неделя. И он переродился. Подобно Фениксу. Так что, когда он спонтанно ухватил электронку и курнул, разумеется назло Агате, он ощутил такой ебейший прилив адреналина, что словил от него эйфорию. Вновь за её спиной! И она даже не нарисовалась где-то рядышком. Он буквально делал затяжки, попутно посылая женщину на все весёлые буквы. Может, это было даже своего рода мазахизмом. Да хер бы его знал. Она сама виновата! Если бы она не унизила его дважды за день, он бы ещё подумал о соблюдении их «сделки». Но, раз уж она возомнила себя центром вселенной, пусть расплачивается теперь огромным дилдаком в свою «центральную» дырку. Пошла нахуй! Это его тело. ЕГО, а не её. Будет она ещё что-то там запрещать! — Ты не в костюме? — Нет-нет, он на месте, — юноша открыл рюкзак и продемонстрировал ебейший лук, — Она просто не разрешила. Сказала, мол «этот наряд неуместен для школы». — И ты внимаешь каждому её слову? — Вовсе нет. Я просто решил, что не стоит устраивать лишних повод для оров. Она и так как псина лает на постоянке. — Строгая она. — Я бы сказал, «припизднутая». Она такая ёбнутая. Я уже не выдерживаю. Блять, это просто невозможно. Эта тупая шалава сегодня дважды на меня нагнала и устроила мне сцены. Была бы моя воля, давно бы набил ей ебальник, чтобы не выёживалась. — Прямо так? — Ну, не совсем. Но послал бы точно. Типа, какое она вообще имеет право? Кто она такая? Не представляешь, как заёбывает, когда тебе вечно ебут мозг. Еще и эта её... прошмандовка. Не знаю, ебутся ли они или ещё нет, но... — Ты про Рио? — Ага. Она такая... бля, не понимаю, как они сошлись. Честное слово. Это даже трудно описать. — Да уж. Могу представить. Смерть и Убийца ведьм. Звучит как сюжет для фанфика. — Самого низкосортного влв говнишка, — она захихикал и вновь курнул. — Планируешь переодеваться? — Ну разумеется. — А что насчёт вечера? Сегодня всё в силе? — Естественно. — И она прямо отпустила тебя гулять? В другой штат. Так ещё и в бар. Ещё и до поздна. — Она прямо вообще не в курсе, ведь это её не касается. Ха! — Ты такой преступник. — Ну, если бы она сегодня не начала... Но она начала, вот пусть и ловит ответочку, — вообще-то Билли правда уважал Агату. Но ещё ему действительно необходимо было показывать характер. Особенно после подобных выволочек. Он не то чтобы её после такого ненавидел. Нет, скорее просто шалил, провоцируя. Просто действовал назло, пытаясь продемонстрировать себя и свои возможности. И каждый раз это кончалось плохо. Для него. Но всё равно ему хотелось это делать. Это была мини-месть, за которой следовала разрушительная кара. Видимо, он и правда не мог жить без того, чтобы доводить её до ручки. Словно такие ситуации сближали их куда больше, чем простое общение. И, вроде, послушная часть его и так была на стороне наставницы, но непокорная... Она становилась причиной всех их скандалов. Может, он бы даже и не воротил подобное, не будь внутри всего этого бушующего водоворота, который нарочно его подстрекал и будоражил. Он даже все те сказанные мерзости не имел в виду. Это просто гадкий характер, не более. Это была обидка, но без настоящей обиды. Попытка узнать, как далеко можно зайти, прежде чем властная мать его найдет и даст пизды. Он прощупывал почву, не будучи до конца уверенным, что они-таки состоят в отношениях мама-сын. Ему важно было подтверждение. И её наказания им были. Да и вообще, он не пытался это анализировать, просто был ребёнком. И позволял себе подобные капризы, поскольку, а кто ему запретит? Для этих целей была Агата. И это уже являлось её проблемой, а не его. Его делом было лишь набедокурить. А дальше уже как карта ляжет. И сегодня эта карта подсказывала, что ему дадут пиздюлей, но он был к этому готов, ведь оно того стоило. Она слишком его довела, чтобы просто спустить всё на тормозах. Её следовало проучить. Что он и планировал сделать.

