И зеркала треснут

***

      Во дворе общежития распустилась сакура. Весна пришла быстро, взяв с собой теплый ветер и яркое солнце. Здание находилась на окраине города, поэтому звуки машин и людей по утрам не беспокоили. Осака по сравнению с Токио более спокойный город. Конечно, это не сравнится с Хёго. Атсуму всегда с теплотой вспоминала свой дом. Её детство, юность, уезд. Воспоминания часто всплывали в голове. Ну, сейчас тоже неплохо. Она играет за одну из сильных команд, с замечательными сокомандниками и друзьями. Осталось найти человека, с которым она сможет разделить свои мысли и чувства. Таких, к сожалению, пока нет.       Поразмыслив, что пора вставать, девушка сбросила одеяло. Единственный выходной, когда ей никуда не нужно выходить. В комнате она жила одна, так как была единственной девушкой в команде на данный момент. Редко, когда девушки играют в команде с парнями, но это не запрещается. У них есть отдельные раздевалки, им обеспечивают комфорт и не обделяют — такое правило в смешанных командах. Наконец, встав с кровати, Атсуму поплелась в ванную.       В коридоре, на удивление, стояла тишина. На кухне и в общей комнате никого не было. Сделав себе кофе, она прислонилась к стойке. Всё-таки выйти на улицу ей нужно было. Маска для волос почти заканчивалась и Атсуму не была уверена, хватит ли сил сходить за ней в будний день. Решив, что нужно сходить за маской сейчас, девушка помыла посуду и поставила в сушилку. До магазина идти было недолго, поэтому особо собираться не было смысла. Накинув сверху кофту, она вышла на улицу. Весенний воздух, полный ароматов цветов, вскружил ей голову и поднял настроение. Шла она не спеша, осматривая красоту вокруг. Засмотревшись на милого корги, она чуть не врезалась в столб, если бы не сильная рука, схватившая её за талию. — Милая леди, вам нужно быть осторожнее.

