Пересмотр принципов

Наступила весна. Раньше Нилу постоянно хотелось лета только из-за каникул, но сейчас он пересмотрел свои принципы. Теперь в школе Нил чувствовал себя настолько хорошо, насколько вообще это возможно. И сейчас, когда за окном теплело, а Эндрю из-за этого становился менее недовольным, Нил наслаждался приходом весны. Наверное, он никогда так не следил за тем, как появляются почки на деревьях, как становится больше солнечных лучей, не спрятанных за тучами. С Лисами они уже вылезали обедать на улицу, дышали свежим воздухом за своим столиком, оставляя позади столовую, полную шума и гама. Невольно Нил возвращался мыслями в сентябрь, когда только присоединился к ним. Постоянные касания, свободно витающие запахи, начало чего-то нового… Всё это привело к тому, что он отказался от многих своих принципов и устоев.

***

В мартовское утро субботы Нил проснулся от спазмов в животе, которые заставляли его скрючиваться в калачик. Подогнув колени к груди, он старался глубоко дышать, чтобы прийти в себя. Пролежав так мучительные пятнадцать минут, Нил наконец нашёл силы встать и умыться. Спустившись вниз, где уже были его родители, Нил упал на стул, сразу кладя голову на стол. Стюарт оторвался от газеты, внимательно наблюдая за ним. — Я думал, с приходом весны зимняя хандра должна пройти. — Это только ты хандришь, — закатил глаза Нил, снова чувствуя ужасные спазмы. — Кто-то не выспался? — потрепал его по макушке Ичиро, когда поставил тарелки с яичницей на стол. Не успел Нил ответить, как он начал принюхиваться. — Кажется, у тебя начинается течка. — Не-ет, — жалобно протянул Нил, утыкаясь лицом в сгиб локтя. — Только не это. — Ты всегда так говоришь, — фыркнул Ичиро, поставив перед ним кофе и снова потрепав по макушке. — Поешь и выпей таблетку. Позавтракав, Нил под надзором Ичиро выпил обезболивающее, прежде чем вернуться в комнату и рухнуть в кровать. Он ворочался и перекладывал одеяло, которое ему только мешало, пока не психанул и не скинул его на пол. Надо сделать гнездо. Встав с кровати, Нил свалил всё на пол, прежде чем начать выстраивать фундамент. Уложив на матрас зимнее тяжёлое одеяло и плед, Нил двинулся к шкафу, находя вещи Лисов, которые он у них одолжил. Найдя вещи Эндрю, Нил аккуратно их уложил на кресло, оставляя на потом. Сделав бортики гнезда, он вышел в коридор, стучась в дверь родителей, которая уже была открыта настежь. — Ты знаешь, куда идти, — махнул рукой Ичиро, и Нил счастливо подлетел к их гардеробной, забирая домашние кофты и штаны. Вернувшись обратно, Нил всё уложил в нужном ему порядке, прежде чем обернуть футболкой Эндрю свою подушку и надеть его толстовку на себя. Полный довольства, он упал в своё гнездо, катаясь по нему и вдыхая комфортные и безопасные запахи. Ему было хорошо и спокойно, пока он был окружён ими и теплом. Он сам не заметил, как задремал. Но через некоторое время Нил услышал громкий стук во входную дверь. Подорвавшись, потому что какой-то чужак явился на территорию его семьи, Нил вылетел из комнаты. У двери уже стоял Ичиро, а за ней показался Эндрю. Эндрю. Эндрю. Эндрю. Эндрю. Пролетев по лестнице, Нил оттолкнул Ичиро, сразу же прижимаясь к своему альфе и глубоко вдыхая его запах. Все спазмы мгновенно ушли, оставляя в теле блаженную тишину. Сейчас он чувствовал себя как никогда в безопасности. Пришёл его альфа, который поможет пережить течку. — У него начинается течка, — известил Эндрю Ичиро, пока Нил обнюхивал парня и помечал себя его запахом. — Думаю, тебе лучше уйти. Нет! Нил вцепился в Эндрю, злобно рыча на Ичиро. Тот лишь удивлённо на него посмотрел. Эндрю обнял Нила за талию и поцеловал в висок, отчего он расслабился. Его альфа хочет быть с ним и никуда не уйдёт. — Видимо, он уже признал в тебе пару, — вздохнул Ичиро. — Дверь чтобы была всегда открытой, — пригрозил он, на что Эндрю фыркнул ему под ухо. Даже когда им уже было по восемнадцать и они занимались сексом, это правило всё равно было безапелляционным. — Идите, — обречённо проговорил он, и Нил только сейчас понял, что они стоят на пороге. Он аккуратно помог Эндрю снять кожаную куртку, прежде чем отвести его за руку в комнату. Зайдя в его убежище, Нил запрыгнул обратно в своё гнёздышко, чувствуя поглощающее его спокойствие, когда ещё и его альфа был тут. Когда прошло минуты две, Нил поднял взгляд на Эндрю, который стоял у двери и смотрел на него, близко не подходя. — Иди сюда, — поманил его Нил, и Эндрю подошёл ближе, останавливаясь у кровати. — Сюда, ко мне, — показательно отодвинувшись, Нил смотрел, как Эндрю осматривает его гнездо внимательным взглядом, прежде чем аккуратно лечь рядом. Нил надеялся, что ему понравится. Эндрю лёг на бок, лицом к нему, и Нил прижался ближе к нему, смотря прямо в ореховые глаза, которые были несколько потерянными. — Эндрю? — обеспокоенно спросил Нил, кладя ладони на его щёки. — Что-то не так? Тревога стала нарастать. Может, Эндрю не понравилось его гнёздышко? Или ему не нравится течка Нила? Может, он был слишком навязчив? Может, Эндрю на самом деле не хотел быть здесь? Может… — Успокойся, — дал мягкий щелбан по лбу Эндрю, и Нил сосредоточился на нём, пытаясь понять, что случилось. — Я впервые рядом с течным омегой. Тем более, когда в течке ты, — прошептал Эндрю, и Нил широко улыбнулся на его волнение, думая, какой же у него хороший альфа. — Мне достаточно того, что ты здесь, — произнёс Нил, закидывая руки и ноги на Эндрю, прижимаясь носом вплотную к его пахучей железе. Эндрю обнял его в ответ, прижимая ещё ближе к своему тёплому и сильному телу, прежде чем укрыть их обоих одеялом. Спазмы больше не мучали Нила, пока он дышал успокаивающим феромоном и чувствовал себя в полном комфорте. Кокон из рук Эндрю был сейчас самым безопасным местом на земле, и Нил не мог перестать улыбаться. Сонливость одолевала его, и он позволил темноте унести себя, пока его грудь издавала размеренные вибрации.

