Странницы трёх миров 8. Наследница

Общежитие для гражданского персонала НПО «Сталинград-на-Болхиа» на Звездной улице. 8 марта 2347 г., раннее утро. Наступил самый любимый и долгожданный праздник в году для женщин и, конечно же, мужчин, которых хлебом не корми, дай только лишний раз признаться своим любимым представительницам прекрасного пола в любви и потратить на них все свои заначки. Уже с самого утра все девочки, девушки, жены и бабушки уже наряжались, наводили красоту и приводили себя в порядок, предвкушая сегодняшние роли принцесс и королев, которые им предстоит играть. На Болхиа 8 марта, так же, как и Мужской День, были особыми праздниками, - родных людей старались поздравить по-королевски просто за то, что выжили в этой ужасной круговерти. Сегодняшний же день, когда нарядные представительницы прекрасного пола готовились выйти на улицу, словно на праздничное дефиле, одна краше другой, был еще и днем открытия достроенного, наконец, монумента Родины-Матери, - копии сталинградского монумента с Земли. Монумент был построен на северной окраине Сталинграда-на-Болхиа и был виден из любой точки города. Высокая фигура женщины в старинном, античном платье одной рукой вздымала в небеса исполинский меч, а другую под прямом углом отводила назад, будто звала за собой невидимых бойцов в атаку. Вокруг верхушки меча еще роились роботы-строители и связисты, завершая последние приготовления. «Родина-Мать», символ разгрома нацистов под Сталинградом во Второй Мировой Войне в Индустриальные Темные века, подняла свой меч над коричневыми пустынями Болхиа. У подножия монумента находилась местная часовенка, похожая на индуистскую молельню, и сюда же было решено перенести Храм Всех Религий, где заправлял Уолш. Работы по постройке нового храма должны были завершиться к 1 июня, - годовщине Амфидоанского сражения. Старый храм было решено закрыть. В перспективе именно у подножия Родины-матери должен был быть сформирован новый Пантеон, куда должны были быть перенесены со старого кладбища останки всех героев, сражавшихся еще за «Зарю-21». Всех героев, в том числе и болхианцев. У подножия монумента по традиции создали Вечный Огонь, - по сути, большую плазменную горелку, извергающую семь языков голубого пламени разной величины. Даже уроженцы Сталинградской области РСФСР, глядя на исполинскую женщину издалека, признавали ее полной копией «старшей сестры» с Земли. А, между тем, некоторые отличия от оригинала были. Так, болхианский монумент был немного пониже земного, - примерно шестьдесят метров против восьмидесяти пяти на голубой планете-матушке. Земная «Родина-мать» была выполнена с открытым ртом, будто кричала «Ура!», болхианская же статуя «молчала». Фигура дамы из сверхпрочного материала была выполнена немного под другим углом, - отличие, которое могли заметить только специалисты. И, самое главное, - злые языки уже судачили, что лицо болхинской «Родины-матери» уж очень напоминает лик одной местной кибернетической грузинки. Хотя, наверное все зависело от угла падения солнечных лучей. Строители, которых возглавляла Изуми Сайто божились, что эта фигура еще одну ядерную войну переживет, не дай Бог, конечно. Взгляд «Родины-матери», понятно, был обращен на раскинувшийся у ее подножия город. Из-за монумента пришлось изменить структуру защитного энергополя. Оно перестало быть куполовидным и приобрело форму капли, как бы лежащей на боку. Острие меча и отведенная назад рука были проводниками двух энергопотоков, на которых теперь «опиралось» поле. Ну и конечно, болхианская «Матушка» размещала в себе много всего полезного. «Меч» был еще и излучателем сигналов для сверхдальней квантовой и (для местных) радиосвязи. В статуе находились обзорные камеры, датчики температуры, давления и радиации и, как поговаривали местные всезнайки, что-то еще секретное, о чем КГБ не расскажет. На резонный вопрос, - а они-то откуда это знают, - всезнайки делали многозначительные глаза и поднимали палец вверх. Тайна, мол, свои люди сообщили! Так, по сведениям, «своих людей» в статуе были спрятаны психтронные излучатели, сверхмощные ионные пушки для противокосмической обороны, плазметные батареи кругового обстрела и даже «оружие последней надежды» - гигантская колба аж с пятью килограммами (!) антивещества. Чтобы не сдать в случае чего врагу советский город, а, заодно и изменить рельеф планеты, отколов от нее солидный кусок. Нет планеты – нет врагов! А гуриассийцы-хилликиане боязливо, неодобрительно косились на огромный монумент и ворчали про себя: - Язычники-кулийцы богиню свою прославить решили, капище воздвигли! Только обычно они ее с младенцем рисуют, а тут с мечом!* Надо сказать молодежи, что если кто куалийской богине молиться будет, или даже языческое капище поганое посещать, тот в ад попадет, и мучиться будет вековечно! Вот только гуриассийская молодежь наоборот бежала в сектор землян посмотреть на дивную статую куалийской богини. И только рты разевали – в их мире не найти такой громадной скульптуры! А стоящая у самого ограждения красивая темнокожая девушка в новом салатового цвета платьице до земли и платке-косынке на голове сложила руки перед лицом и прошептала: - Богиня Атэре, ты несешь смерть и справедливость своим мечом! Ты ночная сестра богини Ирады, Хозяйка Трех Лун! Молю тебя, сверши справедливость, воздай всем нашим старым хозяевам по заслугам! Это была Селине, последовательница нуакшийского культа богини любви и материнства Ирады. Она встала у гранитных плит со светящимися куалийскими буквами на одно колено и низко поклонилась Огромной Богине. Для Селине огромная каменная женщина с мечом была огромным идолом богини Атэрэ, - пусть куалийцы и называют ее по-другому, - и никак иначе! А кем еще может быть суровая богиня с карающим мечом?! Если бы была сама богиня любви Ирада, ее изобразили бы с огромным букетом полевых цветов, если бы богиня лесов, - была бы с ветками и листьями, если бы богиня рукоделия и пряжи — была бы с веретеном... Но какая же молитва без жертвы? Вон, и жертвенник горит ярким огнем... Странное какое-то пламя, - не дрожит, не танцует в своем извечном танце Огненной Стихии, и не оранжевое вовсе, а голубое, восстает из земли семью столбиками. Ну, какое есть, такое есть… Нужно бросить в пламя хлебную лепешечку с капелькой собственной крови, чтобы дым дошел до уст Великой Темной богини. Так издавна посвящали жертвы идолам богов в тайных рощах у священных костров… Обязательно должна быть кровь, хоть капелька. Суровая Атэрэ любит кровавые жертвоприношения. - Селине, ты куда собралась?! — окликнула ее Таня, которая селфилась вместе с Рейчел на фоне монумента. Она заметила, что Селине, в новом салатовом платьице из купленного ей на деньги Комитета «приданого», тихонько сняла туфельки и попыталась подняться на гранитный постамент. - Госпожа Тьяна, мне очень надо! — попыталась протестовать Селине, но Татьяна, в парадной форме, с наградами, буквально силой стаскивает ее обратно: - Куда надо?! Туда нельзя, там плазменная горелка! Ты же сгоришь! Говори, что тебе там понадобилось? - Помягче можно? — осадила Таню добрая Рейчел, в летнем приталенном сарафане и сандалиях, - в честь праздника сталинградские метеорологи расстарались и устроили лето в марте, аж двадцать пять градусов. Когда Селине, жутко стыдясь, объяснила мотив своего поступка, Таня, с широкими от удивления глазами, не рассердилась, а звонко рассмеялась над наивностью своей рабыни. Она обняла ее за плечи, нежно поцеловала в висок и прижала к себе, гладя по голове: - Глупенькая ты моя! Не делай так больше, а то еще привлекут тебя за осквернение государственного памятника! Это не богиня, это монумент … всему Советскому Союзу, всей России! - А