Песнь Турсы: Тень Кайриса

      В покоях было темно, хотя по внутренним ощущениям казалось, что время всего около десяти вечера. Возможно дело в хмурой погоде и дожде, который не прекращается с самого утра.              В своей старой жизни, до всего этого дерьма, Кирилл ещё бы находился на работе. И лишь через час, проверив кассу, включив сигнализацию, закрыв все двери, он бы отправился домой. А сейчас он лежит в мягкой постели императорского супруга, носит дорогущие одежды и украшения, завтракает и ужинает с потомками богов, а также смотрит на жестокие средневековые наказания, где за проступки не штрафуют, или не сажают в темницу, а показательно забивают чуть ли не до смерти. Нет, он, конечно, знал, что в древности были другие законы и судя по некоторым фильмам люди приходили на казни, как в кинотеатр, но он не ожидал, что сам станет свидетелем чего-то подобного. Это для него, человека 21 века, подобное - дикость, а для местных почти норма. Вон, даже Кази в свои 17-18 уже наблюдал это зверство.              Возможно, Кирилл слишком расслабился и позабыл, что это не занимательный квест, а суровая и беспощадная реальность? А что, если бы император не решил бы с ним сотрудничать? Не поверил в его историю про амнезию? Хотя, он итак не верит... Но если (или правильнее будет сказать «когда») он перестанет быть полезным, то окажется на месте несчастного Хасар-бара? Или ещё хуже... Там, где его никто не найдёт - во власти императорского дознавателя - агиза Рахула. Он ещё ни разу не видел этого человека, но лишь одно его упоминание, срывавшееся с губ Догана, заставляло всё внутри холодеть. Если уж тренированный альфа не смог вынести удары плетей, то Кирилл не продержится и двух минут в умелых руках садиста.              От этих мыслей стало только хуже. Он не мог продолжать лежать и закапывать себя всё глубже и глубже. Нужно чем-то заняться.              Кирилл вылез из-под одеяла и зажёг несколько ламп, чтобы темнота перестала давить на него. Надевать мягкие тапочки не хотелось и, как и был босиком, прошёлся по комнате, пытаясь найти себе занятие. Отжиматься не было никакого желания и сил. После вчерашней тренировки мышцы до сих пор болели, да и в целом он чувствовал лёгкую слабость от выпитого вина, а тех крох, что он съел за ужином, оказалось недостаточно.              Он прошёл к рабочему столу Кайриса, сел в удобное кресло с подлокотниками и принялся бесцельно листать оставленные Ишей книги в поисках хоть каких-то иллюстраций. Вскоре ему и это надоело. Порылся в ящиках стола, но не нашел ничего интересного, лишь достал пару пустых листов из грубой бумаги. Рука сама потянулась к перу с чернильницей. У него никогда не было желания вести дневники, но отчего-то сейчас хотелось записать всё, что с ним происходит. Вывалить на невинную слушательницу все мысли и накопившиеся эмоции, но перо застыло в воздухе, а с него, так и не дождавшись каких-либо действий, упала черная капля, образуя неказистую кляксу.              «Нет. Нельзя, — Кирилл с грустью покачал головой. — Если я начну писать на неизвестной письменности, то меня обвинят в шпионаже».              От того, что он даже свой родной язык не может здесь использовать, во избежание проблем, стало только хуже. Он повздыхал и на пробу нарисовал цветочек в уголке. За этим делом его и застал стук в дверь, а затем в комнату вошёл Прим с растрёпанными мальчиком слугой, нёсшим даже на вид тяжеленный и дорогой сундук.              — Прошу прощение, прекрасный шаму, за столь поздний визит, — склонил голову Прим. — У меня для вас подарок от его величества. До его ушей дошло, что сегодня вы неважно себя чувствуете и толком ничего не съели. Его величество очень переживает за вас, и надеется, что эти дары смогут хоть немного поднять вам настроение.              