Незамужняя сваха

      В тишине своей пустой студии Риган лепила самую большую скульптуру, за которую когда-либо бралась. У нее болела спина и горели бедра, когда она приседала и подтягивалась, придавая форму влажной глине. Время от времени она делала перерыв, чтобы посмотреть на эскизы, которые она сделала накануне вечером, устав ворочаться с боку на бок.       Несмотря на все ее усилия не думать о Либби, ее муза заставила ее создать объемную керамическую скульптуру, посвященную ей. Казалось, чем больше Либби оставалась неуловимой и недосягаемой, тем сильнее ей хотелось сблизиться с ней.       После пары дней, проведенных вместе, Риган до смерти захотелось узнать, о чем думает Либби. Она вспомнила некоторые из их предыдущих разговоров. Либби всегда ясно давала понять, что в ее жизни нет места отношениям, нет места в династии свах для кого-то еще.       Добавляя еще глины к мега-скульптуре, Риган не могла не спорить сама с собой. Ведь определенно были знаки. Она тоже видела, что между ними что-то происходит. Они обе это почувствовали, верно? Связь? Головокружительное и болезненное желание быть вместе? Разряды электрического тока от малейшего прикосновения? Поцелуй, о котором Риган не могла перестать грезить. Притяжение между ними было неоспоримым.       Слова Имани не давали ей покоя. Она слишком часто видела потенциал людей, а не то, чего они на самом деле хотели и могли добиться. Какими бы благими ни были ее намерения, все зачастую заканчивалось неудовлетворенными ожиданиями и душевной болью, которую она сама себе причиняла.       Когда глаза Риган слишком устали, чтобы сосредоточиться, она прикрыла незаконченную работу, чтобы она не пересохла, и принялась за уборку. Принять горячий душ и пораньше лечь спать было именно тем, что ей нужно.       Риган чистила ногти, когда громкий стук в тяжелую металлическую дверь заставил ее подпрыгнуть. Она взглянула на большие электронные часы на стене рядом с рабочими местами учеников. Кто, черт возьми, ломился в студию в восемь часов вечера?       Ее мысли сразу же обратились к домовладельцу, и она закатила глаза. Сегодня не самый лучший вечер, чтобы разбираться с его ерундой. Риган вытерла свои наполовину вымытые руки, оставив на полотенце полосы размазанной глины.       При повторном настойчивом стуке Риган сжала челюсти. Если он думал, что она ринется переставлять свой грузовик в такой час только потому, что ему так захотелось, то он ошибался. К тому времени, когда Риган подошла к двери, она была готова сказать ему, куда он может засунуть свои требования, и пожелать удачи в попытке сдать помещения кому-нибудь еще, потому что с нее хватит его придирок.       Распахнув дверь, готовая разразиться ругательствами, Риган остолбенела, проглотив охватившую ее ярость.       - Либби, привет. Что ты здесь делаешь? - С ее волнистыми волосами, развевающимися на ночном ветру, и темными глазами, освещенными тусклой желтой лампочкой над дверью, она была неотразима. Однако, непроницаемое выражение ее лица немного нервировало. – Всё в порядке?       - Можно мне войти? - спросила она так, что Риган, затаив дыхание, подумала, не гонится ли кто за ней.       Риган отступила, пропуская ее внутрь, попутно осматривая парковку в поисках преследователя.       - Что происходит?       - Я больше не хочу бояться, - выпалила Либби.       Сердце Риган подпрыгнуло к горлу.       - Тебе кто-то угрожает, Либ? Я не понимаю...       - Вчера вечером, то, что я сказала, это было еще не всё, - объяснила она так быстро, что почти невозможно было ничего разобрать. - Я не сказала того, что хотела.       Подойдя ближе, Риган положила руки ей на плечи и попыталась немного ее успокоить.       - Эй, притормози, ладно? Я тебя ни в чем не обвиняю. Идем со мной. Присядь.       Либби покачала головой.       - Я должна наконец разобраться со всем этим, - объяснила она, делая глубокий вдох, словно это могло помочь ей.       Риган оставила табурет, который она вытаскивала из-под стола, и вернулась к ней.       - Ладно. Я слушаю.       Взяв ее за руку, Либби заговорила снова.       - Я никогда раньше не испытывала ничего подобного, - объяснила она так тихо, что у Риган в груди все сжалось. - Тот момент, когда я встретила тебя, был похож на воссоединение с кем-то, кого я знала раньше. Как будто мы были закадычными подругами где-то в прошлой жизни.       Риган изо всех сил старалась не ощетиниться при слове "подруги". Это было последнее, что она хотела услышать.       - Я никогда не чувствовал себя настолько самой собой рядом с другим человеком. Никогда не была способна поделиться всем тем, что во мне воспитывали, из-за боязни показаться сумасшедшей. Я имею в виду, кто еще смог бы признать чудодейственную силу VapoRub? - На мгновение она улыбнулась, отчего сердце Риган воспарило. - Я никогда раньше не была честна, прибегая ко всем тем духовным практикам, которые придали бы смысл моей жизни.       Когда Либби замолчала, и ее глаза наполнились слезами, Риган отчаянно захотелось прижать ее к себе. Либби признавалась в своих чувствах, но она еще не закончила, и больше всего на свете Риган хотелось услышать то, что она хотела сказать.       - Ты первый человек, которого я по-настоящему захотела узнать. Я хочу знать о тебе все. О чем ты мечтаешь. Какие кошмары тебя мучают. Каждый твой успех. Каждую неудачу. И дело не только в том, что я никогда не ожидала, что буду испытывать подобные чувства к женщине, но и в том, что я никогда не думала, что мне вообще суждено испытать что-то подобное. Думаю, я убедила себя, что для того, чтобы по-настоящему преуспеть в поиске любви для других, мне самой придется довольствоваться чем-то посредственным. Чем-то более или менее подходящим, что не отвлекало бы меня от работы. И если не это, то... вообще ничего.       Риган нахмурилась. Это был такой трагичный и искаженный взгляд на мир. Она перевела взгляд с безумных глаз Либби на ее дрожащие губы. Она так жаждала их, что едва могла это выносить.       - А потом я встретила тебя, - сказала Либби, и слеза скатилась по ее щеке к подбородку, как по команде. - И ты что-то разбудила во мне. Желание большего. Голод. И теперь я не могу перестать думать о тебе. И я так сильно жалею, что все началось со лжи, потому что я так боюсь...       - Перестань бояться, - сказала Риган, подавшись вперед, обхватила лицо Либби и вытерла слезу большим пальцем. - Я не боюсь. И ничто из того, что я чувствую к тебе, не является ложью, - сказала она, прежде чем прижаться губами к губам Либби.       Либби обвила руками ее шею и притянула к себе, как утопающая, отчаянно нуждающаяся в кислороде. Приоткрыв губы, Либби овладела ртом Риган и безраздельно завладела поцелуем.       Острый край рабочего стола врезался ей в позвоночник, но Риган едва замечала боль. Каждая клеточка ее тела была поглощена поцелуем. Каждое движение ее губ было обещанием, которое, как думала Риган, Либби сможет сдержать.       С тихим стоном в более страстном поцелуе Либби прижалась к ней всем своим теплым телом, и ее маленькая грудь прижалась к груди Риган. Охваченная вожделением, Риган страстно захотела придвинуться ближе. Сбросить тонкую ткань, разделяющую их кожу.       Рука Либби скользнула вниз по ее шее. Оставляя за собой пульсирующий жаркий след, она провела ладонью вверх по торсу Риган и остановилась, не доходя до косточек лифчика. От этого нового прикосновения Риган захотелось большего, но вместо этого она отстранилась. Она оторвалась от губ, о которых столько мечтала, и их лбы соприкоснулись.       - Что такое? - По тому, как скривились губы Либби и как размазался ее розовый блеск, стало ясно, что это была насмешка, а не вопрос. - Ты беспокоишься, что сюда забредет кто-то еще из твоих учеников? - Каждое слово сопровождалось поцелуями, спускающимися вниз по шее Риган и по ключице, не прикрытой ее свободной футболкой.       Риган закрыла глаза и запрокинула голову, чтобы насладиться ощущениями, пока тянущее желание большего не стало слишком мучительным.       - Ну, только ты захаживаешь ко мне на работу раз за разом, чтобы мучить меня.       Когда Либби рассмеялась, ее губы коснулись плеча Риган, и волна желания пронзила ее насквозь.       - Это не совсем то, ради чего я сюда пришла, - призналась Либби ей в ухо.       Воображение Риган разыгралось. Она чуть не застонала от открывающихся возможностей.       - Чего ты хочешь? - Она не хотела, чтобы это прозвучало так развязно, но человек не всегда может контролировать себя.       Либби запустила пальцы в волосы Риган и откинулась назад, чтобы посмотреть ей в лицо. Обхватив её руками за талию, Риган изо всех сил старалась не отвлекаться на то, как ее ногти царапают кожу головы.       - Я пришла пригласить тебя на свидание, - объявила она с кривой усмешкой.       - Разве у нас не было уже восемь или девять свиданий? - Спросила Риган, ее взгляд был прикован к ее мягким губам, и она страстно желала вернуть их себе.       - На настоящее свидание. То, где я приглашаю тебя поужинать со мной в надежде более подробно изучить нашу совместимость и притяжение между нами, - бесстрастно ответила Либби.       Риган рассмеялась.       - Ладно, что насчет кулинарного марафона в День благодарения? Как тебе такое предложение?       Склонив голову набок, Либби посмотрела на нее так, что у Риган замерло сердце, а затем рвануло вперед, как скаковая лошадь.       - Ты хочешь это сделать? Не по контракту, а как моя...       Риган наклонилась и снова поцеловала ее, на этот раз нежно, вложив в этот поцелуй все свои эмоции. У нее подкосились колени и задрожали руки, когда Либби обмякла в ее руках.       - Договор больше не действует. Контракт утратил силу. Тебя это устраивает?       - Да, черт возьми, - прошептала Либби, прежде чем броситься вперед и снова завладеть губами Риган.              Держась за руки, Либби и Риган вышли из студии. После того, когда словно подростки они испытали свои силы в марафоне поцелуев, они решили поужинать. Быстро приняв душ, Риган сменила измазанную глиной одежду на узкие джинсы и свободную черную футболку.       - Куда мы едем? - Спросила Либби, когда Риган открыла свой пикап.       - Это сюрприз, - ответила она, приподняв бровь и быстрым поворотом головы отбросив мокрые волосы с лица.       Сидя в грузовике, Либби не могла оторвать взгляда от Риган, сидевшей за рулем. Аромат ее чистой кожи и легких духов был таким пьянящим, что невозможно было дышать полной грудью. Когда Риган предложила поужинать вместе, на мгновение ей захотелось возразить. Она была бы счастлива остаться в студии, заключив девушку в объятия, но у нее не хватило духу признаться в этом.        - Надеюсь, ты проголодалась. Это - потрясающее место, - сказала Риган, опуская руку на колено. Либби уставилась на нее, испытывая непреодолимое желание взять ее за руку, но опасаясь показаться навязчивой. Боже, как же ей хотелось быть такой. Она хотела окутать ее, подобно цитрусовому аромату.       "Возьми себя в руки", - упрекнула она себя, прежде чем откашляться и посмотреть в окно. У нее было такое чувство, будто у нее никогда в жизни не было физической близости.       Желудок Либби сжался. Именно так она себя и чувствовала. Как будто ее никто никогда не целовал и не прикасался к ней, и теперь ей было мало.       - Эй, с тобой все в порядке? Ты слишком тихая, - спросила Риган, присоединяясь к длинной веренице машин, медленно двигавшихся по перегруженной дороге.       - Да, извини. - Либби улыбнулась и повернулась на своем сиденье немного в сторону, чтобы снова оказаться лицом к ней. - Я просто ломала голову над тем, куда бы ты могла меня отвезти.       Риган улыбнулась.       - Уверена, тебе там понравится.       Полчаса спустя они стояли перед крошечным ресторанчиком, расположенным в помещении, похожем на переоборудованную заправочную станцию, между двумя стоянками подержанных автомобилей. Гирлянды, развешанные по фасаду и выходящие на парковку в виде абстрактного осьминога, были прекрасным дополнением к витрине, уставленной цветами.       - Что ж... выглядит очень интересно, - сказала Либби, изо всех сил стараясь, чтобы ее голос звучал оптимистично, но, несмотря на все усилия, ее охватила неуверенность.       - Погоди судить, - сказала Риган, прежде чем распахнуть дверь. - По крайней мере, до того, как войдешь внутрь.       - Я не судила, - пробормотала она, беря Риган за руку. От прикосновения тысячи крошечных пчел ужалили ее ладонь, доставая до самого сердца.       - Извини, они немного подсохли от глины. - Щеки Риган порозовели.       Либби переплела их пальцы.       - Они идеальны, - сказала она, прежде чем сжать ее руку.       Риган сдержала улыбку. Ее ярко выраженные ямочки на щеках вызвали у Либби желание умолять ее забыть о ресторане и потащить обратно в студию, как пещерный человек. Но она устояла.       Внутри небольшое помещение было оформлено просто, но невероятно элегантно. Каждый из дюжины круглых столиков был занят посетителями и заставлен изысканными на вид блюдами. После того, как Риган поговорила с кем-то в конце зала, пока Либби, стараясь не ерзать, перебирала пальцами или ежесекундно доставала телефон, она помахала ей рукой.       Пробираясь между столиками, сдвинутыми так близко друг к другу, что вряд ли заведение прошло бы проверку пожарной безопасности, Либби присоединилась к Риган у стойки, где убирали контейнеры и пакеты с продуктами.       - У них нет ни одного свободного столика на ближайший час, - объяснил Риган. - Но мой приятель Чак сказал, что мы могли бы ненадолго занять их служебное помещение. Я знаю, что это не совсем удобно, - объяснила она, беря два деревянных стула, которые не соответствовали безупречному декору и, вероятно, едва ли когда-то покидали подсобное помещение. - Но еда того стоит.       Взглянув на меню размером с открытку, Либби приподняла бровь.       - Французская?       Риган ухмыльнулась.       - Удивлена? Даже в Хайалии. Ты не можешь поверить, что такие некультурные свиньи, как мы, тоже любят улитки?       Смущение окатило Либби, словно ледяной водой из пожарного шланга.       - Я не это имела в виду. Прости…       Риган накрыла ее руку своей.       - Прости. Всю жизнь мне твердили, что все остальные города не для меня, и это делает меня немного чувствительной.       - А тут еще я, - призналась Либби. - Мне это в тебе нравится. Тебе небезразлично место, в котором ты живешь. Не думаю, что я когда-либо встречала кого-то, кто так сильно заботился бы о своем родном городе.       - Я просто вижу огромный потенциал, понимаешь? - Сказала Риган, прежде чем заказать бутылку вина. - Это не просто трущобы. Это больше, чем просто умершая обрабатывающая промышленность, а все мы - изгои, чьи предки в 60-е годы не поселились вместе с богатыми или влиятельными людьми. Появилось целое поколение людей, которые выросли здесь и хотят вернуться в это место. Мы хотим создать для себя место, в котором будет свой неповторимый колорит. Дети кубинской диаспоры, которые живут в двух мирах. В прошлом своих семей и будущем, которое не совсем их. Многие из нас пытаются создать что-то, что достойно внимания. Нам больше ничего не остается, как занять пространство, которое больше никто не ценит.       При упоминании каждого человека, которого называла Риган, начиная с Мэри и ее бутика одежды ручной работы, ее глаза немного расширились, а щеки порозовели. В ответ сердце Либби забилось с удвоенной силой, и это было все, чем она могла ограничиться, чтобы не броситься к девушке и не завладеть ее губами.       Страсть была настолько опьяняющей, что Либби была готова подписать договор аренды и перенести свою компанию в Хайалию. Либби не могла представить, что сказала бы ее бабушка. После всего, что она сделала, чтобы добиться статуса. Получить достойное образование. Заработать хорошую репутацию. Неужели она действительно могла так легко все изменить? И неужели обслуживание менее обеспеченных слоев населения было бы столь ужасно?       - Извини, - усмехнулась Риган, наливая им по бокалу красного вина. - Давай поговорим о чем-нибудь другом, или тебе придется слушать это весь вечер. Не самое оптимальное поведение для первого официального свидания.       Либби подняла свой бокал.       - За вечер, наполненный историями, которые делают тебя той, кто ты есть, - сказала она, надеясь, что Риган никогда не перестанет делиться с ней тем, что ей интересно.