routine

Некоторые вещи никогда не меняются. Джереми и Майкл успели убедиться в этом высказывании на собственном опыте.

***

Разница между их состоянием утром остается прежней: Джереми всегда более открыт новому дню, чем Майкл. Если что-то и может меняться утром, то эта поза, в которой Джереми и Майклу приходится просыпаться. Поза всегда зависит от того как прошла ночь. Если Майклу снился кошмар, то вероятнее всего он проснется в объятьях Джереми - чаще всего со спины, но время от времени чуть ли не в мёртвой хватке, прижатый к телу Джереми(совсем по-собственнически, как отмечает в голове Майкл). Если кошмара не было, то все еще не исключено проснуться в объятьях друг друга. Сегодняшним утром Джереми, проснувшись, наблюдает интересную картину... Майкл лежит довольно близко к нему, при этом одна рука Майкла, кажется, всю ночь прижималась к лицу Джереми... А еще была правая нога, закинутая Джереми на бедро. Странная поза, Джереми должен это признать. И он удивлён как Майкл в ней чувствует себя комфортно. Не чувствовал бы - давно бы лёг поудобнее. Нога Майкла все же соскальзывает с бедра Джереми, а рука опускается на кровать. Джереми едва слышно хмыкает. — Доброе утро, Майк, — шепчет Джереми почти на ухо Майклу... Майкл дергает плечом. — Че? Джереми не может сдержать мягкого смешка. Каждое утро одно и тоже, а сонная реакция Майкла продолжает его смешить. Как бы не прошла ночь Майкла, утром приходится встречаться с его "Че?" в ответ на "Доброе утро". — Доброе утро, — повторяет Джереми, улыбаясь. Майкл открывает глаза, но почти сразу закрывает их и переворачивается на спину. — Отстань. — Да ладно тебе, Майк! — смеется Джереми. — Проснись и пой! — Заткнись и спи, — Майкл вновь переворачивается, в этот раз уткнувшись носом в подушку. — Ты же знаешь, что я не отстану от тебя пока ты встанешь! — напоминает Джереми, слабо приподнимаясь. — Давай, Майк, у нас ровно два часа, чтобы приготовиться к работе пиццерии. — Пиццерия и без меня может замечательно работать, — бурчит в подушку Майкл. Мог бы и вовсе бы поднял подушку, накинув ее на голову, да будет это уже как-то совсем по-детски. — Я не пойду на работу без нашего замечательного менеджера. — Замечательный менеджер прямо сейчас не лежит тут, — вновь бурчит Майкл. Джереми вздыхает. Когда утро проходило иначе? Майкл никогда не вскакивает с кровати первым! Его постоянно приходилось чуть ли не насилком стаскивать с кровати и таскать по дому, чтобы взбодрить и дать наконец-то понять, что сна на сегодня хватит. — Майк, если ты не встанешь сам, то я тебя с кровати стащу, — в шутливой серьезности говорит Джереми. — Вперед. — Майк, я даю тебе шанс. Тебе не понравится, когда я это сделаю. — Вперед, — повторяет Майкл. — Заметь: ты напросился. Джереми момент мешкается... Дает Майклу ещё один шанс все обдумать, но почти сразу понимает, что занятие это глупое. Дай Майклу хоть сто шансов - он решит, что полежать весь день в кровати звучит просто превосходно. — Что у тебя давно не болело, Майк? Рука? Нога? — Джереми не дает Майклу ответить когда понимает, что ответ может быть немного другим: Не отвечай. Джереми тихо вздыхает. Раньше он мог бы спокойно поднять Майкла полностью, но сейчас лучше воздержаться от таких тяжестей... Не то чтобы Майкл много весил, но и Джереми уже давно не такой сильный как раньше... Поэтому Джереми приходится схватить Майкла за ближайшую руку и потащить с кровати за нее. Почти стащив Майкла с кровати, Джереми все таки остановливается, когда замечает, что Майкл открыл глаза и несколько раз моргнул. — Джереми, что ты... — Доброе утро, — в третий раз говорит Джереми и отпускает руку Майкла... Совсем не ожидая от собственного тела, что он несильно дернет Майкла с кровати. Джереми закрыл глаза, когда Майкл свалился с кровати. — Эй, хороший кувырок с кровати, Майк, — отшучивается Джереми. — Фитцджеральд! — недовольно вскрикивает Майкл, поднимаясь и стараясь игнорировать боль по всему телу. — Это был единственный способ тебя разбудить, — защищается Джереми и смеется, когда Майкл кидает ему в лицо подушку. — Ты сам напросился на это своим нежеланием вставать! Майкл почти с самого начала понимает, что они ведут себя как дети, но такое начало утра было привычным для них двоих... Когда-нибудь Майклу стоит посчитать сколько раз он уже ударил Джереми по лицу подушкой. Когда Майкл собирается во второй раз ударить его подушкой по лицу, Джереми почти выбегает из комнаты, что, впрочем, никак не влияет на желание Майкла "отомстить" за такое фееричное падение с кровати(кувырок с кровати "Доброе утро, Майкл Афтон"). — У меня оружие! — смеясь, выкрикивает Джереми, схватив напольную лампу. — Э-э-э... Горячее оружие! Майкл останавливается. — Поставь лампу обратно на пол. — Кинь подушку на пол. Майкл вздыхает. — Я тебе еще это припомню, Джереми. — Жду не дождусь твоей скорейшей мести, Майк! — улыбается Джереми, в конце быстро подмигнув Майклу. Майкл вздыхает вновь, прежде чем без предупреждения кидает подушку Джереми в лицо. Однако Джереми успевает замахнуться на подушку лампой...