—

Эндрю медленно перебирал кудри Нила между пальцев, пока тот тихо сопел, уткнувшись ему в шею. Было немного волнительно находиться с омегой в течке, так как он совершенно не знал, что делать. Конечно, он видел, как проходят течки Ники, но это было в основном за закрытой дверью с видеозвонком Эрику. Ники брал только их вещи для своего гнезда, иногда прося принести ему воды или обезболивающее. Тут же был Нил, который сейчас выглядел до боли мягко и умиротворённо. Он думал, что в эти периоды все беззащитны и уязвимы, но Нил буквально зарычал на своего родителя, когда тот хотел выпроводить Эндрю. Этот парень не перестаёт его удивлять. И так же, как когда он только понял, что у Нила течка, он начал переживать, как будут на него воздействовать течные феромоны. Не раз такое случалось, что в школе кто-то забывал о своём цикле, прячась в туалете и испуская желающие феромоны. Эндрю никогда им не поддавался, не в его характере было идти на сомнительное согласие, когда в голове трубили только желания животных сущностей. Но опять же. Нил. Его парень, его омега, его Нил. Однако он зря позволил тревоге завладеть собой, потому что сейчас, хоть с каждой минутой запах карамели и становился гуще и насыщеннее, Эндрю хотел лишь позаботиться о нём, хотел, чтобы Нил провёл свою течку в комфорте и заботе. Эндрю ничего не сделает против его желания. Эндрю и самому было уютно в тёплом и мягком гнёздышке Нила. Оно было прекрасным, как и сам Нил, сонный в его руках. Температура его тела поднялась, из-за чего волосы стали прилипать ко лбу, и Эндрю мягко откинул чёлку, целуя его в лоб. До сих пор он удивлялся той нежности и ласке, которую мог дать Нилу. Эндрю не был особенно деликатен со своими близкими, однако этот парень пробуждал в сердце самые тёплые чувства, от которых он просто не мог не быть мягким. Сон одолел и его самого, пока Нил нежился в его объятиях, тихо мурлыча.