что такое «Россия», госпожа, Тьяне? - Пойдем домой, я тебе расскажу! А Рейчел расскажет о международном Женском дне. Да, Рей? - Попробую! — Рейчел улыбается, подставляя лицо лучам искусственного солнышка. — Вы, русские, молодцы! Какой клевый праздник сделали государственным! Почему у нас этот день не отмечается? Надо будет подкинуть инициативу законодателям, чтобы и у нас такое ввели. Классно, когда тебя поздравляют только за то, что ты девушка! Но, я уже посмотрела историю праздника, и нашла, что корни его как раз в нашей стране! Черт, ну почему же он не звонит? Он же обещал позвонить! Понятное дело, что речь шла о загадочном женихе Поле, который молчал, как партизан, не звонил уже несколько дней, а уроженка штата Джорджиа, сосланная на край Галактики, сильно по этому поводу переживала. Пока девушки шли до общежития, они успели принять с десяток поздравлений и подарочных сувениров от друзей и знакомых (конечно, Тане, как старожилу, перепало больше всего подношений, которые она честно, по-сестрински, разделила поровну с подругами). Когда они вошли домой, Рейчел все рассказывала Селине про борьбу в начале 20 века женщин США за избирательные права, про американских социалисток и суфражисток Индустриальной Эпохи, о которых, на удивление, знала очень много. Селине внимательно слушала ее, а потом, в конце концов, спросила: - Все вы складно говорите, госпожа Реттель, вот только одного я не пойму, - зачем женщине какие-то там «права», как у господ? Мужчины и женщины разными созданы, так боги решили, есть господа и есть холопы… Вот если у меня вдруг окажутся эти «права», я и знать не знаю, что с ними делать? Да и зачем они мне? Мое дело – детей мужу рожать, хозяйке служить, да за домом глядеть. Дружки мои на Куали тоже говорили про какие-то свои «права», а сами только блудили, да бездельничали. Не нужны мне такие права, я через них чуть на тот свет не отправилась! - О, Господь, какая дикость! – схватилась за голову Джонсон. – Право это как вечное разрешение тебе от государства на выбор, - рожать тебе детей или нет, за кого выходить замуж или не выходить вообще, где работать, на кого учиться, кого избирать в органы власти, или избираться самой! У тебя есть право на жизнь, на свободу, на неприкосновенность личности, на обучение, на оплату труда… Все эти права дарованы тебе Федерацией! - А право моей госпоже служить верой и правдой даровано мне? – прищурилась Селине, поставив руки на пояс. – Вот мой выбор! А все остальное… Дуристика это! Раньше господин все решал, а холоп работал, и все понятно было. А теперь, получается, все сама делай, и никто за тебя не в ответе? - И много твои господа за тебя перед кем отвечали?! – начала терять терпение непробиваемая Рейчел. – Много хорошего за тебя и твою маму решил твой господин?! Пойми, раз у тебя хотят отобрать права, значит, тебя хотят расчеловечить, сделать просто вещью, собственностью. Это есть преступление перед человечностью! - А я… собственность или человек? – растерянно спросила Селине у своих «обладательниц». - Ну, конечно же, человек! – воскликнули в унисон Рейчел и Татьяна, заключая радостную, как ребенок, Селине. – Мы тебя любим, глупенькая! Как может быть иначе?! Никто не имеет права называть тебя вещью! - Ну, если только ты сама этого не попросишь, чтобы сделать оргазм более ярким! – хихикнула Таня «на ушко» негритянки. - Таня, ты хоть когда-то о чем-то другом думать можешь кроме как об оргазмах? – недовольно проворчала Рейчел. – Я, например, не думаю каждую минуту о сексе. - Ещё не думаешь, или уже не думаешь?! – съязвила Таня. Но Рейчел не поняла русского юмора. - Не ссорьтесь, о, хозяюшки мои! – воззвала к обеим благородным сеньоритам Селине, расставив руки. – Слава богине Ираде, мне, глупой девке, с обеими госпожами повезло! Обе вы правы, но каждая по-своему! Госпожа Реттел права по церковному правилу, она же богу молится и по своему божескому закону живёт. А госпожа Тьяне права по-вольному, по-военному. А истина только в мере! - Рей, а тебе не кажется, что эта умненькая рабыня позволяет себе слишком много рассуждать?! – нахмурались Таня. - Да, согласна! Давай накажем ее! - Давай! - Не надо, о великие, меня наказывать! Не надо!!! – воскликнула перепуганная Селине, когда строгие госпожи накинулись на нее и зацеловали в обе щеки, а потом повалили на постель и принялись щекотать до визга, превращая кубрик в веселую детскую с тремя непоседливым девчонками. Селине верещала, как сирена – она была очень чувствительна к щекотке. Доведя бедную бесправную невольницу до слез, довольные собой угнетательницы разбрелись по углам и принялись готовиться к трудному праздничному дню, а также сочли нужным подкрепиться, чем Вселенная послала. Кроме того, Рейчел включила гала-визор, чудом уцелевший после битвы с шершнями, и комната наполнилась музыкой, новостями со всех концов Федерации, поздравлениями прекрасному полу и эстрадной музыкой. - А нашу больщую каменную леди прекрасно видно из окна! – обратила внимание на изменившийся вид за окном Рейчел. – Интересно, хоть на одной нашей базе есть копия Статуи Свободы? - Такую доминанту отовсюду видно, - ответила ее русская подруга. — Насчет Статуи свободы не знаю, не видела. Таня, как честная натуристка, ходила по дому в одних трусиках, озаряя пространство сиянием своей белокожей худощавой мускулистой фигурки с упругими грудками-мячиками второго размера. А зачем себя ограничивать, тело-то должно отдыхать в домашней обстановке! Рядом с ней стояла сама негритянка, также разоблачившаяся до белья по примеру своей строгой хозяйки. Сейчас Жю Сет-младшая что-то яростно искала в сумке, извлечённой из-под кровати. Рядом в контейнере-термосе, приведенном роботом поставщиком с ПРУ, остывал завтрак – две порции, в том числе и для Селине. - Так, кому что стирать, кидайте в корзину! – распорядилась младшая Жю-Сет, не отрываясь от сумки. – Линочка, садись за стол, покушай. Что значит, «не хочу»?! Госпожа приказала! Попробуй нашей кухни, я тебе пельмешек заказала с «Бородинским» хлебом и со сметанкою! Настоящая сметана, натуральная, вологодская! Кушала когда-нибудь пельмени со сметаной? Вот и покушай. А на обед сегодня кубанский борщ будет с натуральной капустой и укропом! - Как можно с утра наведаться такой жирной пищей? – покачала головой Рейчел, сидящая в целомудренном домашнем синем халатика с изображением головы грозного белоголового орлана. – И сколько будет продолжаться ваш парад нудистов? Я вообще-то пищу принимать собиралась! Да и потом, вдруг Пол позвонит… Или мама... - Не будь такой закомплексованной, - ответила Таня, яростно копаясь в сумке. - Да где же они, ебана в рот?! Можешь присоединиться к нам! - Я вовсе не закомплексованная! - вспыхнула покрасневшая американка. – Просто человек разумный отличается от пещерного животного тем, что они доросли до одежды! - А что вы ищете, госпожа? – спросила Селине, наблюдая за археологическими раскопками Татьяны. -Чулки! Проклятые чулки из Киллибура, которые я надевала пять раз в жизни! Буду сегодня Севастьянова соблазнять, мы с ним вечером встречаемся. Так что если все будет нормально, ночью меня не ждите, я ушла в загул. Завтра сами приходите на работу, к девяти часам. Селине, ты тоже! Я тебя на полставки коком* на «Хилликию» оформила. Пока со школой договариваемся, будешь выходить на работу с девяти до двенадцати, а потом… тоже с девяти до двенадцати. Я тебя во вторую смену записала. Будешь работать и учиться. - Да я же Богине душу отдам! – взмолилась Селине. – И ещё и дома работать? Госпожа Тьяне, смилуйтесь! - Не поняла?! – грозно посмотрела на нее Таня. – Не наотдыхалась ещё пять лет? Клятву кто давал?! - Не волнуйся, Селине, пятница, суббота, воскресение у тебя выходные, - поспешила утешить негритяночку Рейчел. — Везет же кому-то...