— И вам двоим доброе утро, — недовольно говорит Грегори, в которого чуть не прилетела подушка.

***

— Майк? Майкл поднял голову и вопросительно посмотрел на Джереми. Джереми вытащил из рта щетку прежде чем продолжил: — Мне всегда было интересно, почему ты не чистишь зубы по утрам, — отвечает Джереми. — Я могу признать, что я не самый ухоженный человек в мире, но даже я это делаю. Ты – никогда. — Я чищу зубы по утрам, — не соглашается Майкл, скрещивая руки на груди. — После того как поем. Еда после зубной пасты просто отвратительна на вкус. — Майк, ты же знаешь, что за ночь во рту собирается куча бактерий и поэтому надо чистить зубы сразу по пробуждению? — Знаю, — Майкл кивает. — Но я все равно чистил и буду чистить зубы после приема пищи. Я не хочу, чтобы еда была на вкус такой, что от нее легко могло стошнить. — Возможно, ты просто не умеешь полоскать рот. — Возможно, тебе стоит засунуть щётку обратно в рот, — недовольно говорит Майкл. Он быстро опускает и поднимает взгляд, — На пол паста зубная капает. Отмывать будешь ты. Джереми недовольно закатывает глаза и, взмахнув перед этим рукой, возвращает щетку в рот. — С ванны тоже, — отмечает Майкл, смотря на совсем небольшое количество пасты на бортике ванны.