***

— Эндрю, — послышался шёпот Нила, и он не сразу открыл глаза, прислушиваясь к запаху карамели, который полностью обволакивал его и имел тонкие нотки корицы. — Хэй, Эндрю, — тихо шептал Нил, слегка хихикая, точно зная, что он проснулся. Эндрю недовольно промычал, заваливаясь на Нила и придавливая его к кровати своим весом. — Эндрю! — громко засмеялся Нил, пытаясь выбраться из-под него. Эндрю нравился его смех. Он стоял на втором месте самых прекрасных звуков вселенной после его стонов. Наконец разлепив глаза, Эндрю нависнул над Нилом, слишком сильно желая увидеть эту лучезарную улыбку и мягкий взгляд. Ладони Нила нашли место на его щеках, притягивая в поцелуй, на который он сразу ответил, вкладывая всю свою нежность. — Я хочу кушать, — довольно улыбаясь, проговорил Нил, проводя подушечками больших пальцев по его щекам. — Пойдём поедим. — Ты мог сделать это и без меня, — фыркнул Эндрю, проводя носом по его щеке и виску. — Но я хочу с тобой, — недовольно проговорил Нил, обнимая его за плечи. — Ну, или можем остаться тут, ничего страшного. Эндрю снова навис над его лицом, всматриваясь в покорные глаза. Течка полностью овладела Нилом, и Эндрю инстинктивно чувствовал, что тот не хочет покидать безопасное пространство, хотя они и были в его доме. Прислушавшись к своим ощущениям, Эндрю понял, что, пока Нил в уязвимом состоянии, он также не хочет, чтобы его омега пропадал из зоны его видимости. — Идём, — сказал Эндрю, запечатляя короткий поцелуй на губах Нила прежде, чем подняться с кровати. Нил подскочил следом, переплетая с ним пальцы и подскакивая словно кролик, пока они спускались вниз, на кухню. На плите уже стоял обед, на котором красивым курсивным почерком было подписано, что это для них. Нил достал тарелки, а Эндрю положил им поесть, боковым зрением подмечая то, как Нил посылает самые настоящие сердечки глазами в его сторону. Ладно, это заставило трепетать сердце Эндрю. Что-то он размяк. Не то чтобы он был против, когда Нил выглядел так мягко и по-домашнему в его толстовке. Стоп. В его толстовке? Это заставило собственническую натуру, как альфы, так и его собственную, довольно завилять хвостиком. Сели они за стол рядом, прижимаясь друг к другу плечами, стараясь не отлипать ни на секунду. Эндрю был слишком сосредоточен на обеспечении комфорта и защиты Нила, тогда как Нил всё ластился к нему, будто не мог жить без телесного контакта. Увидев испачканный в томатном соусе рот Нила, Эндрю обречённо вздохнул из-за этого всё равно прекрасного идиота, после чего помог вытереть всё салфеткой. Широкая благодарная улыбка Нила того стоила. Помыв тарелки, они снова вернулись в комнату Нила, беря ноутбук и зарываясь в уютное гнёздышко. Уже темнело, так что Эндрю включил ночник, создавая мягкую атмосферу в комнате. Нил улёгся на его грудь, закидывая на него ногу и довольно вздыхая. Как же мало ему надо было для счастья. Эндрю тоже, потому что он уткнулся в мягкие кудри Нила и поцеловал в макушку, пока тепло от любви к нему растекалось по венам. — Мне хорошо, — прошептал Нил на середине фильма, выводя пальцем круги на его груди. — Ты делаешь это хорошим, — произнёс он, и Эндрю готов был просто умереть от счастья и любви, которой Нил его наполнял. Это была бы хорошая смерть, но не сейчас. Эндрю обнял его крепче, поднимая его лицо к себе, чтобы зацеловать этого восхитительного парня. Действия всегда давались легче, и Нилу тоже. Через какое-то время это переросло в игру «кто кого зацелует», они перекатывались по кровати, смеясь и тяжело дыша из-за активности. На душе было так легко, что Эндрю просто отдался всем этим чувствам, инстинктам и любви, пытаясь уложить Нила на лопатки, чтобы снова чмокнуть его в щёки, лоб и висок, пока широкая улыбка плясала на лице. Когда они успокоились, Нил лежал прямо на Эндрю, улыбаясь ему и поглаживая щёки большими пальцами. Эндрю плавился от этой нежности, как арктические льдины при глобальном потеплении, просто сваливаясь в океан любви Нила, слишком беззащитный перед этой силой. Слова им не требовались. Между ними уже была умиротворённая атмосфера, когда они просто смотрели друг другу в глаза, передавая все свои чувства взглядом. Нежными касаниями Эндрю выводил узоры на спине Нила под его толстовкой, желая сделать как можно приятнее. В комнате уже отчётливо были их перемешанные запахи, а сам Нил пах той кондитерской, что создавали их связанные феромоны. Это было потрясающе — чувствовать, что Нил пропитан им. Это была привязанность, это была забота, это была любовь. Время до позднего вечера пролетело незаметно, пока они наслаждались обществом друг друга и придавались ласке и заботе. По очереди сходив в душ, что отдалённо проконтролировал Стюарт из приоткрытой двери в родительскую спальню, они улеглись под одеяла, переплетаясь конечностями. — Спасибо, — прошептал Нил сонным голосом, прижавшись носом к его шее. — Спокойной ночи. — Ночи, Нил, — так же тихо сказал Эндрю, целуя его в мягкую кудрявую макушку.