* * *

Конечно же, Агату вызвали в школу. Естественно, из-за неподобающего вида её сыночки. И, разумеется, она приехала. И, чёрт возьми, этого мелкого паршивца и след простыл. Они с друзьями свалили из школы гораздо раньше, чем она до неё добралась. И, когда она зашла в кабинет директора, мальчишки там не было. Директор был в ахуе. Администрация школы была в трихуе. А ведьма была... да уж. Надо было всё-таки его выпороть. Вот, каждый раз, когда организм чувствует, что следует, не стоит давать слабину. Он никогда не ошибается. И она в очередной раз в этом убедилась. Если бы она только знала... Следовало догадаться. Рио права, она стала чересчур мягкой. И он этим пользуется. Перекинь она его и стяни чёртовы труселя... Всего этого бы не случилось. Её не отчитывали бы как маленькую девочку, обвиняя в недостаточно качественном воспитании. И этот сучёныш не решился бы на побег. Да ещё на какой! Он поставил энергетический блок. Да такой мощный, что Агата всё никак не могла его разбить. И это бесило ещё сильнее. Он выводил до невозможности. Мелкий кусок дерьма...

* * *

Ох, как же ему было весело. Вы бы знали. В этом наряде и вдалеке от Агаты Харкнесс. Они сели в машину и свалили в Пенсильванию. 4 часа до самого штата и еще полтора, чтобы добраться до нишевого бара, в котором рады даже самому малолетнему дурачку. Там было чертовски хорошо. Аутентичная атмосфера, приятное освещение, спокойная музыка, вкусный алкоголь и никакого контроля. Это ли не чудо? Как только они зашли в бар, и Билли выпил бокал, ему тут же стало лучше. А следом пошёл и второй. И третий. И, о... Он выпалил всю историю Агаты, Рио и Ники. Со всеми секретами и подробностями. И не забыл поделиться ещё и своими. И... Ох, если бы это увидела наставница... Слава вселенной, она была в другом штате и понятия не имела, где его носит.

* * *

Билли сидел возле стены и потягивал очередной коктейль, наблюдая за происходящим в пол глаза. Эдди куда-то отлучился. Его друзьяшки тоже. В общем, мальчишка был предоставлен сам себе. Да он и не был против. Где угодно лучше, чем с Агатой. Особенно, когда ты такой пьяненький. Так что он просто попивал напиточек и заинтересованно рассматривал атмосферу. Ладно, не сказать, что заинтересованно. Голова слегка кружилась, было душновато и мозг был уже таким... никаким. Он мало о чём задумывался. Скорее просто находился в моменте. Странный мужик подсел к подростку без какого-либо разрешения. И сразу же завязал "душевный" диалог. Билли отвечал ему вполне спокойно. Без какой-либо агрессии и конкретики. Он лишь поддерживал этот мини-ток, так как делать ему было, собственно говоря, нечего. Всё шло хорошо. В один момент мужик приобнял его и продолжил увлекательную беседу. Билли не обратил на это ни малейшего внимания. Ну обнял и обнял. Они же всего лишь болтали. И он просто облокотился на диванчик. Что тут такого? А потом речь зашла о магии. И мэн предложил сходить в туалет, чтобы «посмотреть одно старинное заклинание». И, типа, юноше было пиздецки интересно, ведь там был какой-то супер старый, невероятно крутой приёмчик. Так что он, разумеется, пошёл. А рядом, к слову, не было никого, кто мог бы его образумить. Так что вошли они в закаулки бара без свидетелей. И тут... началось. Он был выше. И ему не стоило никаких усилий, чтобы вжать мальчишку в стену, перегородив какие-либо пути к отступлению. — Что т-ты делаешь? Ты же говорил, что мы будем смотреть заклинание. — Мама не учила, что не следует доверять незнакомцам? — он усмехнулся и взял детский подбородок, — Чужие дяди бывают очень