***

Некоторые вещи, привычные для обычной жизни, прямо сейчас Майкл считал для себя все же бесполезными. Поначалу такой вещью был сон, но потом он понял, что за день он все таки успевает устать. А вот прием пищи все еще казался Майклу бесполезным. Он мог что-то съесть, но утром считал это ненужным занятием. Утром Майклу хватало кружки кофе. Джереми, конечно, такого мнения не разделял. Если Джереми не мог нормально позавтракать, то он считал, что день испорчен с самого начала. — Без молока? — интересуется Майкл, усаживаясь за стол и указывая пальцем на стоящую рядом кружку кофе. — Когда тебя последний раз тошнило от молока? — спрашивает Грегори, поднимая бровь. — Я даже не уверен, что у тебя есть непереносимость лактозы. — Это грубо, знаешь ли, — отмечает Майкл. Грегори лишь пожимает плечами. — Но честно, — присоединяется к разговору Джереми, стоя у плиты. — Я тоже порой не верю, что она у тебя есть... Или была. Майкл недовольно закатывает глаза. — И что мне сделать, чтобы вы поверили? Выпить несколько пачек молока пока меня действительно не вырвет? — Я бы посмотрел на это, — со смешком отвечает Грегори. — Тебе очень повезло, что я не тот тип родителей, что бьет своих детей. Я бы дал тебе подзатыльник за такие ответы. — Да, мне очень повезло, — соглашается Грегори. Он быстро переводит взгляд на упаковку молока, что все это время стояла на столе, а затем смотрит на Майкла. Когда Грегори пододвигает Майклу упаковку молока, Майкл отмечает, что Грегори действительно повезло... Желание дать ему подзатыльник лишь усилилось в Майкле после такой выходки... Да вот только Майкл не позволит себе ударить Грегори. Даже в шутку. — Ну, всё, хватит вам двоим, — качает головой Джереми. Он отодвигает упаковку молока от Майкла, а затем спокойно ставит тарелку со своим завтраком на стол. Майкл и Грегори тут же смотрят друг на друга, пытаясь сдерживать чуть ли не брезгливое выражение лица. Джереми игнорирует их взгляды и спокойно садится за стол. — Тебе не кажется, что ты немного... эм... пережарил бекон? — осторожно интересуется Майкл, переводя взгляд на тарелку Джереми. — Нет, — Джереми пожимает плечами. Майкл и Грегори вновь смотрят друг на друга, когда Джереми насаживает на вилку определенно сгоревший кусочек бекона. — Я всегда так готовлю. — Ты долго развивал свои кулинарные способности? — в шутку спрашивает Грегори, но намекая на ту же деталь, на которую уже указал Майкл. Бекон пережарен. Очень пережарен. — Грегори, — Майкл недовольно качает головою. Джереми громко опускает вилку на тарелку. — Прекратите так смотреть на меня и на мой завтрак, вы двое! — недовольно говорит он. Майкл даже не уверен, серьезен ли Джереми или нет. — Я умею готовить. От моей готовки ещё никто не умер... — Но это еще не значит, что никто от нее не умрёт. — Грегори. Джереми скрещивает руки на груди. — Завтрак нормальный. Не верите - попробуйте. — Я не буду, — тут же отвечает Майкл. — Потому что я не завтракаю по утрам, а не потому что я считаю, что у тебя плохие кулинарные способности! — тут же дополняет он. Ему плохо верится в собственные слова... — Грегори? — Джереми переводит взгляд с Майкла на него. — Слушайте, я, конечно, веду себя иногда так, как вам не нравится, но это же не повод меня травить! — тут же восклицает Грегори. — Во мне нет Реманта или как он там называется. Джереми отодвигает стул и забирает свою тарелку. — О да ладно, Джер, — Майкл отодвигает стул от стола. — Не будешь же ты обижаться на нас из-за этого... — Он будет, — отмечает Грегори, когда Джереми вышел из кухни. Майкл недовольно делает глоток кофе... Холодный. Гадость.