***

Проснулся Эндрю от мягких поцелуев в лицо и от родных ладоней, которые нежно держали его щёки. Он хотел бы так просыпаться каждое утро. Мысли о скором выпуске из школы были невыносимы, но он старался об этом не думать, предпочитая наслаждаться всем доступным временем с Нилом. Тот уже начал тереться щекой о его челюсть и шею, желая пометиться его запахом, что всегда заставляло альфу внутри него нахохлиться от довольства. — Я знаю, что ты не спишь, — весело прошептал Нил. — Сколько времени? — хриплым ото сна голосом спросил Эндрю, разлепляя глаза и сразу же теряя дар речи, видя Нила под лучами утреннего солнца. Его глаза были ярко-ярко голубыми, а вновь появившиеся веснушки танцевали в своём хаотичном танце по всему лицу. Выражение лица было расслабленным, а любовь чувствовалась в глазах. — Уже одиннадцать, — широко улыбаясь, ответил Нил, начиная мурлыкать и мычать от того, что Эндрю почёсывал его голову. — Мы проспали так долго. — Я раньше двенадцати в выходные не встаю, — хмыкнул Эндрю, продолжая превращать его приятными касаниями в бескостную податливую лужицу. — Как так можно, — вздохнул Нил, прильнув ближе. — Я уже в восемь на ногах и на пробежку. — Жаворонок, — презрительно фыркнул Эндрю, однако его голос всё равно оставался мягким. Особенно когда в его руках был такой разнеженный во время течки Нил. — Пойдём завтракать? Эндрю обречённо простонал, наваливаясь на Нила, чтобы удержать его безудержную, даже в течке, энергию. Комната наполнилась заливистым смехом, тяжёлыми вздохами и проклятьями. Эндрю не был смешным или забавным человеком, поэтому его сердце всегда трепетало, когда он слышал вызванный им такой звонкий и искренний смех Нила. Было захватывающе, до боли в груди, сколько он один мог вызвать звуков из этого прекрасного рта. Всё-таки спустившись вниз, Эндрю подошёл к плите, накладывая им яичницу со сковородки, так любезно оставленную Ичиро. Он уже понял, что тот был местным поваром. Нил обвил его талию, укладывая подбородок на плечо и то обнюхивая его, не забывая потереться щекой о шею, то мягко прикасаясь губами, словно крыльями бабочек. Заслышав шаги с лестницы, они не обратили на это внимание, продолжая так стоять, пока Эндрю делал уже кофе. — Доброе утро, сони, — весело проговорил Ичиро, наблюдая за ними хитрыми глазами, пока Нил крепче сжимал Эндрю в своих руках. — Вижу, ты активно качаешься, — хмыкнул он, увидев полуголого Эндрю, потому что ночью Нил стянул с него футболку и выбросил в дальний угол комнаты, потому что хотел контакта кожи с кожей. Ему стало немного неловко, что он забыл одеться, но, видимо, Ичиро это совсем не беспокоило. — Американский футбол требует этого, — просто пожал он плечами, пока Нил уже вплотную стоял к его спине, в какой-то даже оборонительной позе. Он не очень понимал, что сейчас с ним происходит. Может, Нил думал, что Ичиро по-прежнему хочет выпроводить Эндрю? Только Ичиро сделал шаг вперёд, как Нил угрожающе и утробно зарычал. Это не было как вчера у двери. Этот звук был предостерегающим: сделаешь шаг и ты мертвец. Ичиро весело усмехнулся, поднимая руки в знаке капитуляции и отходя на два шага назад. — Спокойнее, я не собираюсь трогать твоего альфу. Нил продолжал порыкивать, крепко сжимая Эндрю, пока он так и завис с кружкой в руках. Когда Ичиро поднялся обратно на второй этаж, Нил ещё некоторое время был сосредоточен на выходе с кухни, прежде чем расслабиться. — И что это было? — поинтересовался Эндрю, доделывая им кофе. Точнее, себе, Нилу только налить и готово. — Ты про что? — заискивающе и мягко уточнил Нил, снова начиная улыбаться и тереться об него щекой. — Ты рычал на своего родителя, если ты уже забыл. Нил снова напрягся, крепче сжимая Эндрю, будто его главным устоем жизни было защищать его. Это было… трогательно. Что-то в сердце