Часть 15
20 февраля 2025 г., 11:44
Следующую неделю они не встречались после школы. Арсений сам попросил не приходить на дополнительные занятия и не видеться после некоторое время.
Переживал, что все случившиеся может плохо отразиться на них. И Антон его прекрасно понимал.
Сначала казалось, что будет больше времени, чтобы провести с друзьями. В конце концов, ему ведь не говорили, что между ними все кончено. Хотя, зная Попова, он предполагал, что надолго его оставлять наедине со своими мыслями нельзя. Опять ведь выкрутит всю ситуацию против них. И все старания Шастуна пойдут на смарку.
Он чувствовал себя как натянутая струна. Время тянулось мучительно медленно, каждый час казался вечностью. Он постоянно прокручивал в голове последние события, размышляя о том, как лучше поступить.
Считал, что надо как можно скорее решить вопрос с Сурковой и информатиком. Ну вот почему так? Натворили дел другие люди, а страдают из-за этого отношения Антона?
Больше всего его беспокоило, как эта история повлияет на Арсения. Хотя его ещё не отстранили, а следующий педсовет назначили только через месяц, в школе царила гнетущая атмосфера. За спиной перешёптывались, бросали косые взгляды, а за доброжелательными улыбками чувствовались напряжение и подозрительность.
Антон понимал, что Арсению сейчас нелегко, что на него оказывают давление.
Он представлял, как Арсений, несмотря на внешнее спокойствие и веселость, переживает и нервничает, ожидая решения педсовета. Зная его принципиальность и честность. И как в этом человека умещается так много противоречивых сторон?
Антон разрывался между желанием поговорить с Арсением, поддержать его и страхом сделать только хуже. Ему казалось, что любое неосторожное слово может лишь усугубить ситуацию и привлечь к Арсению ещё больше внимания.
Он чувствовал себя беспомощным, как будто наблюдал за трагедией со стороны и не мог ничего изменить. Ему хотелось что-то сделать, но он не знал, с чего начать. Все зависело от Оксаны, но как до нее достучаться?
Ожидание встречи с Оксаной превратилось в пытку.
Вместо того, чтобы веселиться с друзьями он злился, срывался, то и дело поглядывал в сторону двери, надеясь увидеть одноклассницу.
Через неделю Оксана снова появилась в школьных коридорах. Она шла по ним, опустив голову и избегая взглядов. Антон, увидев её, не раздумывая направился навстречу.
— Оксана, привет, — тихо поздоровался он, стараясь говорить мягко и ободряюще. — Как ты?
Оксана подняла на него усталые глаза.
— Нормально, — прошептала она, отводя взгляд.
— Знаешь, я очень рад тебя видеть, — продолжал Антон. — Я переживал за тебя.
В глазах Оксаны читалась такая безысходность, что Антон не мог не почувствовать острую жалость.
Он сотню раз успел проклясть себя за то, что вообще впутался в эту историю, да еще и вовлек сюда Попова. Вот только сейчас, когда увидел ее, понял, что по-другому поступить просто не мог.
Он подвёл её к свободному классу и подтолкнул к свободной парте. Садясь рядом, поймал на себе одобрительный взгляд Иры, после чего ему стало немного легче.
Антон чувствовал, как много вопросов крутится в голове Оксаны, и понимал, что на большинство из них у него нет ответов. Он хотел узнать, как она собирается поступить с беременностью, но понимал, что сейчас это будет бестактно.
В Оксане чувствовалась какая-то отстранённость, словно она уже приняла какое-то решение, но не собиралась делиться им.
Антон знал, что просто обязан попытаться уговорить ее рассказать правду о Георгии Викторовиче, но слова застревали у него в горле. Так, молча, он и таскался с ней весь день по школе.
На уроке химии, Арсений хорошо скрывал свои переживания. Но на лице явно появилось облегчение, когда увидел ученицу. Прежнего озорства в мужчине сегодня не наблюдалось и весь класс гадал, не заболел ли их классрук.
— Оксана, задержись после урока, дам тебе дополнительные задания, чтобы ты нагнала все, что пропустила пока болела. — под конец урока выдает учитель.
Антону казалось, что все вокруг в курсе происходящее, но он искренне надеялся на тупость одноклассников и в целом, учеников.
Он так надеялся остаться вместе с ними на этот важный разговор, но Попов, словно окатив ледяной водой, бесцеремонно выставил его за дверь. Как будто Антон — посторонний, случайный прохожий, а не тот, кто с самого начала был в эпицентре этой бури. Как будто забыл, что они договаривались разбираться во всем вместе. Как будто Антон для него — пустое место, ничто.