(Это уже было про Таню с Севастьяновым). - Да, правильно госпожа Реттел говорит… - согласилась Таня. - Переработки оплачиваются вдвойне… Плюс повышающий коэффициент за вылеты. Короче, ты первая в мире рабыня с фиксированным рабочим графиком и обязательными учебными отпусками. А теперь завтракать, шагом марш! – Таня в шутку шлепнула темнокожую девушку по пышной шоколадной попке, которою ей очень хотелось укусить. Рейчел все-же решила подкрепиться своим запасом – фито-чаем в пятисотграммовой бутылочке и двумя диетическими мини-гамбургерами, диаметром сантиметров пять. Добрая и хлебосольная Таня, видя такое самоистязание, предложила американке половину своей порции, но та категорически отказалась. Оказывается, Рейчел худеет, считая себя полной. - Мой виртуальный тренер составил по совету мамы для меня персональную диету. – важно прощебетала Рейчел. - А сейчас мой вес на четыре с половиной килограмма выше нормы для моих параметров! - Чего?! – чуть не поперхнулась Таня. – Куда тебе худеть?! Чтобы тебя ветром унесло?! - Хорошо тебе с твоей мальчишеской спортивной фигурой! – обиженно насупилась Джонсон. – Ты секси, всем на зависть! А у меня полнота из-за замедленного обмена веществ. - И кто тебе такое сказал? – Татьяна смотрела широко раскрытыми глазами на американку, которая, может, и не была тростинкой, но полной ее точно не повернулся бы язык назвать. - Мама… И Пол… Но я с ними совершенно согласна! - Понятно… - скептически завоевала языком, что-то вспоминая, Таня. – Не соответствуешь чужим стандартам? Не идеальна? Бывает... - Просто слежу за своим здоровьем! А мои родные поддерживают меня. -Ну-ну… - скептически промычала Татьяна, пытаясь представить, на какой астероид она запустит наглеца, который посмеет обвинить ее в несовершенстве тела и потребует заставить ее перестроить свое тело под себя. – Вот! Наконец-то, нашла! А то думала, что на «Хилликию» придется бежать… Девчонки, я тут тоже подготовилась… К чему Таня приготовилась, сразу понять не удалось, так как в эту минуту прибыло поздравление- подарок от Терентьева, - небольшой кремовый тортик-мороженое в форме ′Хилликии». Как видно, в Константине Игоревиче погиб неплохой кондитер. Гора сладких калорий, и это не беря в расчет еще дымящиеся пельмешки со сметанкой! При виде кулинарного шедевра бедная Джонсон нервно сглотнула слюну, а Таня предложила угостить соседок. По кусочку каждой, чтобы сообща одолеть высококалорийного врага. Но это позже, а сейчас… - Девчонки, я тут тоже подготовилась… - немного засмущалась Жю Сет-младшая. – В общем, как капитан корабля я тоже хочу внести свою лепту в торжество и поздравить вас с Международным Женским днем! Ну, такие себе, очень скромные подарки… Я, конечно, не то, чтобы мастер дарить подарки девушкам, но я думаю, вам должно понравиться! - А разве не мужчины поздравляют женщин? – удивилась Рейчел. – Мне даже немного неудобно… Тогда ты должна была предупредить, потому что ты поставила нас в неловкое положение! Мы-то тебе ничего не приготовили. - Рейчел, вот ты из всего сделаешь проблему! Я тебя, что, обвиняю в чем? Я, в конце концов, тут самая старшая, и моя обязанность радовать моих девчонок! - Звучит зловеще, - прокомментировала Рейчел. Но было видно, что ей неловко. Татьяна, покашливая от некоторого смущения, будто мужчина, ухаживающий сразу за двумя женщинами, преподнесла своим красавицам очень достойный подарок, - расписные платки из Павловского Посада. Платка было три, один Таня презентовала сама себе. Селине смутилась, - не платок, мол, а целое платье! Неужели ей такой царский подарок? А Рейчел, кстати, очень понравилось: - Вау, настоящий русский национальный сувенир! Он аутентичный, да? Как в «Анне Карениной», да? Огромное спасибо, Таня, да уж, это действительно клевый презент! Друзья и мамочка обзавидуются! Таня! А…а как это носить? Тут на выручку пришла Селине. Дело в том, что изо всех присутствующих она одна имела практический опыт ношения платков. Оказалось, что из него при желании можно соорудить все – от крестьянской косынки и восточной чадры до набедренной повязки. Таня же в исторических хильмах видела, что платок носят на голове и плечах. Восторженные девицы активировали зеркало и c восторженным визгом принялись крутиться перед зеркалом и так, и этак. Атмосферности добавляло, что все три девицы к тому моменту были почти полностью обнажены, - Рейчел махнула руками, - с кем поведешься, от того и наберешься! - сбросила с себя халат и присоединилась к празднику. Зеркало потускнело от красоты трех юных нимф, трех ослепительных граций, обнявшихся перед зеркалом, создав новый ансамбль трех богинь, на которых через века с завистью смотрел Рубенс. Как водится, дечонки принялись дурачиться перед зеркалом, хихикать, помогать покрасивее надеть новый аксессуар, нежиться и обниматься. Платки на головах делали их похожими на наложниц из восточного гарема времен какого-нибудь Сулеймана Великолепного. - Девочки, вы красавицы! – улыбнулась Таня. – Кстати, изо всех нас у меня самая маленькая грудь. Рейчел, ты красотка! И никакая ты не полная… А небольшой животик, это даже очень сексуально. Не слушай никого, я тебе говорю, - ты красавица! Давайте сфоткаемся и на свои страницы выложим, пусть мальчишки слюной истекают! Или в какой-нибудь журнал отправим. - Я против! А за комплимент спасибо. - Миловидная Рейчел с женственной, чуть-чуть полненькой фигуркой, с маленьким животиком, со станом-вазочкой, с глазастыми круглыми грудками, покраснела, как рак. Особенно, ее смущали прикосновения Тани чуть выше ягодиц-ягодок. Ей казалось, что от ладони русской подруги исходит приятное тепло, от которого почему-то очень стыдно…и очень хорошо. - Ты занималась плаванием? - Откуда ты знаешь? Я разве рассказывала тебе? - По фигуре и по плечам… - Американская девушка осторожно коснулась пальчиками, нежными, как цветочные лепестки, плеча и шеи Тани. – У тебя фигура просто идеальная! Ни капельки лишнего жира… Будь ты парнем… - И что тогда? – спросила Таня, стараясь не дышать. У нее немного закружилась голова от божественного аромата, исходящего от волос Рейчел Джонсон. А та немного отошла в сторонку, чувствуя жар в груди: - Что-то жарко… Это, наверное, платок для холодных русских зим… Ах, узел затянулся… Как его развязать? - Я развяжу – поспешила Татьяна на помощь. Все было просто… От радости Рейчел затянула на совесть двойной узел. Пришлось развязывать зубами. - Что ты делаешь? – почему-то прошептала Рейчел, отклоняясь назад, но не сильно далеко. - Развязываю… - просто ответила Таня с абсолютно честными глазами. Она наклонилась к ее шее, случайно касаясь чувствительной кожи щеками, придерживая американку за талию… нет, чуть пониже талии. От прикосновений Тани Рейчел почувствовала очень приятную, завлекающую щекотку, которая по позвоночному столбу, будто по тросу в лифтовую шахту, спускалась к тазу и возбуждала там какие-то неведомые прежде несильные сладкие судороги. Она с ужасом заметила, что шея, грудь и низ живота превратились в одну большую эрогенную зону и каждое неосторожное прикосновение Тани к ее коже необычайно волнует и возбуждает. Когда младшая Жю Сет справилась, наконец, с узлом, Рейчел, вся пунцовая, смотрела на нее и … хотела повторения. Таня, похоже, поняла это и осторожно взяла ее за руки: - Все хорошо? Ты не заболела? – Она прикоснулась ладонью ко лбу Рейчел. В панике от собственных ощущений, Рейчел почувствовала приятное покалывание в уголке рта и ей, мало того, что не хотелось отпускать Таню, так ей ужасно захотелось поцеловать русскую девушку в губы. И если бы здесь не было Селине, которая, ревниво