Double effect

      Я стараюсь вдохнуть носом побольше воздуха, перед тем, как задержать дыхание. Член Саймона подрагивает у меня во рту, и я облизываю его словно леденец. Обвожу языком головку по кругу. Вкусовые рецепторы реагируют обильным слюноотделением на солоноватую терпкость его предэякулята.       — Расслабь горло, Хайди. Будь хорошей шлюхой. — Райли шепчет, толкаясь тазом вперед и вгоняя свой ствол поглубже.       Я мычу, делая глотательное движение и позволяя ему войти до конца. Внизу живота горит и влагалище отчаянно пульсирует, выделяя просто океан смазки.       Я лежу на спине на полу в комнате Райли, опираясь локтями на твердую поверхность под собой и приподняв голову, чтобы ему было удобнее трахать мой рот. Саймон стоит на коленях, широко расставив ноги, прямо над моей грудью, с расстегнутой ширинкой, и совершает размеренные фрикции, раз за разом засовывая член в мое горло, которое хлюпает и чавкает так громко, что мне кажется, это слышно и в коридоре. Мои штаны вместе с трусиками стянуты до бедер, и Райли имеет меня пальцами, опустив руку назад прямо между моих подрагивающих от удовольствия ног. На самом деле он долбанный мудак, и вполне в его стиле оставить меня без оргазма. Но, во-первых, он знает, что я тогда в говно изойду, но доведу его до белого каления и нервного срыва. А во-вторых, ему слишком нравится, как мое горло сжимается в спазмах вокруг его члена, когда я получаю оргазм. Поэтому он предпочитает заботиться о том, чтобы я кончила тоже.       Мое тело напрягается от первых волн удовольствия. Глаза закатываются, я словно в транс впадаю, и Райли удовлетворенно рычит, потому что в таком состоянии мои мышцы перестают сопротивляться вторжению, и его орган легко заходит на всю длину. Он ускоряет движение пальцев во мне. Теперь их в моем влагалище уже три, и он засовывает их так глубоко, задевая при этом основанием ладони клитор, что пружина в моем животе наконец лопается, и я начинаю дергаться и стонать глухо, получая оргазм. Глухо, потому что мое горло все еще заткнуто его хуем и вибрирует от сдавленных звуков, которые я издаю, сжимая и массируя его плоть внутри.       Райли не выдерживает и кончает тоже, запрокинув голову вверх, и я слышу его протяжный хриплый стон. Мне даже потрудиться не приходится, чтобы глотать его сперму. Его член глубоко внутри, мой нос упирается в его пах, и она просто толчками стекает мне в пищевод.       Я обмякаю, чувствуя себя в невесомости сейчас. По телу все еще гуляют последние искры удовольствия. Райли с удовлетворенным вздохом достает член из моего рта и встает, заправляя его в штаны.       — Никогда еще не встречал таких ебливых шлюх, как ты, Спарроу. — говорит, подходя к кровати и разваливаясь на ней расслабленно.       Ну конечно, мудак слишком мудаковатый, чтобы помогать мне подняться с пола.       — Пошел нахуй, Райли. — произношу лениво, позволяя себе еще пару минут блаженного посторгазменного состояния, прежде чем начать шевелиться. — Салфетки кинь.       Райли фыркает и тянется к тумбочке, доставая из верхнего ящика влажные салфетки и бросая их мне.       — Сучка.       — Урод.       Обмениваемся любезностями, пока я вытираю промежность и натягиваю на себя трусики со штанами. Встаю и демонстративно бросаю использованные салфетки на пол. Саймон закатывает глаза.       — Надеюсь, у тебя больше не встанет никогда, гандон. — мило улыбаюсь, шагая к двери, и Райли ржет за спиной.       — Сама же поднимешь, шлюшка. Ты не можешь без моего члена.       Показываю ему средний палец, захлопывая дверь с другой стороны. По правде, не понимаю сама, почему продолжаю приходить к этому придурку потрахаться. Мы терпеть друг друга не можем. Вот просто до тошноты и ярких точек перед глазами. С момента знакомства слова нормального не сказали ни он, ни я. Но нахватавшись адреналина на миссиях, нужно с кем-то выпустить пар, и лучше уж с этим мудаком, чем с каким-нибудь романтичным идиотом, который влюбится в меня и будет потом таскаться следом со щенячьими глазками.       Прохожу мимо переговорной. Прайс разговаривает с Грейвсом. Значит Тени уже приехали. Черт бы побрал эту совместную миссию.       