***

— Да ладно, Джереми, — недовольно начинает Майкл, когда видит, что Джереми все еще сидит на кровати, скрестив руки на груди, — ты же не будешь дуться весь день из-за того, что я и Грегори просто пошутили? Джереми ничего не отвечает. Майкл вздыхает. — Джереми, мы не хотели тебя обидеть. Правда. Мы просто пошутили, — Майкл аккуратно садится рядом с Джереми. Он вздыхает, когда Джереми отсаживается от него. — Джереми... Джереми, хочешь я с завтрашнего дня начну нормально завтракать? Хочешь я с завтрашнего дня буду завтракать тем, что ты приготовишь мне? Майкл замечает, что выражение лица Джереми слабо поменялось. Он пытается выглядеть все так же серьезно, но нельзя не заметить по его глазам, что то, что предложил Майкл, Джереми заинтересовало. — Я вижу, что тебе хотелось бы этого, Джереми, — отмечает Майкл. Он подсаживается ещё ближе к Джереми. — Одно слово и я буду завтракать тем, что ты мне приготовишь... Хочешь? Когда Джереми ничего не отвечает, но не отсаживается, Майкл прижимается к его плечу своим... А потом быстро поворачивает свое тело немного вбок, чтобы поцеловать Джереми в щеку. — Я вижу, что ты хочешь, Джереми. Но я хочу чтобы ты сказал это сам... Хочешь? Джереми вздыхает. — Хочу. — Тогда договорились. Майкл смеётся, когда Джереми поворачивается и тут же целует его в уголок губ. Время от времени утром случается что-то более интересное.

***

— Дай помогу, — спокойно говорит Майкл, ставя одно колено на кровать, когда он тянется руками к галстуку Джереми. — Столько лет прошло, а тебе как ребенку надо помогать. — Я могу и сам, — фыркает Джереми. Он слабо наклоняет туловище назад. Майкл хватается за его галстук сильнее и шутки ради очень сильно затягивает его. — Расслабь! Расслабь! — Джереми смеётся, хотя ему и не нравится вызванное действием Майкла ощущение. Майкл со смешком расслабляет галстук... А потом его рука скользит по груди Джереми. — Что ты делаешь? — Убираю складки. — Но их нет, — отмечает Джереми. — Какой умный мальчик, — Майкл хмыкает. — Ты не застегнул одну пуговицу, — отмечает совсем неожиданно и опускает обе руки, чтобы застегнуть злосчастную пуговицу. — Назовешь меня ещё раз "хорошим мальчиком"? — в шутку спрашивает Джереми, когда Майкл убирает руки и довольно смотрит на него. — Может быть вечером, — задумчиво отвечает Майкл. — Как скажешь. Я подожду, — Джереми подмигивает Майклу. — Хороший мальчик.

***

— Знаешь, а я все еще недоволен одной вещью, — отмечает Майкл, когда он и Джереми уже собираются выйти из дома. — И что же тебе так не нравится? — спрашивает Джереми, ставя одну руку на бедро. — Твоя щетина, — сдерживая большее недовольство, отвечает Майкл. — Тебе стоило побриться. — Майк! Я кто по-твоему? Я — мужчина, и мужчине нормально иметь щетину. Вот назови мне хоть одного мужчину, которого ты знаешь, у которого нет щетины или волос на лице. Майкл тут же задумывается над этим. Отец и Генри тут же отпадают - Майкл помнил отца только с щетиной, это только притворяясь Дэйвом Миллером Уильям впервые побрился, а у Генри была очень ухоженная борода. Скотт? И у того была щетина, хоть и не очень заметная, бывший менеджер, судя по всему, очень уделял внимание состояние своему лица. Эд? Даже у противного напарника-охранника была щетина, еще и хуже чем у Джереми. Фрэнк? Тоже с щетиной. — Я, — Майкл прикасается ладонью к собственной груди. — Не-а, тут ты ошибся, — не соглашается Джереми и подхватывает лицо Майкла за подбородок... Подушечкой пальца проводит по щетине Майкла. — У меня чувствительная кожа... Раньше-то я брился. — Мы уже как-то убедились в том, что ты просто не умеешь нормально бриться. Помнишь, я уже убирал у тебя щетину и ты даже не айкнул? Майкл вздыхает. — Твоя щетина мне все равно не нравится... — Заметь: я никогда не брился. С самого начала нашего знакомства. Майкл вздыхает вновь. Джереми прав. — Тогда я всем доволен, — Майкл кивает. — Отлично, — Джереми тут же убирает руку с лица Майкла и касается рукой уже его плеча, чтобы прижать ближе к себе. — Утренняя подготовка объявляется закрытой!