нахмурившись, пристально наблюдала за процессом, Рейчел бы сделала это. А Татьяна, тоже вся красная, нежно сняла с нее платок, пригладила волосы американки и накинула платок ей на плечи, тоже взволнованные прикосновениями русской девушки. Да, тело Рейчел остро реагировало именно на сам факт прикосновений другой девушки. И Джонсон вдруг, не вполне понимая, что делает, взяла ее ладонь и, глядя в глаза Тане, приложила ее ладонь к своей щеке. - От твоих рук исходит такое приятное тепло... - прошептала Рейчел, как-то незаметно приближаясь к капитану «Хилликии». — Очень приятное…. - Это биотоки… - прошептала в ответ Татьяна, которая в этот момент медленно тонула в черных зрачках молодого врача. — Ты вся горячая… Таня подвергла обеих своих девиц атаке биотоками, «бомбардируя» самые чувствительные их участки тела. А Рейчел… уже и не сопротивлялась особо. Ей очень нравилась эта русская сорвиголова с мальчишеской фигурой, по-мужски уверенная в себе, смелая и готовая к бою. Именно ее мужеподобность, ее худощавая, мускулистая фигура очень понравились Джонсон, - Таня казалась ей очень красивым парнем с голосом и разумом девушки. И сейчас их губы катастрофически быстро сближались... В последний момент Рейчел скромно опустила голову и прижалась к груди Татьяны, как будто та была ее парнем. Таня обняла ее и поцеловала в макушку, - не сексуально-похотливо, а заботливо, благословляя, как любящая старшая женщина. Американка почувствовала себя счастливой, любимой и защищенной, настолько счастливой, как не чувствовала себя в объятиях Пола-жениха. - Ну почему он не звонит?! — захныкала как маленькая девочка Рейчел, прижимаясь сильнее к огнеопасной русской капитанше. — Таня! Почему?! - Потому что дурак! - ответила ей Таня, гладя и целуя ей макушку. – Я бы тебя одну вообще не отпустила! От каждого поцелуя, от каждого слова Рейчел хотелось сдаться этой белобрысой обольстительнице, заснуть на груди советской ровесницы, и проснуться с ней ранним утром в одной постели. Чего греха таить, с каждым днем нежное, балованное тело американки все больше и больше скучало по нежным объятиям и прикосновениям любимого человека. Секунду спустя с восклицанием: «А я?!» к объятиям присоединилась Селине, совершенная чернокожая Афродита с третьим размером груди. Рейчел, как загипнотизированная, позволила обнять себя со спины и почувствовала, как ее плоть трепещет от прикосновений второй подруги, а на шее сладким пламенем пылал нежный поцелуй гуриассийки. Татьяна, сама пьяная, возбужденная, в эйфории, повернулась к Селине и раскрыла ей свои объятия. Теперь три девушки в платках обнимались лицом друг к другу. Таня поцеловала Рейчел в висок, а Селине в макушку, Рейчел снова приникла лбом к Таниному подбородку, нежно целуя Селине в щечку, а та в свою очередь нежно трогала ладонью ее бедро, склоняясь к Таниной ключице. Было достаточно одной искры, чтобы пламя вспыхнуло. Платок соскользнул с плеч американки, слетая на пол, обнажая ее темно-русые волосы… Все три девушки чувствовали сердцебиение друг друга, дыхание друг друга, цветочные ароматы друг друга, чувствовали, как каменеют их сосочки от соприкосновения с кожей подруги, как сладко содрогается что-то внизу живота... Оставались секунды до первого тройного страстного женского поцелуя. - Девочки, какие вы у меня красавицы! - выдохнула Таня, поглаживая бедра Рейчел и рабыни Селине. — Обожаю вас! Рейчел пришла в чувство первой, когда поняла, что сейчас сойдет с ума от ласк подруг, а они тормозить не собираются. Эйфорию вытеснило вернувшееся чувство стыда и осознание, что так не должно быть. - Нет! Я не могу! Я не хочу! — воскликнула Рейчел, разрывая круг любви. Она отбежала к своей постели, быстро кутаясь в свой халат. - Хватит, девочки! Не искушайте меня! Я не свободна, поймите! И ни слова про «извращенок» и «нормальных девушек»… Рейчел закрыла лицо глазами от стыда, - от стыда, что она чуть не приняла ласки представительниц своего пола и ей это почему-то ПОНРАВИЛОСЬ. Значит, она такая же?! Ну не брать же в расчет лженаучные выводы разных мачистов о том, что все женщины в той или иной степени бисексуальны? Особенно, когда уже полгода молодое тело скучает по рукам далекого любимого жениха! Рейчел не только было стыдно до ужаса за свою скрытую гомосексуальность, но и за яркую гамму ощущений, о которых она даже и не подозревала. За то, что она, похоже, влюбляется в эту русскую мужеподобную стерву. И если та вновь обнимет ее и поцелует в макушку, тело Рейчел просто откажется сопротивляться. - Просто, Рей! — Таня не шутила, не хохмила, ей, похоже, и взаправду было стыдно. — Я думала, что так получится! - Мы обидели вас, госпожа? - виноватым тоном спросила Селине, все еще обнимающая Таню. - Все в порядке, все о-кей, проблема во мне, — подняла ладонь обесскураженная Джонсон, держась другой рукой за лоб, будто у нее жутко болела голова. — Мне тоже очень понравилось, но поймите, я не могу себе позволить отказаться от своей категорической гетеросексуальности! И я не должна от нее отказываться! Я нормальная девушка! Я уже прошла свое гендерное самоопределение, и пусть так и будет! Девочки, вы очень хорошие, но если вы уважаете мой выбор, я прошу вас не ходить по дому голыми! - Ладно… - На этот раз Таня не била кулаком в грудь, не отстаивала свое право на бесстыдство. ОНА ВСЕ ПОНЯЛА. И Рейчел поняла, что Таня все поняла… Жю Сет-младшая послушно натянула футболку и тренировочные штаны, и заставила то же самое сделать Селине. - Так, извините, я жрать хочу! Селине, за мной, в атаку! Татьяна, стараясь не смотреть в сторону Джонсон, извлекла из термического контейнера два горшочка, столовые приборы, хлеб, напиток, соль, приборы… Подняла крышечки и присвистнула: - Они уже остыли почти… Линка, иди сюда, подогревать будем. - У нас запрещены нагревательные приборы, кроме чайника, - меланхолическим тоном сказала в пустоту Рейчел, видимо, тоскуя по утраченной невинности. - Я сама себе нагревательный прибор, - ответила ей Жю Сет-младшая и поднесла ладонь к горшочку, будто вызывала джинна. Рейчел углубилась в свои эмоции… Для нее праздник был безнадежно испорчен. Она даже твердо решила перебраться отсюда на старое место, от греха подальше… но тут ее внимание привлекло булькание Таниного варева. Она с изумлением увидела, как оба завтрака бурлят в свое посуде, будто их на огонь поставили. - Госпожа Тьяне колдовать изволит! – торжественно объявила Селине, прижимаясь к спине Татьяны, обнимая ее сзади и опуская ей подбородок на плечо. - А… как? – Рейчел зараз забыла о своей печали и осторожно подошла к столу. – Таня, это ты сделала? Но … как?! - Ты кушать будешь, обиженка? – с сочувствием спросила у нее Таня. – Попробуй хоть! - Но это же ваши порции… - грустно сказала Рейчел, втягивая аппетитный дымок. – Я сама могу заказать себе. - Так будешь, или нет? Две порции на троих поделим, да, Линка? У нас нет «твое-мое», у нас НАШЕ. Что я за сволочь, если товарища голодным брошу? Будешь? - Буду, - обиженно буркнула Рейчел. – Верну потом стейком… Или пиццей… Попробую немножко этой … азиатской кухни. Через пять минут Рейчел поглощала пельмени так, что за ушами трещало. Таня научила ее брать маленькие порции масла, намазывать на ароматный «Бородинский» и посыпать солью, - так вкуснее. А еще хлеб можно окунать в горшочек и высасывать аппетитную сметанно-мясную жижу. А Селине предварительно посыпала все знаменитой хилликийской приправой, - adellesim, «хилликийской солью», которую, наверное, и детям в грудное молоко добавляли. Сама по себе приправа на вкус была, кстати, на любителя и напоминала смесь черного перца, соли и кинзы. Выходцы из Святого Хилликийского королевства посыпали этой приправой вообще