опасными, — палец прошёлся по нижней губе. — Я не понимаю. Ты... ты говорил, что мы... что я... — Ты – глупый, маленький мальчик. И твоей маме нужно следить за тобой гораздо лучше. И воспитывать тебя в разы строже. Ведь то, что ты мне рассказал про её утреннее.. Ох, она явно была недостаточно строга. Для тебя. Но не для меня. И спасибо ей за это. Ведь тот самый наряд, который ты всё равно натянул, хотя она тебе запрещала, стал отличным подарком, — пальцы пробежались по шее, спустились к плечу, после чего приземлились на сосок, — Ты очень плохой мальчик для не менее нехорошего дяди, — он надавил на грудь. — Нет. Пусти! Пусти меня! — он попытался оттолкнуть мерзкого мужика, однако тот был в разы сильнее, так что его мощная рука лёгким движением зажала запястья над головой, — НЕТ! — Очень плохой мальчик, — он прошептал это на ухо и опустил свободную руку на бедро. — НЕ ТРОГАЙ! НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ! — он ворочался и брыкался, пальцы попытались закастомить заклинание. И у него это даже вышло. Удалось поднять бутылку, поднести её к чужой бошке, облить её и стукнуть по ней. Однако особой реакции, кроме хохота, это не вызвало. — Как же ей, должно быть, стыдно, что ты вечно её подводишь, не слушаешься и отказываешься учиться. Это заклинание могло бы сработать, если бы ты был хоть немного старательнее, — рука сжала упругую ягодицу. Билли завопил во весь голос и пнул урода в пах. Мужик ещё сильнее расхохотался, рука погладила зад, язык жадно прошелся по губам. — ОТПУСТИ! ПУСТИ МЕНЯ! УЙДИ!!! Он лишь хмыкнул и «помог пиздюку расслабиться», прижав его к стене коленом между ног, — Сейчас ты узнаешь, что бывает со сладкими мальчиками, которые оказываются в нехороших компаниях, — и он потянулся к своей ширинке. — НЕТ! — А ну-ка отойди от него! — разгневанный голос Агаты раздался со спины, она оторвала мужлана и швырнула в противоположный конец комнаты, со всей силы ударив бошкой о стену. И, когда он стукнулся, звук был такой, будто все органы внутри полопались (может, так оно и было). Билли ошарашенно уставился на наставницу. И на Рио. Которая, почему-то, тоже была там. — Ты больше никогда не распустишь свои грязные руки. — и Агата подняла его в воздух. После чего послышался громкий хруст костей. И голова неожиданно вывернулся. А потом... короче, труп грохнулся на пол, — Теперь это твоя работа. — она кивнула Рио. А Рио долго просить не нужно было. Для начала она пару раз хорошенько его покидала, затем всадила кинжал прямиком в грудь, после чего наконец избавилась, заставив его тушу сгореть в чёрном огне. Билли нервно сглотнул. Кажется, его сознание прояснилось. К сожалению. Ведь пьяным он бы не так сильно страшился старушку и её... пассию. Агата развернулась и, не говоря ни слова, треснула мальчишку по лицу. Он понурил голову и сжал губы. — Ты идиот. — и она спрятала его в крепкие объятия. Мальчик моментально прицепился к наставнице, пытаясь отвлечься от всех этих эмоций. Конечно, она точно была зла. Но, по крайней мере, была рядом. И, как только она его обняла, ему моментально сделалось легче. — Я же предупреждала. Разве нет? Я же говорила тебе. Он тихо всхлипнул и повернул голову так, чтобы Рио, стоявшая напротив, не видела, как слезинки покатились по щекам. — Как можно было сбежать и устроить такое? Просто как? Он помотал головой и сильнее зарылся носиком в шею. Левая рука нежно оглаживала спину и волосы, — Я же говорила. Я говорила тебе, Билли. Ну почему ты такой? Почему поступаешь так опрометчиво? — ...не знаю. Она тяжело вздохнула. — ...