I'll teach you love. Веришь?

Вдох.

Выдох.

Повтор.

Блять.

***

Утро на базе начинается с лёгкого шума: гул голосов, стук столовых приборов и запах свежезаваренного чая наполняют пространство общей столовой. Тэхён, слегка растрёпанный после сна, осторожно спускается по лестнице, чтобы присоединиться к завтраку. Чонгук, как всегда, уже на месте — сидит за дальним столом, лениво потягивая горячий напиток. — Доброе утро, принц! — раздаётся громкий голос Хосока, который первым замечает Тэхёна. Его улыбка сияет, а глаза весело поблёскивают. — Доброе... — начинает Тэхён, но его голос моментально срывается, когда он видит ехидные улыбки Юнги и Суён. — Ой-ой, кто это тут такой скромный? — добавляет Юнги, опираясь локтем на стол и глядя прямо на Тэхёна. — Прямо цветущий наш мальчик. — Хватит. — тихо бурчит Тэхён, стараясь не встречаться взглядом ни с кем. Но шутки только начинаются. — Ты заметил, как он теперь всё время светится? — спрашивает Джин, хитро прищуриваясь на Намджуна. — Это что, магия любви? — Или магия Чонгука. — вставляет Суён, отчего все дружно смеются. Чонгук, не обращая внимания на общий хаос, спокойно берёт кусок хлеба и намазывает его джемом. Его лицо сохраняет невозмутимое выражение, но уголки губ чуть подрагивают от сдерживаемой улыбки. — Ну, Тэхён, расскажи нам, каково это — быть объектом такой преданности? — Хосок хитро щурится, кивая в сторону Чонгука. Тэхён мгновенно краснеет, его уши буквально горят. — Я... Я не понимаю, о чём вы говорите! — резко отвечает он, опускаясь на своё место за столом. — Конечно, не понимаешь, — фыркает Юнги. — Но почему-то краснеешь, как помидор. Чонгук, наконец, поднимает глаза на Тэхёна и, не выдержав, громко смеётся. Его смех заразителен, и даже Тэхён, сквозь всё своё смущение, не может удержаться от лёгкой улыбки. — Оставьте его в покое, — говорит Чонгук, вытягивая руку и лёгким движением подталкивая тарелку с тостами ближе к Тэхёну. — Пусть поест в тишине. — Ну, конечно, ты его защитишь, — усмехается Джин. — Он же твой маленький домашний принц. Тэхён едва не давится тостом, услышав эту фразу. — Я не... — начинает он, но снова замолкает, когда взгляд Чонгука пересекается с его. В глазах Чонгука читается насмешка, но и тепло. Это только сильнее смущает Тэхёна. — Принц так принц, — наконец произносит Чонгук, невозмутимо откусив кусочек от своего тоста. — Но домашний? Даже не знаю. По-моему, он вполне себе боевой. Все снова смеются, и Тэхён, чувствуя, что не выдержит ещё одного комментария, делает вид, что увлечён своей тарелкой. Его лицо всё ещё пылает, но он чувствует, как где-то глубоко внутри него теплится странное чувство счастья. Даже если они и шутят, это всё равно напоминает семью. Думал он, пока не начался полный пиздец. — А что насчёт того самого, а? — неожиданно снова вставляет свои пять копеек Хосок, хитро прищуриваясь. — Чего? — недоумённо переспрашивает Тэхён. Даже Чонгук, будучи столь самоуверенным, настороженно выгибает брови. — Вы ещё не... того? Не только парочка, но и все остальные косятся на подозрительного Хосока. — Ну блять, кто-то из вас уже вставлял свои причиндалы в другого?! Юнги мгновенно затыкает ему рот своей рукой, а Джин заливается громким смехом. — И то верно! Если Тэхён до этого был хоть отдалённо смущён, то теперь на его щёках можно смело жарить яичницу. Однако, впредь всем ожиданиям, Чонгук резко вскакивает со стула и выкрикивает: — В смысле? Кто-то из вас? И слепому ведь понятно, что именно мне принадлежит эта опупенски очумительная задница! Вы посмотрите только на неё! — Чонгук вдруг запинается, словно что-то вспомнив, и в Тэхёне уже зарождается надежда, что тот всё же взялся за ум. Но и тут облом. — Хотя нет, не смотрите. Она только моя, целиком и полностью. Тэхён, твой зад — просто отпад. — М-даа... ништяк. — Юнги обречённо качает головой. — Зашибись! — выдавливает из себя Суён, уже чуть ли не свалившаяся под стол, держа руками живот. Наверное, от нехватки кислорода между доставучим хохотом. Тэхён уже простился и с собой, и с адекватностью. И кто ему достался, спрашиввается? Извращенец эдакий. Он протяжно выдыхает, упав лбом на поверхность стола. Чонгук, наблюдая за тем, как