О, и правда. Сидят уроды. Морщусь, когда иду через комнату отдыха, мазнув взглядом по развалившимся на диване солдатам в черной форме и со шлемами, закрывающими лица. Тоже мне, ниндзя синоби недоделанные. Глаза задерживаются на одном с бицепсами больше, чем моя голова, и татуированными запястьями. Готова поспорить, у него и выше там все татуировано. Явился тоже, псих ненормальный. Баррадж. Его не люблю еще больше, чем Саймона. Потому что, в отличие от Райли, этот вообще отбитый на всю башку. Как-то ногу мне прострелил на задании, чтобы я упала, и он мог снять цель. Одним словом ментально нестабильный маньяк.       Надеюсь, он в другой группе будет. А то лично ему устрою несчастный случай на выезде.       Возвращаюсь к себе. К черту Теней. К черту Райли. И миссию тоже. Нужно поспать, а то в поле отдохнуть неизвестно когда получится. Так что в ближайшие пару суток перед выездом только еда, сон и мастурбация. И пусть Райли тоже дрочит. Придурок.       К вечеру следующего дня понимаю, что к черту бы послала еще и Прайса. Потому что Грейвс отправил Барраджа на дальний склад проверить снаряжение, а мой великолепный капитан делегировал меня с ним. В помощь дружественному подразделению так сказать. Лучше бы я Райли сосала. Но псих на удивление ведет себя тихо. Перебирает бронежилеты в дальнем углу, пока я слоняюсь между стеллажами, делая вид, что занята делом. Ну а что? Газ с Соупом еще позавчера все тут до ниточки просмотрели. Но зачем придурку об этом знать? Пусть работает. Это же его командир такой недоверчивый любитель перепроверять все по тысяче раз.       — Я смотрю, тебе скучно, Спарроу. — Баррадж цедит недовольно, закидывая руки за спину и разминая затекшие мышцы, и я корчу рожицу его спине. Вижу, как снимает шлем, проводя ладонью по влажным волосам. — Жарко, блять...       Ну да, душновато. Так нехер ходить в полной экипировке на базе, как идиот. Открываю рот, чтобы съязвить в ответ. Закрываю его, когда оборачивается ко мне. А у Грейвса в отряде правила полояльнее, чем у нас. Придурок пирсинг себе сделал, хоть военным его и нельзя. Самой что ли в Тени перевестись, соски проколоть... Да ну нафиг. Смотрю на колечко в его нижней губе, когда подходит вплотную, поглядывая на меня обманчиво спокойным взглядом.       — Что ты хочешь, блять?       — Чтобы ты может, блять, поработала?       — Я вообще-то ножи проверяю. Ослеп?       — Нихуя. Как раз так хорошо вижу, что ты просто проебываешься. — рычит, прижимая меня мощным торсом к стеллажу. Втягиваю воздух в себя, понимая, что не могу отвести глаз от его пирсинга. И что он так меня возбуждает? — Лезь наверх, Спарроу.       Баррадж кивает головой, указывая на полки под потолком, где сложены рюкзаки и спальники. Наверное сильно я его выбесила своей наглостью.       — Ага. Сейчас. — фыркаю. — Какой идиот спальники проверяет. Что с ними может быть не так?       — Я сказал, лезь. Ты у меня сейчас весь склад лично проинспектируешь. — он наклоняется ближе, упирая руки в железные полки позади моих плеч.       Зеленые глаза темнеют от недовольства, а затем Баррадж криво усмехается, когда я неожиданно спрашиваю:       — Оно холодное?       Понимает, что я о пирсинге. Рожа становится самодовольной.       — Ага, — хмыкает, приближая ко мне лицо. — Хочешь проверить?       Я приподнимаюсь на цыпочки и трогаю языком колечко в его губе. Холодное и правда. Металл приятно морозит кожу. Слышу, как шипит Баррадж. Не сводит с меня взгляда, смотрим друг другу в глаза, пока продолжаю сосать и облизывать пирсинг и губы придурка вместе с ним заодно. Никогда не думала, что смогу так возбудиться от этого недопоцелуя, но между ног мгновенно мокреет, а он хватает меня под ягодицами и поднимает вверх, упирая спиной в стеллаж. Выгибаюсь, обхватывая его бедра ногами. Дыхание Барраджа обжигает мне шею. Кончик его языка проходится по мочке моего уха и он шепчет, заставляя меня дрожать от мурашек:       — Я знаю, что я тебе не нравлюсь. Но это тебе нравится...       Я впиваюсь ногтями в его плечи, когда оглаживает живот и скользит пальцами мне в штаны.       — Да, мне нравится... — стону глухо.       Он улыбается удовлетворенно. Прикусывает точку пульса на моей шее. Пальцы внутри меня творят магию. Откидываю голову назад, закрывая глаза и не переставая стону и верчу тазом, сама насаживаясь на них глубже. Давай же, ты же знаешь, как девушкам нравится. Баррадж начинает тереть большим пальцем мой клитор, указательным и средним толкаясь в меня все быстрее. Вот так... Хороший мальчик...       — О да... — я кончаю.       Он стонет, чувствуя, как сжимаю его пальцы внутри. Эйфория... Повисаю на нем на мгновение, пока прихожу в себя после оргазма. Чертов Баррадж. И чертов долбанный пирсинг.       — Отпусти. — говорю требовательно, когда извлекает из меня пальцы, и его губы дергаются в улыбке. Опускает меня на пол. Удивляюсь. Думала, что будет и дальше зажимать. Поправляю брюки, застегиваю ремень. — Что смотришь? Или думал, что я теперь тебе отсосу?       — Не думал, хеллкэт. — говорит язвительно. — А ты думала, что кроме тебя, мне некому отсосать?       — Есть конечно. У вас же в отряде тесная взаимовыручка. — выдаю, выскакивая за дверь склада.       Баррадж смеется сзади. Бесит, придурок. И какого черта меня постоянно мудаки возбуждают?       Прихожу на брифинг перед миссией с твердым намерением уболтать Прайса поставить меня в команду к Джонни. Хрен там плавал. Естественно я иду с Райли и Барраджем. Какая там скорость детонации тротила? Если правильно рассчитаю заряд, то убью разом двух птичек. Птичек-мозгоклюек, блять.       На удивление терпения хватает до конца миссии. Только когда понимаю, что из-за усиленных патрулей в районе эвакуационной команде придется задержаться, вот тогда меня и накрывает раздражение. Всю ночь торчать с двумя мудаками на заброшенном складе посреди леса, в бывшей комнате охраны, где из мебели только расшатанный стол и два стула. Всю жизнь мечтала. Кривлюсь презрительно, когда два прирожденных джентльмена умащивают свои задницы на стульях.       — Вы не охренели? — спрашиваю, скрещивая руки на груди и раздраженно пихая ногой рюкзак Саймона. — Райли! Я где должна сесть?       — Да хоть жопой на пол. — сверкает тот глазами из-под маски. — Не беси, Спарроу.       Ну хорошо, урод. Ты сам напросился. Ухмыляюсь издевательски, плюхаясь на колени Барраджа. Слышу тихий смешок за спиной, и его пальцы впиваются мне в бедра, вжимая меня ягодицами в его пах. Райли суживает глаза. Нравится тебе, придурок? Расслабляюсь, устраиваясь поудобнее и опираясь спиной на широкую мускулистую грудь за собой. Баррадж расставляет ноги шире, и моя задница сползает ниже, упираясь в твердую выпуклость у него под штанами. А быстро у него встал. Приятно знать, что на меня.       Слушаю его тяжелое дыхание сзади, и мысли перескакивают на наш вечер инвентаризации. Все таки его пирсинг это нечто. Интересно, как бы он ощущался на моем клиторе, если бы он мне отлизал? Хотя... Там наверное лучше было бы, если бы язык был проколот. Заставить его проколоть что ли? Или лучше Райли? Не... Этот упрямый осел не захочет.       Закрываю глаза. Баррадж, уже не сдерживаясь, гладит мне бедра. Ерзаю попкой по его члену, он одобрительно мычит что-то мне на ухо, снимая шлем. Его губы утыкаются мне в шею сбоку, а глаза Саймона темнеют от гнева и чего-то еще. Так тебе и надо, козел, не был бы таким бесящим, могла бы об тебя тереться сейчас. Хмыкаю радостно, а потом понимаю, что за взгляд у него. Похоть. Он возбудился. Вот же... Райли. Мудак он и в Африке мудак. Ну кусай теперь локти, милый.       Поворачиваюсь к Барраджу и втягиваю его пирсинг в рот. Как же мне все-таки нравится это колечко. Он стонет от удовольствия и толкается бедрами вперед. Его член упирается мне в промежность. Если бы не одежда, он уже был бы во мне. Влагалище сжимается в спазме от этой мысли. Мозги плывут, и я позволяю ему перехватить инициативу и всунуть язык в мой рот, углубляя поцелуй.       Райли не выдерживает. Слышу, как заваливается стул, когда встает стремительно и дергает меня за волосы, заставляя запрокинуть голову. Улыбаюсь стервозно. Саймон стягивает маску одним движением, давая увидеть, как играют желваки на его скулах, когда говорит сквозь зубы:       — Любишь дразнить, Хайди?       — Расслабься, придурок. Ей нравится. — Баррадж хмыкает лениво, поглаживая ладонями мою талию. — И тебе тоже, раз у тебя стоит.       Райли криво усмехается, расстегивая брюки. Вижу, как достает член, и улыбаюсь еще шире.       — Я знаю, что ей нравится. — отвечает Барраджу, проводя ладонью по стволу. — Когда ее дерут, как шлюху. Да, Хайди? Хочешь, чтобы тебя отымели в два ствола?       Показываю ему средний палец, и он смеется.       — Открой рот и соси, Хайди. Как и положено ебливой шлюшке.       — Скажи "пожалуйста", Саймон. — тяну издевательски, касаясь пальцем головки и размазывая по ней каплю предъэякулята.       Райли втягивает воздух сквозь зубы. Баррадж фыркает, сжимая в ладонях мою грудь и начиная ее разминать.       — Скажи ей "пожалуйста", мужик. Не расстраивай девочку. — говорит насмешливо.       Саймон тихо рыкает. Понимаю, что поплачусь за это потом. Но сейчас мне это слишком нравится.       — Пожалуйста. — Райли роняет глухо.       Удовлетворенно улыбаюсь и наклоняюсь вперед на коленях Барраджа, обхватывая губами член Саймона. Провожу ими пару раз вверх и вниз по стволу, посасывая головку и настраиваясь на ощущения. Знакомый вкус заставляет меня застонать от вожделения. Заглатываю глубже. Райли начинает двигать бедрами, и я втягиваю щеки, лаская уздечку языком. Слышу, как Баррадж звякает ремнем. Приподнимает меня на мгновение, стягивая вниз мои брюки вместе с трусиками, и дергает мои бедра на себя, насаживая меня на его член. Я мычу от удовольствия. Это божественно. Никакие пальцы и вибраторы не сравнятся с ощущением горячего твердого хуя в твоей вагине. Баррадж держит меня за талию, направляя движения. Плавно двигает тазом, совершая глубокие фрикции. Я стону. Райли убирает от лица мои волосы, собирая их в горсть на затылке. Накручивает их на руку, толкаясь в мой рот. Я начинаю дергаться, приближаясь к оргазму.       — Смазывай мой член хорошо, Хайди. — Райли хрипло шепчет, вгоняя ствол мне в горло. — Ты же не думаешь, что я шутил про еблю двумя хуями? И за то, что ты вела себя, как наглая сучка, я возьму себе твою задницу.       Я скулю. Мои глаза закатываются от удовольствия. Саймону точно не нужно беспокоиться о смазке, потому что слюны у меня настолько много, что она сейчас стекает из уголков рта на подбородок. Да и во влагалище так влажно, что член Барраджа входит в него с мокрыми хлюпающими звуками, и слизь стекает по бедрам и пачкает ягодицы. Вздрагиваю и выгибаюсь, когда он проникает особенно глубоко. Головка толкается в шейку матки, давление внутри меня нарастает. Я глухо мычу и кончаю, трясясь на их членах. Парни замирают на пару мгновений, давая мне пережить оргазм, а потом меняют позицию. Баррадж поворачивает меня лицом к себе.       — Снимай куртку. — говорит, пока Саймон сзади приседает и тянет вниз по моим ногам брюки вместе с трусиками. — Хочу видеть твои сиськи.       Я переступаю, помогая Райли оголить мой низ, и расстегиваю молнию, отбрасывая в сторону верх униформы и спортивный топ. Соски напрягаются от холодного воздуха, и Баррадж одобрительно присвистывает, сжимая их пальцами.       — Зачетные. — бормочет, притягивая меня к себе, и поднимает, поддерживая за бедра.       — Пошел ты, — фыркаю, скрещивая ноги за его спиной.       Тоже мне, ценитель.       — Я обожаю твой язычок, хеллкэт. — Баррадж усмехается и сжимает меня сильнее, запечатывая мой рот поцелуем.       Понимаю, что дает Райли войти первому, чтобы я могла приспособиться. Расслабляюсь, снова теряя голову от чертового пирсинга. Саймон прижимается сзади к моей спине. Трется членом между половых губ, обильно покрывая его моей влагой.       Я люблю анал, если честно. Если хорошо подготовиться и настроиться, то от него кончаю даже быстрее, чем от вагинального секса. Поэтому сейчас я возбуждена наверное еще больше, чем он. Райли упирает головку мне в задницу. Впивается пальцами в ягодицы, рястягивая их в стороны и начинает давить. Мы с ним раньше не занимались анальным сексом, он меня слишком сильно бесил для этого. И хоть я и люблю этот вид траха, как и сказала, но сейчас понимаю, что чувствовать его болт размером чуть меньше девяти дюймов во влагалище или во рту, и в заднице — это две большие разницы. Ощущения, будто тебе биту туда запихивают. Если бы не была так заведена, убила бы мудака своими руками.       