прости, мам. — Ты ещё и пьяный. — ...знаю. Мне так жаль... — И находишься посреди другого штата. — ...мне правда стыдно. — И напялил этот... — ...мам. — Ты очень меня подвёл, котик. — она дала ему пару мгновений, чтобы он расправился с эмоциями и перестал трястись, после чего наконец отстранилась, — Мы едем домой. — Но, мам, я... Одного её взгляда хватило, чтобы он содрогнулся. Билли послушно повернулся к двери. И Агата решила наградить его одобрительным призом: тяжеленная затрещина опустилась на зад, оставляя после себя краснючий, очень заметный след, уведомляющий о том, что время для шалостей кончилось, и, что дома ему... Подросток ещё сильнее склонил голову, когда строгие Агата и Рио вывели его, словно под конвоем. Они стояли по обе стороны от него и выглядели очень суровыми. И ему было чертовски не по себе. Особенно неловко, когда они заставили попрощаться с друзьями. И сразу после прощания Агата дала ему ещё один поджопник, а Рио... она дала ему подзатыльник. И это видели все товарищи. И не только они. Все наблюдали за тем, как его задница, которой он так активно пытался вилять, светить и хвастаться, приобрела постыдный красный оттенок. И наверняка понимали, к чему это приведёт его дома. Он и сам понимал. И не был счастлив. Но, по крайней мере, они его спасли. И, кажется, он должен был быть благодарен. И он даже был. Они, почему-то, добрались до машины. Нет, Билли очень любил на ней перемещаться, но было бы, наверное, логичнее заюзать простой телепорт. Разве нет? Или Рио могла бы, скажем, просто открыть дыру в пространстве. И они уже сидели бы дома. С учётом того, что он был пипецки уставшим и всё в таком духе. Однако они решили ехать «по-человечески». И, в общем, когда они открыли ему заднюю дверь, сначала туда села Агата, а только потом там очутился Билли. И он попал туда в свою любимую позу: «животом на колени». — Ты вёл себя омерзительно. — она хмыкнула и ударила юный зад. — МАМ! — разумеется, он начал ёрзать. В машине сидела ещё и Рио. И она очень внимательно наблюдала за их «разговором». И от этого уровень стыда подскочил до космических масштабов. — Я искала тебя практически 10 часов. — она стянула штаны и подобие трусов, которые и так нихрена не прикрывали, но немножко бесили и давали ложное ощущение безопасности. Без этого прикрытия было в разы совестнее. И шлепки выглядели сочнее, — Мы искали тебя почти 10 часов. — и она стала шлёпать его так, как никогда, наверное, не шлёпала. Хотя он являлся очень продвинутым принимателем её наказаний. Но сейчас в ней словно открылось какое-то новое дыхание. И это обновление огревало попу такими оплеухами, что костяшки его пальцев делались не просто белыми, а практически прозрачными, пока он пытался отвлечься, цепляясь то за ногу, то за сиденье машины. — МАМА! ПОЖАЛУЙСТААА! — места в салоне было пиздецки мало. Так что лягаться, дрыгаться и сопротивляться не было никакой возможности. Зато у наставницы их был целый спектр. И она использовала каждую из них. — 10 часов, Уильям. Ты ослушался меня. Напялил на себя вот это. Сбежал из школы. Уехал в другой штат. Набухался. — МАМОЧКА! БОЛЬНО!!! ПОЖАЛУЙСТА!!! — его «водойстойкий» макияжик не прошёл тест-драйв женской ладонью. Так себе косметос. Мало того, что он залил своими слезами и соплями весь салон, так ещё и орал так сильно, что, наверное, вся сраная парковка слышала, как его наказывают. Хотя они, вроде, стояли не так близко. Кажется, машин по сторонам не было. Но он не особо помнил, поскольку был пьян и испытывал лютую неловкость, так что глаза не успели разобрать, где они остановили тачку в