вновь щемило от характера и поведения этого парня. — Ичиро никогда не нравились омеги, — тихо сказал Нил с небольшой злостью в голосе. Течка делала его таким эмоциональным. — Ему нравятся альфы и беты. Накаченные. Сильные. — Так ты почувствовал угрозу от своего родителя? — весело хмыкнул Эндрю, поворачиваясь в его руках и заглядывая в небесно-голубые глаза. Нил был полностью серьёзен, и он вздохнул, прежде чем притянуть его к себе. — Серьёзно, на сколько он старше меня? Ты думаешь, я ему интересен, когда у него есть твой дядя? Нил стыдливо отвёл взгляд, по-видимому, только сейчас вспомнив о наличие второго родителя и пары Ичиро. Эндрю это немного умилило. В течке Нил действовал инстинктивно, его поступки были продиктованы животной сущностью, что, честно говоря, не могло не быть милым. Нил делал это милым. — Успокойся, — приблизил его к себе за затылок Эндрю, призывая смотреть в глаза. — Твои родители давно вместе и признали друг в друге пару. Если ты беспокоишься о моей верности, то ты полный идиот, раз думаешь, что кто-то будет более интересен и прекрасен, чем ты. Нил тупо смотрел на него, взгляд постепенно становился обратно влюбленным. Его щеки залились очаровательным румянцем, а хитрые искры мелькнули в голубизне глаз. Такой противоречивый и такой идеальный. — Так ты любишь меня? — хмыкнул Нил, и Эндрю демонстративно закатил глаза, вызывая у него хихиканье. — Для меня нет никого, кроме тебя, — прошептал Нил, сокращая расстояние, чтобы втянуть в нежный и ласковый поцелуй, который выражал их «люблю». Это слово было слишком тяжёлым и важным, чтобы произносить его, не будучи уверенным. Эндрю был уверен, но он не хотел торопить события. У них вся жизнь впереди, чтобы произнести эти слова и ещё больше, чтобы выразить их своими действиями. Позавтракав, они вернулись в постель, где сразу улеглись спать, потому что Нил растерял всю свою энергию. Эндрю относился к этому с пониманием, желая узнать каждый аспект его течки, чтобы в будущем ещё лучше заботиться о нём. Проснулся Эндрю из-за тихих поскуливаний и волнения альфы внутри, который рвал и метал. Резко открыв глаза, он увидел, как Нил свернулся в комочек в его руках, прижимая руки к животу и стараясь заглушить звуки в шее Эндрю. — Нил? — обеспокоенно спросил Эндрю, но он издал лишь ещё один жалобный скулёж, подгибая колени к груди. Руки сами начали двигаться, переворачивая Нила на другой бок. Прижав его вплотную к своей груди, Эндрю залез ладонью под его футболку, начиная выводить круги по мягкому и плоскому животу, пока другая согнулась и зарылась в волосы Нила, почёсывая кожу головы. Ему даже не нужно было стараться, чтобы выпускать успокаивавший для его омеги феромон, так как альфа внутри скулил и метался от боли его пары. — Тише-тише, — шептал Эндрю, целуя Нила в висок и загривок. — Сейчас пройдёт. — Больно. — Я знаю, — мягко ответил он, и Нил уткнулся ему в сгиб локтя, тяжело дыша и тихо скуля. Эндрю был растерян. Он не знал, что делать, кроме как продолжать следовать инстинктам и успокаивать Нила всеми возможными способами. Эндрю покрывал поцелуями его шею, затылок и за ухом, гладил его живот, иногда просто прикладывая свою тёплую руку к нему, перебирал кудри и чесал кожу головы, шептал успокаивающие слова. Он правда так старался, чтобы Нилу стало легче, совсем не понимая, что в такие моменты делать правильно. Его никто этому не учил, а он и не интересовался. Через десять минут боли отошли, и Нил наконец расслабился, сразу же проваливаясь в сон. Эндрю не прекратил своих действий, продолжая обеспечивать ему комфорт и заботу в том количестве, которое только мог дать. Сквозь сон Нил начал тихо мурлыкать, и Эндрю наконец смог немного расслабиться, также засыпая и держа его в своих объятиях. Да, следующие несколько дней будут захватывающими.