все. Голодающая Рейчел в мгновение ока уничтожила свою порцию, буквально вылизала сметану, ровно кошка, и довольная, сытая, откинулась на спинку стула. Таня выбежала из-за стола и скрылась в ванной. Ей звонила «тетя Стелла». - Фантастика! – выдохнула американка. – Вот только… ик… встать из-за стола…ик… надо постараться… Таня! Так жить нельзя! Эти пельмени в моем желудке весят, как небольшая черная дыра! Меня же разнесет, как беременную! - Это вот траву с синтетическими таблетками жрать нельзя, - вернулась в комнатку Татьяна, вытирая руки. – А вот так жить можно и нужно! Селине, ты чего нос воротишь?! Я сказала, все съесть! Эх, благодать! - О-кей, благодать благодатью, но как ты их вскипятила? – удивлялась доктор Джонсон, поглаживая живот. - Повысила их температуру, да и все! Дала разгон атомам. Это совсем просто! Кстати, ты не ошиблась, пельмени действительно происходят из Азии. Из Китая, где были известны, как «цзяоцзы», вонтоны, а в Корее, как «манду». - В смысле, просто?! Кувшинчики снаружи холодные! А сама пища горячая! - Вспоминаем начальный курс магии, то есть физики, - наставительно сказала Таня. – Что происходит при нагревании тела и как нам его нагреть, если нельзя разводить огонь, то есть совершить простейшую теплопередачу? - Нагревание это и есть теплопередача! – проворчала Рейчел. – Нужно передать к нему тепло по лучу! - Или? - Или разогнать атомы электромагнитным полем. Например, потоком фотонов. Выделится кинетическая энергия, за счет этого увеличится температура.. - Почти угадала! Во всех современных печках применяется принцип ускорения элементарных частиц. Матушка Моане моя как-то раз попробовала высокоактивный элемент в печке разогнать. Шарахнуло так, что весь камбуз разнесло! Но заряженные частицы я испускать не могу, я не электромагнитная пушка. А какое высокочастотное излучение у нас интенсивнее даже гамма-излучения? Вот сейчас и проверим, что у тебя по физике было! - Да иди ты со своей физикой! – возмутилась Рейчел. – Моя специализация вообще между химией и биологией. Ну хорошо, ты намекаешь на сверхвысокие энергии? Я что-то читала про них. - Именно! Q-, R- и P-излучение! Биотоки, которыми я тебя немножко побомбила, это, в принципе, и есть потоки сверхлучей. Q и R, положительные и отрицательные порождаются живыми организмами и сдвигами тектонических плит, а P, нейтральные, отчасти, порождаются магнитными полюсами планеты. Еще Владимир Иванович Вернадский, который предложил в 20 веке концепцию биосферы и ноосферы, интуитивно предсказал, что все экосистемы земли объединены общим энергетическим полем, просто в то время сверхвысокие лучи не фиксировались. Ведьма отличается от обычного человека не только тем, что видит эти излучения без специальных приборов, но и может целенаправленно брать и перенаправлять потоки таких энергий в своих целях. Так что принцип разогревания пельменей ты поняла правильно, только не электромагнитной пушкой и не ионными ускорителями, как в бытовой технике, а Q- и R-лучами. - То есть ты можешь их излучать? – почесала макушку Рейчел, с опаской глядя на натруженные руки Татьяны. - Ты их тоже излучаешь, как и все живые существа! Только я их вижу и могу излучать целенаправленно. Для них преград на бытовом уровне не существует, они мощнее «гамма»-частиц. Ну, вот иногда позволяю себе использовать в быту, – лениво зевнула Таня. - Это очень красиво, госпожа Рейтелл! – подтвердила Селине. – Это как будто ниточки золотистые в воздухе висят, лучики света… только другого света! - И ты туда же? – с опаской посмотрела на негритянку Рейчел. – Вы тут сговорились что ли? - А что тебя удивляет? – сказала Таня, как будто речь шла о самых обыкновенных вещах. – Селине – потомок нуакшийских жриц с Южных островов, как и моя тетя Стелла, а мне она свои способности передала, что называется, по наследству. - То есть этому можно научиться? А как? - Боюсь, что нет, - с сожалением развела руками Таня. – Увы, получить силы Ведьмы есть два способа. Первый – наследственный, то есть быть рожденной матерью-потомком Жриц и вскормленной молоком Ведьмы. Второй – немного экзотический… Нужно в особую ночь при обеих лунах на небе соединиться любовью со старшей жрицей. - Экзотический?! Да нет, что ты?! Пожив здесь, для меня было бы экзотикой, например, сдача тестов, получение государственного сертификата или генетическое изменение, а когда баба с бабой занимается любовью, - это для нас обыденность, что ты! — Доктор Джонсон, как обычно, жгла сердца людей сарказмом. - Да ну тебя! Рейчел предсказуемо была полна яда, намекая на творящиеся в жилище Тани безобразия. «Снежная Ведьма», в миру Таня Жю Сет, поведала уроженеке «персикового штата» обычные байки про ведьм с хилликийского базара. Хотя… Жрицы на Южных островах именно так себе и готовили «смену». Ну не рассказывать же Рейчел о пересадке клеток вилочковой железы из мозга Стеллы?! И придется врать и дальше… ну, точнее, недоговаривать правду… А мисс Джонсон, как и положено высокоморальному человеку, тут же уцепилась за жареное: - Тогда, я извиняюсь, как эту силу получила ты от тетки? Ведь, я так понимаю, ты не потомок жриц инопланетного культа, а твоя матушка Моане удочерила тебя? Так что с первым вариантом сразу мимо, верно?! - Какая ты пошлая, Рейчел! Тьфу! – скривилась Татьяна. – Я поняла, на что ты намекаешь. Обломись! Тетя Стелла приготовила специальный эликсир с использованием капель своего молока и дала мне выпить. Это такой экстренный способ, с вероятностью «фифти-фифти». Но вот у меня сработало! - Ты пила грудное молоко своей тети? – У Рейчел начал дергаться левый глаз. - Ну да… А что такого? - Ничего… - Рейчел перекрестилась. – Господь Всемогущий, как же оказывается скучно мы живем в Америке! В этот момент запиликал сигнал доставки, - что-то привез почтовый робот. Татьяна с возгласом: «Ни хрена себе!» втащила в кубрик две увесистые коробки: - Это от тети Стеллы! А это от Ее Высочества Великой Княгини Сарре Жю Карри! Она меня подарками заваливает! - Там тоже платки? – Рейчел изо всех сил делала вид, что ей не интересно, пока Селине, вытягивая шею, убирала со стола. Увы, доктору Джонсон оставалось только вздыхать от зависти. Стелла презентовала любимой племяннице ни много, ни мало, новый скафандр, костюм для подводного плавания и новые сапожки. К нему прилагалось длиннющее письмо, в котором она рассказала, как маленькая Рамла дружит с Земладой, как они с ней и с Василием Тимофеевым придумали новый способ борьбы с ночными кошмарами девочки и, похоже, это дало свои плоды. Более того, Рамла стала активно искать в Сети информацию о родине предков отца и почему-то о Кавказских войнах 19-21 веков. Стелла загадочно улыбалась, говорила, что Василий, ее муж, - гений, и не зря она за него вышла замуж. Василий на гала-записи лишь довольно ухмылялся. А когда Таня с Селине открыли коробку от великой княгини, Рейчел и вовсе захотелось удавиться от зависти. Внутри находилась роскошная шуба серого лоснящегося меха с черными полосами. Это роскошество было похоже на шкуру снежного барса, хотя Таня знала, какое животное пустили на шубу, и сколько примерно стоит такое изделие меховой промышленности в модном салоне в Киллибуре. Разумеется, Таня не могла удержаться от искушения и примерить шубку. Она была ей чуть великовата, но в ней русская девушка выглядела настоящей боярыней с картины русских художников. Особенно, если сочетать ее с платком. Жаль, зима закончилась, выгулять шубку не удастся. Конечно, Тане нужно было стыдиться того, что шуба сделана из натурального меха убитого животного… Но проведя достаточно много времени на Болхиа, да и на Гуриассе, Таня утратила священный экологический трепет перед представителями флоры и