Тэхён всё глубже прячется за свою тарелку, всё-таки наконец решает вмешаться. Ему было весело наблюдать за смущением Тэхёна, но сейчас оно перестаёт быть забавным. Он видит, как тот краснеет всё сильнее, и как неловко ему от шуточек остальных. И своих в том числе, вероятней всего. — Эй, — говорит Чонгук, мягко касаясь плеча Тэхёна. — Хочешь немного проветриться? Тэхён поднимает на него удивлённый взгляд. — Проветриться? Чонгук кивает. — Да. Здесь слишком душно. Тэхён смотрит на стол, где все продолжают веселиться и отпускать комментарии. Ему хочется сбежать, хотя он и не подает виду. — Ладно. — тихо говорит он, поднимаясь со своего места. Чонгук бросает быстрый взгляд на остальных. — Мы скоро. — говорит он, ухмыльнувшись. — Ох, конечно! — поднимает брови Джин. — Только не слишком задерживайтесь, а то мы начнём волноваться. Юнги хмыкает, а Хосок громко смеётся, махнув рукой. Намджун, судя по всему, вообще не вслушивался в подобный разговор. — Удачи вам! — выкрикивает он, вызывая очередной всплеск смеха. Тэхён опускает голову, чтобы скрыть своё лицо, и быстрым шагом следует за Чонгуком. Они идут через длинные коридоры базы, пока их шаги не начинают глухо отражаться от стен. Чонгук целенаправленно выбирает направление, ведущие к менее оживлённым зонам. — Куда мы идём? — наконец спрашивает Тэхён, слегка запыхавшись. — Туда, где нас никто не найдёт. — отвечает Чонгук, оборачиваясь с хитрой улыбкой. Тэхён закатывает глаза, но не говорит ничего. Его раздражение быстро уступает место любопытству. Они останавливаются в небольшой комнате, которую Тэхён раньше не замечал. Узкое помещение с высокой потолочной лампой и старыми ящиками вдоль стен. На полу лежит покрытая пылью ткань, а у стены стоит пара стульев. — Вот и наше укромное место, — объявляет Чонгук, прислонившись к дверному косяку. — Никто сюда точно не заглянет. Тэхён осматривается, потом скрещивает руки на груди. — И что теперь? Чонгук усмехается и садится на один из ящиков, жестом указывая Тэхёну на второй. — Теперь дышим спокойно, не слыша их пошлых шуточек. Тэхён сначала хмурится. — Твоих, кстати, тоже. Но затем его лицо смягчается. Он вздыхает и садится напротив Чонгука. — Спасибо. — тихо говорит он, наконец позволяя себе расслабиться. Он за это время понял, что просто чувствует необходимость выражать свою благодарность Чонгуку. Тот столько всего делает для него... — Не за что. — отвечает Чонгук, его голос становится мягче. Он опирается локтями на колени и внимательно смотрит на Тэхёна. Неправда. Есть за что. За всё. Несколько минут они сидят в молчании. Тэхён чувствует, как напряжение постепенно покидает его тело. — Они всё время так будут? — спрашивает он, наконец нарушая тишину. — Конечно, — легко отвечает Чонгук. — Но это значит, что они приняли тебя. Тэхён смотрит на него, немного удивлённо. — Приняли? Уже? Чонгук кивает. — Конечно. Они дразнят только тех, кто им дорог. Тэхён отворачивается, чтобы скрыть внезапно появившуюся улыбку. — Всё равно это неловко. Чонгук смеётся. — Неловкость пройдёт. Просто привыкай. Тэхён кивает, чувствуя, как его сердце согревается от этих слов. Ему больше не кажется, что все вокруг просто издеваются. Теперь он понимает, что это часть их дружбы. — Спасибо, что увёл меня. — говорит он снова, теперь с более искренней улыбкой. — Я всегда тебя уведу, если нужно. — отвечает Чонгук, его взгляд становится серьёзнее, но всё ещё тёплым. Тэхён отводит взгляд, чувствуя, как его щеки начинают гореть. — Прекрати говорить такие вещи. — бурчит он, хотя внутри ему приятно. Чонгук хмыкает, не отвечая, но его улыбка говорит сама за себя. Тишина в комнате становится ощутимой, словно она заполняет всё пространство, окутывая их. Чонгук внимательно смотрит на Тэхёна, который сидит напротив него, опустив взгляд и нервно теребя край рукава. — Ты опять такой напряжённый. — мягко говорит Чонгук, наклоняя голову в сторону. — Я... — Тэхён поднимает глаза, но тут же отводит взгляд, наталкиваясь на пристальный, почти проникающий в самую душу, взгляд Чонгука. — Всё нормально. Чонгук усмехается, отодвигается от своего импровизированного сиденья и делает шаг ближе. Он присаживается прямо на край того же