Прости, мне придётся убить тебя

Следующая их встреча состоялась через неделю, когда Максим и думать забыл о том, что пляж посещает странный мужчина с татуировкой на лбу. Жизнь на новом месте постепенно превращалась рутину, но Максиму даже нравилось, что ничто извне не нарушает заведенный Драконом уклад. У него было своё место — не такое значимое, как у Алтана, но несомненно очень нужное. И Дракон всё ещё уделял ему внимание, когда бывал в хорошем настроении. Василий вдруг оказался рядом, бросив тень на песок, на самого Максима и на книгу, лежащую у него на коленях — будто внезапно выплыла чёрная туча и заслонила собой солнце. Чужое появление осталось незамеченным — Алтан безучастно наблюдал за тем, как волны набегают на берег и со знакомым равнодушием не отреагировал на тёмный силуэт поблизости. Удостоверившись, что с ним всё в порядке, Максим, наконец, поднял взгляд. За ту неделю, что Василий не прохлаждался на пляже, он загорел ещё сильнее. В чёрных глазах не было дна. – Интересно? – мягко поинтересовался Василий. Максим растерянно взглянул на книгу: голова кружилась от бесконечных «И рёк он». Последние десять минут он едва ли понимал, что происходит. Не помогали даже оставленные на полях заметки и подчёркнутые карандашом слова. – Едва ли, – честно сказал Максим. В его представлении едва ли было что-то хуже, чем Илиада. – Тогда зачем ты это читаешь? – с искренним любопытством уточнил Василий. – Чтобы убить время, – ответил Максим, машинально захлопнув книгу. «И потому что хозяин это читает», – добавил он про себя, но не стал говорить вслух. Ему не хотелось, чтобы Василий знал о нём хоть что-то. Почему-то ему казалось, что этот человек видит его насквозь — это было неприятное ощущение. Такое происходило с Максимом в двух случаях: когда рядом был отец и в церкви, в раннем детстве. – Любопытный выбор, – заметил Василий, скользнув взглядом по обложке. – Едва ли, – повторил Максим, не скрывая досаду. Василий улыбнулся, будто он сказал что-то забавное. – Какие книги тебе нравятся? – Никакие, – ответил Максим, силой воли заставляя себя не стучать пальцами по обложке книги. Хорошее настроение Василия нервировало так сильно, что жгло в желудке. – Но иные развлечения сейчас не доступны. Думаю, не нужно объяснять почему. Хотелось, чтобы острота угодила точно в цель — обычно и интонации хватало, чтобы у чванливых друзей отца портилось настроение. Они обыкновенно считали, что всякий, кто не достиг почтенных лет, должен ходить перед ними на цыпочках. Когда же этого не случалось, коллеги отца приходили к выводу, что Максим — плохо воспитанный юнец, которого в детстве мало пороли. Но Василий лишь засмеялся. – Первое время после катастрофы я чувствовал себя дезориентированным, – безмятежно поделился он. – А ты так молод... Наверное, и не знаешь, что существовало время без интернета. Максим тяжело выдохнул. Ему всегда делалось досадно, когда мужики постарше смеялись над его поколением, хотя сами до катастрофы стабильно просиживали штаны в социальных сетях. Захотелось сообщить Василию о том, что едят и спят люди всё-таки в реальном мире, но Максим вовремя прикусил язык: дело ясное, этот мужик только и ждёт возможности продолжить диалог. Не выйдет. – Что с ним? – внезапно спросил Василий, махнув подбородком в сторону Алтана. – Ничего, – ответил Максим, подобравшись. Обсуждать дела хозяина он не собирался. – Он тоже содержанец? – продолжил Василий, продолжая рассматривать хозяйского любимца. Незаметно для себя Максим подвинулся на песке, заслоняя Алтана от пристального взгляда чёрных глаз. Алтан не пошевелился. Для Максима по-прежнему было удивительным, что Алтан не замечает ничего, что происходит вокруг. Не реагирует, когда о нём ведут диалог в его присутствии. Не поливает цветы. – Какая Вам разница? – огрызнулся Максим. – Почему твой хозяин от него не избавится? – прямо спросил Василий. От его взгляда по коже прошёл легкий холодок. – Почему Вы приходите каждый день на пляж? – бросился в атаку Максим. – У Вас нет работы? – Я прихожу посмотреть на тебя, – невозмутимо ответил Василий. Максим замер — сердце тоже замерло, имитируя что-то очень похожее на испуг. Он сжался ещё сильнее — сжались и его кулаки. – Работа у меня есть, – добавил мужчина, свободно растирая шею. – Но тебе она не понравится. Максим растёр висок рукой. Разговор сбивал его с толку, не позволяя сосредоточиться ни на чём конкретном. С Драконом он ощущал себя ведомым, но никогда — настолько дезориентированным. – По-моему, это преступление — жить рядом с морем и не купаться, – проговорил вдруг Василий. – Я не могу его оставить, – машинально проговорил Максим и тут же прикусил щеку изнутри. Вырвалось против воли, ведь Максим совсем не планировал делиться с Василием хоть какой-либо частью своей жизни. Когда он понял, что Алтан не сможет купаться, то запретил себе даже думать о том, что можно окунуться в воду. Так было проще. К тому же, просто находиться рядом с водой тоже было приятно. – Но и книга эта тебе не нравится, – ласково протянул Василий, чуть склонив голову в бок. – Слушай, я за ним присмотрю, правда. Внешность у меня