Уход и содержание многолетних растений

"Бентли" неуверенно катится по подъездной дорожке к коттеджу и останавливается. Азирафаэль, который большую часть пути сидел на краю пассажирского сиденья, отстёгивает ремень безопасности и выпрыгивает из машины ещё до того, как спидометр показывает ноль. - О-о-о, - вздыхает он, глядя на коттедж и прижимая руки к сердцу. Кажется, что он вот-вот растает, как мороженое на солнце. - О, он прекрасен. - Так и есть, - соглашается Кроули, выходя из "Бентли" и осматриваясь. Коттедж выглядит как на картинке: он построен из старого красного кирпича, с симпатичным маленьким дымоходом и мощеной дорожкой, ведущей через лужайку перед домом. Он прекрасен, как прекрасны полевые цветы, усеивающие лужайку, никто не планировал, что они прорастут посреди травы, но они всё равно там. До сих пор не верится, что этот коттедж вообще существует и что он принадлежит Азирафаэлю и Кроули. - Пойдём! - Азирафаэль хватает Кроули за руку и тянет его к двери. Он останавливается, чтобы повозиться с ключами. Конечно, им не нужны ключи, но Азирафаэлю нравится делать всё по-человечески. Кроули с любовью смотрит на него и поднимает брови, когда Азирафаэль поднимает на него взгляд. Улыбнувшись ему, Азирафаэль поворачивает ключ в замке, - ну вот, готово. Дверь открывается в пустую гостиную. Азирафаэль кладёт руку на спину Кроули, приглашая его войти. Он переступает порог, и сапоги из змеиной кожи превращаются в человеческую кожу, как только касаются деревянного пола. Медленно, почти благоговейно, он проходит в центр комнаты и оглядывается, замечая большой каменный камин, уютную кухню, дверь в то, что, по их решению, должно было стать библиотекой. Всё выглядит иначе, чем когда они осматривали дом. Теперь, оглядывая пустую комнату, Кроули почти видит, как Азирафаэль расстилает на полу ковры, как на стенах висят его телевизор и колонки, как диван из книжного магазина стоит на идеальном расстоянии от камина, как на столиках стоят напитки, до которых легко дотянуться. У него перехватывает дыхание. Азирафаэль подходит к нему, обнимает за плечи и прижимается к нему. Кроули откидывается назад. Они оба молчат. Неужели Азирафаэль так же потрясён, как и Кроули? Или он просто понимает, что у Кроули сейчас непростой момент? Спустя, должно быть, несколько минут Азирафаэль похлопывает Кроули по рёбрам. - Давай заберём наши вещи из машины, дорогой, - мягко говорит он, - чем быстрее мы распакуем вещи, тем быстрее сможем сделать это место нашим. "Нашим". От этого слова у Кроули до сих пор кружится голова. Сделав неровный вдох, он кивает, отпускает Азирафаэля и выходит вслед за ним на улицу.