ящика, что и Тэхён, так что их колени теперь почти соприкасаются. — Знаешь, — тихо говорит он, — я могу помочь тебе расслабиться. — Как? — Тэхён поднимает бровь, его голос звучит чуть дрожащим, но любопытство берет верх. Чонгук не отвечает словами. Вместо этого он медленно наклоняется ближе, давая Тэхёну время отреагировать. Его движения осторожны, почти нерешительны, но в то же время уверенные, как будто он уже знает, что ответит Тэхён. Когда их лица оказываются в опасной близости, Тэхён чувствует, как его дыхание становится неровным. Он замечает мельчайшие детали: мягкий изгиб губ Чонгука, маленькая, едва заметная родинка под нижней, искорки в его глазах, тепло, которое исходит от него. — Чонгук... — шепчет Тэхён, но не успевает закончить. Чонгук мягко прикасается к его губам своими. Поцелуй начинается медленно, нежно, почти невесомо. Но даже этот первый контакт заставляет всё внутри Тэхёна перевернуться. Их губы двигаются в такт, осторожно, словно они изучают друг друга заново. Тэхён чувствует, как его тело начинает расслабляться, а мысли затихают, оставляя место только этому моменту. Но Чонгук не собирается останавливаться на этом. Поцелуй углубляется. Его губы становятся более настойчивыми, но не теряют своей мягкости. Рука Чонгука находит место на шее Тэхёна, его пальцы слегка касаются кожи, посылая мурашки по спине. Когда Чонгук слегка приоткрывает губы, Тэхён замирает, чувствуя, как кончик его языка нежно скользит по его нижней губе, прося разрешения. Тэхён широко распахивает глаза, его сердце бьётся как сумасшедшее. Это новое ощущение, которое он никогда раньше не испытывал. Он немного отстраняется, но не успевает ничего сказать, потому что Чонгук смотрит на него с такой нежностью и теплотой, что все его сомнения растворяются. — Просто доверься мне. — шепчет Чонгук, его голос низкий, успокаивающий. Тэхён сглатывает, потом медленно кивает. Он закрывает глаза и вновь прикасается губами к Чонгуку, позволяя себе пойти дальше. Чонгук мягко углубляет поцелуй. Его язык осторожно касается языка Тэхёна, их движения синхронные, почти танцующие. Это ощущение захватывает дух, отправляя по всему телу волну тепла. Они не борются за первенство. Тэхён в первые же секунды отдаёт его Чонгуку, без борьбы. Тэхён сначала робок, но вскоре он начинает отвечать. Его руки, которые до этого беспомощно лежали на коленях, находят путь к плечам Чонгука, слегка сжимая их. Теперь их поцелуй становится страстным, наполненным эмоциями, которые они так долго скрывали. Их дыхание сливается, учащённое, тяжёлое, и Тэхён больше не думает о том, что это может быть неправильно. Его разум пуст, но сердце переполнено. Чонгук чувствует, как Тэхён наконец полностью расслабляется в его объятиях. Он сжимает его чуть крепче, его пальцы скользят по спине Тэхёна, а второй рукой он бережно держит его за шею. Поцелуй продолжается, становясь всё глубже. Язык Чонгука теперь уже уверенно скользит по нёбу Тэхёна, словно вылизывая себе путь. Он даже подключает ко всему прочему зубы. Он покусывает и так уже опухшие губы Тэхёна, оттягивая нижнюю, захватив её в свой плен. Тэхён сходит с ума. Это явно слишком прятно, слишком крышесносно, слишком правильно. К слову, даже круче клубники в шоколаде. А это значит — очень круто. Постепенно они оба чувствуют, что им нужно сделать передышку. Когда они отстраняются, их лица всё ещё остаются на опасно близком расстоянии. Тэхён приоткрывает затуманенные пеленой глаза и смотрит на Чонгука — его взгляд плывёт, а губы заметно покраснели. — Это... — начинает он, но Чонгук прерывает его мягкой улыбкой и очередным быстрым чмоком. — Тебе понравилось? — спрашивает он прямо в растерзанные губы Тэхёна, его голос едва слышен. Тэхён краснеет, но кивает. — Да. Чонгук улыбается шире, его лицо светится от счастья. — Я рад. Тэхён тоже рад. — Так бы смотрел на твои офигенные губы, безымянный принц. На твои совершенные глаза. На всего тебя. Тэхён краснеет ещё пуще прежнего. — Всего бы тебя слопал. Ты делаешь меня грешным, принц. Возмёшь ответственность? — мурлычет Чонгук, снова невесомо касаясь языком губ Тэхёна. — Я, по всей видимости, из тебя вообще маньяка делаю. И... Эй, хватит меня