Клятва

Олег вернулся домой поздно, как обычно усталый и с кучей мыслей в голове. Сегодняшний пикник с Машей напрочь запутал его. Он был уверен, что Швецова уже и думать о нем забыла, но сегодня она была такая внимательная, строила глазки и все время хотела коснуться. Он оставил ключи на столе и снял куртку, сразу направившись в ванную. Хотелось смыть с себя этот день и побыть одному. В квартире было тихо, только слабое освещение в коридоре давало ощущение уюта. Он подумал, что, возможно, Вера обиделась на него, по крайней мере, это ощущение не покидало его. Олег не помнил обещала она приехать или нет, но как-либо узнавать это он не торопился. Когда он вышел из ванной, его взгляд невольно скользнул в сторону спальни, и тут его внимание привлекли странные звуки. Сперва он не придал этому особого значения — мало ли что могло послышаться. Но остановившись он снова прислушался. Звуки были знакомыми — из-за закрытой двери доносились негромкие стоны. Очень хорошо знакомые Платонову стоны… Олег сначала попытался убедить себя, что там просто Вера, которую он застал в крайне пикантный момент. Но, подойдя ближе, он понял, что голосов всё-таки два… Олег приоткрыл дверь спальни тихо, чтобы не привлекать внимание и тут же замер, не в силах пошевелиться. Он стоял, ошарашенно наблюдая за Машей и Верой. Девушки были так увлечены друг другом, что даже не сразу заметили, что у них появился зритель. Его лицо сначала помрачнело, а затем, когда он понял, что они обе не собираются отрываться друг от друга, испытал смущение. Первым делом Платонов попытался усмирить свою злость, но его голос дрогнул, когда он с явным раздражением спросил. — Вы что, с ума сошли? Это как понимать? Вера тут же испуганно отпрянула от Швецовой, а вот та на удивление была спокойна как никогда, будто именно этот момент был долгожданным и неизбежным для всех троих. Олег, не зная, как реагировать на то, что видел раньше только в интернете, выглядел растерянно и даже немного испуганно. Маша, заметив его растерянность, улыбнулась и, для вида накрывшись краешком одеяла, прошептала. — Ну ты или зайди уже или дверь закрой с той стороны. Олег молчал, сжимая кулаки. Его уверенность пошатнулась, Вера, казавшаяся спокойной и скучной, неожиданно выбрала другую сторону, разрушая все ожидания. Платонову казалось, что её целомудрие и правильность не позволят даже подумать о таком, и тем не менее он застал её в объятиях своей бывшей на своей же кровати… Когда Олег понял, что его контроль и уверенность рушатся, его реакция была неоднозначной, да и Швецова со своей язвительной фразочкой только подлила масла в огонь. Вместо того, чтобы почувствовать себя униженным или потерянным, в Олеге проснулось иное чувство — ревность и жажда власти. В этот момент его гордость и самоуверенность куда-то испарились, подобных экспериментов он ещё не проводил. Платонов молчал, но его взгляд стал более пристальным, изучающим. Он скользил по обнаженным телам, думая, что будет если дать событиям развиваться и дальше. Олег видел, как Маша и Вера, уже привыкнув к его присутствию, вновь увлеклись друг другом. Он не мог понять что пугало его больше всего: увидеть подобное своими глазами или же всё-таки мысль, что это шанс снова переспать со Швецовой. Маша, почувствовав на себе этот пристальный взгляд, посмотрела на мужчину в ответ. Ей сейчас было совершенно неважно что он решит, все внимание Маши было снова сосредоточено на действиях Веры, чьи пальцы уже со знанием дела доставляли ей удовольствие. — Я тоже хочу, — вдруг заявил Платонов и хлопнул дверью, оказываясь внутри комнаты. Маша и Вера мгновенно замерли, понимая, что произошло нечто большее, чем просто девичьи шалости. Впустить в их игру Олега означало снова начать соперничать за его внимание. И почему-то Швецова была уверена, что сейчас сможет выиграть. Вера не ответила сразу, но её взгляд стал холодным. Она посмотрела на Машу, и в её глазах было что-то, что уже проскальзывало в кафе. — Двоих потянешь, Олеж? — Хмыкнула Швецова, не выпуская руки из волос Веры. — А то мы ещё подеремся не дай бог. Олег внезапно понял, что