Дело о близнеце

      Шельма высунул язык, сосредоточился на том новом чем-то, что наставник показал ему. Или подсадил? Взрастил во время медитаций? Сложно на самом деле было сказать, откуда оно взялось. Может, действительно всегда было в нем. Опекало, как удобные тени Сеханин, прятало от чужих глаз в нужные моменты. Но сейчас этот комок теней в груди был непривычной константой в постоянно меняющемся теле чейнджлинга.        Когда ему удалось дотянуться, развернуть тени, чтобы они усиками дотянулись до его рук, материализовался овитый тьмой лук. На лбу рыжего выступил пот. Наставник говорил, что его техника была нацелена на другой тип оружия, но ему удалось привязать лук. Шельма натянул тетиву, следующий шаг был сложнее. Нужно было сплести стрелу из теней.        — Еще чуть-чуть и я даже проникнусь твоими упрямством и тупостью, — кисло сказал эльф. Старший брат капитана Морвейна значительно отличался от него. В частности, он, конечно, был зелёным, но словно выцветшим, скорее салатовым. И эта капуста была иногда крайне язвительна.        Шельма застонал, когда лук исчез из его рук.        — Можно не сбивать меня? Пожалуйста? — ощерился на наставника.        — Что, у врагов ты тоже так просить будешь? Минутку тишины, еще немного и я вас убью, будьте терпеливы, мне нужно сосредоточиться? — Лейниир иногда был невыносим, а что ещё хуже, попасть в него чем угодно было крайне сложно.        — Ты сам говорил, что это вопрос практики! Вот я и практикуюсь!        — Все, что ты сейчас делаешь, это тратишь мое время. Возьми винтовку и практикуйся нормально.        — Не хочу винтовку. Она уродливая.        Шельма скрестил руки на груди. Эльф посерьезнел.        — Еще раз это скажешь, и я выбью тебе зубы, — вздохнул, прикрыл лицо рукой. — Господин, скажите ему или увольте меня. Я так больше не могу.        — Уже сдаешься? — по тренировочной комнате прокатился голос. Он не был громким и особо глубоким, но нес столько власти, что этого с лихвой хватало, чтобы услышать его в любом уголке помещения. — Я был о тебе лучшего мнения.        — Вы сами сказали, что мне нельзя стрелять в него, — буркнул в ответ Лейниир.        В комнату вошло существо. Любой с более чем двумя мозговыми клетками довольно быстро смекнул бы, что человеком оно не является. Господин Са Орд возвышался над всеми на добрых два с половиной метра, цвет его идеально гладкой кожи был глубоким коричневым с легким красным оттенком. Длинные черные волосы никогда не были заплетены, но и никогда не путались. Андрогинное лицо дополняли черные глаза с горящими пламенем раскалённого металла зрачками. Телосложение худое, конечности казались слегка длиннее, чем должны были, отчего невольно хотелось сравнивать его с пауком. Но это желание пропадало тут же, когда он начинал двигаться. Что бы он ни делал, все сопровождалось такой грацией, таким контролем тела, которого невозможно было достичь обычному человеку. Для эльфа уши у него были слишком круглыми, для феи… Нет, он не был феей. Его вежливое лицо с вечной полуулыбкой несло легкость и беззаботность только для совсем непроницательных существ. Он был контролем. Он был силой, что держала взбалмошный Анк’Харел в границах дозволенного.        И это непостижимое существо обыденно подошло к Шельме.        — Опять плохо себя ведешь? — он склонил голову набок.        Рыжий сощурился. Он знал этот взгляд. Вызов. Чейнджлинг сосредоточился. Обычно ему нужно было лишь представить себе лицо или сразу человека, и он уже был им. С господином такая тактика не работала. Он не был человеком. Или чем-либо из того, что доводилось изображать Вилу в жизни. Во-первых, рост. Это было самой большой проблемой. Он научился вытягиваться, но нескольких сантиметров до оригинала не хватало. Во-вторых, лицо. Андрогинность шла с тем минусом, что воплотить черты было несколько сложнее. Они не были такими определенными. Такая же проблема была у него, когда впервые после получения шрамов взглянул на себя в зеркало и попробовал их убрать. Собственные черты его настоящей формы ускользали от него. Тем не менее все это были проблемы прошлого.        