Обида — слишком слабое слово, чтобы описать то, что почувствовал Шастун в этот миг.
Антон стоял у двери кабинета биологии, вцепившись руками в ремень своей сумки, ожидая, когда серьезный разговор закончится.
Дверь кабинета скрипнула, и на пороге появилась Оксана. Она выглядела просто ужасно: осунувшаяся, с потухшим взглядом и поникшими плечами. Он не узнавал в ней ту яркую и жизнерадостную девчонку, какой она была раньше.
Попросил проводить. Сопротивления не встретил и плелся молча почти всю дорогу, стараясь идти медленно, давая ей время прийти в себя. Пока, у самого подъезда, не решился открыть рот:
— Окс, — позвал он тихо, почесав затылок, — я хотел поговорить на счет Арсения Сергеевича.
— Да, — нежно улыбнувшись, она остановилась, внимательно слушая, что же ей собираются поведать, — давай поговорим.
— Я не хочу на тебя давить, честно, но, — он запнулся, подбирая слова, — Арсения Сергеевича могут выгнать из школы.
В глазах Оксаны мелькнул испуг, но она молчала, ожидая продолжения.
— Педагогический совет через месяц, — продолжил Антон. — Если за это время мы не разберёмся с этой, с твоей проблемой, если ты не расскажешь правду,
Он замолчал, не в силах произнести вслух все возможные последствия.
— Кому рассказать? — тихо спросила девушка.
— Всем, — ответил Антон. — Учителям, родителям, полиции. Всем, кто должен знать. Если ты этого не сделаешь, — он старался говорить спокойно, но убедительно, — Арсению Сергеевичу придётся уйти из школы. Возможно, навсегда. Он потеряет работу, репутацию, всё, что для него важно.
Он ждал ответа, затаив дыхание. Но в ответ была только тишина, девушка молчала, глядя в пустоту.
— Оксана, прошу тебя, — сказал Антон, хватая её за руки, — подумай об этом. Подумай об Арсении Сергеевиче. Он ни в чём не виноват. Он всегда помогал тебе, поддерживал тебя. Ты же не хочешь, чтобы его выгнали из школы? Чтобы его жизнь разрушилась из-за того, что кто-то совершил мерзкий поступок?
В глазах Оксаны промелькнуло что-то похожее на осознание.
— Я думала об этом, — спокойно произносит девушка, — Я понимаю, как ты переживаешь за своего Арсения.
— Нет, — перебил Шастун, — у нас с Арсением ничего нет, честно.
— Есть или нет — это не мое дело. Я скажу тебе тоже самое, что сказала Попову: я пока не знаю, что делать. Просто дай мне немного времени прийти в себя, хорошо? А потом можем вернуться к этому разговору.
— Хорошо, — он почувствовал, как тяжеленный камень спадает с плеч и облегченно вздохнув, добавил, — спасибо.
Суркова слабо улыбнулась в ответ и, не сказав ни слова,зашла в подъезд. А Антон? Антон просто радовался, что ситуация с Арсением, наконец, сдвинулась с мёртвой точки.
Он понимал, что именно ей предстоит сделать выбор, и лишь робко надеялся, что она найдёт в себе силы поступить правильно.
Вернувшись домой, первым делам залез в телефон и принялся набирать сообщение:
Антон Шастун
И что это сегодня было?
бАрсик Не понимаю о чем тыАнтон Шастун
Правда? А мне кажется, что все
ты понимаешь!
Почему выставил меня за дверь?
бАрсик При всем уважении, это был приватный разговорАнтон Шастун
Не понимаю, что с тобой происходит
Ладно
Просто ответь на один вопрос
Между нами что-то изменилось?
Пожалуй, это был главный вопрос, который его интересовал. Он понимал, что подробности разговора между учителем и ученицей он узнать не сможет. Да вот только сейчас ему было на это плевать. Казалось, что земля уходит из-под ног. Его Арсений ему не доверяет. И со всем пониманием, что он, правда, нужен этому человеку, точно также как и Попов нужен ему. Осозновал, что моральные устои Арсения могут взять верх над его чувствами. бАрсик Что ты имеешь ввиду?Антон Шастун
Мы еще вместе? Или ты решил меня бросить?
бАрсик Антон, мы не были вместе И все. И конец.