***

      Атсуму вскинула голову. В страхе засмотрелась по сторонам, но успокоилась, когда поняла, что находится дома. Протерев глаза, она посмотрела на окно. Увидев, что на улице лежат сугробы, девушка выдохнула. — Всего лишь воспоминание.       Поднявшись со стула, она направилась на кухню. Там сидела мама, только что пришедшая с работы. — Привет, милая. Как прошёл школьный день? — помыв руки, Минори вытерла их об полотенце и повернулась к дочери. — Нормально, только, скучно немного, — Атсуму села за стол и начала тянуть руки к верху, потягиваясь, — У тебя как дела на работе?       Они вели непринуждённую беседу. Раньше, мать и дочь часто сидели до ночи на кухне, обсуждая всё на свете. После переезда в Осаку такая возможность прекратились. Минори была самой лучшей матерью, о которой она могла мечтать. Атсуму хотела бы провести с ней больше времени, пока была такая возможность. Конечно, они могли не сойтись во мнениях, но до крупной ссоры это не доходило никогда. Хоть Атсуму не могла рассказать ей все свои секреты, но та их и не выведывала, хотя знала, что с дочерью что-то не так. — Как ты себя чувствуешь? С утра... — Всё в порядке, как и говорил Саму — просто кошмар, я думаю. Хотя и не помню, что именно приснилось, — она натянула на себя тёплую улыбку, пытаясь скрыть свою реакцию.       Минори скептически посмотрела на неё, но промолчала.       Дни проходили, Осаму шугался от Атсуму как умалишённый. На тренировках он держался на расстоянии вытянутой руки, а дома старался не пересекаться. Девушка была в недоумении, но ещё больше упорствовать не стала. Когда Кита спросила, что у них случилось, она рассказала как есть. Шинске понимающе кивнула и пожелала ей удачи. Ринтаро не сторонился Атсуму, но и не начинал беседу, если это не касалось волейбола. В любом случае, это было не то, о чём стоило беспокоиться. Пройдет время и Осаму сам с ней поговорит.       Пока у близнецов был разлад, Атсуму решила сосредоточиться на учёбе. Походы в библиотеку участились и некоторые одноклассники начали странно на неё коситься. Раньше, она не особо усердствовала в учёбе, ей важно было знать то, что знают все, но когда переживаешь школьную пору дважды, становится скучно. Хоть большинство теории стёрлось из памяти, многое осталось. Это был плюс — приходилось тратить меньше сил на задания. Поменялся и режим дня: по вечерам была обязательная пробежка и упражнения. Конечно, отец запретил ей выходить на улицу поздно, но она и не препятствовала. Понимала, что он волнуется. Атсуму как можно больше времени старалась проводить с родителями. Это могли быть разговоры, просмотр телевизора или уютная тишина, пока каждый был занят своим делом. Когда она смотрела на родителей, то думала, что же было с ними после её смерти, как они отреагировали и разобрались ли со всем. Девушке так хотелось всё узнать, но только она помнила о будущем, которое закончилось так рано.       К концу недели Осаму всё ещё с ней не разговаривал. Атсуму не понимала его логики, ведь она не сделала ничего плохого, но разговор не начинала. Да и некогда было, вся в учёбе и тренировках. Родители были удивлены, когда узнали о её успехах в школе и похвалили. Один раз она слышала, как родители беседовали с братом, но подслушивать не стала. Атсуму решила ждать, пока Осаму не сделает шаг первый.       Сидя на кухне, девушка просматривала учебник по английскому, пока Минори готовила ужин. По запаху она готовила карри с овощами и Атсуму уже не могла дождаться еды. В семье Мия все любители поесть, это передавалось из поколения в поколение. — Тсуму, ты не забыла, что в следующем месяце у тебя поездка в тренировочный лагерь?       Гробовая тишина. Женщина повернулась к дочери, в то время та смотрела на неё широкими глазами. — Боже, никогда не думала, что этот день настанет. Ты настолько погрузилась в учёбу, что забыла о волейболе, — Минори приложила руку ко рту, ее глаза были полны удивления. — Действительно, — Атсуму нахмурилась, — Позови, когда ужин будет готов.       Она вернулась в комнату. Как это могло забыться? Все события перемешались в голове и Атсуму ни за что бы не вспомнила. — Что, если записать всё то, что я помню? — Она начала ходить из стороны в сторону, — Тогда я точно не забуду о каких-либо важных моментах. Только теперь нужно покопаться в голове и вспомнить события, что невероятно сложно. Голова взрывается, если начинаю пытаться. Как будто мешает что-то, — Проведя по лицу руками, Атсуму села за стол и достала серый блокнот, — Можно начать с малого. К примеру, события, которые уже произошли. Да, и запишу людей, которых знаю или слышала о них. Мало-помалу я всё вспомню. Чёрт бы побрал это всё!       Девушка открыла блокнот. На удивление, некоторые страницы были заполнены, почерк принадлежал ей. Это были незначительные записи, похожие на напоминания или события. Рядом с каждым событием была написана дата. День рождения, первый поход в начальную школу, новые достижения в волейболе, первый шрам и тому подобное. Она улыбнулась. С прошедшими годами Атсуму забыла об этих записях. Странно, что она не взяла этот блокнот с собой. Ей нравилось хранить воспоминания о пережитых моментах. Её комната в общежитии была увешена разными фотографиями, на полках можно было увидеть вещи, купленные в разных городах. Девушка хранила самые незначительные вещи, даже фантики от конфет. Всё ей напоминало о жизни, которую она прожила. Но блокнот вспомнить не могла.       Пролистав пару страниц, мать позвала её ужинать. Атсуму отложила вещицу на потом и вышла из комнаты.       Поужинали они в напряженной тишине. Мать переводила взгляд с сына на дочь, которые молчали. Отец пытался завести разговор, но не получилось. Осаму, к удивлению, не сводил взгляд с сестры, от чего девушка чувствовала себя некомфортно. Закончив самой первой, она помыла посуду и ушла в ванную.

***

      Проснулась Атсуму, когда за окном только начинало восходить солнце, создавая оранжевые линии горизонта. В горле было сухо, она решила пройти до кухни и налить стакан воды. В кухне шторы были задвинуты, но, чтобы не включать свет и не тревожить свои глаза, она пробиралась наощупь. Около раковины был светильник и, включив его, Атсуму повернулась к шкафу с посудой. — Твою же мать! За столом сидел Осаму. Скрестив руки на груди, он скептически смотрел на неё. — Нельзя было предупредить? Сидишь тут в темноте, пугаешь до чёртиков, — девушка потянулась за стаканом и закрыла шкаф. — Не спится, братец? — То же самое могу сказать о тебе, — парень расслабил плечи, — Давай поговорим.