В тренировочной зале стояло два одинаковых существа. Жамон Са Орд в его неизменной хлопковой рубашке и простых штанах и Вил в безразмерных тряпках. Это была легкая часть. Господин улыбнулся. Сделал жест. Чейнджлинг повторил его с запозданием в долю секунды. Лейниир цокнул. Крайне сложно было воплотить ту манеру, с которой двигался Са Орд. Но, возможно, ненатренированный взгляд и не увидел бы разницу. А те, кто не видел правителя ранее, так и подавно. Но эльф видел. Са Орд же улыбнулся, Вил отразил и это. Они выполнили еще один жест другой рукой. Потом выставили ладонями перед собой.        — Ты быстро учишься, — удовлетворительно кивнул господин.        — Вы шутите? Это два года наблюдений и все еще не идеально! — Шельма вернулся в свое рыжее состояние, скрестил руки на груди и надулся.        — Я и говорю. Ты быстро учишься.        Са Орд почухал его по рыжей шевелюре. Шельма немного растаял.        — И ты продвинешься дальше еще быстрее, если перестанешь капризничать. Возьми ружье.        Вил посмотрел на господина большими голубыми глазами. Са Орда это не тронуло.        — Но я могу сделать это с луком.        — Убойная сила ружья выше.        — Лук тише!        — Ваша техника предполагает, что любое оружие не будет производить звука.        — Но…        Са Орд посмотрел на него. Шельма приуныл.        — Я видел у торговца такой красивый лук…        — Детский сад, — вздохнул эльф.        — Заткнись, — огрызнулся Шельма.        Лейниир только указал на него рукой и посмотрел на господина, мол, нет, ну вы видели это.        — То есть мне нужно раздобыть тебе красивое ружье, чтобы ты обдумал возможность продолжения своего обучения?        У Шельмы не было родителей, но он вполне себе представлял, как недовольный родительский тон звучит. А когда его использовал Жамон Са Орд… Это было то еще переживание, от которого парень с удовольствием бы отказался.        — Нет, — вздохнул.        — Тогда в чем проблема, Вил?        — Вы хотите для чего-то меня использовать, да? — тихо спросил чейнджлинг.        — Уже. Это называется работа, — Са Орд улыбнулся.        — Нет, я про то, что это ведь вы попросили наставника мной заняться. Зачем вы делаете меня лучше?        — Ты ведь хотел стать сильнее. Чтобы другие не смогли причинить тебе вред.        Господин слегка сузил глаза, отчего горящие зрачки в полумраке создавали впечатление, что смотрят прямо в душу.        — Да, но для вас ведь в этом нет выгоды.        — Почему? У меня есть наемник, в чьих способностях я абсолютно уверен. А из-за того, что вряд ли кто-то в этом городе сможет перекупить тебя, я также уверен в твоей лояльности.        — Вы создаете себе солдата, — подвел итог Шельма.        — Если тебе в это проще поверить, чем в мой альтруизм.        Опять этот тон. Вил закатил глаза.        — Я не… Я не хотел вас оскорбить. Приношу извинения. У меня полоса паранойи.        — Так ты перпендикулярно по полосам бегай, а не горизонтально, — подал голос эльф. — А то она так и не закончится.        Шельма просто показал ему язык.        — Ну вот, смотри, тебе нечего бояться, ибо такую занозу я к себе в отряд не возьму, мне с братом страданий хватает, чтобы еще и за тобой подчищать.        — Так что, попробуешь с винтовкой? — вернулся к теме Са Орд.        Шельма вздохнул, но упираться и дальше смысла не было. Господин, как всегда, был прав. Лук — это хорошо, но какой смысл, если есть вариант лучше? Даже Завеса зарится на пистолеты, если они не будут подпевать за теми, кого держат в узде, закончится это лишь в большом количестве трупов. Умирать Шельма особо не хотел, хотя это слегка претило философии его наставника. Лейнииру было легко говорить о том, что, если идёшь убивать, будь готов быть убитым, ему было больше двухсот лет. Шельме было лишь девятнадцать, и весь смысл обучения для него состоял как раз в том, чтобы не подохнуть в подворотне.        