The Preceptor\Наставник

Наконец, несмотря на долгие протесты Каспиана, его настойчивость, щедрые поцелуи и страстные признания в любви, Эдмунд отказался выйти за него замуж. Не то чтобы он был против самой идеи брака — в его каштановых глазах мелькала веселая искорка, выдавая скрытый интерес. Но Эдмунд, своего рода реинкарнация короля Эдмунда Справедливого, беспокоился о благополучии Королевства. По его мнению, свадьба сейчас была не лучшей идеей. Прежде всего, требовалось подавить возможные восстания и измены, чтобы обезопасить Рилиана и Нарнию. Рилиан, однако, был в безопасности — прямо сейчас он цеплялся за Эдмунда и не желал его отпускать. Наследник Каспиана уже час плакал, несмотря на утешительные слова, которые шептал ему Эдмунд. Он боялся, что после заключения больше никогда не увидит своего наставника, и не хотел расставаться с ним снова. — Поверь мне, сынок, — мягко сказал Каспиан, — я больше никогда не позволю Эдмунду быть вдали от нас. Эдмунд метнул в него взгляд, и Каспиан больше не мог сдерживаться. Он наклонился и нежно поцеловал своего возлюбленного, даже если Рилиан раздраженно фыркнул, не одобряя их поведения. — Да ладно тебе, Рилиан, это же ты хотел, чтобы я женился на Эдмунде! — …Да, но… Казалось, мальчик просто не желал делить Эдмунда ни с кем, даже со своим отцом. К сожалению (или к счастью для Каспиана), он был королем и мог поступать так, как хотел, в том числе жениться на Эдмунде, как только тот скажет «да». — Эд? — Хм? — Выходи за меня? — Нет. Ну, стоило попробовать. Каспиан был полон решимости продолжать в том же духе, пока не добьется желаемого ответа. По крайней мере, Эдмунда его настойчивость скорее забавляла, чем раздражала. — Ваше Величество, развлечения могут подождать, — раздался глубокий голос. — Сейчас вам нужно сосредоточиться. Аслан смотрел на них с тем же мягким удовольствием, что и Эдмунд. — Конечно, я сосредоточен, — заверил Каспиан, повернувшись к Льву. Народ реагировал на появление Аслана по-разному. Простые люди ликовали, восклицая слова радости и преданности Создателю. Аристократы же хранили холодное молчание. Королевство казалось разделённым, и Каспиан не знал, как действовать. — У нас проблема, — признал он, печально вздохнув. — Дворяне жаждут власти. Они забыли принципы Нарнии, забыли свой народ. Я боюсь, что если не приму меры, они начнут угнетать тех, кого считают низшими. — Ты прав, король Каспиан. У тебя есть решение? Если бы оно было, он бы уже действовал. Каспиан перевел взгляд на Рилиана и Эдмунда. Он уже допустил ошибки, но теперь обязан что-то предпринять. — Я не могу просто разжаловать их всех — это вызовет мятеж, а гражданской войны Нарния не переживет. И я не могу доказать их предательство… пока. — Тебе следует больше доверять своему народу, король Каспиан, — произнёс Аслан, выходя на балкон. Во дворе собрались сотни людей, а за пределами замка их было еще больше. — Ты их король. Поговори с ними. Услышь их. Каспиан почувствовал, как что-то болезненно сжалось в груди. Он так долго пытался угодить аристократии — жадной и эгоистичной, что забыл обо всех остальных. Забыл о простых нарнийцах, которые были хорошими и верными людьми. Забыл слушать их после смерти Лилландила. Он взглянул на Эдмунда и улыбнулся. Может, с ним рядом он вновь научится слышать свой народ и станет тем королем, каким всегда стремился быть. — Хорошо, Аслан. Я сделаю все, что в моих силах. Каспиан шагнул на балкон, и толпа мгновенно замерла. Он заговорил. О Лилландиле и Рилиане. О покушениях и предательствах. О древних королях и королевах. О великом Аслане. О дворянах и их жадности. И, наконец, он попросил у народа прощения за свою слепоту. Нарнии нужны не просто титулованные особы — ей нужны те, кто действительно заботится о ней. И нужен король, который поймет, какой пропасти он позволил расти в своем королевстве. Поэтому Каспиан приказал арестовать тех дворян, чье предательство было очевидным. В первую очередь — лордов Глозелля и Сопеспиана. Эти двое организовали незаконное заключение Эдмунда. Без своего защитника Рилиан оставался уязвимым. К счастью, Трампкин успел вмешаться, обеспечив наследнику защиту. Лорд Сопеспиан, в свою очередь, давно продвигал свою восемнадцатилетнюю дочь как идеальную невесту для принца — красивую, но легко управляемую. С тех пор как ей исполнилось шестнадцать, Каспиан видел, как ее настойчиво подталкивают к Рилиану. Она была бы удобной пешкой, особенно если бы с его сыном что-то случилось. И оба лорда слишком хотели избавиться от Эдмунда. Когда солдаты схватили их, Глозелль и Сопеспиан взорвались яростными криками о «темной магии», которой якобы владел Эдмунд. Остальные дворяне молчали, опустив головы — то ли от стыда, то ли от страха. Аслан стоял рядом, а позади него — улыбающийся Эдмунд. В его глазах сверкала гордость, и сердце Каспиана наполнилось любовью. Клянусь Асланом, он любил этого человека. — И… — Каспиан позволил себе хитрую улыбку. — Чтобы доказать свою преданность Нарнии, я клянусь сделать все возможное, чтобы добиться руки короля Эдмунда. Толпа взорвалась радостными криками. За его спиной Эдмунд громко заявил, что ни за что не выйдет замуж при таких обстоятельствах, а Рилиан с громким стоном закрыл лицо руками.