фауны. Открытка, найденная в ящике, гласила: «Моей любимой бунтарке! Великая княгиня Жю Карри!». А еще в коробке было ослепительное алмазное колье, которое очень подошло бы к роскошному вечернему платью какой-нибудь придворной дамы. А вот, кстати, и само платье, серо-серебристое, с бриллиантовыми вставками, да еще две пары шикарного нижнего белья. Одну пару Таня сразу же презентовала Селине. - Тоже чьей-нибудь фавориткой заделаться? – Рейчел, истекая слюной, стала задумываться о несправедливости жизни. Почему этой русской распутнице столько роскоши, и каким местом она ее заработала?! И вообще, в этот момент Рейчел просто-таки возненавидела счастливицу-Татьяну. За что ей столько почестей?! А ей вот ни одного подарка, ни от мамы, ни от отца, ни от Пола! - Хочешь примерить? – будто прочитала ее мысли Жю Сет – младшая. После недолгих уговоров Рейчел согласилась примерить роскошное платье от великой княгини. И… совершено преобразилась. Селине по просьбе Тани, возложила ей на грудь алмазное колье, и Джонсон прекратилась в настоящую принцессу. Та ошалело смотрела на свое отражение в зеркале, на Таню, которая аккуратно расчесала ей волосы, чтоб прическа тоже приобрела императорский вид. И вновь от прикосновения пальцев Тани она вздрогнула, - приятная электрическая искорка промчалась по нервным окончаниям. - Сюда бы диадему еще, алмазную, - задумчиво почесала нос баронесса Жю Сет. – Увы, чего нет, того нет… Бляха, есть! Есть! На «Хилликии»! Подожди, я сбегаю! - Да зачем? – махнула рукой Рейчел. – Помогите мне снять это сооружение… Или сфоткайте на память. Да, Таня, сфоткай меня, пожалуйста… Хоть похвастаюсь… - Если хочешь – оставь его себе! – вдруг предложила Татьяна. – И колье тоже. - Что?! – не поверила Рейчел. – Ты шутишь?! - Нет... Во-первых, это не первое мое платье, меня великая княгиня заваливает подарками. Во-вторых, я же вижу, как ты на него смотришь. Это же просто одежда! И камушки… Настоящие ценности, они другие, их за деньги не купишь… Это я после двадцать второго ноль второго сорок второго поняла… И ты скоро поймешь… Забирай без проблем! Рейчел задумалась... С одной стороны, ей очень хотелось стать обладательницей таой красоты. С другой стороны ей было жутко неудобно и стыдно перед Таней, да и бывают ли такие подарки просто так? – Нет, Таня… Спасибо тебе, но не надо… Слишком значительный подарок, боюсь, что я не смогу на него ничем ответить. Вон, лучше Селине отдай. - Вот что вы американцы за люди?! – возмутилась Таня. – Все у вас через какие-то обязательства, «ты мне-я тебе». А просто, от души нельзя? Возьми, как свадебное платье! Да Пол твой охренеет, когда увидит тебя такой! - А он будет, Пол-то? – вдруг обреченным тоном сказала Джонсон, расстегивая роскошное платье с Гуриасса. – Я впервые задумалась, может ты и права была? Даже не позвонил сегодня… Если хочешь быть с человеком, то и на другой конец Галактики полетишь, а если не особо- то и хочешь, то и полсотни ярдов – препятствие! - Ну ты же сама говорила, что у него работа в Атланте… Работа рядом с домом – это роскошь, многим не доступная. - Особенно, мне! – грустно вздохнула доктор Джонсон. – Знаешь, как дерьмово быть лишним ребенком в семье, при том, что именно ты родилась первая?! - Знаю… - Татьяна помогла Рейчел снять платье. – Юлька Макухина рассказывала. Она тоже когда-то на два годика прилетела. Уже шестой год здесь… Она нашла здесь себя. Может, и ты найдешь? Ты сегодня вечером что делаешь? - Хочешь меня в ресторан пригласить? – грустно улыбнулась Рейчел, кладя голову на ладонь руку Тане, которая стояла у нее за спиной и держала за плечи. – Нет, вечером я хочу с Селинкой посидеть в постели и еще пару фильмов посмотреть. Я домоседка. А ты сегодня планируешь с парнем отжигать? Счастливая… - Давай лучше к колдовству вернемся! – Таня чмокнула американку в щечку, по-дружески хлопнула ее по плечам и, обойдя ее, встала перед столом. – Меня вот Селине «Снежной ведьмой» окрестила. И я подумала, - а что если попробовать изобрести парочку фишек именно с понижением температуры. Попробую не нагревать, а наоборот, замораживать. Это сложнее, кстати… - Клево! Будешь как злая ведьма Дарк Тарси из «Хранительниц света»? - заинтересовалась Рейчел, которая в двадцать лет еще поглядывала по старой памяти детские мультики. – Шшшух! И ледяным лучом превратила Принца Весны в ледышку, да?! «Я забрала душу принца и заморозила его до абсолютного нуля! Теперь вы, феи света, попробуйте расколдовать его, если сможете!» - Подожди, подожди, осади коней! Настоящее колдовство, это тебе не мультики! Во-первых, согласно третьему закону термодинамики «абсолютного нуля» достичь нельзя даже при рукотворном воздествии, потому что это состояние, при котором вообще прекращаются все атомарные движения и распадается само вещество, а полностью остановить атомарное движение нельзя. Во-вторых, ты представляешь, сколько энергии займет образование такого луча? У Дарк Тарси за спиной своя энергостанция должна стоять! Да, существуют промышленные и пожарные морозильные лучи, но они замораживают твердое тело постепенно, до минус ста, максимум, минус ста пятидесяти градусов. А по поводу мгновенной заморозки Принца Весны… Сколько весит средний принц? Килограмм семьдесят, а по-вашему где-то полторы сотни фунтов… Теперь… Если условно твердое тело с весом полторы сотни фунтов, с постоянной температурой ну, приближенной к тридцати семи градусам, мгновенно, - подчеркиваю, мгновенно! – охладить на сто градусов, то по законам той же термодинамики он должен мгновенно передать телу, охлаждающему его … сейчас подсчитаем… что-то около тридцати мегаджоулей энергии. Что будет эквивалентно… сейчас посчитаем… взрыву около десяти килограммов взрывчатки. Конечно, она будет не концентрированной и разойдется в разные стороны, но Дарк Тарси лучше бы при этом надеть скафандр. Кроме того, принца после разморозки можно будет с большой долей вероятности похоронить и лучше в закрытом гробу! - Хорошо, что не ты снимаешь детские мультики! – удивилась Рейчел, после того, как Таня прочла ей целую лекцию по физике. – Никогда еще не видела такую нудную ведьму! - А ты что думала? Колдовство, это прежде всего, законы физики. Никакой магии не существует, наука – это и есть магия. Ну, мы постараемся заморозить не принцев, они нам еще для других дел понадобятся, а какой-то материальный объект. Например… Вон, кусочек торта… - О-кей, - согласилась Рейчел. – То есть человека заморозить невозможно? - Возможно, конечно, крионику никто не отменял… Но при охлаждении СНАРУЖИ, например, если человек, не дай бог, попадет под морозильный луч, ему хана без вариантов. - А как ты собралась охлаждать торт? – спросила американка, с интересом наблюдая за деятельностью «Снежной Ведьмы». - Жидким азотом на него капну, и не надо будет мучиться, - улыбнулась Таня. – Нет, на самом деле я хочу замедлить атомарное движение потоком энергетических пучков. Почти как при лазерной заморозке. - Вот это будет круто! Можно будет без холодильника обходиться! – Рейчел уселась за стол и во все глаза уставилась, как Таня поставила перед собой блюдечко с куском торта и подняла ладонь. - А что должно произойти? Он замерзнет? Заледенеет? - Да подожди ты, я сама не знаю! Прошла минута, две… Для простого наблюдателя, коим была Рейчел, ничего не происходило, - торт на блюдечке не покрывался льдом, не разваливался, не говорил голосом человеческим - как стоял, так и стоял себе под усиленным гипнозом Тани, которая держала над ним руку. Наконец, Жю Сет-младшая устала подавать торту команду и опустила уставшую руку. - И ни хрена, да? Что я делаю не так? Рейчел осторожно потрогала ложечкой кондитерское изделие, в то время, как Таня с