Рыжий подошёл к эльфу, тот протянул ему винтовку. Стоило признать, что это оружие также было красивым. Насколько Вил знал, на данный момент оно было довольно уникальным. Несмотря на то что господин выторговал официальное разрешение на их использование у самого создателя, массового производства налажено не было. Металлические и деревянные части винтовки на удивление гармонично сочетались, дополняя друг друга. Чего только стоила гравировка на стволе и золотые украшения на рукояти. Она стоила состояние. Шельма представить не мог, что кто-то способен так легко расстаться с этой прелестью. Более удивительным было то, что господин хочет отдать её именно ему. Опасение, что это все одна большая манипуляция, также было частично причиной, по которой он не хотел принимать огнестрельное оружие. И ведь она работала. Разве могла возникнуть после такого мысль о предательстве господина? Чем дольше он не делал ничего ужасного с Вилом, тем больше росло беспокойство, что, когда все же решит сделать, это будет что-то поистине ужасное. Но одновременно с этим росла надежда, что так будет всегда. Что ему не нужно больше бояться. Пока он сам будет надёжным подчинённым, господин позаботится о нем и не придаст.        Слишком много прыжков веры в последнее время приходится делать Шельме. Парень вновь вздохнул. Закрыл глаза и взял винтовку.        —Чудесно, а теперь выбрось эту свою деревяшку и займись делом, — проворчал эльф.        Рыжий недовольно хмыкнул, но воздержался от комментариев. Отошёл в дальний угол, сел, положил перед собой винтовку. Какое-то время рассматривал её, ознакамливая себя с ней визуально. Когда он запомнил каждый завиток украшений, пошёл дальше. Поднял её, принялся разбирать. Он уже делал это на менее привилегированном варианте, Лейниир позаботился о том, чтобы он знал, как разобрать любой вид оружия, как быстро нейтрализовать его в схватке, как починить поломку. Знания были знаниями, может, память у Вила и хромала в повседневных делах, но учеником он был прилежным. Точнее, после уроков этикета ему вообще ничего страшно не было.        Когда оружие оказалось перед ним полностью разобранным, Шельма потянулся к сгустку тёмной энергии. Лук появился в руке и отправился в сторону. Усики теней отпустили его даже слишком охотно. Усилием воли Вил направил их к деталям винтовки. Одна за другой каждая составляющая медленно оказывалась завернута в его тень. Наставник и господин что-то обсуждали все это время, но, увы, Шельма был слишком сфокусирован на работе, чтобы подслушивать.        После нужно было собрать винтовку. Беря детали в руки, Шельма уже чувствовал разницу. Он бы смог собрать и разобрать ее теперь даже без знания ее строения. Это словно было чем-то естественным и очевидным. Было частью него. Готовое оружие не являлось тем, что до ритуала. Из него струились тени, она была значительно легче и словно уже не принадлежала этому миру. Вил приказал ей исчезнуть, и ее не стало. Она втянулась вместе с тенями в него самого.        — Хочешь сделать пару выстрелов для нас? — Са Орд стоял прямо рядом с ним и наблюдал за всем с высоты своего роста. На его губах была нейтральная вежливая улыбка.        Шельма кивнул, поднялся, направился к стрельбищу. Самая дальняя мишень находилась добрых сто футов от него. Парень предположил, что другие его аудиторию сейчас не особо интересовали. Он сосредоточился на теневой силе, в руках появилась винтовка. Поднял ее, прицелился. Выдохнул. Тьма сгустилась до состояния небольшого шарика. Так легко после попыток создать стрелу, что это даже слегка выбивало из колеи.        Он нажал на курок. Не было звука, не было никакого движения. Просто в мишени появилась дырка. Не в яблочко, но близко. Послышались хлопки. Шельма обернулся и увидел довольного представлением господина.        — Так лучше, разве нет?        — Лучше, — вынужден был согласиться парень.        Жамон Са Орд удовлетворенно улыбнулся, кивнул эльфу и направился к выходу.        — Я надеюсь, ты помнишь, что секрет этой техники ты уносишь с собой в могилу? — спросил наставник.        — Конечно.        — Тогда пора продолжить твои тренировки. Ну-ка, давай назад в стойку, как ты локти держишь, а?        Лейниир не был столь деликатным в своем подходе, как господин, но зато ему проще было верить. С ним было ясно, где лежат его приоритеты. Но это не делало его тычки менее болезненными.