***

Аслан исчез несколько дней спустя, ни с кем не попрощавшись. Когда Каспиан спросил Эдмунда о поступке великого Льва, молодой человек только пожал плечами с понимающей улыбкой, и Каспиан догадался, что это не первый раз, когда Лев уходит таким образом.  - Он посчитал что больше не нужен, — только и сказал Эдмунд с какой-то грустью в голосе, когда Каспиан заговорил об этом ночью, когда они оба лежали в постели лицом друг к другу - Но ведь так они и есть, — сказал Каспиан в ответ, лаская лицо Эдмунда любящей рукой. - Однажды он приходит, переворачивает нашу жизнь с ног на голову, а затем уходит, не издав ни звука. - Один друг однажды сказал мне, что не любит прощаний. Он более разумен, чем хочет, чтобы мы думали - Ты имеешь в виду друга из твоей прежней жизни, когда ты был королем? Эдмунд застенчиво кивнул. Каспиан знал, что его возлюбленному все еще трудно говорить о своих воспоминаниях, но он все еще пытался каждый день узнавать о нем побольше. - Тебе не нужно беспокоиться обо мне, Эдмунд, — пробормотал Каспиан, наклоняя голову к Эдмунду, чтобы поцеловать его. - Я бы хотел узнать о тебе больше. - Даже если это было тысячу лет назад? Даже если это воспоминания из другого мира? Каспиан нежно улыбнулся ему и провел рукой по растрепанным черным волосам Эдмунда. - Я люблю тебя и хочу знать все. Я думал, что ясно дал понять, когда сказал, что хочу жениться на тебк -Ты не говорил мне, что хочешь жениться на мне, ты просто сказал мне выйти за тебя замуж. Здесь есть разница. - Это одно и то же, — рассмеялся Каспиан, а Эдмунд покраснел под его настойчивым взглядом. - И я сказал перед всеми нашими людьми, что сделаю все, чтобы заполучить твою руку. Ты просто играешь словами, и это не играет разницы. Я буду просить твоей руки каждый день до конца своей жизни, если я буду так делать, пока ты не скажешь «да». Теперь Эдмунд был весь красный, и смущенным и это было восхитительно. Так же невозможно возбуждающим. Его член твердел, и Каспиан знал, что его любовник догадался о его похотливых намерениях. - Значит, просьба о моей руке тебя возбуждает?— потребовал Эдмунд, пытаясь уклониться от блуждающих рук, тянущихся к его бедрам.  Каспиан не дал ему сбежать. Он схватил его запястья и прижал Эдмунда к матрасу, чтобы украсть его дыхание. Каспиан нежно провел губами по губам Эдмунда, пока их языки смешивались в чувственном балете. Тепло пронеслось по его телу, а его член пульсировал между ног от желания. Неважно, что они уже делали это раньше, когда ложились спать, голод Каспиана никогда не был удовлетворен, когда дело касалось Эдмунда. Его голод только рос с каждым прикосновением к нему.  - Отпусти меня, зверь! — простонал Эдмунд, борясь под ним, только разжигая чувства Каспиана. Он схватил твердый член Эдмунда, затем начал медленное движение вверх-вниз, и Эдмунд немедленно прекратил борьбу, долгий стон сорвался с его красных губ, который вскоре был проглочен ртом Капсиана. Каспиан любил слушать, Эдмунда. Его голос был прекрасен, и он мог слушать его часами, но сейчас единственными звуками, которые он хотел слышать из его восхитительного рта, были стоны и крики экстаза - Выходи за меня замуж, — прошептал Каспиан ему на ухо, прежде чем он нежно прикусил его, его язык прошелся по его коже. - Я люблю тебя, я хочу тебя, пожалуйста, выходи за меня замуж, моя любовь… Каспиан не дал Эдмунду времени ответить и поднял ноги, чтобы проникнуть в него быстрым движением бедер. Эдмунд тихонько заскулил, все еще разумный с недавнего времени, но Каспиан не собирался сейчас быть с ним помягче. Прежде чем Эдмунд успел отдохнуть или привыкнуть, Каспиан начал беспощадно вбиваться в него, целуя своего любовника, пока тот не превратился в сплошной беспорядок из стонов и удовольствия.  - Женись на мне, — горячо прошептал Каспиан ему на ухо. - Пожалуйста… - Я-а! Да! Каспиан перестал двигаться. Это не было «да», сказанное в пылу момента, и не было способом выразить, насколько хорошо он чувствовал удовольствие. Нет, это было настоящее «да», настоящий ответ. - Что? За последние несколько дней он спрашивал его бесчисленное количество раз, но просто не мог поверить в то, что услышал.  - Да, я женюсь на тебе, — прошептал Эдмунд, глядя прямо в глаза Каспиану. - А теперь просто заткнись и трахни меня, глупый король. И Каспиан с удовольствием подчинился, согнул своего возлюбленного пополам, положив ноги Эдмунда себе на плечи, и возобновил свои движения, нетерпеливые и возбужденные. - Я люблю тебя, — пробормотал он влюбленно, устремив темные глаза на своего жениха. - Я так сильно тебя люблю. - Я тоже тебя люблю, — прошептал Эдмунд с улыбкой.