Незамужняя сваха

      Либби тяжело дышала после небольшой прбежки по парковке, когда нажала на кнопку вызова лифта. Она взглянула на часы, проигнорировала предупреждение о слишком высоком пульсе и выругалась.       - Давай же, - пробормотала она, несколько раз нажимая на кнопку, как будто двадцатое нажатие могло разбудить неуклюжую конструкцию, которая должна была поднять ее на тридцатый этаж, самый верх высотного здания.       - Доброе утро, мисс Кассанова, - мужской голос эхом разнесся по огромной парковке.       Одним махом Либби убрала с лица каштановые волосы длиной до подбородка и выпрямилась, прежде чем повернуться.       - Доброе утро, Марио, - ответила она с заученной улыбкой. Она запнулась, когда увидела табличку, которую он нес. - О нет, пожалуйста, только не говори, что...       Извинение, написанное на его лице, было единственным подтверждением, которое ей потребовалось. Плечи Либби поникли, и она моргала долгих пять секунд, медленно вдыхая и выдыхая. Когда она возвратилась в настоящее после повторения своей успокаивающей мантры, Марио вешал табличку, извещающую о том, что лифты временно не работают.       - А служебный? - спросила она, пытаясь уцепиться за альтернативу, которая позволила бы ей не опоздать еще больше.        Марио поморщился.       - Их тоже осматривают. Это займет несколько минут. Максимум десять.       У Либби не было этих нескольких минут. Она уже и так опоздала, и, судя по многочисленным сообщениям, которые она пыталась игнорировать, ее бабушка была не слишком этим довольна.       - Я могу узнать, сколько еще это продлится, - предложил он, доставая из кармана маленькую рацию.       - Все в порядке, - ответила она, снимая блейзер и запихивая его в свою большую сумку. Она бросилась к двери, ведущей на лестничную клетку. – Но все равно спасибо! Заходи потом. Я уверена, у нас будут те датские оладьи с гуавой, которые тебе нравятся, - крикнула она, скидывая туфли на каблуках и засовывая их под мышку.       Пробежать первые пять пролетов было не так уж и тяжело, но к тому времени, когда она добралась до восемнадцатого, она была уверена, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Ее пищащие часы были тому подтверждением. Либби ни в коем случае не пыталась представить себя участницей сцены из фильма ужасов, но она боялась, что если остановится передохнуть, то не сможет снова начать двигаться. Ежедневные занятия йогой были больше направлены на медитацию, чем на развитие выносливости.       Поднимаясь, Либби пыталась отвлечься от мучительной боли в икрах и бедрах, представляя себе, что скажет бабушка. Когда до цели оставалось всего два этажа, она ухватилась за поручни и подтянулась на руках.       Будто бы в бреду, она увидела себя так, как если бы смотрела кино. Тридцатидвухлетняя женщина. Её волнистые волосы прилипли к загорелой коже лица таким же нелестным образом, как и темно-синее платье-футляр прилипло к ее сильно вспотевшему телу.       Черт, это была плохая идея, решила она, когда потащилась на верхний этаж на подгибающихся ногах. Она сделала мысленную заметку вернуться к занятиям кроссфитом, которые бросила некоторое время назад, пока приводила себя в порядок и сбрызгивала духами, чтобы замаскировать запах пота.       Либби вынырнула из тишины унылой серой лестничной клетки в просторный пентхаус открытой планировки. Огибая приемную, где неоновыми буквами мигало название ‘KMQ’ прямо над классической эмблемой ‘Cassanova Matchmaking Est. 1902’, она старалась остаться незамеченной, когда пробиралась внутрь. Если бы она только могла добраться до уборной и привести себя в порядок, то, возможно, смогла бы притвориться, что была там все это время.       Учитывая, что Либби была лицом современного сватовства, оставаться инкогнито в своем собственном офисе было непростой задачей. Хотя ни одна из девушек, отвечавших на звонки за изогнутым стеклянным столом, ее не заметила. Она восприняла это как доброе предзнаменование.       