этот раз. В любом случае, он голосил до такой степени громко, что, наверное, вся живность в радиусе 10 км уже разбежалась. Ещё и эта Рио Видаль, следившая за происходящим, нифига не помогала. Лишь сидела там, будто была в кинотеатре. Но он, к слову говоря, забыл о ней после первого же удара. Ему было как-то не до того, чтобы переживать о каком-то там свидетеле, когда его попу, ягодичную складку и бёдра охаживала педагогическая ладонь. — Ты вёл себя просто омерзительно. Грубил мне. Не выполнял моих заданий. Действовал назло. — когда они с Рио обсуждали его наказание, обе сошлись во мнении, что конкретно это будет очень жёстким. И пройдёт в пару этапов. Чтобы он точно запомнил. Поскольку в последнее время он чересчур расслабился и стал маяться дурью. А угроза была ближе, чем могло показаться на первый взгляд. Все эти дни мальчишка то и дело попадал в несчастные случаи, из которых его чудом выдёргивала Агата. Если бы не этот браслет... Ох, что было бы. Короче, эти черти пошли в решительное наступление, так что обе женщины понимали всю необходимость скорейшего обучения. Билли было нужно как можно быстрее освоить хотя бы азы. Так было правильно для его же блага. Сегодня его вновь пытались подставить. Если бы женщины не подоспели во время, – подростка бы обвинили в убийстве этого ублюдка и ещё пары человек. Благо, они были тут как тут. Однако этот малолетний дуралей абсолютно не видел никаких границ. И их следовало обозначить. И требовалось в кратчайшие сроки настоять на том, чтобы он учился. Не просто пинал хуи, а реально занимался. И, если он понимал необходимость только через пятую точку, что ж. Так тому и быть. Он получит наказание, на которое так сильно напрашивался. — МАМА! УМОЛЯЮ! ХВАТИТ! МААААМ! АААЙ!!! АЙ! АЙ!! АЙ!!! — Ты поставил магический барьер. То есть, что-то ты делать-таки умеешь. И вместо того, чтобы сидеть и повышать свои навыки, занимаешься чёрти чем. — МАААМ! МАААМА! ХВАТИТ! Я НЕ БУДУ! АЙ! АААЙ!!! ОУЧ!!! МАМА! — 10 часов. Слышишь меня? 10 часов мы с Рио искали твою непослушную, малолетнюю задницу. 10. Часов. Ты доколдовался до того, что даже Рио не могла тебя найти. Знаешь, чего мы надумали? А где был ты? Что ты делал? Ты бухал. Сидя в том самом наряде, который я запретила надевать. — АЙ! ОЙ! АУЧ! ОХ! ММММ! ААААЙ! ТССС!! МАМ!!! АЙ!! — Я не позволю так себя вести. — АЙ! Я..! АЙ! ОЙ! ОУЧ! АХ! Н-Н-НЕ.. АУЧ! ОЙ! ААААЙ! Б-Б-БУД-Д-ДУ! АЙ-АЙ! МАМ! АЙ! — Конечно, не будешь. — АХ! ОХ! МАМА! Она фыркнула и пододвинула его тело вперёд, чтобы бёдра и складка были в более чётком доступе. — МАМА! ААААХ! ОЙ! АУЧ! АЙ-ЯЙ-ЯЙ! АЙ! — Ещё раз повторяю, впредь ты не посмеешь вести себя столь же безобразно. — АЙ! АХ! ОЙ! НУ ХВАТИТ! АУЧ! ММММ! БОЛЬНО! ОЧЕНЬ! МНЕ ОЧЕНЬ.. АХ! БОЛЬНО! — Я запрещаю тебе нарушать запреты и действовать за моей спиной. Тебе ясно, Уильям? — АХ! ОХ! МММ! — Я не слышу. Тебе ясно? — ДА! ДА! АЙ! АУЧ! МАМОЧКА! ОХ! ЯСНО! — Отлично. Только попробуй забыться. — она дала ему ещё пару тяжеленных шлепков и остановилась. Рука легла на малиновую кожу и принялась аккуратно её поглаживать. — Ай..! Мам... Больно. Очень. — Знаю. И ещё знаю, что это сугубо твоя проблема. Именно твоя вина. Ведь шалил как раз ты. — Ммм! — он уткнулся носом в сгиб логтя. — Это было невероятно тупое, некрасивое и опасное поведение. — Мам.. — И я тобой очень недовольна. Очень. Он истерично шмыгал и лил горькие слёзы. — И ты не посмеешь вытворять нечто подобное в дальнейшем. — ...мх... Она поглаживала попу и продолжала легонько его отчитывать, попутно ожидая, когда слезливый приход сойдёт на нет.

