Процедура

Железные коридоры будто бы становились всё уже и уже, будто бы ещё немного и те раздавят Джимми, сделав из него кровавое смуззи. Мужчина сглатывает, чувствуя, как капельки пота медленно стекают по его лицу, а сердце бешено колотится, разнося по венам адреналин, смешанный с кровью. И почему он так сильно боялся процедур Ани? Казалось бы, она была такой ласковой и заботливой, чуть ли не все члены экипажа прожужжали мужчине про то, какой же та прекрасный медик и как им с ней повезло. Только вот каждый раз, когда мужчина смотрел на неё, её робость и нежность казались ему лишь отличной актерской игрой, фальшь которой заметил лишь он сам и теперь поплатился за это. «Успокойся! Наверняка это обычный психологический тест или ещё что-то вроде», — Успокаивал себя мужчина, подходя чуть ближе к железной двери. Сделав ещё один глубокий вдох и выдох, он наконец заходит в кабинет.

***

От резкости белого яркого света ламп глаза начинают болеть, отчего Джимми жмурится. Он чувствовал, что в воздухе летал запах каких-то препаратов и резины. Он отвел взгляд в сторону и увидел Аню. Девушка сидела за деревянным столом, и, кажется, была настолько погружена в работу с какими-то бумагами, что даже сначала и не заметила пришедшего мужчину, но после наконец обратила на того внимание, приветливо тому улыбаясь. — Ох, здравствуй, Джимми! — она сложила руки на столе, её плечи были опущены, придавая спокойный и слегка неуверенный вид, но Джимми снова видел какую-то странную фальшь в темных глазах девушки, неаккуратно подкрашенных чёрной тушью. — Да-да, здравствуй, ну и что это за тест? — немного небрежно на выдохе спросил Джимми, отводя взгляд в сторону. Он смотрел сначала на койку, а затем на экран, на котором отображался красивый закат. — Т-тест? — девушка поморгала, а после спокойным, но резким голосом сказала: — Ох, ты не в курсе, верно? Сегодня проверка простаты, — от такого заявления ноги Джимми чуть не подкосились, благо, он сумел не упасть, оперевшись о какую-то железную тумбочку. — Погоди, что? — непонимающе спросил он, бегая глазами по спокойному лицу девушки, про себя отмечая, что её бледные, слегка желтоватые щеки немного покраснели. — Пришел указ от руководства, что все мужчины на корабле должны пройти данное обследование, — будто бы читая под диктовку повторила та, отводя взгляд в сторону. — От него освобождены только Дайске и Кёрли, ведь, насколько я помню, только ты и Свонси уже достигли нужно возраста? На этот вопрос Джимми ответил, молча кивая головой и сжимая руки в кулаки настолько сильно, что его костяшки побелели, но, кажется Аня не придала этому никакого значения. Уже «профессионально» вставая со своего места и подходя к шокированному Джимми, который пятился назад, будто он был какой-то восемнадцатилетней девушкой, которую сейчас зажимал к стенке какой-то мужик, а не Аня. Девушка осторожно положила ему на плечо свою ладонь. Она была немного худощавой, от чего костяшки пальцев немного выпирали и рука была на удивление холодной. Джимми попытался убрать чужую руку со своего плеча, правда, сначала Аня немного сжала пальцы, не отпуская, но после всё-таки убрала руку, неловко улыбаясь и закусывая нижнюю губу. — А это ведь просто осмотр и ничего более? — неуверенно спрашивал Джимми, напоминающмй ребёнка, которого пытаются убедить, что укол будет как комариный укус, а не как будто бы ему фалангу пальца отрезают. — Конечно, просто осмотр, — подтверждает Аня, а после указывает на койку. — Ну что же, быстрее начнём — быстрее закончим, да? Снимай штаны с трусами и ложись боком на койку. Джимми неуверенно кивнул. Он уселся на койку, сначала снимая ботинки, а после и низ рабочего костюма с боксерами, ощущая холод комнаты, отчего по его коже пробежался табун мурашек. Он осторожно лёг на койку, поворачиваясь боком и прижимая к животу ноги. Он слышал как Аня надевала резиновые перчатки, чувствовал, как запах медотсека будто бы медленно дурманил его разум, заставляя зрение становиться нечётким, а сердце биться ещё чаще, будто бы предупреждая своего хозяина о незримой опасности, пока пот медленно выступал на лбу, стекая маленькими каплями по носу. И вот звук шагов по плитке стал будто бы слишком громким, от чего бил по барабанным перепонкам мужчины. Он чувствовал, как свободная рука Ани гладила его по бедру, будто бы желая успокоить перед этим не самым приятным процессом. Аня что-то бормотала, Джимми пытался понять, что именно, но её слова просто превращались в одну большую кашу. Он вздрагивает, когда палец девушки касается его анального колечка, понимая, что тот был измазан, по всей видимости, в какой-то холодной смазке, заставляющей чувствовать ещё больший холод, а после и сжаться. — Тш-тш, всё хорошо, — шепчет женщина как будто бы это могло помочь. Та слегка массирует мышечное колечко прежде чем, наконец, осторожно засунуть палец. Контраст холодной смазки и горячего тела внутри заставлял Джимми сжиматься ещё сильнее, пока палец Ани, тонкий, но достаточно длинный, легко достиг его простаты, начиная её трогать, слегка проводить вдоль неё или же вовсе двигаться то круговыми движениями, то вперёд и назад. — Аня, ты у-уверена, что так правильно? — дрожащим голосом спросил Джимми, стараясь сдерживать свои стоны, которые были здесь явно не к месту. — Кто из нас двоих врач? — хмыкнула женщина, добавляя уже второй палец, отчего с губ второго пилота сорвался тихий, предательский стон. Как только Джимми осознал, что только что произошло, он покраснел от шеи до кончиков ушей, и стыдливо прикрыл рот рукой дабы ещё раз не издать столь похабные звуки. Аня же, услышавшая и заметившая действия и звуки мужчины, не смогла сдержать свою улыбку. Ей действительно нравилось видеть как хмурый и непоколебимый Джимми сейчас, краснея, отчаянно старается заткнуть себя, как его более-менее уложенные волосы растрепались, подушка под его головой стала немного мокрой из-за холодного пота «пациента», и то, какие тот издаёт звуки каждый раз, когда Аня чуть сильнее надавливала на его простату.

***

Джимми не знал, сколько всего времени прошло, но он чувствовал, что уже полностью перестал сопротивляться, позволяя странного рода звукам выходить из него. Всё его тело было потным и холодным, отчего тот походил на лягушку. Но, почувствовав, что чужие пальцы больше не заполняли его, он заметно оживился, поворачиваясь на спину. — Всё готово, — улыбчиво говорит Аня, стягивая с себя резиновую перчатку, а после выбрасывая её в рядом стоящую мусорку. — Ага, отлично, — пробурчал Джимми, быстро одеваясь, стараясь не показывать, что его член немного налился кровью. Потом он весь растрёпаный выбежал из медотсека, радуясь, что Аня не заметила ничего странного. Не заметила же?