Пробраться в помещение, где почти все стены были стеклянными, было нелегко, но Либби надела солнцезащитные очки и обручальное кольцо, которые хранились в ее сумке, и сделала как можно больше шагов, стараясь не перейти на бег. Она была на полпути к своему кабинету, когда почувствовала запах фирменных духов своей бабушки за мгновение до того, как услышала цоканье каблуков по белому мраморному полу.       Где-то очень близко.       - Элизабет, - произнес голос с драматизмом злодейки из теленовеллы, противостоящей сопернице из-за похищенного близнеца.       Либби на секунду стиснула зубы, прежде чем выпрямиться и улыбнуться.       - Доброе утро, Мима, - сказала она, поворачиваясь и направляясь к элегантной женщине, одетой в костюм сливового цвета с той же консервативной прической, которую она носила всю свою жизнь. В детстве старший брат Либби убедил ее, что их бабушка родилась с ней. Почти за восемьдесят лет никто, кроме ее парикмахера, не видел её волосы неуложенными.       Поприветствовав женщину поцелуем в щеку, Либби отступила назад и позволила осмотреть себя. Она знала, что сейчас произойдет.       - Разве ты не говорила Маурисио, чтобы он не стриг слишком коротко? Ты же знаешь, что им только дай ножницы в руки, - добавила она, внимательно разглядывая темные волнистые волосы. - С твоей формой лица они всегда будут стремиться подстричь тебя покороче.       Только Кармен Кассанова могла превратить комплимент в оскорбление.       - Мне нравится, - возразила Либби. – Ново и свежо.       Кармен приподняла бровь и издала грудной звук, который Либби по привычке восприняла как неодобрение. Ее бабушка была бизнес-гением, которая услуги сватовства на дому, оказываемые ее матерью, превратила в очень успешную международную компанию. За месяцы, прошедшие с тех пор, как она вышла на пенсию и передала управление компанией Либби, они мало в чем достигли согласия. Очевидно, новая стрижка была в том числе.       - У меня встреча с бухгалтером через тридцать пять минут, - объявила бабушка, направляя Либби из ее кабинета в конференц-зал с видом на горизонт и обсаженный пальмами залив. - Я хочу обсудить предложение о том, чтобы показывать наши "Советы тем, кто хочет познакомиться" на испаноязычном канале. Вот почему я попросила тебя быть здесь в восемь. - Она взглянула на свои тонкие золотые часики, затем на Либби строгим взглядом. - Не в десять минут девятого.       Старшая Кассанова по обыкновению заняла место во главе длинного стола для совещаний. Все современные белые кожаные стулья вокруг него были одинаковыми, за исключением одного с эффектно высокой спинкой. Предполагалось, что теперь это место Либби, но она не стала напоминать об этом.       Вместо того чтобы занять место справа от бабушки, которое она занимала в течение десяти лет, Либби пересекла комнату, снимая солнцезащитные очки.       - Телевидение на грани вымирания, Мима. Мы зарабатываем на рекламе в YouTube в сто раз больше, чем платят телеканалы. К тому же аудитория значительно больше, - снова объяснила она, подходя к столу, заваленному выпечкой, на котором также ютились два кофейника. Пятничный фуршет был данью уважения истокам компании, которая зародилась на кухне одного из домов в Гаване на рубеже двадцатого века.       Пока ее бабушка делилась своими мыслями о бренде Cassanova Matchmaking, Либби налила себе чашечку кофе. Горизонт Майами представлял собой блестящую стеклянную панораму высотных зданий, отражающих водоемы вокруг них. До прихода Либби дорогие виды были скрыты тяжелыми жалюзи. По словам ее бабушки, ей некогда было отвлекаться на любование пейзажем.       Спустя полчаса едва сдерживаемого разочарования, которое Либби смогла пережить лишь напоминая себе, что любит свою бабушку, которая изо всех сил пыталась расстаться с бизнесом, на который потратила жизнь, они вышли, решив очень немногое.       Еще несколько месяцев, - сказала она себе, - дай ей еще несколько месяцев, чтобы привыкнуть к тому, что она больше не управляет компанией. Если к тому времени она действительно не отступит, Либби предпримет более решительные меры. То же самое она говорила перед тем, как заполучить бразды правления в свои руки, но на этот раз она была настроена серьезно… так она думала.       - Элизабет, - сказала бабушка, прежде чем Либби успела убежать к себе в кабинет. - Помни, теперь ты лицо нашего агентства. Ты должна приходить раньше всех, чтобы потом не шнырять по коридорам, как вор-домушник.       - Хорошо, - ответила она с вымученной улыбкой. - Я буду иметь это в виду.       - Еще не поздно сказать мне, если ты не справляешься, - сказала она, когда они направились в холл. У ее бабушки была только одна установка: полный вперед. - Я могу подождать еще несколько лет, прежде чем уйти на покой...       - Ты уже достаточно поработала, Мима, - прервала Либби, положив руку на плечо женщины. - Не волнуйся. У меня все под контролем.       Либби была уже в двух шагах от свободы, поцеловав бабушку на прощание, прежде чем та вошла в отреставрированный лифт, когда ее ассистентка Тейлор в панике бросилась к ней с выпученными глазами.       О, Боже. Нет, еще секунду.       Она взглянула на двери лифта, желая, чтобы они закрылись до того, как ее бабуля услышит новости о пожаре пятого уровня опасности.       - Либби! - Позвала Тейлор, заработав сердитый взгляд от бабушки. За исключением отца Либби и ее брата, не было человека на этой земле, который называл бы ее бабушку иначе, чем миссис Кассанова. Перед смертью даже дедушка Либби звал свою жену миссис Кассанова. По большей части это была шутка, но она никогда не слышала, чтобы они обращались друг к другу с нежностью.       Когда лифт закрылся, Либби наконец вдохнула полной грудью.       - В чем дело? - спросила она, когда молодая блондинка чуть ли не сбила ее с ног.       - Я звонила тебе…       - Прости, но именно этим утром грузовик с доставкой пытался въехать на парковку моего дома. С чего бы ему думать о том, что ограничения по высоте распространяются и на него тоже? Он умудрился повредить ворота так сильно, что, по-видимому, мотор закоротило. Мне потребовалась целая вечность, чтобы выбраться оттуда. Спасибо, что пыталась предупредить меня о том, что бабуля ждет…       - Я звонила не за этим, - перебила Тейлор, становясь бледнее с каждой секундой. - Ты проверяла свою электронную почту или соцсети? Может быть, пока ждала в машине?       Либби нахмурила брови. Тейлор прекрасно знала, что в гараже ее кондоминиума не было сети. Поскольку последние несколько лет она была ее правой рукой, практически не было того, чего бы Тейлор не знала.       - Что происходит?       Когда девушка огляделась, прежде чем ответить, у Либби кровь застыла в жилах. Что бы это ни было, это было настолько катастрофично, что даже её бабушка была не первой, кто узнал об этом.       - Может быть, нам стоит пойти в твой кабинет, - предложила девушка и пулей влетела в угловое помещение с видом на океан.       Рот Либби превратился в пустыню, а кожа покрылась тонким слоем льда. Когда она вошла в свой кабинет, с окнами от пола до потолка с одной стороны, Тейлор закрыла за ними дверь.       - Я не знаю, как он узнал, - сказала она, дрожащими руками потянувшись за телефоном в кармане кардигана.       Либби не могла вымолвить ни слова, ожидая, что Тейлор объяснит причину своего волнения. Вместо объяснений она протянула ей телефон. Жирными буквами вверху популярного блога светской хроники было выведено: "Кошмар Либби стал реальностью: Купидон Кассанова... аферистка?"       Просматривая пост, который за два часа прочитали уже тысячу раз, Либби стиснула зубы. Теребя обручальное кольцо на пальце, она уставилась на фотографию под заголовком. Это был анонс бракосочетания. Дэвис Ротшильд, ее парень, а с недавних пор еще и жених, собирался жениться, и у него даже не хватило порядочности поставить её в известность.       Что еще хуже, теперь все, у кого есть доступ в Интернет, знали, кто она такая.       Незамужняя сваха, потерпевшая неудачу в любви.              