лапать! Тэхён только сейчас замечает чужие большие ладони на своих округлостях. Чонгук лукаво сощуривается, наоборот ещё больше усиливая хватку на половинках Тэхёна. Как они вообще там оказались? Чонгук же вроде держал его за талию? Или поясницу? Короче, не за его пятую точку уж точно! Тэхён не сдерживается, и из его полуоткрытых губ вырывается тихий стон. Он тут же крепко-накрепко затыкается, резко взлетая со своего места. Чонгук лишь хищно ухмыляется. Ради этих стонов он готов быть маньяком вновь и вновь. И тут тишина в помещение нарушается звуком шагов. Едва слышный топот, словно кто-то случайно задел пустую банку в коридоре. Тэхён и Чонгук оба вздрагивают, их глаза встречаются, наполненные неожиданным страхом и осознанием. — Ты слышал? — шепчет Тэхён, его голос звучит не громко, но в нём отчётливо слышится тревога. — Да. — коротко отвечает Чонгук, быстро отпуская Тэхёна и делая шаг назад, словно это могло что-то изменить. — Ты же говорил, что сюда никто не зайдёт! Предатель! — полушёпотом, полукриком возмущается Тэхён. — Я до сих пор так и думал! — Чонгук взмахивает руками наверх, мол, "Не виноватая я, он сам пришёл!" Тэхён закатывает глаза и фыркает, — И? Что теперь? Но Чонгук не успевает ответить, хоть он уже и открыл рот. Шаги уже звучат громче, и через мгновение дверь приоткрывается. В проёме появляются два знакомых лица — Юнги и Хосок. — О, простите, что помешали. — произносит Юнги с насмешкой, скрестив руки на груди. Его глаза светятся озорством, и, судя по выражению лица, он явно доволен ситуацией. — А я говорил, что они где-то обжимаются! — добавляет Хосок, его голос чуть громче, чем нужно. Он смеётся, указывая пальцем на Тэхёна и Чонгука. — Мы... это не то, что вы думаете. — начинает Тэхён, но его голос дрожит, а лицо заливается румянцем, выдавая его с головой. — Правда? — Юнги поднимает бровь, делая шаг внутрь комнаты. — Потому что снаружи это выглядит именно как то, что мы думаем. Чонгук, напротив, сохраняет спокойствие. Он прячет руки в карманы, откашливается и говорит: — Вы просто не могли не найти нас, да? — О, конечно, нет, — отвечает Юнги, его улыбка становится шире. — У вас такие громкие шаги... и, возможно, громкое дыхание. И опухшие губы. Хосок хихикает, прикрывая рот рукой, а потом добавляет: — Если честно, ребята, в следующий раз выбирайте место получше. Тут-то вас все найдут. Тэхён пытается что-то сказать, но слова застревают в горле. Он переводит взгляд с Юнги на Хосока, потом на Чонгука, который выглядит абсолютно невозмутимым. — Что? — наконец говорит Чонгук, слегка ухмыляясь. — Мы не прятались. — Конечно, не прятались, — Юнги притворно кивает, глядя на Хосока. — Они просто решили устроить романтику в кладовке. Хосок смеётся громче, и даже Чонгук, пытаясь удержаться, не может подавить лёгкую улыбку. — Ладно, всё, мы ушли, — говорит Юнги, поднимая руки вверх, как будто сдаётся. — Только не забудьте проветрить комнату, тут уже становится слишком жарко. — Да-да, мы не будем вам мешать, — добавляет Хосок, но прежде чем уйти, бросает на Тэхёна взгляд и подмигивает. — Хотя честно, вам это уже не нужно скрывать. Мы давно всё поняли. Дверь за ними захлопывается, оставляя Тэхёна и Чонгука снова одних. — Это... — начинает Тэхён, но не может закончить предложение. Его лицо всё ещё пылает, а взгляд прикован к полу. — Да, нас поймали. — Чонгук ухмыляется, подходя ближе и снова укладывая руку на плечо Тэхёна. — Но, по крайней мере, это было весело. Тэхён поднимает голову, чтобы взглянуть на него, его глаза всё ещё наполнены смущением. — Весело? Ты серьёзно? — Ну, по крайней мере, мы теперь знаем, что прятаться бесполезно. — Чонгук усмехается и добавляет, — Все уже всё знают. — Но... — Тэхён хочет возразить, но замирает, когда видит тёплую улыбку Чонгука. — Расслабься, — шепчет Чонгук, слегка касаясь его губ своими пальцами. — Пусть говорят что хотят. Главное, что мы вместе. Тэхён глубоко выдыхает, чувствуя, как напряжение постепенно уходит. — Ты прав. — его голос звучит тихо, но уверенно. — Конечно, прав. — Чонгук ухмыляется, наклоняясь ближе. — Теперь продолжим то, на чём остановились? Их губы снова смыкаются, на этот раз в мягком, тёплом поцелуе.