<...>

Как только дыхание Билли успокоилось, Агата поменялась местами с Рио. Подросток пытался противиться, но Смерть надёжно закрепила его дёргающуюся тушку на своих коленях. — МАМА! ЗА ЧТО?! Я ЖЕ ТОЛЬКО ЧТО ПОЛУЧИЛ! Я ЖЕ..! МАМ! НЕ НАДО! — За твоё отвратительное поведение. Ты втянул в это нас обеих. Так что и расплата тебя ожидает в двойном объёме. — МАМА! Рио вопросительно посмотрела на возлюбленную. Агата утвердительно кивнула, разрешая начинать. Ладонь зелёной ведьмы взметнулась вверх и приземлилась на и без того разожжённую пустыню. — АЙ! МАМА! Я БОЛЬШЕ НЕ БУДУ! ПУСТЬ ОСТАНОВИТСЯ! Наставница лишь покачала головой и позволила бывшей продолжить. Рио шлёпала массивно и звонко. Попа сначала белела, а затем быстро наполнялась краской, становясь всё более насыщенной. Билли так много и громко кричал, что под конец устал до такой степени, что выдавал лишь жалкие писки и мычания. Он был полностью повержен. Лежал на коленях старушенции, принимая заготовленную участь. Агата пристально следила за процессом и юношескими реакциями. Он рыдал и вздрагивал, но не страшился. И это был положительный знак. Конечно, ему было пиздецки больно. И она прекрасно это понимала. Но ещё шикарно осознавала, что это был необходимый урок. Так что позволяла этому случиться. И, кстати, на удивление для себя, не испытывала ни малейшего сожаления, глядя, как попа её подопечного делается пурпурной.

<...>

Агата разрешила нашлёпать задницу до винно-красного. После чего он наконец был прощён и аккуратно усажен ей на колени. — ...мама... — Я безумно за тебя переживала. — ...извини... — он говорил очень тихо. — Всё в порядке, но больше так не делай. — ...прости... — Мгм, — она протёрла зарёванную физиономию. — ... А Рио... она меня простит..? Рио взглянула в зеркало заднего вида и чуть не сдохла от желания заржать. — Конечно, она тебя простит. Ведь так? — Естественно. Какие вопросы? — Вот видишь. Мы давно тебя простили, котик. — Ммх, — он очень томно зевнул и прикрыл глаза. Агата помогла ему улечься, накрыла пледом и переместилась на переднее сидение. — Ну и ну. Мы только что наказали твоего ребёнка. «Нашего», — промелькнуло в голове, — И мы сделаем это снова, когда приедем домой. — Ого. Ты даже не передумала? — она поглядывала на мирно посапывающего Билли и не верила, что возлюбленная попросила ему надавать. Но это случилось. И они ехали теперь с её отпрыском обратно. Домой. Словно семейная парочка. — Ему это действительно необходимо. Они подошли слишком быстро. У нас осталось слишком мало времени, чтобы разрешать ему быть таким. Билли промычал что-то неразборчивое и удобнее устроился на сидениях. — ...он такой маленький, — глаза Смерти продолжали невольно возвращаться к ребёнку. В голове то и дело всплывал Ники. — И очень беззащитный. И, если мы не будем его контролировать... — Случатся ужасные вещи. — Именно. Рио на мгновение замолкла, после чего повернулась к Агате и выдала тихое, — Он так похож на Ники.. Она кивнула и слабо улыбнулась, — Временами я забываю, что передо мной не он. — ...но он в любом случае твой. — Теперь уже да.