ругательствами активировала свою колдовскую книгу и принялась искать нужную страницу. Нет, с тортом ничего не произошло. Рейчел даже попробовала его на вкус, - нет, тортик, как тортик. Правда, он был холодным, но поди знай, это было колдовсво Тани или кусочки вечного льда, положенные в торт еще Терентьевым, чтобы он не растаял? - Госпожа-матушка, а вы золотенькие линии берете или унылые? — вдруг подала голосочек Селине, до этого хлопотавшая по хозяйству. — Матушка моя, покой ее Небесный, тоже как-то разок снедь на леднике морозила, так она унылые брала. - «Унылые», - в смысле, фиолетовые? — переспросила Таня. - Наверное… Я не знаю, как по вашему этот цвет будет. Я его зову скучным, унылым… - А Селине-то мозгА! - Таня выключила гала-книгу. — Селине говорит, что нужно R-волны использовать, а не Q. Говорит, что я полярность перепутала. - Я ничего такого не говорила… - испугалась гуриассийка. — Я и слов таких не знаю! - Ох, Селине! — погрозила ей пальцем Таня. — Что-то мне кажется, что ты не такая уж дурочка, какой хочешь казаться! - Так я и не спорю, госпожа Тьяне! Матушка всегда говорила, что умничать не надо, раб должен глупее казаться, чем есть. Глупых рабов хозяева жалеют, а умных ненавидят. Умный раб — хозяину напасть. - Просто они перекрывали вам доступ к образованию, чтобы вы не подняли восстание, — заявила Рейчел. - А вы, госпожа, не будете … перекрывать? — спросила Селине с наивными, кукольными глазками, хотя пару дней назад она божилась, что наука ей не нужна. - А мы тебя сами в школу гоним, чтобы ты умная была! — раздраженно рявкнула на нее Татьяна, путаясь в собственных заклинаниях. — Да ты и сейчас не дура, просто ты необразованная! - А если я умной стану… вдруг я свободы захочу? — ни к селу, ни к городу обронила Селине, сама испугавшись своей дерзости. - Селиночка, ты школу и профтех хотя бы закончи, и стань умной, - подсказала рабыне путь к непокорности Таня. - И будет тебе и свобода, и замужество, и детки… Сама крестить приду, если жива буду! - Вот мне награда за все мои мучения! О такой хозяйке только богов молить! — расцвела Селине. - Госпожа Реттел, да не терзайтесь вы так… Я в волшебной книге читала, что планиды вокруг солнышек по-разному вертятся, с разной быстротой. Может, у вашего жениха сейчас ночь и он спать изволит. Ведь Красное царство и твое на разных сторонах Куали находятся, а время в нашем городе по советскому стольному граду Му-скхве установлено, стало быть, ночь у него! - Ой, а я как-то и не подумала, - Рейчел коснулась головы. – Ведь в Stalingrad-town время установлено по Moscow, а между Moscow и Atlanta-city разница … Оу, разница семь часов! Спасибо тебе, Селине, какая ты умненькая! Ты мне жизнь вернула! - Вот что знание с человеком делает! – Довольная Таня хлопнула Селине по плечу. – Дал плоды «Окружающий мир»! А говоришь, не под силу тебе учиться! Еще как под силу! Давай вместе попробуем… - Ой, получится ли? – испугалась Селине. – Вы ведь ведьма, вас ведь Ее Сиятельство… - Да ты поменьше рассуждай, ты делай! – легонько подтолкнула ее Таня. – Не боги горшки обжигают! Подожди-ка, сейчас музыку поставим для куражу. Система, выключи это унылое завывание! Поставь «Стальной Шлем», «Траектория восемьдесят два», а потом «Ведьма Стелла». Представляете, шведы в честь моей тети песню написали, в честь ее тарана бункера Вырока! Рейчел вздрогнула и перекрестилась от брутального небогоугодного пауэр-металла, а Таня и Селине подняли ладони над многострадальным куском торта и принялись «бомбить» его невидимыми лучами. Американка, не принимавшая участия в шабаше, смотрела не столько на стол, сколько на то, как Таня обнимает Селине чуть ниже спинки и целует ее в щечку. - Хватит вам уже лизаться, извращенки! – брезгливо заявила невольная свидетельница порочной любви. – Мне неприятно на это смотреть! - Не нравится, - не смотри! – жестко ответила ей Татьяна. – Ревнуешь что ли? - Да, Таня, тебя ревную к Селине! – саркастично ответила Рейчел. - Не ревнуйте меня, госпожа Реттел, я и ваша тоже, - робко уточнила Селине. – И вы меня брать можете, если госпожа Тьяне разрешит. - Прямо спешу и падаю! – Рейчел вдруг с ужасом поймала себя на мысли, что, да, ей неприятно видеть, как Таня целует другую девушку. Господи, кошмар вернулся! Она, сто процентно нормальная девушка, невеста, ревнует эту похотливую белобрысую ведьму! Расстроенная Рейчел Джонсон, плюнув на диету, взяла, было, ложечку и собралась заесть стресс сладким. Но вдруг обнаружила, что торт хуже продавливается ложкой, будто резиновый и от него исходит холод. - Девочки! Что-то происходит! Он точно стал холоднее и плотнее! И он шарашит холодом, никакого кондиционера не надо! - Да ладно?! Линка, у нас получилось! – захлопала в ладоши обрадованная русская ведьмочка. Она схватила ложечку, сунула одну порцию торта себе в рот, а вторую сунула в рот Селине. – Он точно стал холоднее, отвечаю! - Так, госпожа! – поддержала ее верная рабыня. – Мороженное стало, истинно вам говорю! - Термометр есть у кого? – спохватилась Таня. – Вот мы оленихи, взялись опыты проводить, а сами даже простейшего прибора не взяли! - У меня есть температурный датчик, - бросилась Рейчел к своему докторскому кейсу. – Температура продукта минус тридцать два и восемь десятых! Но он не был таким холодным! У вас…получилось… Но как?! - Как я и собиралась, - мы пучками R-пучков затормозили атомарное движение, - пояснила Таня. – Селине пучки собирала, а я ими объект бомбила, вместо лазера. У Селине лучше получается концентрировать энергопучки. Рейчел собралась от радости записать происходящее на камеру и выложить в свой блог, но Таня строго запретила это делать, - еще Стелла Жю Сет строго указала ей избегать публичности. Смущенная Селине стояла рядом и теребила манжеты рукавов, как засватанная невеста. - А что вы еще умеете делать? — спросила американка, желая новых зрелищ и косясь на торт. — А он вообще оттает? Ох, от него прямо холодом шарашит, кондиционера не надо! А дальше девчонки отжигали, как могли… Кипятили в стакане воду и замораживали ее… Творили в воздухе маленькие искорки и шаровые молнии. Потом Таня на спор загипнотизировала Рейчел и «заставила» подписать (в шутку, конечно) тот самый контракт. Когда мисс Джонсон очнулась, она не могла поверить, что ее сознанием владела чья-то чужая воля. Контракт конечно же ликвидировали, потому что возмущенная ( и испуганная) американка визжала, как старинная бензопила на максимальных оборотах и заявляла, что она скорее умрет, чем станет чьей-то служанкой. В этот день Рейчел с ужасом поняла, что если бы Таня хотела, она бы подчинила ее в одну секунду. И, с одной стороны, ей захотелось убраться отсюда куда-нибудь подальше, а с другой стороны, уходить не хотелось, - такого чувства защищенности, такого кайфа она не испытывала даже с любимым мужчиной, даже, когда мама целовала ее, провожая в школу. Да и потом, кто же уйжет из одного кубрика с настоящими феями (или ведьмами), это же так интересно! В финале, перед сборами к «жениху» Татьяна решила освоить еще один прием — перемещение предмета на расстоянии, иначе говоря, телекинез. В качестве подопытного объекта советская ведьма решила использовать завалявшуюся у нее в закромах банку искусственной свиной тушенки. Как и в первый раз, дела пошли неважно. Упрямый увесистый четырехсотграммовый металлопластиковый цилиндрик упорно не хотел подчиняться воле ведьмочек. Татьяна испугалась, что она утратила силу и провела с ним свой стандартный набор манипуляций, - сначала охладила, потом стала нагревать. Но, - ужас! — колдовство не работало! Охлажденная банка и нагреваться-то не желала. - Почему?! — пыхтела и возмущалась Таня, стараясь и так, и