Златовласый красавец говорил нарочито громко, словно рассчитывал быть услышанным стражниками по ту сторону двери. Затем он махнул рукой и слуга, пришедший с ним, поднёс красивый резной сундук. Мальчишка этот выглядел неопрятно из-за длинной тёмной челки, что почти полностью скрывала его глаза. Да и в целом его волосы находились в каком-то беспорядке. Густые и пушистые, они поддерживались только тусклой зеленой лентой. На щеках слуги виднелись толи многочисленные родинки, толи слишком тёмные веснушки. Ну домовёнок Кузя, не иначе.              Кирилл благосклонно кивнул, не зная, как реагировать на подобный жест со стороны императора. Крышка тут же была откинута и его взору предстали несколько простых на первый взгляд, но элегантных украшений, а также обрезы тканей различных оттенков синего.              — Мой супруг... — Кирилл споткнулся, так как услышал яд в собственном голосе и, чтобы избавиться от него, кашлянул, и сказал уже мягче: — мой супруг очень щедр. Прошу передайте, что я благодарен за его дар и заботу обо мне.              Прим чуть поклонился, а затем подошёл поближе, отправив слугу в гардеробную, и уже тише сказал.              — Это действительно подарок от императора. А также у меня есть приказ: вам следует пройти со мной. Тайно.              Кирилл на секунду замер, а затем неуверенно переспросил:              — Тайно? Зачем? Куда?              — Прошу прощения, меня не посвятили в подробности, — сочувственно улыбнулся Прим. — Я просто должен привести вас, ваше величество. Большее мне неизвестно.              Он щёлкнул пальцами и тут же из гардеробной вышел слуга в одном лишь исподнем. Свою одежду он держал аккуратной стопкой в руках, а поверх неё лежали его волосы... Нет не волосы, а парик. Сам же слуга оказался лысым. Теперь он выглядел по-другому, не держался подобострастно, лишь глаза были опущены в пол, избегая внимательного взгляда шаму.              — Прошу прощения, но вам придётся использовать одежду, которую носил этот слуга, — мальчишка быстро поклонился.              Одежда оказалась точно в пору. С париком возиться не пришлось, ведь на короткие, пусть и немного отросшие, волосы он тоже сел хорошо. Несколько прядок, конечно выбилось вперёд, но Кирилл достаточно оперативно забил их обратно.              — Не поднимайте головы, и смотрите всё время в пол, – ровным тоном вывел Прим, едва они подошли к дверям.              Кирилл лишь кивнул и тут же принялся изучать плитку под ногами.              Покинув покои, они спокойным, неторопливым шагом двинулись вперёд. На пути им несколько раз встретились гвардейцы, одни здоровались с омегами вежливым «да осветит ваш путь Истра», а вот другие, видимо не особо воспитанные альфы, проводили Прима и его спутника похабным комментарием, в духе «вот же везёт ас-кадеру, вкушать подобный фрукт каждую ночь, сладки ли его соки?». Высказались, конечно, осторожно. Поэтично, если можно, так сказать. В полголоса, но совершенно точно это достигло не только ушей Кирилла, но и Прима. Однако тот даже не повёл бровью. Не остановился, чтобы пресечь подобное хамство. Либо привык, либо действительно не было времени на перепалки. А ведь когда Прим выходит с шаму, таких низостей определенно не услышать.              Шли они прилично, несколько раз свернули, потом была лестница, а дальше долго прямо, но вот новый поворот – Кирилл едва не налетел на замершего омегу – они остановились у огромной картины, на которой красноволосый всадник на чёрном коне сражает мечом какое-то существо с тремя хвостами льва, крыльями и головой змеи.              — Дальше вам придётся полностью довериться мне, – выдохнул Прим и в два шага приблизился к Кириллу.              Они почти встали нос к носу. Это не ощущалось раньше, когда слуга был на расстоянии, но Прим был действительно длиноногим. Модель, что сказать. Однако всё же неудобно. Златовласый красавец настолько вторгся в личное пространство, что колоски его волос, выбившиеся из причёски, вполне ощутимо касались кожи и щекотали.                     Прим вздёрнул руки. На лицо, а точнее на глаза, легла прохладная ткань и мир погрузился во тьму.              — Что за?! – отпрянул Кирилл, пытаясь пальцами схватить материю.              — Тс-с-с, – чуть с нажимом произнёс Прим, всплеск чужих эмоций был ему неприятен. – Не следует привлекать внимание.              — Зачем это нужно? – немного дрожащим голосом спросил Кирилл, указывая на повязку.              — Ждите, — бросил он и, судя по звуку подойдя к картине, негромко произнес: — Shtazush.              Раздался еле слышный щелчок и дуновение воздуха, словно откуда-то подул ветер. Или возможно просто сквозняк?              «Секретный проход?» - пронеслось в голове. А на лице едва не поступила улыбка. Почему-то он увидел в этом шанс. Если есть этот проход, то из дворца можно тайно сбежать. Вот только ему было любопытно, это единственный скрытый проход или их много? А ведёт ли он наружу? Вроде бы нет, ведь Прим говорил, что его приказано направить к его величеству, а значит через картину они пройдут или в императорский кабинет, или ещё куда, но точно в пределах этих стен.              Теперь то стало понятно, зачем тот завязал ему глаза. Он может и сам действительно не знает зачем, а просто выполняет приказ. По всей видимости Доган не захотел открыть странному чужаку даже малюсенький секретный проход. Но всё же, к чему такая шифровка? Зачем столько таинственности, ради обычной встречи с императором?              Его ладони коснулась холодная рука.              — Пойдёмте. Будьте аккуратны, тут ступени.              Кириллу ничего не оставалось как последовать за ним. Они вошли в проход и стали спускаться. Когда один пролёт был позади, слуга немножко постоял на месте словно, размышляя а потом потащил его куда-то в правую сторону. Кирилл пытался запомнить маршрут, мысленно считал ступеньки, но сбился где-то после тридцатой. Трудно ориентироваться в пространстве, когда на глазах чёрная повязка, а мозг занят проблемой: как как бы не упасть и не свернуть себе шею?               Кромешная тьма, молчаливый Прим и лишь эхо их шагов по каменным ступеням раздавалось в тишине. В какой-то момент лестница перестала быть прямой, а закручивалась, словно спираль. Даже голова закружилась. Они что, в какой-то башне?              Чем ниже они спускались, тем больше Кириллу становилось не по себе. А что если он вывел его из покоев, чтобы тайно убить? Что если этот красивый парень, с якобы несчастной судьбой, профессиональный ассасин? Заведёт сейчас в катакомбы, задушит, да бросит здесь гнить на радость голодным крысам. Искать его будут долго, если, конечно, вообще будут...              Он поежился и попытался сбросить с плеч налипший страх. Стало ощутимо холоднее, чем наверху. А воздух был влажным и пыльным одновременно, будто тут давно никого не было. Ну да, вряд ли подобными проходами пользуется каждый встречный-поперечный. Стоит порадоваться своей избранности. Главное, чтобы это не оказалось билетом в один конец.              Лестница наконец закончилась. Прим отпустил чужую руку и постучал по чему-то деревянному.              — Какое-то странное место для встречи с его величеством, — пробормотал Кирилл себе под нос.              Не услышать его в этой тишине было невозможно, но красавец ожидаемо промолчал. Спустя мгновение, раздался звук открываемой двери и прозвучал знакомый голос:              — Проблем не возникло?              — Нет. В покоях остался Шади.              — Понятно, на сегодня всё. Можешь быть свободен. Дальше я сам.              Горячая рука схватила за запястье и потянула вперёд. Он услышал, как за его спиной закрылась дверь.              — У вас интересные увлечения, — ледяным тоном произнёс Кирилл, хотя внутри у него всё сжалось от страха. Он совсем не хотел оказаться наедине с этим человеком в непонятном месте, ещё и с закрытыми глазами. — Что могло понадобиться от меня уважаемому ас-кадеру в столь поздний час?              — Это вы мне скажите, готов выслушать самые смелые предположения, – раздался голос, полный... заигрывающих нот? Нет, скорее можно сказать этот голос был полон предвкушения. Но чего?