примечательная, меня многие тут видели и успели запомнить, – добавил он, махнув рукой в сторону, очерчивая завсегдатаев пляжа, к которым Максим уже успел привыкнуть. – Ты ничем не рискуешь. В груди будто натянулась струна, и чья-то невидимая рука дёрнула, заставляя её издать резонирующий звук. Максим ощутил, что колеблется. Он устал, потому что смотреть за Алтаном было тяжело. Раньше Максим думал, какой же неуживчивый ему попался компаньон, но теперь его молчание было иным. Тягостным. Окунуться хотелось безумно. – Я на пять минут, – сказал Максим, быстро взглянув сперва на Алтана, потом на Василия, и как-то решительно вскочил. – Я буду смотреть из воды. – А я буду смотреть с берега, – просто ответил Василий, но Максим уже не думал о его словах. Стоило Максиму оказаться в воде, и его вдруг… отпустило. Все тяжкие мысли, что он запер в потаенные углы своего разума, стремительно вырвались наружу и утекли в глубины моря, размываясь солью. Вода была прекрасной — легко держала его тело, позволяя ему просто существовать в пространстве, не принимая решений и не неся за них ответственность. Вода могла легко его убить, но держала, мягко укачивая. Убаюканный нежными волнами, Максим и думать забыл о том, что происходит на берегу. Существовало только море, а он был крохотной частичкой, качающейся на поверхности. И это было естественно, ведь люди, как и всё живое, появились из воды. Страх застигнул его внезапно, когда над головой пролетела чайка — Максим резко развернулся, ища глазами берег. Алтан всё ещё сидел на песке. Рядом с ним ожидал Василий. Кажется, ничего не случилось, но сердце Максима уже колотилось сильно и резко, грозясь проломить грудь. Он спешно поплыл к берегу, сильно загребая руками, выбежал на песок — на миг почудилось, будто вода не отпустит его, едва не споткнулся, стараясь как можно скорее оказаться рядом с Алтаном. – Ты в порядке? – тяжело дыша, спросил Максим. Алтан не услышал, что он сказал, даже не повернул голову в его сторону. Вид у него был устало-сонный — похоже, не терпелось как можно скорее лечь спать. Сердце неприятно сжалось. Максим бросил взгляд на Василия — тот казался совершенно спокойным. – Спасибо, – быстро проговорил Максим. – Пожалуйста, – пожал плечам Василий. Больше ничего Максим не сказал — дёрнул Алтана за руки почти грубо, заставляя подняться с песка, и решительно повёл домой. Дракон был в слишком хорошем настроении, чтобы его беспокоить. В последнее время он довольно сильно уставал — тем не менее, у него всё равно находилось время, чтобы выпустить пар. Максим ценил моменты его усталости. Вымотавшись, Дракон не слишком хотел возиться с Алтаном и просто сажал Максима себе на колени, позволяя сделать всё самостоятельно. – От этих таблеток никакого толка. Собственный голос подвёл — странно возвысился, так что Максим едва ли его узнал. Сердце заколотилось часто: он не думал — не позволял себе думать, но чувствовал, что ему запрещено поднимать эту тему. Дракон вопросительно поднял брови, отрываясь от своей книги. – Алтан не разговаривает, – робко объяснил Максим. – Он и раньше не был особенно общительным, – равнодушно заметил Вадим, возвращаясь к чтению. – Так хотя бы кричит и плачет поменьше. Стоять над душой казалось изощрённой пыткой, словно он был провинившимся школьным, ожидающим, пока его отчитают. Максим сел на диван рядом с Драконом и осторожно коснулся его плеча, вновь привлекая внимание. – И прогулки не помогают. – А что по-твоему поможет? – резко спросил Дракон, опуская книгу, и посмотрел с пугающим раздражением. – Ты решил, что ты доктор? Максим поежился — Дракон впервые смотрел на него так. И ему тут же захотелось замолчать, забрать все слова назад, завести совершенно другой разговор, более приятный… но губы произнесли совершенно иное. – Нет, но, может, нужен настоящий врач... Пальцы Дракона с внезапной силой сжались на подбородке Максима. – Ему нужен я, – чётко проговорил Дракон, и глаза его недобро блеснули. – Только я. Понятно? Не успел Максим кивнуть, болезненное прикосновение тут же прекратилось, будто его и не было. Тело словно не хотело верить, что это взаправду случилось — Максим машинально растёр подбородок, точно хотел увериться, что всё в порядке. – Тебя почти не бывает здесь, – пробурчал Максим себе под нос. – Да, потому что содержать Вас двоих обходится недешево, – огрел его Дракон и, бегло окинув Максима взглядом, отложил книгу. – Знаешь, а я ведь давно не отдыхал. Прозвучало почти невинно, но Максим почему-то вжался в подлокотник. В горле застряло что-то похожее на писк. – Что такое? – мягко поинтересовался Дракон, склонив голову. – Я тебя разве хоть пальцем трогал? – Нет, – быстро проговорил Максим, отчего-то продолжая трястись. – Никогда. – Хорошо, – кивнул Дракон и поманил его взмахом ладони, заставляя отклеиться от подлокотника. – Хорошо, что ты это помнишь. Вопреки его внутренним безумным ожиданиям, ничего плохого не случилось — Дракон не был грубым или жестоким. Просто, пожалуй, ласкал чуть более медленно, чем обычно. Однако мысленно Максим так и не мог отпустить ситуацию с Алтаном. Врач нужен. Но, может, на него попросту нет денег.