этак. — Какого, я, извиняюсь, хера?! Селине! Помоги! - Сию минуту, госпожа! Рейчел думала, поддержать ли волшебницу-самоучку добрым словом или наоборот сказать ей что-то едкое (контракт она ей еще не простила), но в этот момент раздался звонок. С Земли. Из Атланты… Рейчел взвизгнула, на миг подлетела над кроватью безо всякой антигравитации и галопом понеслась в санузел, где можно было уединиться. По дороге она захватила с собой русский платок, - похвастаться обновкой. - Дождалась, постница, первой звезды! — съехидничала Таня по поводу американки, по-прежнему продолжая терзать невидимыми лучами непокорную банку. Когда спустя полчаса Джонсон, радостная и абсолютно счастливая, вернулась в горницу, она застала Татьяну и Селине сидящими прямо на столе в позе роденовских мыслителей, сидящих в полоборота, отвернувшись от проклятой банки, которая почему-то шипела и подпрыгивала на месте, желая спрыгнуть со стола. - Не получается, сссука! – Таня с досады ударила кулаком по столу. – Что ей еще надо? Лина! Что мы не так делаем-то? - Не знаю, госпожа, вы же главная! Может, мы ниточки не так тянем? – пожала плечиками негритянка. – Госпожа Реттел? Повстречались с женихом вашим? - Да! – Счастливая Рейчел излучала сейчас все возможные виды энергий, вплоть, наверное, до сверхвысоких и гамма-лучей до кучи. – Селине, ты была права, он просто спал, но как проснулся, тут же позвонил мне! Он меня любит и ждет, и все в силе! Смотрите, что он для меня сделал! Довольная девушка активировала голограмму на ладони. Там сверкающая, улыбающаяся фигурка с ее лицом, с палец ростом, в костюме фигуристки делала прыжок с вращением надо льдом и мягко приземлялась. Над фигуркой Рейчел появилась короткая надпись на англо-американском: «Моей возлюбленной!» - Правда, здорово?! – Счастливая Рейчел даже слезу пустила. – Любит! Любит! Любит! Просто я в детстве мечтала фигурным катанием заниматься, но не прошла по данным, и Пол сделал для меня мою маленькую виртуальную копию — мини-Рейчел! В виртуальном мире она чемпионка Федерации! - Поздравляю, - мрачно вздохнула баронесса Татьяна, к ногам которой привычно летели алмазы и дорогие меха с другой планеты. – Хоть на картинку сподобился! - Госпожа Реттел, но ведь если он вас замуж зовет, разве не должен он вам кольцо подарить, платье и туфельки на венчание? – спросила наивная Селине. – Мерку-то он у вас спрашивал? - Здесь сейчас такого нет, - махнула рукой Таня. – Грубый век, грубые нравы… - Ах, я и забыла, что куалийцы-троебожники, у них все проще, - понимающе кивнула Селине. – Ну и хорошо, и правильно! - Знаете что?! – возмутилась Рейчел. – Вы ничего не понимаете! Могли и порадоваться со мной! Тоже мне, подруги называется! Пол – лучше всех, и он меня любит! Завидуйте! - Ой, дура! – с сочувствием сказала бывалая баба Таня, глядя на доктора Джонсон, как на больную. Сказала она так (или примерно так) по-нуакшийски, - этого языка не знала ни Рейчел, ни универсальный переводчик, знавший сорок тысяч языков Федерации и ее окрестностей. - Она просто любит, ihenna! – ответила ей Селине. – Счастливая! - Эй вы, нечисть?! Вы на каком языке разговариваете?! – возмутилась Джонсон. – Я вам метла куплю, чтобы вы по ночам на Лысую Гору летали! - Ты хочешь, чтобы нас ПВО сбила? – флегматично спросила Татьяна, оттаскивая озверевшую тушенку от края стола. – Спасибо тебе, добрый человек! - Что у вас с банкой-то? Судя по активности, у вас там жизнь завелась! - Да ни хрена хорошего! Нагреть-то у нас ее получилось, - пояснила Таня. – Даже перестарались, до кипения довели. А вот сдвинуть с места никак! В принципе, нахрен это нужно, когда антигравы есть? Я просто уже хочу до конца это довести. В принципе, старая ведьма Жю Сет в книге всего один раз упоминает, как она предметы двигала, но она это делала с метелкой. Она оперировала с R-лучами, а у нас не получается, хоть тресни! Что я за ведьма, если я четырехсотграммовую банку с места сдвинуть не могу? - Может, не стоит пытаться, госпожа Тьяне? – жалобно спросила Селине. – Если уж у старой Ведьмы не получалось… Матушка моя и не старалась никогда вещи передвигать. - Так, лапки вверх мы поднять всегда успеем! – жестко ответила ей Таня. – Русские не сдаются! Давай подумаем логически… «Ниточками» мы ее сдвинуть не можем, и я пока не понимаю почему… Мы с тобой в одну точку банки стреляли, по аналогии, будто шкаф пытались сдвинуть. Антигравитационное поле создать без излучателя – это очень тяжело, это даже тете Стелле тяжело сделать. Электромагнитное? А если… по аналогии с электромагнитым полем попытаться создать свое, из hight energy lights? R и Q-лучи, - это же вроде как аналоги отрицательного и положительного полюса магнита. А что, если мы одну сторону баночки попробуем золотой ниточкой подвинуть, а другую, - «унылой»? Вроде как воображаемые энергетические направляющие проведем… Давай попробуем? Сейчас я поясню… Нам его подвинуть-то надо сантиметров на двадцать, не больше. Хотя бы по твердой поверхности… Таня включила виртуальный блокнот и принялась рисовать пунктирами короткие отрезки разных цветов. А Рейчел, обиженная в своих лучших чувствах, в сердцах плюнула на опыты соседок-ведьм и принялась загружать послание от Пола в свой блог. Проигрыватель в это время извергал назло американской баптистке композицию «Язычники старой Европы», и американка собиралась сейчас вырубить этот рев именем Божьим и включить что-то более романтическое, приятное… - Ой! – услышала Рейчел возглас Селине. А потом вдруг легкое волнение воздуха, грохот ломаемого окна, треск стеклопластика, рев и механический голос сирены: - Внимание! Неопознанный выброс энергии! Подозрение на террористический акт! Этажу, - срочная эвакуация! Повторяю, - срочная эвакуация! Вызваны специальные службы! Всем сохранять спокойствие и действовать согласно плана эвакуации! - Еб твою мать! — задумчиво сказала Таня с немалым оттенком фатализма. Рейчел, открыв ротик, медленно подошла к зияющему отверстию в окне, размером аккурат с цилиндрическую банку. По выражению лиц пораженных громом подруг Рейчел поняла, что им не только удалось сдвинуть предмет с места, но и придать ему нехилое ускорение, в результате чего банка тушенки превратилась в выстреливаемый из пушки снаряд и вылетела из окна. Причем, судя по пробоине в стеклопластиковом окне, которое, судя по документации, должно было выдержать попадание пулеметной пули, ускорение действительно было очень нехилым, - десятки метро в секунду, если не сотни. - Мать честная! Что же мы сотворили-то? И как?! - О, богиня Ирада! Нас теперь на каторгу отправят! - А куда эта банка полетела? – очухалась Таня. - По направлению к этой большой леди, - ответила Рейчел, глядя на открывающийся перед ними величественный силуэт Родины-матери. - Получила все-таки богиня Атэрэ жертву, - тихо сказала Селине. - Бежим! Она же кого-нибудь убить может! – побелела от страха Татьяна. – Вот мы с тобой дуры! Рейчел, одевайся! Возьми свой кейс на всякий случай. Господи, только бы ни в кого не попала! Как?! Как у нас это получилось?! - Таня… - Рейчел со стоическим спокойствием уже привыкшего ко всему человека с опаской посмотрела в пробоину на Божий свет. – А ядро атома твоя старая ведьма на досуге не расщепляла? - Я не знаю, я еще не все прочла, - ответила Татьяна, спешно влетая в ботинки. – Это сейчас принципиально? - Очень! - Рейчел на всякий случай перекрестилась. – Не читай дальше, ладно?.. ________________________________________________________________________________ ПОЯСНЕНИЯ И РАСШИФРОВКИ - * «Только обычно они ее с младенцем рисуют, а тут с мечом!» - Хилликийцы путают изображение Божьей Матери с икон и Родины-матери из Сталинграда (бывшего Волгограда). Кок – корабельный повар.