Шиплю от дискомфорта. Баррадж углубляет поцелуй, имея мой рот языком. Его вкус заполняет мои рецепторы, и я успокаиваюсь. Мышцы поддаются проникновению, и член Райли заходит чуть дальше. Он перехватывает меня поперек талии рукой и начинает медленно толкаться, просовывая свой ствол еще глубже в мой зад. Слышу его тяжелое прерывистое дыхание. Сдерживается все же, что неожиданно. Может не такой он и мудак, как я думаю. Выгибаю спину и стону в губы Барраджа, когда лобок Райли упирается мне в ягодицы. Он полностью внутри меня. Тяжело дышу тоже. Я на пределе, все нервные окончания наэлектризованы. Баррадж перехватывает поудобнее мои бедра и медленно вставляет член мне во влагалище. Хватаю воздух открытым ртом. Орган у него не уступает Саймону, и я чувствую себя такой наполненной сейчас, что у меня мозги плавятся. Во мне настолько тесно, что когда они начинают двигаться, синхронизируя толчки, я ощущаю каждую вену на их долбанных членах, имеющих меня. То, как широкие головки скользят по внутренним стенкам, высекая из меня искры. То, как растягиваются мои мышцы, приспосабливаясь к их обхвату. Я начинаю постанывать, держась за плечи Барраджа.       — Нравится, Хайди? — хрипит Саймон мне на ухо.       — Пошел ты. — даже не задумываюсь над ответом.       Парни смеются, продолжая вбиваться в меня. Пара движений, еще глубже и резче. Я кричу, растворяясь в оргазме. Обмякаю, повисая на их руках.       — Ну нет, хеллкэт, не теряй сознание. Ты у меня сейчас еще раз кончишь. — шепчет Баррадж, совершая короткие и глубокие фрикции в моем влагалище и начиная тереть мой клитор пальцами, опустив руку между нашими телами.       — Да отвали... — я блаженно мычу, откидываясь спиной на Саймона. — Я и так уже два раза... Больше не смогу...       — Сможешь, Хайди. — Райли кусает меня за мочку уха и сжимает ладонь на моей шее, придушивая. Я тихо скулю от того, что эмоции снова начинают зашкаливать, а так же от того, как грубо начинает натягивать мою задницу на свой член и как сильно мне это нравится. — Будь хорошей маленькой шлюшкой. Кончай.       Я дрожу, меня скручивает напряжение снова. Я не думала, что смогу. Я была уверена, что не смогу еще раз. Но они двигаются настолько жестко и глубоко во мне, что в животе зарождается новый взрыв. Я кончаю, как он и приказывает, не так сильно, как в прошлый раз, но все равно мощно. Протяжно стону, чувствуя, как первым в меня спускает Райли. А следом за ним Баррадж, продолжая удерживать меня на весу, пока я немного не прихожу в себя.       Я сползаю по нему на пол, находя салфетки в рюкзаке и приводя себя в порядок. Тело гудит от удовлетворения, и я довольно улыбаюсь, одеваясь и подходя к придуркам, которые снова развалились на стульях, заправив свои члены в штаны.       — Пошли нахуй с моих стульев. — говорю, спихивая их одного за другим и подтягивая стулья к дальней стене.       Умащиваю на них доску, которую нахожу под столом и стелю сверху куртку Райли, замечая, как закатывает глаза. Укладываюсь на импровизированное ложе, накрывшись курткой Барраджа и прикрываю веки, устало вздыхая.       Слышу, как фыркают синхронно и усаживаются на пол у стены напротив, в чем убеждаюсь, смерив их недовольным взглядом, прежде чем снова закрыть глаза.       — Завалите ебальники. — говорю, ворочаясь и устраиваясь поудобнее.       — Мы молчали, если ты не заметила. — выдает саркастически Саймон.       — Вот и продолжайте в том же духе.       — Спи уже, хеллкэт. — улавливаю короткий смешок Барраджа.       — И прекрати меня называть адской кошкой.       — В твоих мечтах, хеллкэт.       Придурки смеются, а я погружаюсь в сон. Мысль о том, какую адскую жизнь я устрою им завтра на базе, согревает меня лучше любого одеяла, и я спокойно засыпаю, слушая их размеренное дыхание. Я вам покажу адскую кошку, озабоченные коты.