сможет быть частью всего только в том случае, если они сами этого захотят. Он ничего не решает, он только лишь игрушка в руках этих двух сошедших с ума женщин. — Ну тебя, как я посмотрю, уже на девочек потянуло, так что справлюсь, — язвительно ответил Платонов, не желая сдавать позиции. Он потянулся рукой к шее Маши, чтобы притянуть её к себе и поцеловать, но она с ехидной улыбкой увернулась. Рано ему ещё подарки получать, пусть довольствуется своим выбором. — Это не слишком? — Негромко спросила Вера, поворачиваясь к Маше лицом. Ей было так некомфортно сейчас рядом с ними, что оставалось только терпеть и ждать. Перед Олегом было жутко стыдно… — Олег уже решил, что нет, — улыбнулась Швецова и коротко поцеловала девушку. — Вашим отношениям не хватает огонька, видишь же. Мария переползла на край кровати и, взглянув на Олега снизу вверх, принялась расстегивать его ремень. Тот одобрительно улыбнулся ей, но, как оказалось, обрадовался мужчина слишком рано. Верочка, которая уселась рядышком, чтобы с любопытством понаблюдать за происходящим, была тут же затянута Марией в новый поцелуй. — Ты первая, давай, — сказала она, собирая ее волосы в руку, — не я же с ним встречаюсь. Ну, чего ты… наклоняйся! — Кто бы знал, что ты такая извращенка, Швецова, — изумленно вытаращился на этих двоих Олег, пока Вера под контролем Маши расправлялась с его брюками. Мария посмотрела мужчине в глаза, пытаясь найти там ответы, и нашла. Он смотрел на неё так, словно никакой рыженькой психологини никогда не существовало, вот только обстоятельство трубили об обратном. Рука его скользнула по шее Швецовой и вдруг сжалась там. Олег вынудил девушку посмотреть ему в глаза. Его пальцы дрогнули, когда он почувствовал губы Веры на себе, он инстинктивно глянул вниз, но снова вернул взгляд на Машу, которая уже была отвлечена на свою сегодняшнюю подружку. Держа в руке рыжие волосы, она была готова в любой момент оттащить Веру от Платонова. И большим вопросом оставалось то, кого она сейчас ревновала сильнее: Олега или всё-таки Веру? — Смотри как старается, — издевательски тихо прошептала она, а затем добавила то, что понял бы только Олег, — любящая кошечка, да? Его как холодной водой окатили. Сколько раз Платонов говорил это Маше в обстоятельствах вроде этих — не счесть, но теперь ситуация была кардинально другой. Он скинул руку Швецовой с Веры и потянул её наверх, поднимая. — Ложись! — Скомандовал он, а затем дернул на себя Марию, которая хотела посторониться, и поставил на четвереньки. Грубым движением он сжал руки на ее бёдрах, оставляя красные следы, Швецова недовольно шикнула на него, но кто бы её слушал… Желание мужчины завладеть её телом было слишком велико, особенно после всего увиденного. Олег продолжал с силой впиваться пальцами в ее тело, пока Маша не попыталась оттолкнуть его. — Займи свою руку чему-нибудь полезным, вон твоя пассия лежит скучает, — скомандовал он, — а то забудете ещё зачем вы тут собрались. Не в силах больше ждать, он оказался внутри Швецовой, чувствуя, как перед глазами замелькали звездочки. Платонов представлял это сотни раз, думал, что однажды сможет встретиться с ней снова, но никогда не думал, что это все произойдет так странно. Он продолжал мучать её и без того уставшее сегодня тело, пока Маша, то и дело закрывая глаза от подкатывающего удовольствия, увлеченно ласкала тело Веры. Девочки держались уже из последних сил, но Олег словно нарочно оттягивал свой момент триумфа, напоминая из-за кого они тут на самом деле. Но когда терпеть уже было невмоготу, его накрыло такой волной удовольствия, что он едва опомнился. — Ещё раз такое увижу — нахер обе пойдете, — сказал он, швыряя им упаковку салфеток с тумбочки. — В полиаморию я не верю, даже не пытайтесь. Так что решайте. Платонов, подхватив с пола одежду, отправился в душ, оставляя Машу с Верой наедине. Швецова молча прильнула к девушке, прикрывая глаза. — И что мы будем делать? — Спросила Черняева, мягко целуя уставшую Марию в щеку. — Я даже не думала, что он может так отреагировать… — Мы сделаем вид, что послушались, а он ещё захочет повторить. Вот увидишь.