Оставшись одна в своем кабинете, Либби наблюдала, как солнце садится над заливом Бискейн. Чего бы она только не отдала, чтобы оказаться на паруснике, уплывающем за красно-оранжевый горизонт. Вместо этого она была вся на нервах, пытаясь придумать способ сказать бабушке, что она разрушила бизнес, построенный четырьмя поколениями женщин Кассанова.       С тех пор как Либби научилась читать, она ничего так не хотела, как стать следующей знаменитой свахой. Она начала учиться у своей бабушки задолго до того, как ей самой было позволено ходить на свидания. Степень в области психологии научила ее тому, как устроены люди, уроки актерского мастерства научили её интерпретировать язык тела, а стажировка в качестве консультанта психологической службы поддержки помогла научиться быть нежной и чуткой.       В ‘Cassanova Matchmaking’ не было блата. Она начинала карьеру на стойке регистрации и прошла путь от просмотра профайлов клиентов до того, чтобы в конечном итоге самой заниматься подбором партнеров – работой, которую почти сорок лет выполняла только ее бабушка.       Размышляя обо всем, что она может потерять, Либби уставилась на обручальное кольцо на своем столе. По крайней мере, ей больше не нужно было надевать его. Возможно, со временем она найдет в этом утешение.       - Войдите, - устало ответила Либби на стук в дверь.       - Я принесла тебе поесть, - известила её Тейлор, проскальзывая в маленькую щелочку в приоткрытой двери. - Все уже ушли, если хочешь, выходи.       Либби грустно улыбнулась и поблагодарила ее за сэндвич, который та положила на стол. Судя по бумажной упаковке, это были панини из "Sal’s downtown". Ее любимые. Жаль, что сейчас она никак не могла запихнуть их в себя.       Либби проглотила комок, подступивший к горлу.       - Я скажу бабушке, чтобы она не увольняла тебя, когда я покину компанию. Ты проработала со мной очень долго и стала практически незаменимой. Я не хочу, чтобы тебе пришлось начинать всё сначала.       Тейлор обошла стол Либби и схватила ее за плечи, встряхивая, чтобы вывести из состояния меланхолии.       - Ты же не думаешь уволиться, правда? Из-за небольшой оплошности, которая получила огласку?       Либби стиснула зубы, чтобы сдержать слезы, которые были готовы вот-вот пролиться.       - Это не просто оплошность, Тэй. Я - мошенница! Что это за гуру любви, которую бросил жених, и она никому не говорила об этом целый год, а просто продолжала носить кольцо, делая вид, что ничего не случилось? Я выставила себя такой дурой в дополнение к тому, что угробила все семейное наследие!       Не в силах больше усидеть на месте, Либби сжала руку Тейлор и поднялась на ноги. Если бы только она могла предвидеть катастрофу.       - Я не буду врать, это, конечно, отстой, но ты не можешь просто сдаться. Все здесь за тебя. Ты ведь это знаешь, да? - Тейлор заколебалась. - И... я имею в виду... большинство из нас заметили, что Дэвис перестал приходить, а ты перестала говорить о нем.       Либби отвернулась от окна, скрестив руки на груди, как будто собственные объятия могли ее утешить.       - Одно дело не рассказывать сотрудникам о своей личной жизни, но совсем другое - притворяться, что все еще помолвлена перед всем миром. - Ее желудок сжался, когда она взглянула на свой компьютер. - Я уже получила несколько десятков электронных писем от клиентов, интересующихся, не мошенница ли я. Что я должна им ответить? - Она опустилась на диван напротив своего стола. - Никто не захочет, чтобы брошенная сваха устраивала их личную жизнь. Если я не смогла разобраться со своей жизнью, почему они должны доверять мне? Я потерпела крах, Тэй. И подставила свою семью.       - Сегодня я ответила на кучу таких звонков, - тихо призналась Тейлор, пересекая комнату и садясь рядом с ней.       Это признание усилило тошноту Либби.       Сколько людей теперь побежит от неё сломя голову?       - Я должна рассказать бабушке. Это разобьет ей сердце, - пробормотала Либби себе под нос. - Я не знаю, как это можно исправить.       - Сегодня я прочитала много чего об антикризисном управлении, - сказала Тейлор, наклоняясь вперед. - Возможно, у меня есть нестандартная идея, которая поможет нам спасти твою репутацию и сохранить клиентов.       Либби оторвала взгляд от накрашенного ногтя, который она ковыряла, чтобы занять руки.       - Если ты хочешь предложить выход, который не нанесет еще большего вреда моей семье, я вся внимание, - ответила она с усталой, кривой улыбкой. Было невозможно не почувствовать себя немного воодушевленной позитивным настроем девушки. - Это подразумевает продажу моей души Демону перекрестка? - она пошутила, зная, что Тейлор поймет намек на Сверхъестественное.       Девушка улыбнулась, расслабляя плечи.       - Если это предел того, что ты готова сделать, то, возможно, ты гораздо больше согласна с моей идеей, чем я думала.       При виде перспективы Либби осмелилась позволить надежде закрасться в ее душу.       - Подумаешь, какая ерунда - быть в одном шаге от сделки с дьяволом.       - Просто еще одна маленькая невинная ложь, чтобы прикрыть твою огромную, - с усмешкой ответила Тейлор. – Вы с Дэвисом расторгли помолвку полюбовно, и с тех пор у тебя новые, серьезные отношения. Ты не одинокая. Ты просто скрытная. Может быть, мы сможем настоять на том, что общественное мнение оказало слишком сильное давление на вас с Дэвисом, и ты не хотела, чтобы это повторилось. - Она махнула рукой и уверенно добавила, - Всё решаемо.       Либби некоторое время обдумывала её идею.       - Ладно, я поняла, к чему ты клонишь, но есть, по крайней мере, одна серьезная загвоздка. У меня никого нет.       Улыбка Тейлор стала только шире.       - Вот почему я назначила кастинг на сегодняшний вечер, а юристы подготовили договор о неразглашении. Все, что тебе нужно - это сказать да, и я представлю тебе сорок пять парней, готовых приступить к работе. И прежде чем ты задашь свой следующий вопрос, нет, я не обзванивала все агентства по подбору кадров, я связалась только с Дженис. И она ни словом об этом не обмолвится.       - Они с Риком только что отпраздновали вторую годовщину свадьбы, да?       Тейлор в ответ пошевелила бровями.       - Да, и мне даже не пришлось напоминать ей, как ты меняешь жизни людей. Она предложила подписать соглашение, просто чтобы успокоить тебя, и лично занималась подбором кандидатов.       - Я не знаю, Тэй, - сказала она со вздохом, падая на диван. - Что, если всё вскроется? Я буду выглядеть еще более жалкой.       - У тебя есть другие варианты? Выложить правду и уйти, когда мы теряем слишком много клиентов? Я перехватила звонок Себастьяна Брио. Он убежден, что причина, по которой ты не нашла ему жену, в том, что ты понятия не имеешь, что нужно делать. Он разглагольствовал о возвращении членских взносов.       Либби с трудом сглотнула, чтобы подавить тошноту. Если бы все клиенты поступили так же, это означало бы нечто большее, чем просто крах ее будущего. Не осталось бы ничего, что можно было восстановить.              Не говоря ни слова, Либби встала, оставив Тейлор сидеть на краешке дивана. С каждым новым шагом по пути к мини-холодильнику в углу кабинета она все меньше была уверена в том, что знает, как поступить. Присев на корточки, она отодвинула бутылки с водой и просроченный йогурт, чтобы достать крошечную бутылочку рома, которую клиент прислал ей в качестве благодарности после своего медового месяца. Откупорив ее, Либби закрыла глаза и залпом выпила алкоголь со вкусом кокоса. Когда он обжег ей горло, она постаралась не подавиться и не выплюнуть его.       Перебирая все варианты, того, как идея Тейлор могла бы усугубить и без того незавидную ситуацию, Либби попыталась придумать альтернативу, которая не означала бы позорное увольнение или осуждение их компании. Она так ничего и не смогла придумать до того, как ее мозг немного затуманился.       - Если ты готова, мне нужно как можно скорее сообщить Дженис. Я так понимаю, что время имеет огромное значение, поэтому я отпустила всех наших сотрудников по домам.       Голос Тейлор вывел Либби из транса. Резко вдохнув, она выпрямилась и улыбнулась.       - Да, звони Дженис.