***

Переезд - долгий и беспорядочный процесс. Едва ли найдётся хоть один стул, прикроватный столик, диванная подушка или безделушка, по поводу размещения которых они не поспорили бы. Азирафаэль постоянно отвлекается на книги, старые письма или дневники, которые находит в коробках, и каждый раз, когда он поднимает взгляд, Кроули переставляет что-то, что он не хотел переставлять. Он прогоняет Кроули, чтобы тот поставил всё на свои места, и Кроули переходит к уборке в другой части коттеджа. Кроули удаётся продержать всю кладовую в алфавитном порядке в течение недели, прежде чем Азирафаэль замечает это и жалуется, что ничего не может найти. - Что значит ничего не можешь найти? - спрашивает Кроули, глядя на, казалось бы, идеально чистые полки. - Всё в алфавитном порядке! - Ничто не лежит там, куда я положил. - Ну, если ты просто расставишь всё по алфавиту, когда закончишь… - Кстати, где коричневый сахар? Его нет в разделе "К". - Это сахар! - Кроули указывает на полку "С", где коричневый сахар лежит рядом с гранулированным, порошкообразным и изысканной демерарой, которую Азирафаэль любит для выпечки. - Сахар, запятая, коричневый. Почему это должно быть под буквой "К"? Чтобы оно могло поместиться с другими коричневыми вещами? Азирафаэль достаёт коричневый сахар с таким "хм", которое прекрасно передаёт его отношение к этому. Затем он печёт партию шоколадного печенья с кусочками шоколада, и дом наполняется чудесным ароматом. Они вдвоём проводят остаток дня, поедая печенье на диване и вспоминая последнюю пачку писем, которую нашёл Азирафаэль. На следующий день Кроули обнаруживает, что в кладовой больше нет порядка. Всё это намеренно: пререкания и пассивно-агрессивные перестановки. Кроули получает огромное удовольствие от того, что может так часто спорить с Азирафаэлем, и он видит, что Азирафаэлю это тоже нравится. Это значит, что они оба всё ещё здесь и могут ссориться, не беспокоясь о том, что что-то сломается. И это значит, что они оба заботятся о том, чтобы сделать этот новый дом удобным для себя. В любом случае, Кроули знает, что Азирафаэль не любит, когда его перебивают, и никогда не переступает черту там, где это важно. Комната, которую они выбрали в качестве библиотеки, теперь в три раза больше, чем раньше, и заставлена полками. Кроули не осмелился бы пытаться расставлять книги там по алфавиту. Азирафаэль никогда не должен терять ни одной из своих книг. Ангел немного взволнован тем, что теперь, когда нет необходимости мешать покупателям находить нужные вещи, он хочет навести порядок в книгах. Не раз Кроули заставал его за тем, что он снимал все книги с полок и складывал их большими стопками на полу, чтобы начать всё с чистого листа. Пока Азирафаэль обустраивает, перестраивает и переоборудует библиотеку, Кроули планирует сад. Конечно, его комнатные растения приехали с ними, но в коттедже просторный двор, и Кроули хочет попробовать свои силы в ландшафтном дизайне. Его старая оранжерея была пышной, с большими восковыми листьями, похожими на тропические, но для их сада Кроули решает посадить цветы. Азирафаэлю это понравится, думает он. Азирафаэль любит красивые вещи. Кроули тщательно изучает и планирует всё, чтобы в любое время года что-то цвело. Он сажает подснежники, нарциссы, тюльпаны, астры, гортензии и розы всех размеров, форм и цветов. Он прокладывает дорожки между клумбами и находит места для скамеек, где они вдвоём могут сидеть в окружении цветов. Он даже устанавливает решётку для вьющихся роз. Азирафаэлю нравятся красные розы и прогулки по саду при лунном свете. Кроули не уверен, в чём причина: в удовольствии от самой романтики или просто в том, что это принято среди людей, которые любят друг друга, и Азирафаэлю нравится играть эту роль после столь долгого перерыва. В любом случае, растения есть растения, и Кроули рад обустроить свой сад так, чтобы в нём было как можно больше ангельских улыбок. В одном углу, рядом с забором, Кроули в качестве личной шутки сажает яблоню. Рядом с ней он сажает грушу, потому что Азирафаэль любит груши. Он не говорит Азирафаэлю, что это за деревья. Ангел сам узнает об этом через несколько лет, когда деревья начнут плодоносить. - О, это чудесно, - говорит Азирафаэль, когда Кроули наконец-то показывает ему готовый сад. Его взгляд мягкий и туманный, как и надеялся Кроули. Когда его взгляд падает на скамейку под аркой из виноградной лозы, он радостно подпрыгивает на месте. - Всё в порядке, - говорит Кроули, - когда растения укоренятся, всё будет выглядеть лучше, и по шпалере действительно что-то вьётся. Азирафаэль поворачивается к Кроули. - Будь с ними добр. Я не хочу, чтобы они дрожали при твоём приближении. Кроули морщится, но это символический протест. Они уже обсудили его привычки в садоводстве и решили, что их новый сад будет другим. - И не балуй их. Мне всё ещё нужно, чтобы они меня уважали. - Конечно, мой дорогой, - Кроули узнаёт тон Азирафаэля, который тот использует, когда ни в чём не соглашается, но не хочет начинать спор. Кроули чувствует, что ему предстоит много работы, чтобы держать растения в узде.

***

Даже сейчас, когда они в безопасности, Кроули всё ещё снятся кошмары. Он думает, что, возможно, они будут сниться ему всегда, что за столько лет они стали его частью. Он так долго жил с ними. По крайней мере, теперь Азирафаэль достаточно близко, чтобы Кроули мог обратиться к нему за утешением. Вот так всё и начинается. Когда Кроули снится кошмар, он в панике вскакивает с постели, несколько мгновений ждёт, пока успокоится сердцебиение, а затем идёт в гостиную, где Азирафаэль обычно читает всю ночь напролёт. Когда Азирафаэль спрашивает, что он делает, не ложась спать, Кроули притворяется, что ему просто скучно и неспокойно. Он плюхается на диван, и плечо Азирафаэля упирается в его плечо, и часто этого контакта и присутствия Азирафаэля достаточно, чтобы успокоить его, пока он снова не начинает зевать. Вскоре Азирафаэль начинает спрашивать, всё ли с ним в порядке. Спрашивает, что случилось. Он слишком умен, чтобы принять безразличие Кроули, и слишком заботлив, чтобы оставить всё как есть. Когда Кроули наконец рассказывает ему о кошмарах, он ожидает, что Азирафаэль скажет ему, что он ведёт себя глупо, что больше не о чем беспокоиться, хотя Кроули знает это и всё равно не может заставить своё подсознание поверить в это. Азирафаэль говорит всё это, но он также обнимает Кроули, упрекает его за то, что тот не сказал ничего раньше, и спрашивает, может ли он чем-то помочь. - Ты уже это делаешь, - честно отвечает ему Кроули, - я всегда чувствую себя лучше, когда я с тобой. Азирафаэль надолго задумывается. - А что, если бы я был... ближе? Вот так они и оказываются в одной постели: Азирафаэль читает при свете лампы, а Кроули спит рядом с ним. Это помогает справиться с кошмарами. На самом деле, удивительно, насколько это помогает справиться с кошмарами. Плохие ночи случаются реже, а когда случаются, Кроули может проснуться и перевернуться на другой бок, и Азирафаэль тут же обнимет его и скажет несколько успокаивающих слов. А когда ему не снятся кошмары, Кроули медленно просыпается, ощущая запах и тепло своего ангела, его мягкое тело под простынями рядом с ним, нежное прикосновение его руки к волосам Кроули, когда он замечает, что Кроули проснулся. Это невероятно. Кроули и представить себе не мог, что может быть так комфортно и счастливо. Он не уверен, что когда-нибудь привыкнет к этому. Но он это делает. Когда Азирафаэль встаёт раньше Кроули, тот просыпается холодным и разочарованным. Когда Азирафаэль погружается в книгу и забывает лечь спать, Кроули не может заснуть. Вскоре он так привыкает спать рядом с Азирафаэлем, что не может представить, как снова будет спать один.